В стреляющей глуши

20-е годы. Страшные, кровавые. Гражданская война, голод и разруха. И – несмотря на это, подкрепленная лишь партийными лозунгами и безудержным оптимизмом вера в светлое будущее, в советскую власть, которая накормит и оденет рабочих и крестьян. История покажет, во что это выльется. Но пока… народ верил им. Как в Бога, верил в Ленина. А во что еще было верить этим бедным людям, темным, забитым, неграмотным? Правда о революции Такова историческая обстановка второго по счету фильма Владимира Хотиненко. И, хотя я поставила в заголовок название другого фильма о Гражданской войне, «Хлеб, золото, наган» и «В стреляющей глуши» совершенно разные. По построению, смыслу, стилистике. Между ними – пропасть. Там – динамичный и захватывающий сюжет, драки и «погони в горячей крови», героизм и романтика. Здесь – реализм, суровая правда жизни. Это – второй фильм режиссера Хотиненко (первым был «Один и без оружия», снятый в соавторстве с П. Фатахутдиновым), но по художественному воздействию это не дебютный опус начинающего, а полноценная, сильная работа будущего великого мастера. Мы не увидим здесь ни привычных, полюбившихся нам скачек на коне с шашками наперевес, убежденных, пламенных красноармейцев и чекистов, и обязательной для фильмов такого рода шайки анархистов. Это другой жанр, другое кино. Здесь нет места романтике и романтикам. Это – глушь и разруха послереволюционной сибирской деревни. Голод, грязь, насилие и обман. Зеркало для героя История и политика – один сплошной обман. Всегда, во все времена власть обманывала народ, обещая горы золотые, землю крестьянам, фабрики рабочим. Врали и чекисты. И как бы ни был мне симпатичен герой Сергея Колтакова, уполномоченный по продразверстке Федор Крохов, он тоже – невольный соучастник всеобщего обмана. Кто он? Откуда он пришел в забытую богом дыру, этот неприкаянный бунтарь с широкой душой, честным сердцем и лишенным хитрости умом? Зачем ему все это? Федор Крохов – один из тех, кто поверил в красивые лозунги большевиков, и сознательно пошел за ними. Он одинок, у него нет дома, нет семьи, нет прошлого, настоящее и будущее его не менее туманно. Зато у него есть партийное начальство, которое направило его в деревню. Есть соратники которые так и остались за кадром. Он, сам того не ведая, обманывает селян, обещая им вознаграждение в обмен на сданный хлеб и выдает филькину грамоту – рукописную справку, которую сам считает настоящим, имеющим силу документом. Нам, людям 21 века, конечно же, очевидно, что это за документ, и какую он имеет силу. А для Федора и безграмотных крестьян это – документ. «Ленин на голодном пайке» - с трудом верится и в это. А они верят… Ясно видим мы и то, как держат свое слово большевики. Разве они не обещали уполномоченному прислать в деревню отряд? А не прислали. И пришлось ему справляться с кулацким мятежом своими силами, с помощью кнута и пряника. Выполнена важная миссия. Установлена в деревне советская власть. Отнят у крестьян хлеб, впрочем, они отдали его вполне сознательно… Да нет в концовке радости и пафоса. Оставшиеся в живых хоронят убитых, и не видно на их лицах особой радости, оптимизма и веры в новую жизнь. Как было, так, впрочем и осталось… И покидает деревню Федор Крохов, куда уходит – неведомо. И долго еще, в бескрайних просторах русских полей будет звучать широкая, щемяще-пронзительная песня Сергея Колтакова. Им же самим и сочиненная, и исполненная. Талантливый человек талантлив во всем. Мне кукушка скуковала Жизнь недолгую мою, Оттого весь век страдаю, Оттого весь век пою. Полетел бы за три моря, Позабыл тоску-печаль! Там бы прожил жизнь без горя - Да свою сторонку жаль... Тут на белый свет родился - Для чего бы, только знать? Тут на мир я надивился - Видно тут и помирать. Мне беду беда приносит, Все пророчество твое... И в гнездо чужое бросят Тело грешное мое. Посмеюся я сквозь слезы Над злодейкою-судьбой. Видно, матушка-кукушка, Породнились мы с тобой. Словно предчувствовал герой - 37-ой год никого не пощадит, ни правых, ни виноватых. 9 из 10