В плену песков

И еще в мыслях у каждого ребенка есть его собственная страна Нетинебудет, и чаще всего – это остров, очень яркий и цветной, с коралловыми рифами, с быстроходным кораблем на горизонте, с дикарями и гномами. И большинство из этих гномов – портные. Есть там еще пещеры, на дне которых протекают реки, и – принцессы, у которых к тому же есть шесть старших братьев и заброшенная хижина в лесу, и еще – очень старая старушка, и нос у нее крючком. С этим было бы не так сложно справиться, однако это не все. Там еще помещается первый день учебы в школе, и пруд, и убийцы, и вышивание крестиком, и глаголы, требующие дательного падежа, и воскресный пудинг, и три пенса, которые дадут, если молочный зуб выдернуть самому, и так далее, и так далее. Тишина, настраивающая на особый лад пред пришествием нового путешествия; прекрасного в своей первозданной красоте ожидания нечто удивительно- волшебного, что навсегда останется в твоих детских воспоминаниях, пусть ему и уготована роль миража, что развеется с первым получасом после его повторного просмотра в более зрелом возрасте. Бескрайняя, затерянная пустыня и небольшое имение, обитающее на самой границе реального мира, куда прибывает взбалмошный нью- йоркский юноша Гарри, коему предстоит пережить особенное приключение вместе с местным девичьим аналогом Маугли – Нанни, столь не походящей на обычных девчонок. Смерть родителей из- за местной контрабанды слоновой кости и отчаянное бегство во внутренности мертвого мира, в надежде отыскать тех, кто сможет услышать их печальную историю и более того – поверить наивным скитальцам и как- то помочь им в осуществлении справедливого возмездия. Фильм Микаэля Саломона более всего напоминает исконно диснеевскую мультипликационную сказку с потерями, неожиданными и опасными путешествиями, и обретением неких новых идеалов после гибели всех картонных злодеев и их коварных замыслов. Сказку, которую насильно запихнули в рамки буднично- злободневных реалий, из- за чего нельзя прочувствовать дух наивной детской Одиссеи и того хрупкого волшебства, присущего лишь представителям этого ныне вымирающего жанра. Режиссер выбрал подходящие обломки мозаики, но попросту не сумел их правильно собрать воедино. Будь то великолепно прописанные образы Итэна Эмбри и Риз Уизерспун, которые, несмотря на все старания юных актеров, просто не взаимодействуют между собой, оставляя зрителя наедине с безбрежной пустыней и полумертвым шаблоном любви, зарождающейся через конфликт и преодолением общей для маленьких путешественников трагедии. Или бесконечное странствие сквозь сердце Калахари, в которое никак не можешь заставить себя поверить. Просто банальное топтание на месте, на протяжении двух тысяч километров, включающее в себя простодушные монологи, откровенно нелепые эпизоды погони от собак/главного антагониста и натужные страдания африканского аналога Данди в исполнении Максимилиана Шелла, персонаж которого был введен исключительно ради роли заурядного божественного рычага. «В плену песков» - крайне своеобразная киноповесть, чье стремление к реализму с последующими хаотическими метаниями в сторону более классической диснеевской фабулы только мешает фильму раскрыть весь заложенный в него потенциал. Массовые расстрелы слонов, бушмены- предсказатели и прописные истины про дружбу, любовь и прощение. Вполне понятные и ожидаемые элементы для истории, напоминающей зрителю о классическом Диснее и всех тех ностальгических путешествиях в страну вечного детства Джеймса Барри, пусть от всевозможных странствий остался лишь один остов извечных и не оправдывающихся ожиданий. Только призрак; едва видимый мираж истории, способной встать на один уровень с Соммерсевской экранизацией рассказов Киплинга или багдадским вором Уолша, но, в конечном итоге, у Саломона получилась лишь качественная и безликая имитация, вытягивающая некое позитивное чувство, опираясь исключительно на костыль детской ностальгии, что способна закрыть глаза на многие недостатки достаточно посредственного фильма, навеки потерявшегося в кинематографических песках забвения.