Потустороннее

Где-то на берегах Тихого океана французская журналистка становится жертвой цунами, вследствие чего переживает клиническую смерть; в Лондоне, в связи с роковым стечением обстоятельств, мальчишка лет десяти теряет брата близнеца, а в США, как бы между прочим, живет экстрасенс в отставке, страдающий комплексом собственного превосходства, потому как наделен редким даром налаживать связь с мертвецами. Все они просто обязаны в один прекрасный момент пересечься посреди крупнейшего мегаполиса и сыграть важнейшую роль в жизнях и судьбах друг друга, ведь закваска «Потустороннего» Клинта Иствуда до боли походит на опусы Иньярриту, разве что с куда более эпичным размахом. Сердобольные мудрствования на тему «есть ли жизнь после смерти», душевные терзания, подкрепленные изрядной долей софистики, чуток старческого нравоучения и намеренное сгущение красок (у Клинта ведь всегда всё либо слишком правильно, либо наоборот) – вот, по сути, и весь поздний Иствуд. Хотя подобная тональность, в принципе, легко объяснима, если принять во внимание факт, что режиссер не так давно разменял девятый десяток. История, вымощенная валуном местечкового мистицизма, под конец и вовсе отдает моветоном, потому как Мэтт Дэймон тут слишком Мэтт Дэймон, чтобы претендовать на нечто большее. Да и само повествование, мягко говоря, оригинальностью не блещет, на поворотах не сворачивает, оттого и до мозга костей предсказуемо. Но, даже несмотря на весь этот трагифарс, кино смотрится с энтузиазмом степиста усиленно отбивающим чечётку, потому как то и дело апеллирует к давно проверенным и наиболее тонким человеческим чувствам. Иствуд в который раз играет на эмоциях, в который раз прост как полено и в который же раз не дает повода за это на себя обижаться. Его фильмы сделаны с каким то особым, олд-скульным пиететом, заставляющим снова и снова произносить набившее оскомину нытье «так больше не снимают», забыть о врожденном скепсисе и молча смотреть кино.

Фильм неплох, но к просмотру необязателен. Ничего нового, ничего впечатляющего. Это относится не только к содержательной части фильма, но и к режиссерской, операторской, композиторской, актерской. Вроде бы и добротно сделано, но не захватывает, несколько нудновато, не вызывает ощутимых эмоций, не играет на чувствах. Краски фильма блеклые и темные, скучноватые. Актеры, за исключением близнецов, играют достаточно хорошо, чтобы поверить в происходящее на экране, но недостаточно, чтобы кого-то запомнить, кем-то заинтересоваться. Опять-таки: на уровне, но скучно. Музыка хорошая, везде к месту, но тоже неприметная, индифферентная. Сценарий – это самое достойное в фильме. Сюжет сам по себе занимателен, всегда интересно наблюдать, как сценарист сплетает судьбы людей, казалось бы, не имеющих ничего общего между собой. Но идея сценария показана неубедительно, фильм не заставляет задуматься, сомневаться, спорить. Жизнь после смерти не доказана, а рассказы о духах, ангелах и прочем в большинстве случаев оказываются небылицами или чьим-то заблуждением, недопониманием происходящего. Если сравнивать «Потустороннее» с другими мозаичными фильмами («Реальная любовь», «Старый Новый год»), которые я посмотрел перед ним, то картина Итсвуда значительно отстает по всем параметрам. 6 из 10 P.S. Не знаю, кто на Кинопоиске занимается распределением фильмов по жанрам, но у него серьезные проблемы с образованием. Назвать драму, пусть и с легким мистическим уклоном, фентези нельзя даже по аннотации.

Первая совместная работа заслуженного и отмеченного многими критиками сценариста Питера Моргана и Клинта Иствуда, культовый статус которого не обговаривается. Абсолютно неважно о чём будет фильм, но все знают, как Иствуд мастерски, скрупулёзно выглаживает образы, выстраивает характеры, максимально раскрывает их зрителю, дабы дать возможность прочувствовать их чуть ли не на вкус. Все его картины содержат сильнейшие драматические линии, которые идеально выкладываются на общий фон его картин. В 'Потустороннем', несмотря на то, что затрагивается тема мистики, драма - преобладающий жанр. Мистер Иствуд уже пробовал провести несколько, а именно три, параллельных истории (вспомните 'Таинственную реку'), вот и здесь он старательно вырисовывает три персонажа, которые непосредственно столкнулись с другим миром и верят в его существование. Драма здесь очень сильная, как умеет это делать только Клинт Иствуд. Совсем другое дело, когда начинаешь откровенно скучать, так как особого напряжения и пищи для ума фильм не даёт. Слишком много сцен, где нам подают эмоции героев, но они не имеют должного влияния. Скажем так, не выглядит всё это уверенным, остаётся всё тот же вопрос: что же так нам хотел сказать Клинт Иствуд? Мэтт Дэймон неплохо вжился в образ того, кто может общаться с миром мёртвым, приятный такой персонаж, с личной драматургии, однозначно он понял, чего требует от него режиссёр. Сесиль де Франс тоже хороша, романтично и трогательно играет журналистку. И юные братья МакЛарен достойны уважения за своё исполнение. Фильм содержит и положительные стороны, но как для зрителя, требующего чего-то большего, то и отрицательные имеются. За себя уверен, что второй раз 'Потустороннее' я смотреть не буду, а отдельным киногурманам придётся по вкусу. Но как бы то ни было и эта лента получила какую-никакую, но номинацию на 'Оскар'. 5 из 10

Это фильм заставляет задать множество вопросов: зачем за тематику экстрасенсорики взялся такой маститый оскароносец как Иствуд, зачем чересчур востребованному актеру Дэймону роль в заведомопровальном проекте, зачем, зачем? Фильм не вызывает интерес, не будоражит воображение, лишь изредка пробивает на слезу и оставляет равнодушным после надписи The end. Невнятное повествование, примитивные оценки там, где душа рвется наружу от горя (утрата ребенка у матери и брата у маленького пацана). Главная героиня в лице франкоговорящей бельгийки в свои 37 лет выглядит на все 50, обрывки сюжетных линий так и остаются незаконченными, на лицах героев полное недоумение от того, что они делают по сюжету, а смысл во всем этом вообще искать не стоит: не отыщите. И лишь одно достоинство фильма: номинация на Оскар 2011 в категории «лучшие спецэффекты», а они там, действительно, потрясающие и сняты с достоверной натуралистичностью (цунами, спасение, последствия). Мастерство не пропьешь, как говорится, это можно смело отнести и к мамонту американской школы кино Клинту Иствуду, который если и снимает кино, то делает это на высшем уровне; но в случае с «Потусторонним» промахнулся сценарист, а интуиция подвела режиссера. Видимо, как и у нас, на Западе тоже весьма ощутим дефицит интересных идей для написания добротных сценариев. Жаль, а ведь 50 млн. $ можно было потратить на кино более глубокое и осмысленное.

В фильме «Потустороннее» (2010) — три параллельные истории: французская журналистка Мари переживает клиническую смерть во время цунами; Джордж, американец с даром медиума, бежит от своего дара и одиночества; Маркус, мальчик из Лондона, теряет брата-близнеца по колесами автомобиля и отчаянно ищет с ним связь. Их судьбы пересекаются ближе к финалу, предлагая зрителю задуматься о смерти, утрате, надежде, смысле человеческое страдания. Режиссер и актер Клинт Иствуд, легенда Голливуда, здесь пробует силы в тонком экзистенциальном киножанре. И хотя его интонация — сдержанная, гуманистическая — ему не удаётся добиться эмоциональной и экзистенциальной глубины. Мэтт Дэймон делает всё, что может в рамках роли Джорджа — сдержанно, честно. Сесиль де Франс убедительна, но сценарно её линия теряет ритм и кажется протянутой за уши. Линия мальчика, пожалуй, самая живая и щемящая, но и она страдает от какой-то неестественности, Сильные стороны: Фильм поднимает важные экзистенциальные темы: смерть, одиночество, поиск смысла, свобода. Он не даёт готовых ответов и не скатывается в религиозную догму. Музыкальное оформление и темп подчеркивают созерцательную атмосферу. Слабые стороны: Поверхностное раскрытие тем. Тема смерти — не раскрыта через глубокое внутреннее движение героев. Мы видим их страдание, но не видим подлинного экзистенциального сдвига. Как если бы герои стояли на пороге, но не сделали шаг внутрь. В фильме нарушена драматургия. Три сюжетные линии развиваются в разных эмоциональных регистрах и почти не влияют друг на друга. Финальное соединение кажется надуманным и искусственным и не дает подлинного катарсиса ни зрителю ни героям ленты. Также чувствуется искусственность в развитии сюжета. Вместо естественного, живого движения персонажей создается впечатление, что их действия продиктованы схемой: «пройти через утрату», «отправиться на поиски смысла произошедшего», «прийти к осознанию и катарсису». Это делает образы менее живыми, искусственными и мешает зрителю по-настоящему им сопереживать. Мне показалось, что режиссёр мало показывает внутреннюю свободу героев — их способность выбирать, как относиться к боли утраты. А ведь в экзистенциальной терапии Ирвина Ялома, связанной со смертью. главное — напомнить: даже в страдании у человека остается личный выбор. Он может спросить себя: «Что я хочу делать с этой болью утраты?» В фильме же герои либо просто страдают, либо неожиданно приходят в себя, как будто сами по себе, без внутреннего решения. Ниже я приведу возможные варианты того, что могли бы сделать герои фильма «Потустороннее» с болью утраты, если бы осознали свою внутреннюю свободу и воспользовались ею — в духе экзистенциальной терапии. 1. Мари, журналистка, пережившая клиническую смерть. Что с ней происходит: она сталкивается с непереносимым разрывом между личным переживанием и общественным отрицанием. Ее опыт не признают, и это усиливает экзистенциальную изоляцию. Что она могла бы сделать с этой болью: Спросить себя: «Что для меня важно сейчас, несмотря на то, что меня не понимают?» Использовать боль как точку опоры, чтобы начать открытый диалог о смерти в обществе. Выбрать направление жизни, где её опыт ценен: помощь другим людям, пережившим околосмертный опыт. Продолжать документальное исследование и гуманитарную работу. Признать: «Я не могу заставить мир поверить, но я могу честно жить с тем, что я знаю и что я лично пережила». 2. Джордж, медиум, уставший от дара. Что с ним происходит: он страдает от изоляции, так как боится, что его дар разрушает возможность быть «нормальным». Он избегает связей с другими людьми и выбирает одиночество. Что он мог бы сделать с этой болью: Задать себе вопрос: «Я избегаю боли — но теряю ли я при этом жизнь?» Исследовать, как использовать свой дар в согласии со своими ценностями, а не вопреки им. Найти контакт с людьми, которые примут его не за его уникальные способности. Перестать быть жертвой своей особенности и начать осознанно выбирать: «Я могу быть с другими — не несмотря на свой дар, а вместе с ним». 3. Маркус, мальчик, потерявший брата. Что с ним происходит: он не в силах принять смерть брата. Он ищет способы вернуть его, боится забыть, и остается эмоционально замороженным. Что он мог бы сделать с этой болью: задать себе вопрос: «Что я могу сохранить от брата в себе и в своей жизни?» Проводить ритуал памяти: писать письма брату, пользоваться его вещами, продолжать то, что они делали вместе. Поговорить с кем-то, кто выслушает и не отвергнет его горе. Осознать: «Я не обязан перестать любить брата, чтобы жить дальше». Во всех этих примерах важна перемена позиции. Да, «со мной это произошло — и я сильно страдаю», на «это произошло — и теперь я сам выбираю, как быть с этим». Боль потери нельзя отменить. Но можно выбрать: отгораживаться от нее — или впустить её и позволить ей стать частью смысла жизни. Мой вывод психолога, который работает в методе экзистенциальной психологии: «Потустороннее» — это фильм с благородным замыслом, но недостаточной психологической и сюжетной глубиной. Он может стать поводом для размышлений о смерти и утрате, но вряд ли станет внутренним откровением. Это скорее приглушенный разговор о смерти, чем настоящая встреча с бытием. Но все равно за попытку я ставлю оценку: 6 из 10 Рекомендую фильм, кто хочет мягко прикоснуться к теме утраты. Но если вы ищете подлинную экзистенциальную трансформацию — придётся ее искать в других фильмах или в собственной терапии.