Бродячий автобус

Безусловно, понимаю, что сравнивать 'Бродячий автобус' с упомянутым в заголовке фильмом раннего Бергмана не совсем корректно, ибо режиссёры обеих картин (при всей их схожести) всё же хотели сказать зрителю разные вещи. В этом отношении фильм Бергмана даже ещё более жесток, беспросветен и пессимистичен - его герои как ни пытались вырваться из действительности, в которой вынуждены жить, так в итоге и не поднялись, а лишь только больно разбились о дно своей прежней жизни. И всё же, нельзя не отметить похожести картин этих, в общем, чрезвычайно разных режиссёров, похожести в потрясающе достоверном и трагичном изображении неказистой закулисы провинциального артиста (только у Бергмана это бродячий цирк, а у Хейфица театральная труппа). Да только зря уважаемый предыдущий рецензент упрекнул картину в чернушности. Во-первых, посмотрите того же Бергмана (и попробуйте упрекнуть - он потрясающе во многом прав в своём взгляде на жизнь). А во-вторых, во всём этом разрывающем душу своей трагичностью финале 'Бродячего автобуса' лично я усматриваю ноты оптимизма. Не так страшна смерть старого артиста, умершего прямо на сцене - ведь он веровал в жизнь вечную, да и временную прожил, неся высокое достоинство служителя искусства (в отличие от своих коллег по цеху, в конце признавшихся, что сами не знают зачем влачат свою безрадостную и многотрудную жизнь). А во-вторых, Сергей, ещё недавно так цинично и жестоко обошедшийся с Олей (принявшей его удачную импровизацию за чистую монету) с улыбкой смотрит на спящего на руках матери Костю. Пусть кто-то и не усмотрит в этом доброго знака. Усматриваю. Резюме: в последнем своём фильме весьма уважаемый мной И. Хейфиц превзошёл самого себя, сняв перед смертью свою лучшую картину. Словно те артисты, сыгравшие в фильме свой лучший спектакль, так сильно напомнивший жизнь. 9 из 10

Отличная драма закрытого показа советской хроники. Фильм о жизни, о людях, о заложниках своей профессии. Автобус со странствующей труппой артистов добирается до очередного города, чтобы дать представление. «Весь мир театр, а люди в нём актёры» - Уильям Шекспир как в воду глядел, так как данное высказывание в прямом и переносном смыслах отражает жестокую действительность ленты. Каждый пассажир автобуса – индивидуальная личность, и к театру у каждого своё отношение. Это люди профессии, они зарабатывают себе на хлеб, примеряя кучу обличий на своих персонажах, тем самым уходя от действительности, погружаясь в чужую жизнь. Нашему вниманию предстаёт малейшая ссора двух героев, которая выливается в разделение актёров, чтобы больше проникнуться идеями, мечтами и историями жизни каждого. Приятная атмосфера советского времени ложится на просмотр, путешествия оборачиваются разными препятствиями, а артисты великолепно описывают сложившиеся ситуации. Предводителем, администратором труппы выступила Лия Ахеджакова, которая своим звонким голосом скрашивала все драматические элементы, добавляла задора и всё время рвалась вперёд, сквозь все препятствия. От неполадок технических до раскола душевного. Великолепное представление человека в разных условиях существования. Благодаря первичному расколу, который послужил продвижением второстепенной линии, можно оценить страдания человека, который под маской театра скрывает свою тяжёлую жизнь, метафора и высказывания персонажа отражаются и на событиях ленты в течение хронометража, и на грядущем финале. «На мне играть нельзя», человек вам не инструмент, не элемент какого-то механизма, а живое существо со своими чувствами и эмоциями. Такая подача правды жизни отражается поступками и угрызениями совести. Пока мы познаём одних героев, обстоятельства дают возможность импровизировать и создать великолепное представление (не смотря на то, что у нас актёры) прямо на сцене. Последний акт перед кульминацией заставляет хвататься за сердце, когда люди начинают говорить правду. Актёрское мастерство переплетается со сложной реальностью, рождая на глазах самый лучший спектакль артистов, история жизни через выяснение отношений. Всё-таки не зря режиссёр Иосиф Хейфиц так поставил конфликт в начале фильма, чтобы подвести к нему конечную ленту, чтобы сделать конфликт не общим, а частным, распространённым на всех участников поездки. Драматизм картины можно расценивать на разных уровнях: история как одного человека, так и всех артистов. Малое превращается в большее, чтобы на финальных аккордах трепета сердца вернуться к меньшему, но к более значимому элементу другой жизни на сцене. Иная атмосфера, скрытие истинных намерений и демонстрация таланта. «Значит, я действительно сильно сыграл и вжился в роль» - эти слова ранят, как нож, просачиваются не только в душу героев, но и оказывают особое воздействие на зрителя.