Нечистая сила

Было у отца три сына: кто из них умный, сказать трудно, а вот как звали младшего — козе понятно. В сказках долго запрягать не принято, вот и Ванятко в лес по грибы быстро снарядился, да забрел на Чертово болото, где бабушка живет со времен незапамятных и бесы-геологи в поисках ценностей рыщут. Тут бы ему и сгинуть горемычному, но коли помог старухе котомку до избушки дотащить, так станет ей как родной. Только вот, сколько чудес на свете не бывает, а своя голова должна не токмо шапку носить, иначе жди беды ко двору. Еще не затерявшийся среди криминальных сериалов девяностых, Эрнест Ясан снял на пике перестройки трагикомичную сказку об Иване-дураке, что за душой не держит ни копейки. И всё в ней как положено: вот волшебные гостинцы, вот скатерть-самобраночка, вот простофиля полусельский в главных героях гордо выхаживает. Да не тут-то было: на дворе конец восьмидесятых, «страна советов» доживает свои последние дни, где-то в Германии Клаус Майне уже насвистывает «Ветер перемен», но сдувает пока только товар с полок союзных магазинов. Дух времени оставляет свое тавро на сюжетном теле старой сказки — дуракам уже не везет как раньше, вся жизнь их сплошное испытание. «Нечистая сила» — кино типично перестроечное. С приходом гласности зачахла цензура, со сцены раздались призывы беречь свой хой, в кино появилась голая натура. Ольга Кабо уже не стесняется демонстрировать пышные формы, ведь кушать хочется, а чем богаты, тем и сыты. В пенитенциарном заведении больше не обещают выколоть редиске моргало, но настойчиво предлагают в подарок дырявую тарелочку. И если кто-то из режиссеров восьмидесятых еще аккуратно, по инерции, прячет сатиру за ширмой аллегорических изысканий, то Ясан поступает иначе — фантазию помещает в среду бытовую, где-то даже не самую приглядную. Пространство «Нечистой силы» поражено духовной нищетой: на монастырских воротах красуется табличка «Милиция», в покосившейся церкви читают перед сонными пенсионерами лекции о пользе труда, а из болота торчат почерневшие луковки древнего града. Помещая то и дело в кадр очередную обветшавшую церкву, Ясан создает жуткую атмосферу мира, из которого так долго пытались выгнать Бога, а в итоге так оскотинились, что забыли цели своей борьбы. И режиссер словно сам этого мира боится, застывает в полупозиции, намеренно смягчает некоторые сцены. Тюрьма вот у него на первый взгляд по-шаламовски жестокая и враждебная, но чем дальше на лесоповал, тем очевиднее несоответствие махровых уголовников из «Нечистой силы» и реальных зеков. Фильм не выглядит серьезным, обилие курьезных сцен роднит его с жанром комедии. Вот только предугадать, в какой момент лента вынырнет из водоворота ироничных шалостей, чтобы закидать зрителя негативом, достаточно сложно. Ясан передает настроение героя через язык цвета — на постоянно тускнеющей пленке, от беззаботно-ярких оттенков, до гнетущего монохрома. Меняется и выражение лица героя Павла Андреева — сардоническая ухмылка сжимается, взгляд теряет былую живость. А остальные персонажи преднамеренно обезличены и разве что родная мать, да забитая городская сумасшедшая имеют свой характер, не продавленный духом времени. Но все вокруг, от бравых милицейских и до простых служащих «института леса», словно забыли собственную человечность. Зарылись под машины, закутались в меха — как говорил один не самый известный диссидент того времени. Советская Россия в «Нечистой силе» духовно мертва, а Иван её зеркальное отражение. В руки его попадают артефакты невиданной силы, но ни богатство, ни власть не в состоянии он использовать во благо. Народ потерявший всё, возможно, именно таким виделся режиссеру СССР конца восьмидесятых. Страна Иванов родство забывших, все растерявших и оставшихся среди огромного болота.

Совсем недавно мне пришлось ознакомиться с довольно интересным фильмом под названием 'Нечистая сила' Этот фильм был издан в прокат в 1989 году, что уже заранее является гарантом качества, поскольку как-никак, но это всё же бессмертное советское кино. С первых же кадров фильм увлекает в пучину острого сюжета, который дополняется метафорическими мистическими происшествиями. Лично мне показалось, что я смотрел какую-то странную сюрреалистическую сказку. Недаром в фильме упоминается отрывок из марша авиаторов: 'Мы рождены, чтоб сказку сделать былью...' Это одно из самых точных выражений, характеризующее данное кино. Не знаю как вы, господа, но мне этот фильм сразу же навеял мысль о том, что данное произведение повествует нам о медленной деградации и распаде Советского государства. Вот черти, которым нужна 'сила' и 'власть' - основные способы управления толпой, вот старушка, которую так и хочется назвать Родиной-матью, а вот и главный герой - обычный советский гражданин, в конце-концов потерявший своё истинное предназначение в этой системе. Все эти образы как то странно сочетаются и переплетаются между собой, организуя чёткую картину бывшего Союза на момент 1989 года. Я удивлён, но данный фильм вполне можно сравнить с кинолентой 'Беспредел' того же самого 1989 года. В которой говорится, как мне кажется, об аналогичных вещах! Очень и очень трудно затронуть такой серьёзный фильм, не упоминая основные сюжетные моменты, ибо каждую сцену можно разобрать до мельчайших деталей и провести прямую аналогию с нашей реальностью. Лично мне кажется, что данный фильм достоин просмотра каждого из нас. Ведь подобные кинофильмы - это большая редкость, а посмотреть их в открытом доступе ещё большее счастье. Я надеюсь, что вы прислушаетесь к моим словам, поскольку я поставлю этому фильму наивысшую оценку и мне кажется, что это вполне оправдано... 10 из 10

Впервые посмотрела фильм в 2018г. и поражаюсь насколько тонко, трагично и глубоко режиссер переживал-рисовал события перестройки, происходящие в это время в стране. ФИЛЬМ-НАБАТ. Еще до распада Союза была подготовлена база для приватизации, осуществляемая в интересах узкого круга лиц. На глазах менялось все: рушились идеалы, великую державу двигали к краху. Общечеловеческие ценности на просторах некогда дружной и неделимой страны подменялись культом денег, силы и бесчестия. Вот именно так, в данной последовательности (вода, огонь, медные трубы) режиссер в форме аллегорий изобразил 'слом'главного героя. Эрнест Ясан оплакивает наивного русского ЧЕЛОВЕКА, который обманутый нечистой силой (узнавай их, сих волков в овечьей шкуре) из чистого, наивного, интеллигентного парня к концу повествования превращается в 'Ивана-родства-не-помнящего' и цинично роет могилу своей матери (образ Родины). Пусть вас не вводит в заблуждение нарочито-лубочный фольклор, ибо библейская тема красной нитью по всему повествованию, а образ раскаивающегося блудного сына как мощнейший аккорд. Отличная недооцененная режиссерская работа. Смотрится легко, иносказания понятны, верны, боль автора близка. 10 из 10

Иванушка Денисов странствует по лесу. Заслан по грибы от предприятия мощного. Шагом геологическим, точным да твердым, ступая по теплым, мягким тропкам дремучего леса. Стар да богат лес на травы чудодейственные, на опятки сочные, да мухоморы дурманящие. Шел Иван Демьянович по лесу да созерцал, окружающее его лесище крепкое, огромные стволы, пожухлые. Столбами в небо выдавленные. Находит Иван в лесу сером знакомства потаенны, необычайно на его жизнь дальнейшую повлиявшие. Суждено Иванушке катиться по ушибам судьбы. Лес куда занесла окаянная нечистою силою полон. Ведьма трухлявая, да черти ее скоморошины. Такой наивный, добрый Ванечка. Странник из лесного института, светлая душа, заблукавшая себе на горе, а древним тварям на потеху. Светлая душа в темном лесу. Негоже такому огоньку ясному плавать среди болот многовековых, да ухабов нечистыми обсиженных. Лес - то наполнен опасностями толку кудесного. Разуму, крошащемуся караваю страны советов не поддающемуся. Удивительное рядом с честным обывателем Ванечкой, он еще верит что страна ведает о чудесах и примет их. Но удивительно на этом издохе запрещено. Невыносимо близка, эта, такая по домашнему уютная старушка, хлебосольно раскинувшаяся подле гнилого болота. Хоть и одаривает она скарбом, заморским, червонцами византийскими. Но не с улыбкой, лучезарной, добротой широкой возыграющей. Усмешка то, существа дремучего, в русскую землю корнями вросшего да мхом ночным ороговевшего. Удивительное рядом, но оно запрещено. (с) Уместные строки Высоцкого. Контакт Иванушки-дурачка с представителями исконно русских сказочных былин а априори не мог пройти успешно. и с каждым очередным контактом приобретал форму болезненных столкновений. Водицою гнилого болота, аки из кадушки окатывает Ваню с ног до головы. На осколках, сшитых лесами, аки пластырями целебными, глумливый древнеславянский мистицизм швыряет доброго, такого метафизического человека по всем тяготам и лишениям, с учетом обстановки тех лет. Гаснет красно солнышко, ходит дурачок, на сторону кичей тюремных, спертых да бандерлогов не принимающих.. Советской мысли в плесени черти да кикиморы без надобности. Ни разу не петросянская сказки о современном горе-простофиле из былин. Пост-совок, уже маячил не ан горизонте а уверенно заходясь красным смехом гулял по стране. И это его заслуга, что в фильме какбе присутствует немало, очень немало лошадиных доз чернухи, поперечно соприкасающихся в сюжете с блистательной игрой актеров старой школы. Карцев мое почтение. Да и крепыш из чертовой троицы не разочаровал, ибо привык видеть его только в бесконечных «Ментах» и « Убойной силе «, на сугубо мусо..лицейских ролях. Эта поучительная сказка, экранизируй «Нечистую силу за рубежом» вполне могла бы вылиться и в формате годном, мрачной, noire demon tale, виде графической новеллы. Но вернёмся то, настоящее. Пошагово показано, что бывает, если водить дружбу с нечистым. Иванушка бредет по болезненным хитро подставленным пинкам, активизированных новыми друзьями нечестивцами. Трактовка старой как мир сказки получилась на ура. Здесь и колоссально угнетающая демонстрация тюремного быта с лубочной мистикой, которое при добавлении жесткого, советского синт-нойза (еще одна громоздкая заслуга), превращает сцену в подобие экранизированного бэд трипа или ночного кошмара, кому как удобнее. Саундтрек аналогично подобран крайне мозговыносяще, визжащие электронные клавишные напоминают скорее потусторонний вой а не музыку. Мораль такова, бесы встретят тебя любознательного, доброго, главное непорочного, возьмут да и опрокинут через копыта, бросят на потеху оземь снова. Да так нашвыряют что будешь стоять у сырого, разрытого корыта. И лишь извечные купола церквушек будут печально созерцать, глупого, понурого Иванушку. Блаженно нырнувшего в муть древних сказочных болот. Пример того самого, развеселого сыреющего, но крепко пропитанного, порыхлевшего, раскинувшегося на экране шикарного спектакля. Там на полях поодаль старинных лесов, где проросли кладбища, потешно резвятся престарелые бесы, выискивая новых Иванов. Которые слепо и улыбаясь любопытно бредут по вечным лесам родины своей, стареющей матушки кормилицы.