Неотправленное письмо

Фильм, который долго было недосуг посмотреть, пока не вышел блюрей. Вот она - сила современных технологий! Разумеется, не разочаровался. Разумеется, операторская работа шедевр и эталон. Особенна сильная сцена, когда героиня бежит сквозь летний лес, сквозь яркие, смазанные листья - получилась импрессионистическая картина в движении. Великолепна начальная сцена прохода геологов сквозь прибрежный кустарник, а также сцена ударных раскопок - Рифеншталь снимает шляпу. Музыка создает очень правильный фон. Конечно, кое к чему можно придраться. Например, люди сутками идут по горящему лесу, их легкие должны быть обожжены и забиты дымом и пеплом, однако хоть бы кто кашлянул для приличия. Нет, мужественным советским геологам кашлять не полагается! Первый снег, даже в тайге, не скрипит под ногами. И т.д. Но это ладно. Гораздо сложнее с героическим пафосом, которым проникнут весь фильм. Нет, он не подлежит никакому умалению, ибо светел и искреннен, но нельзя не проецировать на него сегодня некую горькую иронию, зная, что те якутские алмазы, ради которых отдали свои жизни множество замечательных людей, ныне служат олигархам для покупки футбольных клубов за рубежом. А честным людям остается лишь смотреть хорошие фильмы...

Сосны-великаны вместо стен и небо, разное, но всегда бескрайнее, вместо крыши. Запах свободы и неуловимое ощущение близкого чуда. Романтика дороги и дух приключений – разве можно променять их на засасывающую рутину стабильности городского прозябания, тем более, что интересная жизнь здесь, совсем рядом, за ближайшим поворотом. Это раньше мечталось о несбыточном – о том, чтобы стать пиратом или мушкетёром, о брызгах солёного моря или спасении прекрасных дам, а теперь… Теперь совсем другое дело. Можно стать моряком или лётчиком. Или космонавтом. Или геологом. Да, лучше всего геологом, дружной компанией бродить по тайге, вечерами собираться у костра и петь песни под гитару, героически преодолевать всевозможные преграды и достигать высоких целей. Например, открыть месторождение алмазов в Сибири. Главное, что будущее кажется таким радужным, и аромат грядущих побед опьяняет, кружит голову и заставляет упрямо шагать вперёд. Именно здесь и прячется самое настоящее счастье – в бесконечности леса, в нежном взгляде любимой Танюши, в понимающей усмешке Константина, руководителя экспедиции, в знакомых московских позывных из радиоприёмника, горьковатом вкусе коньяка, выпитого в честь удачного начала похода и редких грубоватых шутках угрюмого проводника Сергея. Очень скоро уют посиделок у костра и весёлых разговоров о триумфальном возвращении домой сменится беспросветной тоской, восторг ребёнка, нашедшего клад – глухим отчаянием и давящей на грудь обречённостью, а тонкие стволы рвущихся ввысь сосен станут лабиринтом, из которого, кажется, не найти выход. За фасадом наивных представлений о судьбе первооткрывателей скрывается не только и не столько воплощение мечтаний вечно юных душой фантазёров, но гораздо более земные вещи: боль, страдание, постоянное преодоление не обстоятельств, но самого себя, беспрестанную борьбу с собственными слабостями, словом, всё то, о чём редко задумываются мальчишки и девчонки, грезящие о покорении стихии, будь то море солёной воды или зелёное море тайги. Очаровывая кристальной прозрачностью спокойной сибирской реки, отвлекая хрусткой хрупкостью сухостоя, успокаивая тёплым пламенем ласкового огня, сквозь который проступают свеженаписанные строчки неотправленного письма любимой, Михаил Калатозов усыпляет внимание зрителя, чтобы вскоре безжалостно разрушить созданную им обманчивую действительность одним случайно прочитанным словом, одним взглядом, одной искрой, породившей пожар не только в душе. С каждым кадром светлая реальность преисполненных надежд будней становится всё более контрастной, жемчужно-серый распадается на грязно-мышиный и молочный, чтобы потом превратиться в угольно-чёрный, цвет найденных алмазов и сгоревших иллюзий, и бритвенно-острый белый, цвет выпавшего снега и савана. Музыка, поначалу почти не слышная, оглушает, и ещё недавно такие родные «Подмосковные вечера», доносящиеся из ставшего теперь совсем бесполезным радиоприёмника, сводят с ума не хуже чудовищного в своём неуёмном ликовании поздравления с обнаружением кимберлитовой трубки. Меняются и чувства героев. Ретранслятором их становится природа, прежде безмолвный свидетель, превращающийся в жестокого демиурга. От прежнего спокойствия журчащего ручья, возле которого охотился Андрей, лёгкого ветерка, запутывающегося в волосах Тани, спешащей сообщить радостную весть о найденных алмазах остальным, согревающего костра, не остаётся и следа. На их место пришёл грозный лесной пожар, тысячу километров которого невозможно обойти, вьюга, бросающая в лицо обжигающие снежные крупинки, сбивающая с ног. А летний дождик, под которым так весело было играть в догонялки, превращается в бесконечный ливень, в котором тонет и крик о помощи, и звериный вой человека, лишившегося самого главного. Соединение личных обстоятельств, воплотившихся в виде неизбежного любовного треугольника, с несокрушимыми природными, реализовавшимися в таёжном пожаре, позволило Калатозову удержать ленту от ухода в мелодраму и сосредоточиться не на частной человеческой драме, но на трагедии героя в целом. Филигранная операторская работа, предлагающая взглянуть на события с троекратной степенью приближения-отдаления, позволяет увидеть мир не только глазами конкретного персонажа или со стороны, но и окинуть тайгу взглядом птицы, вряд ли, конечно, долетающей до середины, убедиться в ничтожности маленького человека и в полной мере ощутить всё величие возможного его подвига. Посвящение, звучащее в начале картины, к финалу воспринимается скорее эпитафией всем, кому не хватило одного шага, одного вздоха, одного вскрика. И тем лучше, что Калатозову пришлось изменить конец фильма, отказавшись от беспросветности героизма посмертного в пользу надежды, ведь неслучайно имя адресата того неотправленного письма – Вера, земной компас, который – и только он – может заставить преодолеть все преграды, высушить горькие слёзы. Заставить до конца пройти свои четыре четверти пути.

Группа геологов отправляется в Сибирь искать алмазную трубку. Но найти - это даже не полдела - нужно принести добытое знание людям, хотя природа восстала против человека - буря, пожары, зима проверяют человека на прочность. Не самая завидная судьба вышла у Михаила Калатозова - звания шедевра удостоились лишь 'Летят журавли'. Его последовавшие фильмы остались непонятыми или задвинутыми в уже известные жанровые рамки. Вот и 'Неотправленное письмо' осталось романтической трагедией из 60-х гг. А ведь снято было в конце 50-х и во многом определило стиль и дух будущего десятилетия - молодость, поиски, любовь и готовность пойти до конца в погоне отнюдь не за длинным рублём... Поэтому персонажи - это не совсем люди, а, значит, почти отпадают претензии по поводу реалистичности происходящего с ними. Это герои нового героического времени навроде Прометея, о чем говорит и начальное посвящение и название фильма. Ведь письмо - это способ связи, контакта, безопасности. Неотправленное письмо - это высказывание ради высказывания, открытие ради открытия, движение ради движения, достижение не с целью возвращения. Но они всё-таки советские, а потому должны дать новое знание людям. Но, кстати, и Прометей, оставаясь одиночкой, оторванным от социума (всё ж таки с богами все больше якшался) нёс огонь людям. Короче, Калатозов, воспроизводит гуманистическую греческую мифологию, от которой европейское сознание с его ценностью человеческой жизни, благоприобретенной в ХХ веке, отказалось, а вот в СССР относились очень уважительно. Лучше [спойлер] герой, чем обычный [спойлер] человек. Но тема героизма вряд ли привлекла Копполу. Есть более интересная тема для западного профессионального зрителя - борьба со стихией. А, вернее, подвергание сомнению, но не очернению, царского статуса человека по отношению к ней. Натурные съемки гениального Урусевского, жанровое определение природного триллера, романтические герои (Смоктуновский, Ливанов, Самойлова, Урбанский) делают этот фильм одним из пионеров в мировом кино (правда, в советском кино эта тема была и раньше, а в документальном - воплощена Флаэрти в его 'Нануке с Севера'). И подобное кино тиражируется ныне с большим успехом - хоть возьми 'Скалолаз' со Сталлоне, хоть сравнительно недавние 'Выживший' и 'Эверест'. Природа по-прежнему непобедима, но человек, воюющий за выживание в ней - по-прежнему привлекателен.

Узнал о Михаиле Калатозове после слов Гонсалеса Иньярриту, о том, что фильмы оного вдохновляли его на оскароносного 'Выжившего'. Вот так тяжелая советская драма добралась до моего ума, хотя в этой работе сорвал голос Ливанов, блистательно сыграл Смоктуновский, звезда того времени Урбанский и Самойлова играли рядом. И я ничего не знал про данный кинофильм, а почему? Вопрос в невежестве или неосведомленности? О нет, просто советская цензура не очень жаловала трагизм работы, ведь здесь Калатозов показал настоящих первооткрывателей переживших приключения, достойные персонажей Джека Лондона. Именно здесь герои погибали в мирное время, пытаясь донести до цивилизации карту приисков, ценой здоровья и жизней. Михаил Калатозов с его невероятной операторской составляющей фильма, послужил примером того, как нужно двигаться с камерой, как черно-белое кино помогает работать с тенями и по-настоящему пугать немыслимой экзистенцией. Здоровые пышущие жаром персонажи превращаются в обветренных полудиких людей, готовых на все, чтобы вернуться домой и снова ощутить запах свободы. Такого не покажут по федеральному каналу больше одного раза, это идет вразрез с советским кинематографом, ведь там суровая реальность, а не безмятежность. Группа исследователей, пробираясь через необъятные просторы Сибири, сталкивается со всем величием природы. Пребывая в плену горящего леса, с голыми ветками над головой, которые будто колючая проволока хоронит мечты о побеге. Я не совсем осознал насколько это великий образец мирового кинематографа, нельзя забыть то что ты увидел, после завершения просмотра такое чувство что твое нутро истерзано. И несмотря на все это вся квинтэссенция горя пропитана необычайной волей к жизни и преисполненных надеждой грез. 9 из 10

«Неотправленное письмо» - советская, приключенческая, черно-белая драма 1959 года. Данный фильм был снят достойно, а его история полна скорби и печали. Фильм получился сильный, и был хорошо принят, как в СССР, так и в Европе. В этой истории мы видим геологов, которые в тайге искали алмазы. После долгих поисков им удалось найти драгоценные камни, но начался сильный, лесной пожар, и геологом пришлось спасать свои жизни. Мы видим историю первооткрывателей, которая заканчивается трагически. Надо заметить, что фильм снят сильно, и номинацию на Золотую пальмовую ветвь он получил заслуженно. Какая музыка в этой драме, она просто шикарно подошла к этой драматической истории. Фильм смотрится на эмоциях и переполняет зрителя. Хочется сказать спасибо замечательному, советскому режиссеру Михаилу Калатозову за его работы в кино. Данная его драма является золотой коллекцией советского кинематографа. Роли геологов сыграли такие советские актеры, как Евгений Урбанский, Василий Ливанов и Иннокентий Смоктуновский. Все они играли чисто и без фальши, и за их героев переживаешь во время фильма. Женскую роль исполнила чудесная, советская актриса, которую я люблю – Татьяна Самойлова. Она меня очаровала в фильме «Летят журавли», и остальные ее роли я всегда с удовольствием смотрю. В этом фильме все внимание было на ней. Ее героиня была неким клеем, которая держала всех вокруг себя. Ее героиню мне было жаль больше всех. Советских фильмов есть очень много хороших и сильных, и это кино в списке, о которых я не забуду. 8 из 10

Четверо членов экспедиции оказываются в черте лесного пожара. Они теряют связь с центром и вынуждены выживать. Три бравых мужчины и красавица - девушка. У каждого из них своя история, свои тайны и желания. Сложно разобраться даже в их предпочтениях. Кто из них кого любит? Но происходящее стало для каждого из них безусловным тестом на человечность. Этот незамысловатый сюжет в руках опытного постановщика Михаила Калатозова оборачивается настоящей притчей. Это история о том, как можно оставаться человеком в самые сложные моменты, находясь на грани. Это и история о том, как люди находят в себе мужество преодолевать испытания. Дело в том, что каждый из героев готов пожертвовать своей жизнью ради своих товарищей. А ведь еще совсем недавно эти люди были резки друг с другом во время сердечных размолвок. Благодаря мастерству оператора Сергея Урусевского даже самые рядовые моменты гиперболизируются. Мы получаем укрупненные планы главных Татьяны Самойловой, Евгения Урбанского, Иннокентия Смоктуновского, Василия Ливанова. И в этих планах нет никакой симметрии. Оператор выхватывает причудливые наклоны лиц или может заострить внимание на плече Урбанского. Урусевский показывает тайгу как идеальную модель жизни, источник тайн, мудрости и смертельной опасности. Визуальный ряд лишен прозаичности - в нем только поэзия. И в этом заключено изящество этой картины. Мне более по душе первые полчаса 'Неотправленного письма'. Сцена признания в любви, неожиданные признания, смущение Самойловой, брутальная ранимость Урбанского. Вторая половина ленты, при всем своем жестоком очаровании, все же более механистична. И еще... 'Неотправленное письмо' наполненно неоднозначными намеками. Ровно как и в картине 'Летят журавли' Калатозов тут будет множество двусмысленностей. Не согласны? Судите сами, но сначала ответьте на несколько вопросов. Кого любит героиня Татьяны Самойловой? Герой Василия Ливанова и правда ничего не понимал читая обрывки чужого письма? Какие были на самом деле отношения между персонажем Смоктуновского и Самойловой? Однозначных ответов тут нет. И это неспроста. По сути, перед нами классическая модель хоррора - краткое вступление, сжатая пружина нерешенных проблем и столкновение с иррациональным. 8 из 10