Время волков

Воды отравлены. Земля больше не способна кормить своих детей. Воздух наполнился кровожадностью. И никто не щадит друг друга. Ложь, похоть, алчность и насилие правят бал. Женщины вынуждены отдаваться за стакан воды, а если не желают, то возьмут силой. Маленький человек с оружием получает шанс вершить судьбы. Убийцам больше не грозит наказание. Сосед не впускает в дом нуждающегося в помощи соседа. Попутчик не угощает сигаретой, если ничего не получает взамен. Старуха жадно выпивает последнее молоко до капли, несмотря на то, что ее старик рядом умирает от жажды. Слабые люди, не способные действовать, утешают себя байками о праведниках, которые в очередной раз спасут их. Наступило сумеречное время волков перед закатом мира. Есть ли хоть малейшая надежда на новый рассвет? После провокационной «Пианистки», препарирующей природу маний одной европейки, Михаэль Ханеке в своем следующем фильме пошел еще дальше и вскрыл душевные нарывы всего общества. Режиссер ставит в ситуацию полной неопределенности не только своих героев, но и зрителей, с первых минут фильма вводя всех в заблуждение. Практически продублировав вначале истории один из самых сильных фрагментов первых жестоких «Забавных игр», заставив женщину смотреть, как захватчики ее жилища без всяких причин застрелили мужа, режиссер вынуждает зрителя думать, что самое страшное уже случилось. А на самом деле ужас еще только предстоит пережить. Никаких спецэффектов, никакой закадровой музыки, только естественный свет, дрожащая камера, наводящая на мысль, что ее держит ослабевшая рука очевидца. Наблюдая за бредущими в неизвестном направлении детьми и матерью, которую сыграла в очередной раз преобразившаяся, очень естественная в своей растерянности Изабель Юппер, мы видим мир их глазами. Сначала с надеждой осматриваем красивые пустынные сельские пейзажи при свете дня, потом с легким беспокойством пытаемся что-то разглядеть на, кажется, начинающем гаснуть экране, отражающем время, когда солнце заходит, и, наконец, паникуем вместе с этой маленькой семьей, оставшись в кромешной темноте. Проникшись полной безысходностью положения, в котором оказались персонажи, мы начинаем думать: вот он конец света - нехватка продуктов, одиночество, отчаяние и тьма, которую разгоняют лишь отблески пламени от горящего сарая, того единственного пристанища, что удалось найти в пути. Но режиссер в очередной раз отправил нас по ложному следу, нагнетая обстановку до предела. И это снова оказалась лишь присказка, шокирующая сказка впереди. Долгожданная встреча с такими же потерянными людьми не приносит радости и облегчения, а заставляет вспомнить древнегерманскую легенду об огромном волке Фернире, проглотившем светило накануне дня Рагнарока, к которой отсылает название фильма, ибо души человеческие пожрало зло и звериное в них возобладало. Этот авторский футуристический проект когда-то не нашел понимания в Каннах. Видимо, Европа не была готова, посмотрев фильм-зеркало, увидеть вместо ожидаемой одухотворенной улыбки современника звериный оскал. И потому не пожелала заметить, что автор снял не постапокалиптический, как полагают многие, а предапокалиптический фильм, привлекая внимание к популяции homo sapiens, стоящей на краю пропасти, обнажая те причины, что привели к этому положению, и указав на путь обратно. Известный киноморалист полагает, как когда-то Тарковский, а до него Иисус, что лишь альтруист, способный принести себя в жертву ради общего блага, способен остановить падение цивилизации. Крест на будущем людей он не поставил. Ведь чистый сердцем человек нашелся. Показательно, что это дитя. В юное поколение режиссер в то время еще верил, а ведь пять лет спустя в «Белой ленте» он поставит под вопрос возможность того, что больному обществу по силам воспитать здоровых духовно детей, но сделает это завуалировано и критика воспримет его идеи благосклонно. Но это будет после. А пока способность ребенка на отчаянный и самоотверженный поступок озаряет чудесным искупительным светом темный и мрачный фильм, воодушевляет и дает надежду. Нужна изрядная смелость чтобы воспринять эту картину непредвзято. Готовы ли вы к испытанию?

Еще один великолепный фильм Ханеке. Это вам не картонный 'Гараж' и не '12' из старой жевательной резинки. Это - добротная немецкая философия. Это французская красавица Свобода, но не пышная на баррикадах, а задрипанная и на помойке. 'Во - сюжет!' Извините за излишний сарказм. Кино настоящее. Но название - мне 'не совсем'. С большой высоты больно падать. 'Мы строили, строили, и наконец, -построили...' Эта злая ирония из не очень доброго советского мультика. Ирония лживая. Тогда мы жили по большому счету дружно, и строили, как умели, но для всех. И 'братских чувств' в наших генетических глубинах много, слава Богу и спасибо нашей великой русской культуре! Вернемся же на большую стройку наших западных соседей. Но в слове 'строить' есть что-то советское, мужицкое, короче, не прикольное слово. Скажем более утонченно - 'игра'. Играли в капитализм, материально утвердились, расслабились. Играли в демократию, но заигрались, до полного бардака. Играли в толерантность, но для 'дяди', черезнехочу. Фильм Ханеке про игру 'Полный Пэ' (заимств.). Меня все шутить тянет, самой противно. А тут плакать надо. Сочувствовать бедному западному обывателю, коварно почти насильно втянутому во все эти игры. Это получилось не сразу. Играли много веков: Каждый сам по себе. Это только мое. Не имеете права. Старики должны жить отдельно. Дорогу только сильному потомству. Если ты умный - почему не богатый? Жалкое зрелище. Сердце сжимается. Растерянные и обездоленные герои силятся вынуть из себя все лучшее и доброе. Но 'это' сидит очень глубоко. Картина развернута страшная, но не фантастическая. Людей вогнали в шок. 'Разворачивать' мозги, кустарно налаживать отношения нужно быстро, а то погибнешь. Пытаются все. Но не у всех получается. Наш русский философ-западник Н. Бердяев говорил, что Россия - страна странников, скитальцев и искателей, а странник самый свободный человек на земле... И нам это понятно, как 2х2. А господам с Запада не понятно. Они по своему Западу, хоть и ездят туда-сюда, а скитальцами их никак не назовешь. Чуть-что, в нору. Или волчье логово. Как сказал другой 'философ' хомячок Хома: весь мир - моя нора! Во время опасности взрослые всегда кидаются спасать детей. Это закон природы. Ханеке наше спасение видит в детях. Если не взрослых, то хотя бы себя спасайте. Вы еще слабые физически и не можете тащить тяжелый мешок, набитый страхами, мещанскими нормами, больной идеологией. Вы слабы, но вы чисты и смелы. И в норе детям сидеть влом! Из орлят вырастают орлы, из цыплят - курицы. И даже в куринной семье может подрастать орел-скиталец. Дети и тянутся друг другу инстинктивно, им плевать на взрослые условности. Они хотят дружить и спасать. 'Пусть всегда будут дети, пусть всегда буду я...' Точнее - мы.

В период некой современной апокалипсической катастрофы среди людей начинает витать миф о 4-х праведниках; люди надеются, что кто-то другой, а именно какие-то неведомые люди-праведники могут спасти всех. Однако, люди не думают о том, что это должно быть делом каждого. В каждом должен ожить тот самый праведник, как готовность принести себя в жертву, поступиться хотя бы частицей своего благополучия, принести в жертву своё будущее. И только маленький мальчик способен на это со своей искренней душой и «незагруженным» сознанием. Что мешает остальным стать праведниками: 1. Неприятие своей божественной природы, того, что «Царствие Божие внутри Вас есть». Женщина, рассказывающая о праведниках, всё пытается распознать одного из них в окружающих людях и видит их почему-то в распределителях ресурсов и проявляет поистине потребительское отношение к этой праведности, она считает, что к ним надо быть поближе, чтобы спастись за их счёт, урвать себе кусочек спасения. 2. Мстительность, как неприятие высшего смысла происходящего. Женщина, увидев семейство, убившее её мужа, в истерике бросается восстанавливать справедливость и досадует, не имея возможность восстановить её. 3. Отчуждённость, надежда только на себя самого. Это проявляется в парнишке, который скитается в одиночку и использует людей с расчётом для себя и только для себя – снимает одежду с покойника, ворует козу, которая давала молоко для всего временного сообщества ожидающих поезд. Это проявляется и в подонке, насилующем девушку прямо среди спящих людей. 4. Поиск виноватых. Периодически вспыхивают разборки на национальной почве: кто-то обвиняет во всех грехах румын и кидается на них с кулаками. 5. Озабоченность сиюминутным выживанием и бытовыми проблемами. Мальчик-праведник всё время пытается убежать от этого, он уходит ночью из приютившего их семью сарая, он убегает во время разборок при дележе пищи и воды. Тем самым он пытается отвлечь ближних от погружения в заботы о сиюминутном выживании, пытается заставить подумать об изменении глобальной стратегии поведения и высшем смысле происходящего. Томительное страшное ожидание поезда заканчивается для всех, когда один, всего один (!) маленький человечек проявляет готовность принести себя в жертву. Тогда приходит промежуточное спасение - поезд. Почему именно этот мальчик смог совершить подвиг? Может быть потому, что его правильно воспитали. Как повёл себя его отец в критической ситуации? Не испугался врага, не заискивал перед озверевшими на почве самовыживания людьми, смотрел им прямо в глаза и, осознав опасность ситуации, не струсил и добился, чтобы дети оказались вне угрозы; вызвал огонь на себя. И хотя это обоснование мне самой кажется додуманным мною… но, наверное, это был прообраз того подвига, который совершит потом его маленький сын. Незащищённый, голый, с хрупкими, ещё не успевшими стать прочными, жилками в носу, из которого часто идёт кровь. Будьте как дети?

Апокалипсис может наступить внезапно, но виноваты в нем будут не катаклизмы, посланные Природой во имя наказания человека, а сам человек, забывший о гуманности, утративший чувство вины и сострадания, ставший волком в гигантской стае, где каждый сам за себя. Лишь те, кто чисты духом и совестью, станут ключом для спасения. Анна оказалась с детьми на этой железнодорожной станции в мире без мира, без цивилизации, не по своей вине. Горстка таких же, как она, выброшенных и забытых людей, ждут здесь поезда и пути своего спасения. Грешники, молящиеся о праведниках, грешники, которым требуется излечить свою душу, грешники, не готовые на жертвенное искупление. Философская драма 'Время волков' режиссера Михаэля Ханеке, хотя и прошла в прокате незаметно, зрителями-интеллектуалами не была проигнорирована. Этот мрачный и депрессивный фильм основан не только на сугубо немецкой и австрийской философии бытия, но и еа универсальной христианской догме о жертвенности и спасении. Ханеке показывает внутренний Апокалипсис героев картины, окружающая же их пустота полей лишь олицетворяет их сосбственную духовную пустоту. Изабель Юппер и Беатрис Далль играют своих героинь минималистично и холодно, создавая образы не столько реальных людей, сколько архетипов человеческого характера. Оператора Юрген Юргес сянл ленту в мрачных и гнетущих тонах, наполняя видеоряд фильма тяжелой символикой. Я рекомендую данную картину всем поклонникам европейского авторского кино и, думаю, фильм Вас не разочарует. 8 из 10

Для современного зрителя эта лента наверное не покажется особо значимой. В 2000-х годах видения апокалипсиса захватили внимание зрителей и были не раз эффектно представлены на экранах с самой разной акцентуацией. Точка зрения Михаэля Ханеке выделяет прежде всего вопрос цивилизационный. 'Время волков' - масштабная авторская попытка понять, что будет с человеком, если привычные общественные институты исчезнут. По сути перед нами философское эссе, в котором нарратив становится формой общения автора со зрителем. Нам не расскажут о причинах исчезновения цивилизации, покажут лишь стремительные перемены. Я бы представил их в форме условного диалога. Останется ли частная собственность после исчезновения цивилизации? По праву сильного любой сможет вторгнуться в Ваше жилище. А как будут жить люди, когда не станет Закон? Будут искать кого-то сильного в надежде на разрешение спорной ситуации. Другое дело, что даже если такой 'сильный' и найдется, то решать проблему он будет исходя строго из своих интересов. Ну и самое важное... Раз общество перестанет воздействовать на человека, не будет и Закона, то выходит, что и наступит та самая свобода?! Ханеке методично и последовательно показывает ложность данных выводов. Он показывает как стремительно человечество может вернуться к самому банальному рабству. А как же идеалы гуманизма? Увы, тут Ханеке неумолим. Он показывает 'черные времена' во всем их ужасе. Люди сбиваются в стайки, сами выбирают вожаков и без особой причины, хаотично влачат существование. Несколько печальных моментов, которые 'высветил' Ханеке - лишь вершина айсберга. Похоже этот европейский интеллектуал всеми силами пытается воспротивиться тому безумию, которое творилось на его родине в середине двадцатого века. Я бы особо отметил то, что Ханеке не стремится уходить в пессимизм. В одной из самых страшных сцен фильма вроде бы уже отчаявшийся взрослый не позволяет ребенку совершить свести счеты с жизнью. Что это, если не надежда на самое лучшее? И если взглянуть на другие мрачные работы Михаэля, то 'Время волков' выглядит едва ли не самой оптимистичной лентой, несмотря ни на что. Ханеке тут не упивается несовершенством людей, и это самое приятное. Нужно отметить конечно и актерские работы. Изабелль Юппер, Беатрис Далль и юная Анаис Демустье тут были очень органичны. 7 из 10