Деньги

Как много в этом слове, всё так и крутиться вокруг них, как Земля вокруг Солнца. Деньги – идеальное воплощение наших желаний. Деньги – это то ради чего мы живём. Деньги, деньги, деньги… Всё можно купить за деньги, особенно сейчас. Кражи, войны, убийства, несчастная любовь – всё из-за пресловутых денег. Поэтому стремление большинства сводится к одному – любой ценой чего бы то не стоило, разбогатеть! Герои – молодая бедная семья, подростки, мошенник – хотят заработать, используя при этом разные способы, хотя их всего два: честно или нет. Ивон старается «правильно» прокормить своё семью, он трудиться и живёт на одну зарплату. И в итоге, за квалифицированно выполненную работу, получает фальшивые банкноты, и естественно сразу же попадается. Этот случай ломает его жизнь: увольнение, безуспешные поиски новой работы и…теперь он готов на все, чтобы получить деньги, на любую работу. Общество сурово в отношении индивидуума, оно «убивает» даже не подозревая об этом. Именно оно и порождает самых хладнокровных и безжалостных. Законы жизни просто не предусматривают существование невиновных, честных, они, будто, созданы, чтобы вырубить их на корню. Чтобы выжить нужно быть таким как все… Это кино, которое нужно смотреть. Да именно, смотреть. Брессон рассказывает показывая, картинка преобладает, диалоги только по необходимости. Это и отличает его «чистое кино» от других.

Последний по порядку, но не по значимости фильм Робера Брессона. По прошествии сорока лет с его первой работы 'Ангелы греха' (а также в процессе создав еще 11 фильмов), публика ждала от величайшего аскета чего-то неожиданного, нового и сверхъестественного. Интерес к фильму величайшего минималиста кинематографа возрос настолько, что 'Деньги' попали в конкурс Венецианского кинофестиваля. Там же оказалась и картина эмигрировавшего (телом, но не душой) Андрея Тарковского Ностальгия, немедленно подвергшаяся уничижительным эпитетам со стороны советских критиков. В связи с тем, что оба фильма оказались несравненны, наградили и Брессона и Тарковского. Это событие символично отображает сближение, слияние, дисперсию двух культур. Если Андрей Арсеньевич сажал семена своего видение мира, сформированного в послевоенные годы в родном СССР, на иноземную почву, то Брессон ясно сознававший упадок духовности запада вновь и вновь возвращался к русской культуре, идеологии, этике. На этот раз, оставив трижды экранизированного им Достоевского, он берет за основу другого мастодонта этики и морали - Толстого. На первый взгляд, может показаться, что ничто так далеко не отстоит от современной техногенной действительности как Лев Николаевич с его моралистическим проповедничеством. Как известно, двадцатый век характерен крушением всех моральных устоев, ускорением жизни, постоянными мутациями общественного сознания. Все стало относительным - категории существования, желания, идеи, стили, направления, даже время и пространство. И все-таки, при подобном сверхтекучем положении дел универсум стремится к одной точке, служащей сверхпроводником и абсолютным мерилом всего и вся. К деньгам. Итак, 'Деньги' в какой-то мере исключительный фильм, ибо стремится примирить непримиримое, объять этикой необъятное общество. Брессон очень хорошо понимал не только 'старину' с ее рыцарской доблестью, неистовой верой ('Ланселот', 'Жанна Д'Арк), но и современность с ее апатией, нигилизмом и отчаянием ('Вероятно, дьявол'). Возможно ли смотреть сразу в обе стороны, быть этаким связующим звеном истории? Очевидно, что да. И этот фильм тому доказательством. От повести Толстого сохранена только первая половина. Вторая, 'оптимистическая', в которой герои очищаются от зла и свихнувшийся мир внезапно находит точку опору в нравственности полностью вымарана Брессоном. Преподнесение смысла и морали характерное для романтизма (и не окупившее себя) полностью заменено на сухой реализм без капли нравоучительности. Мир Брессона холоден, отчужден и абсолютно пуст. Люди лишь выполняют придаточную функцию в вечной циркуляции капитала. Без чувств, эмоций и души. И горе тому, кто вдруг покинет этот порочный круг. Конечно, именно это случается с главным героем, неожиданно обнаружившем всю бесчеловечность капиталистической системы. Постепенно маленькая брешь (отец отказывает сын в выдаче карманных денег - факт чисто этический или механический?) перерастает в черную дыру, втягивая в свое бездонное сопло десятки разрушенных жизней. Будучи полностью исключенным из общества, потеряв семью и социальные гарантии (после отсидки), Ивон из жертвы становится палачом. Он сводит знакомство с женщиной, образ которой служил для Толстого идеалом доброты и 'кротости' - трудолюбивая, набожная, смиренная и чистосердечная. Конечно, ее убийство предопределено. Но в чем заключается мотив Ивона? Ведь впоследствии он возвращает деньги и сознается в содеянном, ничуть при этом не раскаиваясь? На мой взгляд, этот шаг есть последняя, отчаянная попытка обнаружить в мире всепоглощающего хаоса капитала основание, смысл и последовательность. Хотя бы при помощи зла... Каков результат? Это ведомо только самому убийце, а мы можем лишь удивленно наблюдать за еще одним психопатом, абсолютно 'безосновательно' уничтожившем целую группу людей. 'Маньяком', некогда бывшим добропорядочным гражданином Ивоном Таржем. Как и прочие гениальные творения, Деньги является лишь совокупностью знаков, каждый из которых может читаться по-своему. Также этому способствует минимальные средства визуализации, зачастую, мы даже не видим лиц героев. Поэтому, точка зрения на фильм у каждого рождается своя собственная. Некоторые даже рассматривают Деньги в плоскости многослойной символики и троекратно скрытого смыла. Действительно ли это так? «Я не знаю, почему он так поступил. Он и сам не знает!» - восклицает Брессон на вопросы журналистов. «Все истины парадоксы!» - утверждает Толстой.

Последняя лента Брессона «Деньги» с самого начала не скрывает своей апокалиптической атмосферы: поначалу кажется, что дрейф фальшивой купюры от владельца к владельцу мог бы стать источником клубка авантюрных приключений, как в «Двадцати баксах», к примеру, однако, постановщик неумолим в своей жесткой нравственной дилемме – деньги правят миром, развращают и уничтожают любые благие начинания. Как известно, Брессон снимал ленту так, чтобы небо ни разу не попало в кадр, это было ему нужно для того, чтобы показать тотальную бездуховность мира в 1980-е, режиссер таким образом снимает сразу и антибуржуазную, и христианскую картину о вселенной, где действуют фальшивые знаки. Казалось бы, почти невинная выходка двух подростков по сбыту фальшивой купюры открывает ящик Пандоры человеческих страстей, приводя в итоге к массовым убийствам. Как и в «Карманнике», в «Деньгах» Брессон часто использует крупные планы рук, ног, частей тела, денег, кассовых аппаратов, демонстрируя взору зрителя автоматизированный безбожный мир, в котором люди копошатся в материальном. По мысли Брессона, деньги – фальшивы сами по себе, это фальшивые ценности, лже-ценности, это просто бумага, но двигающая мирами. В картине мы видим, как того, кто ушло и проворно использует пресловутый фальшивый купон (ему суждено впоследствии стать грабителем), так и того, кто становится жертвой фальшивки из-за своей честности, но спустя время превращается в чудовищного преступника. Наверное, как ни в каком другом фильме Брессона мы видим некую невидимую связь, но не с Трансцендентным, а нечто внутримирное, имманнентное, то, что соединяет людей воедино некой преступной сетью: Брессону важно показать, как денежные знаки будоражат, высвобождают человеческие страсти, которые в итоге и губят людей. В круговую поруку зла включены все, включая подростков (вспомним, замечательную в своей холодности выдачу карманных денег в начале – прямое указание на то, что отношения родителей и детей построены на денежном обращении, а не на любви и уважении). Постановщик показывает мир, где преступники избегают наказания, а честные люди попадают под суд. Однако, проходит немного экранного времени, и мы видим, что жертвы и преступники меняются местами, в мире «Денег» все запутанно настолько, что честно просто не прожить. Мир «Денег» - это безбожный мир кровавых преступлений, бесчестности и обмана, именно ложь заводит весь преступный механизм, который в деталях показывает нам Брессон. Путь от лжи до массовых убийств – страшный результат жизни, в котором правят лже-ценности, деньги. Таким образом, в последнем фильме Брессона перед нами – апокалиптическая картина конца цивилизации, в которой полностью дезавуированы мораль и нравственность, небо исключено из дискурса и внимания людей, а их поведение жестко направляется чуждой силой, только это не Бог, как было в «Приговоренном к смерти…», а дьявол и уже не вероятно, как сказано в предыдущей брессоновской ленте, а совершенно точно. Миры фильмов Робера Брессона за сорок лет его деятельности в кино отличают от вселенных других режиссеров несколько базовых черт: прежде всего, это математическая точность деталей, эстетический аскетизм, во-вторых, гиперморализм мессиджа, ставка на базовые бытийные вопросы, в-третьих, это тотальный диктат режиссерской воли, которой подчинено буквально все от малейшего элемента до замысла и его исполнения. Неумолимость логики брессоновских фильмов, работающих перед зрителем как отлаженная машина, может восхищать, как это было в случае с Тарковским и Каурисмяки, может бесить и раздражать, как в случае с Марией Казарес. Однако, не может не поражать своим размахом его сверхзадача – показать невидимое, мир духовных связей, соединяющий людей, Трансцендентное, направляющее человечество, не нарушая его свободы. Выполнить эту немыслимую задачу у Брессона получилось, а значит – ради этого стоило выстраивать на экране не на что не похожий киномир, запоминающийся синефилу раз и навсегда.

Жид: Деньги? — деньги Всегда, во всякий возраст нам пригодны; Но юноша в них ищет слуг проворных И не жалея шлет туда, сюда. Старик же видит в них друзей надежных И бережет их как зеницу ока. Альбер: О! мой отец не слуг и не друзей В них видит, а господ; и сам им служит. И как же служит? как алжирский раб, Как пес цепной. В нетопленной конуре Живет, пьет воду, ест сухие корки, Всю ночь не спит, все бегает да лает. А золото спокойно в сундуках Лежит себе. Молчи! когда-нибудь Оно послужит мне, лежать забудет... Александр Пушкин. Скупой рыцарь Деньги — это разновидность энергии. Чем их больше, тем шире возможности обладателя. Аксиома. Деньги. Человеческие печали и радости. Деньги. Мерило жизненного бытия. Деньги. Свобода и рабство. Деньги. Кандалы наших рук и ног. У некоторых - золотые. Литературный классик, наш великий соотечественник, поведал вдохновенную историю денежных коллизий отец-сын. Это азбука и жизненные уроки впитанные с молоком матери. 'Маленькие трагедии'(1979г.) М. Швейцера визуализировали историю на экране. И посыл (иметь) приобрёл завершённую форму. Иннокентий Смоктуновский (барон) выше любых похвал: ...Лишь захочу — воздвигнутся чертоги; В великолепные мои сады Сбегутся нимфы резвою толпою; И музы дань свою мне принесут, И вольный гений мне поработится, И добродетель и бессонный труд Смиренно будут ждать моей награды. Я свистну, и ко мне послушно, робко Вползет окровавленное злодейство, И руку будет мне лизать, и в очи Смотреть, в них знак моей читая воли. Мне всё послушно, я же — ничему; Я выше всех желаний; я спокоен; Я знаю мощь мою: с меня довольно Сего сознанья... Непременно перечитайте... Для полноты ощущения. Деньги-деньги-деньги... История Р. Брессона начинается мучениями юнца, страдающего от нехватки 'благородного металла'. Ограничение возможностей - поиск выхода из затруднения. Искушение обманом - и вот уже согласие на бесчестие. Как итог- совершение поступка. Всё просто. Абсолютно идентичная ситуация и у М. Швейцера. Различие лишь в деталях. Итог схож. На мой взгляд, фальшивая купюра передаваемая с рук на руки, служит разменной монетой человеческого несовершенства, порока. Автор не делает различий не по половому, не по возрастному, ни по социальному признакам. Лгут и подличают как мужчины, так и женщины. Лгут хозяева и их сотрудники. Лгут-лгут-лгут. Печалит, что мать наставляет сына ни в коем случае не признавать своей вины и не открывать истины даже отцу в случае обвинения. Жалкое зрелище. И это не кажется частностью. Можно ли Ивона вычленить из этого порочного ряда? Он - жертва. Верно? Он итоговое звено порочной цепочки? Да? Думаю, вряд ли. Он попросту не обратил внимание на полученные купюры и не имел возможности принять какое-либо решение... Его суть ещё не очерчена окончательно. Она проступает от кадра к кадру. Так кто он и что он? Бытие определяет сознание или сознание определяет бытие? Режиссёр предоставляет ему шанс - суд вынес оправдательный приговор. Где 'мы' теперь? Смываем пятно с репутации? Доказываем свою кристальность? Увы, наш 'хороший парень' у БАНКА с ДЕНЬГАМИ, за рулём автомобиля преступников. Ограбление. Вина усугубляется. И следует немедленная расплата. Какая забавная, ироничная метаморфоза... ...но жизнь не стоит на месте. Она продолжается. И деньги вновь и вновь требуют воспроизводства. Как быть? В соответствии со своим Я. Так Ивон и заканчивает своё повествование. СВОИМ ИСТИННЫМ Я. Всё предельно ясно и просто. Круг замкнулся. ...Ох, вы деньги, деньги, деньги, рублики, Франки, фунты-стерлинги да тугрики, Ой, день-день-день-деньжата, денежки, Слаще пряника, милее девушки, Все ищут ответа, где главный идеал, Пока ответа нету - копите капитал... ...все прочие персонажи остались за скобками режиссерского наблюдения. Где они? Что с ними стало? Наверное - КОПЯТ КАПИТАЛ. Кино для размышления. Чем то напомнило 'Фаворитов Луны'(1984г.) Отара Иоселиани - наблюдения-зарисовки без ярлыков. 8 из 10

Именно любовь к человеку сподвигала писателей и режиссеров моралистов создавать такие произведения, которые тщательно, шаг за шагом, исследуют природу уклона человека с пути созидания на путь разрушения. В фильме Брессона `Деньги` автору не требуются какие-то эмоциональные воздействия, он не пытается заставить зрителя плакать или ужасаться, но при всей холодности повествования в конце фильма ощущается та горечь, которую чувствовал автор, снимая фильм. Режиссер просто делает зрителей свидетелями обычных действий, которые как будто могут произойти с каждым, приводящих героя к падению. Но лично я считаю, что всегда есть выбор отказаться от этого пути, для этого нужно быть немного сильнее, чем обстоятельства, сильнее своих собственных чувств и уязвленного самолюбия. А если человек идет на убийство якобы по причине нехорошего общества или неудачного стечения обстоятельств, то, может, он действительно получает от этого какое-то извращенное удовольствие, как сказал главный герой.