Убежище

Это зародыш — от женщины после родится дитя, человек родится; Это купель рожденья — слиянье большого и малого, и снова исток. Не стыдитесь, женщины,— преимущество ваше включает других и начало других; Вы ворота тела, и вы ворота души. (У. Уитмен) Вот и опять Франсуа Озон меня оживил! Сперва заставил замирать, затаив дыхание, а иногда и отвернувшись от экрана: смотреть на молодых, красивых и – так безобразно убивающих себя наркоманов невыносимо. Затем научил любоваться красотой тела, естества и, в конечном итоге, самой жизни. А потом огорошил неожиданным, но в то же время и вполне предсказуемым финалом. Напоследок оставил легкое послевкусие, но сильные ощущения: так ледяной ягодный сорбет, мгновенно растаяв на языке, оживляет рецепторы, помогая ощутить новый вкус; так неспешный, почти созерцательный фильм Ф. Озона пробуждает в сердце ту самую joie de vivre, желание любить, рожать детей, становясь частью многовекового круговорота жизни. А ведь к просмотру этого фильма я, честно говоря, подходила с предубеждением: беременность, чудо рождения нового человека и – Франсуа Озон: странное сочетание! Оказывается, мои опасения были напрасны. Дело в том, что после просмотра нескольких озоновских фильмов разных лет у меня создалось впечатление, что женщин Озон не понимает, точнее, не чувствует по-настоящему. Его героини чаще всего или коварные (а порой и очень опасные) дамочки («Посмотри на море», «8 женщин», «Бассейн»), или скучные, неудовлетворенные своей жизнью «наседки» (тот же «Посмотри на море», «В доме»). Однако «Убежище» ломает эти стереотипы. Героиню этого фильма никак не получается вот так запросто «классифицировать», хотя она вовсе не сложна. Даже напротив, сперва поражает своей пассивностью, безынициативностью и кажущейся бездеятельностью: о том, что забеременела, не знает, затем оставляет будущего ребенка «из любопытства» (!), время своей беременности проводит в приморском домике в полной праздности, врачей не посещает, на УЗИ не ходит, к родам не готовится, продолжает употреблять наркотики – сущий кошмар любого (пост)советского акушера-гинеколога и объект для яростного осуждения (пост)советских мамаш. И совершенно непонятно, почему же не только другие герои фильма, но и зритель, вместо того чтобы осуждать заблудшую Мюс, любуются ею. Или понятно, если быть с собой честным? Национальная культурная традиция вкупе с ханжеской семейной моралью привели к тому, что тема беременности и родов в нашей стране является почти табуированной. Точнее, узкопрофильной, если можно так выразиться: разрешена только будущим мамам, женщинам с опытом и медикам. И обсуждается именно в таком страдательно-медицинском контексте: анализы – токсикоз – анестезия. Для прочих же, не причастных к этой сугубо женской «проблеме», будущая мама находится «в интересном положении», которое, на самом-то деле, никого не интересует. А уж представить, что беременной женщиной любуется какая-то незнакомка на пляже, что беременной женщине посылает «комплимент» мужчина за соседним столиком в кафе, что, наконец, беременная женщина кажется привлекательной и желанной (и даже – о ужас!: ) - гею), как то происходит в фильме – это уже что-то из области фантастики. Или из другой, европейской, французской жизни, такой, какой она предстает в картине Озона. Меня действительно поразило это несуетное, уважительное отношение к чуду – а в фильме «Убежище» это именно чудо, хоть и показано оно без всякого пафоса – появления на свет новой жизни. Впрочем, эти самые европейцы из другой жизни, которыми я только что горячо восхищалась, тоже отнюдь не идеальны: они уважают беременную женщину только по факту её 'статуса'. Окружающие героиню люди почтительны и милы, но, по большому счету, не принимают никакого участия в её судьбе, никого не заботят её личные проблемы, все герои фильма внутренне отъединены друг от друга, находятся, как сейчас говорят, каждый «на своей волне». А ведь Мюс так нуждается в поддержке, хоть и не решается ни с кем заговорить об этом. Отсутствие мужчины - в гендерном, а не половом значении этого слова – того, который мог бы взять на себя ответственность за судьбу героини и её будущего ребенка, и определяет конечный шокирующий выбор Мюс. Впрочем, если вспомнить Поля, нежно держащего на руках новорожденного ребенка Мюс в последней сцене, то моральные оценки становятся не такими однозначными. Да, в мире Озона нет классических семей, нет даже мужчин и женщин в их привычных ролях, но есть нежность, есть красота, есть вечный закон жизни, которой положено продолжаться, несмотря ни на что. А ещё в этом фильме, как и во всех прочих фильмах Ф. Озона, есть много красивого мужского и женского тела, которое – странным образом – одухотворяется даже в самых «откровенных» сценах, незаметно превращаясь в душу. И в этом превращении для меня – секрет мастерства Ф. Озона, ведь, как писал У. Уитмен, «если душа не тело, то что же душа?» 10 из 10

Кажется, уже нет смысла говорить, что Франсуа Озон изменился. Постепенно сравнение старых и новых картин главного французского режиссера современности до боли набило оскомину. Озон другой. Это факт. Он вырос и больше не старается эпатировать публику. Хватит, пожалуй. Смена ценностей в сорок лет – процесс абсолютно нормальный и закономерный, и Франсуа Озон плавно переходит от одного этапа к другому, двигаясь от истока к своему устью, изначально разрушая в своих фильмах институт семьи, и теперь его постепенно собирая воедино. Раз за разом он исследует привычные темы, делая упор на ту или иную, и его взгляд становится действительно старше и мудрее. Нам остается наблюдать за личным развитием месье Озона, и в какой-то мере, каждому, кто следит за его творчеством, он становится почти знакомым и близким, ибо говоря о картинах Озона, в той или иной мере мы говорим о нем самом. В «Убежище» режиссер продолжает рассуждать о материнстве и беременности, или ставит точку, как говорит он сам. Очень изящную точку, утверждаю я. Давно уже никто не старался показать в искусстве чудо беременности. Это стало расхожей фразой, в которую никто не хочет верить, то и дело, наблюдая в фильмах прелести токсикоза, тяжелые принятия решения делать аборт или не делать, телеса, расползающиеся во время вынашивания плода, и что самое страшное, адские муки рожениц. И вопреки всему герои этих сюжетов и их друзья продолжают твердить, что это само по себе чудо. Никакой метафизики, одна физиология, а в физиологии чудес, как известно, не бывает. Заслуга месье Озона в том, что впервые со времен великих классиков, он смог показать сакральность беременности, волшебный процесс трансформации женщины, готовящейся стать матерью, самый прекрасный из всех, перед которым должно испытывать самые трепетные чувства. Едва ли у Франсуа Озона получилось бы так тонко передать замысел, если бы он использовал актрису с накладным животом. Да и само «Убежище» появилось благодаря актрисе Изабель Карре, которая находилась к тому моменту в положении. Это фильм о ней, для нее, и для всех женщин, когда-либо ставших матерью или которые матерями станут. Карре – это центр фильма, момент самой настоящей правды, сквозящей из каждого движения мимики ее лица, наклона головы, принимаемой позы… Она олицетворяет постулат, что нет прекрасней женщины, которая ждет ребенка, и это ощущение улавливается всеми героями фильма, так или иначе выказывающими ей свое восхищение. Изабель Карре играет наркоманку Мусс, у которой от передозировки героина погибает возлюбленный, оставляя перед смертью ей маленький подарок. Из любопытства, и может быть, потому что это реальный шанс завязать наркотиками, Мусс решает оставить ребенка и на некоторое время уходит в заброшенный дом, который называет своим убежищем. Франсуа Озон обыгрывает понятие убежища как минимум дважды: это и домик, где Мусс прячется от всех, в надежде порвав связь с внешним миром, измениться, и сама Мусс, становящаяся временным убежищем для своего ребенка. Ее уединение нарушает брат погибшего возлюбленного Поль, молодой гомосексуал, вроде бы не способный иметь детей. Вопреки здравому смыслу Мусс начинает испытывать к нему сильную симпатию. Поль заворожено ухаживает за беременной Мусс. Так материнство становится не просто ключевой темой, а целым гимном, снятым в известной манере французского режиссера, тяготеющего к реализму. Все диалоги, все переживания сводятся к малышу, а камера по вуайеристски скользить по животу Изабель Карре, которой он очень, между прочим, идет. Думаю, большинство женщин, увидящих этот фильм, не то, чтобы задумаются завести ребенка, но явно начнут мечтать, чтобы отцом стал Франсуа Озон, который будет их так же боготворить. «Убежище» - это момент спонтанности и вдохновения для месье Озона. Вроде бы легкая внеплановая зарисовка, но именно это отсутствие расчета, влюбленность в выбранную тему и убедительная игра Карре, делают фильм по-настоящему проникновеным и теплым, несмотря на привычные холодные светофильтры Озона. 9 из 10

Я достаточно плохо знакомы с творчеством Франсуа Озона и не могу дать точную и объективную оценку его творчеству в целом. Однако его фильм 'Убежище' дал мне почву для размышления и также, возможность поделиться своим мнением. Могу сказать, что я неравнодушна к французскому кинематографу, поскольку именно в нем я нахожу, то знакомое мне восприятие мира, какое я бы хотела видеть в первую очередь в кино. А самом фильме могу отозваться в положительном ключе, так как один сюжет дорогого стоит. Достаточно не простой, со своей особой логикой, он не похож ни на любой другой сюжет. Его свежесть и скажем так, не изношенность (если сравнивать с Голливудом, который грешен своей интерпретацией одной той же истории, под разным углом), лично меня затянул и заставил во время просмотра забыть обо всем. Два личности, Поль и Мусс, мужчина и женщина, разные по натуре, по природе и интересам сначала отстранены. Но совсем скоро между ними возникает прочная эмоциональная связь, позже перерастающая в отношения. Недавно их объединяло только одно - смерть Луи, брата и парня. Мусс, которая переживает трудный времена в жизни, Поль в поисках. Особую нотку в сюжет внесла беременность героини. Находясь в деликатном положении, Мусс была особенной, даже несмотря на ее порок - наркотики, не определенность в отношении ребенка. Она поражает, завлекает, привлекает и заставляет чуточку завидовать ей. По всей видимости Франсуа Озон намеренно сосредоточил внимание зрителя на этот акцент, показывающий, что именно в этот особый период жизни женщина в неком роде чистое и совершенное существо. Атмосфера фильма, техника и подача кадров - все это привнесло особенность фильму. Сцены сменялись дуновением ветерка, а музыка и пейзажи создавали романтическую нотку, что сделало это кино еще более красивым, поэтому: Спасибо тебе, Франсуа Озон! 9 из 10

Не каждая женщина создана быть матерью. Но каждый человек может ею стать, вне зависимости от предрассудков и ориентаций. Озона волнует эта тема – возможность материнства (отцовства), его необходимость, его невозможность. Он, кажется, сам настолько желает испытать это чудо, что снимает фильм, который не смогла снять ни одна женщина. А режиссёр Озон сумел воспеть материнство и рассказать свою историю «о самом главном». Дальше Озону можно снимать продолжение. О детях, которые после своего счастливого рождения начинают расти. О чем дальше расскажет режиссёр? После «Убежища», кажется, что именно Озон сможет снять фильм о счастье семьи, о счастье воспитания. Начал он с темы рождения. Перестал хулиганить и эпатировать. Стал серьезным. Подобрел. И снял очень светлый фильм, после которого хочется и в своей жизни повторить потрясающий по своей красоте финал этой картины. И чтобы музыка была такой красивой, а лужайка перед домом такой же зелёной. Никаких вагонов в шумном городе.

Мы, будто, наблюдаем за неким опытом у... последней черты. О чьем именно «убежище» идет речь — матери или ребенка? Ребенок остался без «убежища», потому что его «убежищем» в идеале является мать. Но эта мать — кукушка. Она сбегает, она бросает своего ребенка на «произвол судьбы». Так ребенок остается без «убежища», без матери... Есть нечто поразительное в этом фильме Озона. И больше всего поразила меня... «гармония» этой матери - Мусс (Изабель Карре), живущей в неком абстрактном мире. Она, как бы это сказать, не чувствует дискомфорта. Ситуация не кажется ей безобразной, дикой, запредельной. Она решительно не испытывает никаких «угрызений совести». И именно в этом, на мой взгляд, и состоит самобытность Озона. В этой манере, в этой кажущейся бесстрастности. Это какой-то новый, чуть ли не «ренуаровский», подвид матери: мать-анти мать, анти-наседка. Она не пытается надеть на свое дитя капюшон, создать «подушку безопасности» между ним и озверевшим, враждебным миром. Нет, она принимает этот мир, не ненавидит его. Не испытывает к нему ровно никаких чувств. Ее ощущения — стерильны, абстрактны. Вот, что по-настоящему поражает! Это мать, соблюдающая «нейтралитет», - не агрессивная, скорее, умиротворенная (возможно, потому, что наркоманка?). Мать, в которой плещется «море нирваны и безмятежности», превалируют обаятельные (потому что абстрактные?) образы всего, что она так любит, чем по-настоящему дорожит и наслаждается — комфорт, вкусная еда, разнообразие «потоков жизни», многочисленных картинок-превращений, ублажающих ее глаз. Вокруг вещи, усыпляющие ее бдительность, убивающие ее тревогу — деревья, пляж, солнце, которые ее опьяняют, мужчины, приносящие ей радость и наслаждение, наркотики (или эрзац-наркотики: метадон?) и вино, которые пьянят и парализуют, облака, которые все так же безмятежно плывут над головой, усыпляя своей холодной, вечной красотой... Новизна, грубо говоря, в том, что эта мать с обликом Мадонны не соответствует своему облику. Нет никаких «поясов» боли, никаких колец, точек, пучков боли. Она не страдает. Ибо страдать — значит оказывать чему-то свое высшее внимание. В принципе, то, что показал нам Озон, можно назвать раком. Нравственным раком, и это самый точный диагноз, который взыскательный художник, в такой вроде бы безыскусной форме, ставит современному обществу... Случай этого материнского дезертирства, вроде бы всего лишь «частный случай», стоило бы назвать «манией непричастности», если бы он не был столь прискорбно заразителен... Главный женский персонаж озадачивает, вызывает оторопь. Но тем и удивителен, по крайней мере для меня, фильм Франсуа Озона.

«Убежище» - очередная, провокационная и неожиданная драма мастера этого жанра французского режиссера Франсуа Озона. Мне нравятся его фильмы. Режиссер хорошо знает душу и сущность человека и его темные, самые скрытные глубины сознания и желания. Данный фильм снят чисто в атмосфере Озона, и если Вы любитель кинолент этого режиссера, то получите удовольствие от просмотра, если нет, то возможно, это кино не для Вас. Мы видим главную героиню, которая забеременела, а ее друг умер от передозировки наркотиков. Женщина решает оставить ребенка вопреки родственникам ее парня и отправляется в тихое место, чтобы быть в покое и безмятежности. Ее покой рушится, когда к ней приезжает незваный гость… Это кино о одиночестве, о мыслях, о желании любви сначала к себе, а затем к другим. Концовки у этого режиссера всегда неожиданные, и их предугадать невозможно. И данная концовка тоже не исключение. Было очень неожиданно, просто слов нет. Само кино постепенно погружает в себя, иногда провоцирует на разные реакции у зрителя. Режиссер умело это делает. Изабель Карре сыграла в фильме главную роль. Именно эта роль самая заметная в ее карьере. Роль была непроста и не заурядна, и актриса раскрыла хорошо непростой характер своей героини. После этой киноленты мне хорошо запомнился ранее мне неизвестный актер Луи-Ронан Шуази. Еще хотелось заметить, что песня у фильма была то, что надо: гипнотической, хрупкой, хорошо создающей атмосферу. Мне она понравилась. «Le refuge» - провокационное кино о женской ситуации с выходящим вон финалом. Кино глубокое, и я его оцениваю положительно. Au coeur de la nuit Des rivieres de plumes Des marchands de sable Qui marchent dans la brume On leve les voiles Sous un lit d'etoiles Et j'entends ta voix Qui me chante « Rejoins-moi » Au coeur du deluge Trouver ton refuge Au bord de l'ecume Fuir l'amertume Tu m'as dit tout bas: « On t'attend deja De l'autre cote Emmene-moi danser 8 из 10

Фильм полон красивых кадров, тонких чувств и безмолвной радости. Замечателен фильм тем, что несмотря на то, что он очень размерен и медленны, он не скучный. Его приятно смотреть, вернее, его приятно прочувствовать. Его как будто смакуешь как какой-то десерт, очень изысканный и довольно запутанный. Запутанность чувств героини отлично передается хорошей игрой актеров даже при немногословности. Фильм практически не изобилует длинными и сложными монологами, мало в нем и фоновых мелодий. Зато в нем есть примечательная фортепианная мелодия, которая ярко характеризует весь фильм. В ней и нежность, и любовь, и грусть. Глубоко можно оценить фильм за то, что проникаешься к героине симпатией. Не смотря на ее плохой нрав, ты ей сопереживаешь, сочувствуешь. И в конце, уже предугадывая ее дальнейший поступок, не осуждаешь ее, а больше проникаешься ее переживаниями. Ведь лучше не быть матерью, пока не можешь давать ребенку любви достойной того, чтобы называться хорошей матерью. Фильм лаконичен в своем смысле. Как и мой комментарий, но далеко не поверхностен.