Стукачка

Хорошая актриса, интригующее название, актуальный сюжет - и voila… я его смотрю. Тяжелый фильм, тяжелый потому что это правда, потому что настоящий. Ты увидишь грязь, серость, грубость и это не просто описание тамошнего пейзажа, это состояние людей. Это не боевик… Ты не увидишь супер погонь, нереальных трюков, и наша героиня не супермен(вумен) спасающая всех. Да думаю, врядли можно раскрыть такую тему в боевике, в поре подумать о драме! Меня не утомила тягучесть фильма; меня пугает реальность (ведь это не выдумка!), бесит само существование траффинга, и готовность заплакать от бессилия. И здорово, что действительно, есть люди, которые хотят, могут и готовые помочь, стремящиеся что-то делать независимо от исхода. Вот о чем для меня этот фильм. ... Такие фильмы не зависимо от того как они сняты: хорошо или плохо - заставляют людей думать!

Форма миротворца хотя и предполагает, что ее обладатель будет свято чтить закон и до последнего вздоха защищать невинных граждан, но ее наличие еще не является залогом порядочности и человечности ее обладателя. Особенно, если к форме прилагается неприкосновенность, а вместе с ней и полное отсутствие страха за свои деяния. Свой дебютный полнометражный фильм канадский режиссер Лариса Кондрацки решила сделать на серьезную тематику, рассказав историю о современной торговле людьми, которую в свое время очень старательно пытались замять. «- Оборачиваясь назад, вспоминая все, через что вам пришлось пройти, вы бы сделали это еще раз? - Да. Никаких сомнений, я бы сделала это вновь.» Знакомство с главной героиней происходит постепенно, ведь сложно изначально испытывать симпатию к женщине, которую лишили родительских прав. Это и неудивительно, ведь Кэтрин Болковак решила посвятить всю себя своей работе. Она не отступает даже когда приходится стать миротворцем и уехать за океан, в Боснию. Здесь-то ее и ждет серьезное испытание, знакомство с кошмарами, в создании которых участвуют ее коллеги. Но в отличие от остальных, Кэтрин не может смириться с этим и начинает свое расследование. Мы видим в ее глазах страх, когда она все глубже погружается в это дело, ей наступают на горло, но она дала обещание и не имеет права сдаваться. Своей талантливой игрой Рейчел Вайс создала образ сильной женщины, чья храбрость, упорство и готовность бороться за справедливость до самого конца вызывают огромное восхищение. Поскольку Кэтрин раскрывает не одноразовый случай, а сталкивается с хорошо организованной системой, то отрицательных персонажей здесь довольно много – миротворцы с разных стран, руководство, местная полиция, пограничники… На примере душераздирающей истории девушки Раи кинофильм наглядно показывает то, за что борется главная героиня – за таких вот девушек, которые в силу своей наивности попадают не в обещанную сказку, а в ад. Эта роль пока является единственной для актрисы Роксаны Кондурач, но она сделала все, чтобы история Раи тронула до глубины души. Другие второплановые роли исполняют здесь такие замечательные актрисы, как Ванесса Редгрейв и Моника Беллуччи, чьи героини являются железными леди, ведь чтобы работать в такой организации, необходим стальной характер. А персонаж Бенедикта Камбербэтча, который мог бы помочь Кэтрин в неравной борьбе с торговцами людьми, заставляет задуматься над тем, сколько же людей, в чьих силах что-то предпринять, предпочитают также закрыть глаза и повернуться спиной. Данную кинокартину смотреть очень сложно, как и любой фильм, чьи ужасы основаны на реальных событиях. Тяжело решить, что же здесь шокирует больше – существование подобных монстров, обращающихся с девушками хуже, чем во времена работорговли, или же их безнаказанность. После просмотра столь откровенной драмы остается привкус безысходности, ведь финал отнюдь не похож на торжество справедливости. Тем не менее, создатели поднимают в фильме множество вопросов, выкрывают недостатки такой могущественной организации, как ООН, показывают цену неприкосновенности и то, что за громкими слоганами о мире скрываются деньги и жажда власти. Определенно один из лучших остросоциальных фильмов этого десятилетия. Страшно, когда те, кто должен защищать, становятся угнетателями. Но еще страшнее то, что они за это не понесут наказание.

Есть темы, которые неприятно освещать в СМИ, о которых неприятно думать и которые неприятно принимать во внимание. Одной из таких «неприятных» тем является насилие над людьми и торговля живым товаром. Однако, проблемы существуют и глаза на это закрывать нельзя. Посмотрев фильм «Стукачка» я была просто поражена. Будучи человеком неосведомленным касательно политических конфликтов в Боснии, месте, где разворачиваются основные события, я воспринимала эту киноленту исключительно эмоционально. В основе сюжета лежат две идеи: 1) безнаказанная торговля молодыми девушками со всеми вытекающими событиями, такими как, наркомания, побои, извращения, убийства и 2) равнодушие со стороны властей, которые скорее поощряют развитие этого «бизнеса», чем стараются все это прекратить. Посмотрев ни одну работу по данной тематике, могу сказать, что «Стукачка» - довольно таки сложный, пугающий своим откровением фильм. Некоторые сцены вызывают очень сильное отвращение своей пугающей реалистичностью. Режиссер не щадит зрителя, буквально «вываливает» всю эту «кухню» напоказ. Жалость, сопереживание, безнадежность с одной стороны смешиваются с полным непониманием и ужасом с другой. В мире, где куплены те, кто призван защищать нет шанса на честное существование. Более того, нет шанса навести порядок. Молодой офицер Кэтрин в исполнении прекрасной Рейчел Вайс – это не супергерой из комикса, где он один против целого мира одерживает победу, побеждая зло. В жизни не всегда срабатывают такие правила. И актрисе удалось показать всю внутреннюю борьбу своего персонажа за правду, удалось продемонстрировать стойкость характера, несмотря на предсказуемую безнадежность ситуации. На экране все действие, благодаря ей, выглядит пугающе правдоподобно. В целом, весь фильм выглядит очень мрачно, практически нет светлых тонов, кадров. Приступая к просмотру, нужно быть готовым к тому, что фильм окутан депрессивной атмосферой. Но, тем не менее, я бы советовала посмотреть и оценить эту работу. Да, страшно, что такие вещи происходят в мире, но, если уже ни один художественный фильм посвящен этой идее, значит, это говорит о нереальной масштабности проблемы. Люди гораздо чаще смотрят художественные фильмы, чем специализированные документальные, поэтому скорее таким образом могут понять всю серьезность ситуации, а может даже и как-то повлиять и предотвратить погоню очередной «красавицы» за роскошной жизнью. 8 из 10

Фильмы вроде 'Стукачки' стоит смотреть каждому, кто может похвастаться незашоренным взглядом и трезвым умом. Это взгляд на внутренности мирового безобразия, и внутренности эти воняют, разлагаются и кишат червями. Еще старенькая камерная 'Лиля навсегда' без прикрас показала изнанку работорговли, эксплуатации молодых симпатичных девушек, насилие, поломанные судьбы и проч., но канадцы показали проблему масштабнее, проведя зрителя по зловонным баракам, затхлым барам и окунув в атмосферу несправедливости и сплошь купленной полиции. Рыба гниет с головы, а общество - с представителей правопорядка, которые должны защищать слабых и пострадавших, но боснийская полиция нагло посмеивается над избитой мужем женщиной, воротит носы при виде босниек и отказывается браться за дело. Не потому, что подлючая мужская сущность втайне жалеет мужика, который может оказаться в тюрьме, а потому, что на несчастную женщину им попросту плевать. И только Кэт - единственная девчонка в суровой полиции на краю света, приходит в ужас при виде глубокого пореза и синяков. Но что можно сделать в одиночестве? И как действовать, если в стране есть проблема гораздо сложнее и опаснее, чем домашнее насилие? Что предпринять, когда сотни юных девчонок ежедневно мучают, бьют, насилуют и унижают? Они напуганы, избиты, унижено их человеческое достоинство. А самое страшное в том, что они боятся помощи с чьей-либо стороны. 'Скажи мне, что хочешь уйти отсюда' - сильно. Сцена пытки молоденькой девчонки, решившей связаться с полицией, показана стыдливо, камера фокусируется лишь на ее руках и лицах сокамерниц, но зритель чувствует каждую секунду боли, причиненной ей ржавой железной трубой. А следом кадры старого затхлого подвала, где девчонки делят друг с другом засаленные матрасы и стараются успокоить вновь прибывших, обещая им скорое возвращение домой. Хотя каждая из них понимает лживость этих обещаний. Почему система безнаказанна? Не потому, что работорговцев больше, чем законопослушных граждан, не потому, что девчонки постепенно принимают свою участь и готовы оплачивать ежедневными мучениями свой выдуманный долг. А потому, что те, кто стоят выше по социальной и политической лестнице, мрачно взирают на беспорядки и мирно закрывают глаза. Сделать вид, что проблемы нет, проще, чем решить ее. Показательна здесь героиня Белуччи - подлая наглая тетка, безэмоциональная и пустая. В противовес ей - Редгрейв, понимающая своё бессилие, но, тем не менее, бьющаяся за чужие права. Фильм безнадежен с самого начала. Он тяжел, эмоционален, жесток. И почему-то после эпизода с бегущей к сербской границе девочкой надежда на хороший исход начинает таять со скоростью света. Нет, можно помочь отдельным девчонкам, можно спасти тех, кто еще не погряз в системе, можно обойти политическую неприкосновенность, но повсеместный произвол остановить практически невозможно. На каждую спасенную будет сотня заточенных, на каждую привезенную на родину - десяток пересекающих боснийскую границу. Страшно и бескомпромиссно, без лишней 'белой' лжи и недоговорок. И самое пугающее в ней - жесткий взгляд чиновника из последних кадров и слезы боли украинской девочки. 9 из 10

Офицер американской полиции Кэтрин Болковак становится миротворцем международной миссии ООН на территории бывшей Югославии, в Боснии и Герцеговине. Но она даже не предполагает, с какой ужасной правдой ей придется столкнуться в этой стране, правдой, тщательно завуалированной многими международными организациями. Фильм 'Стукачка' 2010 года является полноценным режиссерским дебютом канадского режиссера Ларисы Кондрацки. В своем фильме, в основе сюжета которого лежат реальные события, хотя и художественно переосмысленные, режиссер затронула актуальную и страшную тему торговли людьми и сексуального рабства и вовлечения в этот ужасающий бизнес власть имущих. Картина невероятно давит на зрителя своим реализмом и безысходностью, отражающей суровую повседневность современного мира, в котором подобная жестокость возможна, а борьба с ней подчас бесполезна. Актеры в фильме играют на высочайшем уровне. Рэйчел Уэйц блестяще перевоплотилась в Кэтрин, создав по-настоящему незабываемый и сильный персонаж, которому сопереживаешь. Не менее великолепно сыграны в этой картине и второстепенные персонажи, исполненные Ванессой Редгрейв, Моникой Белуччи, Дэвидом Стрэтэйрном, Роксаной Кондурак и Сергеем Трифуновичем, сыгравшем инфернального Ивана. Оператор Киран МакГиган снял фильм в реалистичных и жестких тонах, насыщая визуальную картинку зловещей мрачностью. Майкл Дэнна написал к фильму очень напряженный и полный саспенса саундтрек, мощно играющий на зрительских нервах. 'Стукачка' - тяжелый и жутко реалистичный фильм о нашей реальности, являющийся, пожалуй, одним из самых правдивых фильмов о торговле людьми, который я рекомендую к просмотру всем поклонникам авторского и остросоциального кино. 8 из 10

Межнациональный конфликт в бывшей Югославии, натовские самолёты, громящие Сербию, множество погибших и не утихающая боль до сих пор, даже после окончания бойни. Последующие события в виде преследования отдельных людей, сепаратная договорённость о создании автономного края на территории Сербии, однобокая политика всех, кто нацелен слушать только великих борцов за демократию. Гнев за страдания братского славянского народа всё также клокочет, но пока пьющий президент в очередной заливал себе глотку, мы успели растерять больших своих друзей. И начало фильма 'Стукачка' не предвещало того, что совместное американско-канадско-немецкое производство взглянет на биографическую историю Кэтрин Болковац, американского копа с балканскими корнями, со стороны того, что и боснийцы и хорваты не меньше совершили преступлений, а может и больше. И как же это можно, покрыть грязью тех, кто должен по своей профессии заниматься налаживанием мира, а не обогащаться за счёт хаоса, царящего вокруг на чужой ещё к тому же земле? Но вот она настоящая кинематографическая демократия. Не знаю, насколько уж были сглажены углы во всей этой муторошной историей с торговлей людьми, но режиссёр и сценаристы решились сделать этот шаг, несмотря на то, что могут быть политические притеснения. Ведь в этой истории затронуты не только выше стоящие органы боснийской (подчёркиваю: боснийской!) полиции, отправляющие девушек на панель, но и даже те, кто служит в ООН, которая давным-давно превратилась в сателлита сами-знаете-какой-страны. И не только Ларисе Кондрацки (режиссёр фильма 'Стукачка') и сценаристке Эйлис Кирван хочется сказать спасибо за столь мужественный шаг, но и многим известным актёрам, которые согласились сыграть в провокационном фильме на реальных событиях. Это и Рэйчел Вайс, и Ванесса Редгрэйв, и Дэвид Стрэтэйрн, и Николай Ли Каас, и даже Бенедикт Камбербэтч, которые нынче в фаворе, сыграет небольшую роль и в качестве приглашённого гостя можно увидеть Монику Беллуччи. Поистине, искусство должно раскрывать всё глазам людей, а политика - это грязь, которую смыть сможет только искусство. Итак, Кэтрин Болковац (Вайс) увольняют из рядом полиции. В небольшой сцене с увольнением мы понимаем, что там она как белая ворона, видно, её стремление к правосудию не всем было по душе. Коррупция в полиции даже сами-знаете-какой-страны существует, это не секрет. У Кэтрин есть дочка, что также показывает нам небольшая сцена, но она живёт с отцом. В дальнейшем то, что за расследование возьмётся именно Кэтрин этот момент сильно повлияет - 'работающие' на панеле девушки возрастом немногим старше её дочери. И тут приходит приглашение к Кэтрин отправится в составе добровольной дружины по охране порядка в Сараево, где недавно закончились боевые действия. Уже после недолгого пребывания на Балканах Кэтрин сталкивается с тем, что боснийская полиция на многое закрывает глаза, работая со всей халатностью, а на заявления Кэтрин смотрят с высокомерной усмешкой. Но вскоре даже бытовое насилие покажется Кэтрин игрушкой, когда она столкнётся с тем, что боснийские чины и солдаты из 'голубых касок' контролируют доставку девушек из Восточной Европы для обслуживания их же самих, ну и других клиентов, зарабатывая на этом огромные деньги. Когда Кэтрин только заикнётся об этом, когда она найдёт своих единомышленников, когда ей удастся найти свидетельниц - узниц притона под эгидой ночного клуба - то за ними всеми начнётся настоящая охота. Каждый уже поймёт, что никто не остановится, если расследование Кэтрин зайдёт слишком далеко, и её жизнь в Сараево ничего не стоит. Фильм берёт за душу своей тематикой, а то, что он основан на реальных событиях ещё больше теребит её. Как-то подкожно ощущаешь настоящее беспокойство и испытываешь желание, чтобы Кэтрин и её соратники одержали победы, но прекрасно понимаешь, что она - муравей, которая не сможет разрушит налаженную цепь, где на верхушке стоят такие люди, о которых лучше бы и не знать и не иметь их в лице врагов. Из-за этого уже ощущаешь злобу, злобу за своё бессилие и неприкрытую ненависть на тех, кто, прикрываясь какими-то нормативными актами, плюют на искалеченные души и тела девушек, являясь политиканами и бюрократами, которых бы самих отправить в притоны, чтобы они на своей шкуре ощутили, что такое сексуальное рабство. В наше время часто говорят о гуманности, что все цивилизованные страны должны отказаться от смертельной казни, но те, кто занимаются торговлей людьми, в особенности молодыми девушками и даже мальчиками должны быть отданы на власть толпы, она решит, что делать с этими нелюдями. Вот такие вот неприкрытые эмоции вызывает фильм 'Стукачка', задевший за живое, рассказывающий о том, что один в поле не воин, особенно, когда речь заходит о больших деньгах, а на войне либо на послевоенном хаосе зарабатывают их. Посмотрите этот фильм и спросите себя, насколько же всё показанное правдиво? 8 из 10

«Стукачка» (2010) Ларисы Кондрацки — фильм редкой для современного политического кино честности. Это не триллер в привычном смысле слова и не разоблачительный блокбастер с эффектными поворотами. Это холодная, почти документальная хроника морального одиночества, в котором оказывается человек, решивший назвать зло злом. Картина основана на реальной истории Кэтрин Болковац — американской полицейской, работавшей в составе миротворческой миссии ООН в послевоенной Боснии. Уже сам выбор темы — продажа женщин в сексуальное рабство при попустительстве международных структур — лишает зрителя привычной иллюзии комфорта. Здесь нет чёткой границы между «цивилизованным миром» и «диким Балканским адом». Напротив, фильм показывает, как насилие оказывается встроенным в систему, призванную его искоренять. Режиссура Кондрацки подчеркнуто сдержанная. Она избегает визуальной истерики, не превращает трагедию в аттракцион. Камера почти репортажна: тусклые офисы, серые улицы, обезличенные коридоры международных организаций. В этом пространстве нет пафоса — только вязкая бюрократия и циничные улыбки людей в официальных костюмах. Такая стилистика усиливает ощущение подлинности происходящего. Зло здесь не демонизировано, оно обыденно. И от этого страшнее. Фильм строится на постепенном сжатии пространства вокруг героини. Сначала — рабочая рутина, затем тревожные эпизоды, дальше — нарастающее давление системы. Это кино о механизмах подавления: улики и документы исчезают, свидетелей «переводят», неудобные сотрудники становятся проблемой. Драматургия не взрывается, она медленно удушает. Кондрацки точно понимает, что главный конфликт — не в погонях и перестрелках, а в противостоянии отдельной совести и коллективного лицемерия. Работа Рэйчел Вайс — центр фильма и его несущая конструкция. Вайс играет без героического ореола. Ее Кэтрин — не плакатная праведница, а уставшая женщина с бытовыми заботами, сложной историей развода, попыткой сохранить связь с дочерью, которая осталась жить с отцом. Именно эта приземленность делает ее мужество убедительным. Вайс избегает мелодраматической надрыва; ее игра построена на внутренних паузах, на напряжении взгляда, на сдержанном гневе. Она показывает не вспышку героизма, а процесс — как человек шаг за шагом отказывается мириться с несправедливостью. Особенно сильны сцены, где Кэтрин сталкивается с цинизмом коллег. Вайс тонко передаёт момент осознания: перед ней не «плохие люди», а хорошо организованная система, в которой насилие стало частью негласного договора. Ее героиня не произносит громких речей, но в ее молчании чувствуется упрямство, почти физическое сопротивление. Это редкий пример актерской работы, где моральная позиция выражена через минимализм. Тема фильма — не только торговля людьми, но и природа институциональной безответственности. «Стукачка» задает неудобный вопрос: что происходит, когда международные структуры, провозглашающие защиту прав человека, сами оказываются вне закона? Картина демонстрирует парадокс — миротворцы обладают иммунитетом, а значит, и фактической безнаказанностью. Это кино о привилегиях чиновников, о том, как власть размывает границы дозволенного. При этом фильм не скатывается в примитивную антизападную риторику. Его пафос шире: речь идет о любой системе, где коллективное самосохранение важнее правды. В этом смысле «Стукачка» универсальна. Она работает не как публицистический выпад, а как моральная притча о цене человеческой честности и совестливости. Финал оставляет горькое послевкусие. Победа здесь частичная и запоздалая. Система не рушится — она лишь временно показывает свои неприглядные стороны. Но именно эта неполная развязка делает фильм честным. Кондрацки не предлагает утешения, а Вайс не превращает героиню в икону. Они оставляют зрителя с ощущением тревоги: если зло возможно там, где его клянутся искоренять, значит, вопрос личной ответственности касается каждого человека. «Стукачка» — не развлекательное кино, а тяжелый разговор. И в этом его сила. 7 из 10

Специфика времени и места действия фильма (послевоенная Босния 1999 года) таковы, что сама мысль о работорговле в центре Европы на тот момент казалась немыслимой на фоне ожиданий грядущей идиллии. Однако, как, в частности, очередной раз показывает эта картина, к большому сожалению, подобные схемы торговли людьми, в числе прочих сомнительных способов заработка, видимо, неизбежно возникают везде, где по каким-то причинам случается правовой вакуум и/или столкновение принципиально разных миров. В данном конкретном случае складывается ощущение, что тогда, в конце ХХ века, на руинах бывшей Югославии сошлись все возможные факторы для образования территории, где, как говорится в самом фильме, «жизнь сама провоцирует заниматься всем, что не то». В этой части создателям определённо удалось (с поправкой на специфику художественного формата разумеется) эмулировать серую зону и неизбежно возникающий внутри неё хаос. Однако если глобально получилось отлично, то вот в деталях, к сожалению, не без шероховатостей, из-за которых впечатления от просмотра могут сильно разниться в зависимости от того, в каком режиме вы смотрите подобные фильмы – «головой» или «сердцем». В режиме просмотра «сердцем» единственное, что может поначалу помешать погружению – это слишком уж утрированная завязка. Главная героиня, которая по каким-то причинам попадает под сокращение в полиции США, в составе миротворческой миссии ООН отправляется в послевоенную Боснию, где ведет себя как маленький ребенок, который вообще ничего не понимает и всему удивляется. Понимаю, что так сделано для того, чтобы погрузить зрителя в реалии фильма. Вероятно, такой подход связан с желанием привлечь аудиторию недавно (относительно выхода) нашумевшей «Заложницы» (2007), где всё ещё более утрированно, однако там имеет место откровенный боевик, в то время как тут заявка на полноценную драму, где такая наивность смотрится, как минимум, не серьезно. Однако вышесказанное, легко можно списать на вкусовщину, поэтому, повторюсь, в режиме просмотра «сердцем» фильм более чем работает в принципе, а во второй половине он разгоняется так, что от эмоциональных качелей пробивает даже такого старого циника, как я, а это, поверьте, происходит в исключительных случаях. В режиме же просмотра «головой» фильм не то чтобы откровенно сбоит, а скорее работает с сильными перекосами. Он слишком вскользь, можно сказать, между строк, доносит принципиальные для понимания моменты, и наоборот — тратит неоправданно много времени на вторичные сюжетные линии. Если говорить о ключевых для погружения моментах, то тут слишком уж ненавязчиво формируется экспозиция в той части, которая отвечает за донесение до зрителя уникальности ситуации, которая даже на момент выхода имела место 10 лет назад, в какой-то там Боснии (это вообще где?). Ситуация эта определенно уникальна тем, что стала возможна из-за контакта принципиально разных миров. Эти миры — как одинаково заряженные магниты, которые могут быть внешне похожи, но при этом не просто «имеют существенные отличия», а при попытке контакта между ними возникает непреодолимое напряжение, делающее любое сосуществование невозможным. В этой части если с реалиями разоренной войной территории всё хоть и очень неприятно, но интуитивно понятно, то вот с нюансами устройства миротворческого контингента под эгидой ООН — нет, но об этом почему-то говорится между строк, будто для условного западного зрителя 2010 года это была прописная истина (в чём сильно сомневаюсь). Лично мне ключевыми показались два момента: в контингент для региона, разрываемого этническими противоречиями, набирали буквально по объявлению! «Тебе исполнился 21 год, и у тебя есть диплом о среднем образовании? Добро пожаловать в орган, сынок!». Причем ладно бы набирали не пойми кого, так еще и платили неприлично много, что по определению способно развратить любого, не говоря уже о простых работягах, приехавших на заработки. Однако об этом можно только косвенно догадаться по реакции героини Рэйчел Вайс на предложение о найме, которая, проработав в полиции США, была сильно удивлена размеру предложенного оклада, из чего выходит, что для условного безработного 21-летнего человека такая сумма была космической. Сложив эти факторы, получаем, что в сверхделикатный регион приехали чисто на заработки далеко не сливки общества, а люди, которые в силу своего ограниченного кругозора воспринимали местных так же, как моряки времен Колумба — индейцев. И тут как-то сам собой встает вопрос: «Ну вот что в этой гениальной схеме могло пойти не так?». Однако даже такого уже нездорового расклада организаторам от ООН показалось маловато, поэтому они наделили этих условных «моряков» полной дипломатической неприкосновенностью, да еще и выстроили для них отдельную инфраструктуру, которая сама по себе опять же является хоть и не очевидным, но очень важным фрагментом истории. Инфраструктура эта по сравнению с остальным, разоренным войной городом выглядит как дворец махараджи посреди трущоб, однако на этом очень точечно и исключительно визуальным языком заостряется внимание, из-за чего может показаться, что это не еще одна фича, а какой-то баг съемочного процесса, но и это не всё. В режиме включенной (даже пассивно) критики, еще никак не получалось отделаться от ощущения общей неровности истории, в которой, как уже писал, неважное выпячивается, а важное пролетает мельком. Могу предположить, что подобные артефакты как-то связаны с проблемами финального монтажа, на что косвенно указывают очевидно тупиковые персонажи, в частности, в исполнении Моники Беллуччи и Бенедикта Камбербэтча. Дело в том, что создается впечатление, что их сюжетные линии были значительно больше и были сильно сокращены при монтаже, однако из-за ценности актеров их решили оставить в таком редуцированном виде. Такое решение, при всей его коммерческой логичности, не добавляет фильму ни целостности, ни атмосферности, поэтому игнорировать его, как и многое другое, никак не получается, однако, поскольку объем рецензии не резиновый, буду закругляться… Резюмируя, скажу так: несмотря на все придирки, фильм определённо стоит внимания всех любителей драмы. Пусть его завязка утрирована, а темп неровен, но со своей главной задачей — эмоциональным воздействием — он справляется безупречно. Более того, картина явно знает и старается обходить шаблоны жанра. В частности, формально катарсис тут присутствует, однако финальные титры обходятся без избитой морали в духе «бой выигран, но война не окончена». Вместо этого зрителю предлагается логическое завершение той мысли, которая по ходу действия читалась между строк основного слоя истории. Благодаря этому фильм оставляет если не уникальное, то крайне оригинальное послевкусие — неожиданное для мейнстримной ленты и безусловно стоящее просмотра. 8 из 10