Копенгагена не существует

А что, если любовь – лишь сон? Прекрасное наваждение, которого никогда не было в реальности. Сладкие воспоминания – выдумка, в которую ты хотел верить… и в итоге поверил. А теперь пытаешь убедить других, что сия история случилась по-настоящему, хотя всё в ней - только плод твоего воображения. Ты мечтал о чувстве, сбивающем с ног, о бескрайнем счастье, которое всегда будет с тобой. Но настал неизбежный момент пробуждения, холодный душ серой обыденности, в которой нет места райским кущам. И всё, что тебе осталось, это вспоминать фантазию и вовлекать в нее других людей, которые дотошно и жестко спрашивают тебя вновь и вновь; а что же случилось на самом деле? Абзац выше, отнюдь не спойлер, раскрывающий, что всё, показанное в «Копенгагене не существует», не существовало в объективной действительности. В картине всё намного изощреннее, с интригой «правда/ложь» до самой развязки. Сказанное в начале рецензии — это образное описание настроения и домыслов, окутывающих зрителей в процессе созерцания. Да, именно это слово, а не «просмотр», лучше всего подходит к картине Мартина Сковбьерга, тягучей, сумбурной, неровной и труднопостижимой, но в то же время визуально роскошной и завораживающей. По стилю и смысловой нагрузке фильм однозначно не претендует на широчайшую аудиторию. Но, несомненно, найдет свой круг поклонников, способных прочувствовать «несуществующий Копенгаген» всей душой. А начинается всё с итога. Точнее с попытки отмотать события назад и прояснить загадку. Молодого человека Сандера мягко, но настойчиво удерживает в квартире родня его девушки Иды. Некоторое время назад Ида бесследно исчезла, а ее отец и брат очень хотят узнать – как же так получилось? С их точки зрения разгадка кроется в странной связи девушки и парня «не от мира сего», с которым она вела буквально отшельническую жизнь. Сандер и Ида огородились от внешнего мира, включая самых близких людей, находя смысл и удовольствие лишь в общении друг с другом. Что в итоге произошло между влюбленными – никто не знает, но внезапно Сандер остался один. И это чертовски странная ситуация, при которой парня можно заподозрить в чем угодно. Да и вообще, была ли Ида реально счастлива с ним? Фактически, зритель видит историю причудливой любви глазами Сандера, который вполне может быть «ненадежным рассказчиком». Отвечая на неудобные вопросы, мужчина что-то вспоминает с удовольствием, а что-то нехотя, выдавая минимум информации. Временами он кажется то ли слабоумным, то ли глубоко травмированным, причем настолько, что отдельные моменты из прошлого его память намертво заблокировала. Хотя, может оказаться и так, что Сандер – ловкий циничный манипулятор, намеренно корчащий из себя «блаженного», и пытающийся уйти от ответственности за что-то ужасное… Дабы не вводить в заблуждение потенциального зрителя, стоит сказать, что картина далека от «триллерных» атрибутов в их мейнстримовом варианте. Пусть действие окутано тайной и даже присутствует один конкретно шоковый эпизод, но всё это работает в контексте психологической драмы, чем фильм по совокупности и является. Да, в воспоминаниях (фантазиях?) Сандера присутствую милые романтичные проблески, но и они – предвестники мрачных последующих событий, которые сведутся, как минимум, к одному неоспоримому факту. Впрочем, в целом это кино не про то, чем же закончилась любовь Сандера и Иды (и закончилась ли?), а как она проявлялась, и что значила для каждого из них. При желании можно осудить героев, каждого за его персональные грехи. Но, с другой стороны, таков был их выбор личного счастья. И для них оно было дороже долгой размеренной жизни в традиционном социуме.

Дебютная работа Мартина Сковбьерга, на первый взгляд, кажется весьма сложной. Нам представляют историю отношений молодой пары в Копенгагене, которая полна неожиданностей и странностей, но всё оказывается намного интереснее, когда сюжет доходит до финала. Обо всём по порядку. Ида и Сандер – странные люди, но за маской необычного скрывается внутренняя драма и нужда (потребность). Картина с самого начала задаёт хорошую палитру цветов, чтобы сделать акцент на некоторых вещах, предметах, привычках. Мы только-только погружаемся в кино, а оператор уже разделяет комнаты по цвету, одежду главных героев. Просмотр шёл неспешно, точно также как и развитие отношений, пока нас не настиг «прыжок». Действительно, режиссёр без предупреждения помещает героя в иную обстановку, а зрителю остаётся только догадываться, что случилось. Исчезновение происходит спонтанно, раскрывая зрителю обратную сторону романтических отношений. Что-то случилось? Что-то не так? Повеяло Дэвидом Финчером, поэтому также неспешно, смиренно (как Урия Хип у Чарльза Диккенса) складываем историю из разных временных линий. Занимательно то, как к Сандеру относятся родственники Иды, пока не выясняем истинных причин. Фильм будто головоломка бросает зрителя в прошлое, чтобы мы по кусочкам собирали красивую историю любви. Но так ли она красива на самом деле? Странности одновременно притягивают героев друг к другу и отталкивают зрителя. Кажется, что сюжет в меру запутан, но чем больше мы прыгаем по временным линиям, тем больше находим ответов. Надо думать! Опять же – данное кино не для развлекательного просмотра. В нём сложная структура, временные петли. Локации внезапно сменяются одна за другой, а за отличной работой оператора ты не замечаешь переходов: вот квартира, вот встреча с друзьями, вот дом у озера (без Киану Ривза и Сандры Буллок), вот встреча с родителями. Не уследили? В каждой локации мы узнаём что-то новое, что-то страшное об Иде. Также удивляет поведение Сандера, который, кажется, удобно устроился. Но в этом и заключается главная фишка картины – мы судим о героях с точки зрения морали, со штамповой критикой, с примерами из других историй (либо из жизни), поэтому такая непохожесть удивляет. Можно часами наблюдать, как девушка слушает классическую музыку, можно просто валяться на кровати, изолироваться от мира – для вас это будет норма поведения; для других – сбой в системе функционирования. Почему вызывается диссонанс? Потому что историю этой пары не стоит воспринимать, как типичную. Но вдруг в повествование включается драма потери и последствия. Вот здесь игра со временем и детали очень важны – мы видим то, что произошло. Но предпосылки ведут в обратную сторону. Неожиданное раскрытие действий, «хичкоковский» твист, чтобы уже со знанием дела подойди к кульминации. Местами, конечно, картина растягивала эпизоды, заостряла внимание на том, что было очевидно, но тогда бы Мартин Сковбьерг передал тот свободный дух, то чувство угнетения и тисков, чтобы показать, как герои выбираются из рутины. Между тем, Златко Бурич продолжает свой треугольник печали, сталкиваясь со странностями молодежи. Картина, конечно, путает, заворачивает сюжет, но передаёт красоты Дании, традиции скандинавских стран, чтобы показать, как всё вокруг прекрасно, если убрать привычный экшен, брутальность, динамику блокбастеров. А на что вы готовы ради любимого человека?

Сербка Ида и датчанин Сандер случайно встретились взглядами в книжной лавке. Потом он пошел за ней, уселся через два ряда в кинотеатре и не видел ни секунды фильма. Приглашение на кофе, ее квартира в по-скандинавски нуарном кондоминиуме и первый совместный дождь. Нет, это не сиквелл 'Дневника памяти'. Это новый датский фильм с максимально стихотворным названием. Источники вдохновения очевидны. Это 'Приключение' Антониони с его мыльной композицией, ленивой фабулой и холодной атмосферой. Это фильмы Вонга Кар-Вая с попыткой зацепиться за ускользающий момент, зависание в эстетике, не наделенной иным смыслом, кроме mood for love. Датчанин Мартин Сковбьерг мог бы снять еще один сезон 'Моста' или даже свою версию 'Девушки с татуировкой дракона'. Цветокор и музыка обязывают жить в мире ютландских туманов и холодных северных морей. Но Сковбьерг выбирает магию любви, эмоцию, погружение с полным игнором реальности. Любовь как наваждение, региональная версия утопающей в паузах реальности раннего Достоевского. 'Белые ночи', перенесенные в Копенгаген. Которого нет. И все же фильм не получился. За ширмой банальной закадровой истории Сковбьерга подвели почти все составляющие. Картинка вышла излишне депрессивной, любовь здесь - сплошной БДСМ-оргазм, ментальный, но взаимный. Актерские работы целенаправленно или нет мимикрируют под непрофессиональные (кроме, пожалуй, Златко Бурича). Фильм очень завяз в симулякрах, которыми в итоге оказываются и Копенгаген, и чувства, и история любви, и ее финал. 'Копенгагена не существует' - тот случай, когда идея не справилась с собственным киноязыком. Победа эстетического над рациональным. У того же Рефна эта победа тотальна, у Триера - смехотворна, у Дрейера - доказательство неизбежности Божьего суда. Чтобы создать эмоцию, скандинавам достаточно усесться осенью у закрытого окна. Увидеть реальность. А потом придумать, что ее нет. И вот в это уже верят все

Анджела Бундалович (Angela Bundalovic) и Златко Бурич (Zlatko Buri?) из неонового мини-сериала “Ковбой из Копенгагена” Николаса Виндинга Рёфна (2023, Copenhagen Cowboy – Nicolas Winding Refn) снова встретились в одном проекте, в не менее странном и замысловатом. Криминально-романтическую драму “Копенгагена не существует” (K?benhavn findes ikke) сделал Мартин Сковбьерг (Martin Skovbjerg), и в нём между героями Бундалович и Бурича тоже есть сильная связь. У Сковбьерга они исполняют роли отца Пората и дочери Иды, которая бесследно исчезла, а безутешный отец пытается вытянуть из её странного бойфренда Сандера правду. Сюжет драмы основан на романе 1998 года Терье Хольтета Ларсена “Сандер” (Terje Holtet Larsen – Sander). По сюжету романа мужчина соглашается жить в качестве заключённого в почти пустой квартире. Каждый день двое мужчин приходят к нему, чтобы снимать его на видео, как он отвечает на вопросы о женщине, которую любит. Они хотят знать об их совместной жизни и их отношениях, а больше всего – услышать ответ, почему её невозможно найти. Терье Холтет Ларсен рассматривает в тексте поднимает основные проблемы существования. Ощущение уединённой жизни создаётся не только внешними условиями романа, когда в одной комнате находится три человека. Но постепенно раскрывается вся беспомощность персонажей перед той жизнью, которую они, как им кажется, ведут. Яркие цвета, роскошные сцены с естественным освещением, многозначительные паузы, неторопливые движения камеры: всё это создано специально для растягивания времени и усиления эффекта загадочности. Если бы история была рассказана последовательно и сразу бы ответила на вопрос, что не так с Идой, это была бы обычная романтическая драма. “Копенгагена не существует” – это история о зыбкости памяти, ненадёжности восприятия (то, что видит один человек не равно тому, что видит в том же самом другой), о самовнушении (Сандер доказывает это, выдумывая на ходу историю из жизни Иды, которой с ней не было, чтобы отцу Иды стало легче, а последний “и обманываться рад”, считая, что сам забыл этот фрагмент) и потерянности во времени. Это кино прекрасно дезориентирует своим темпом. История начинается с Сандера, растерянно смотрящего куда-то в пространство, посреди улицы, что зритель может принять его за опечаленного влюблённого юношу. Ведь закадровый голос заунывно говорит некие нежные фразы о той, кто покой унёс, оставив лишь призрачные воспоминания, которые можно легко изменить, если начать задавать вопросы, заставляя вспомнить мелочи. Ида и Сандер довольно решительно оборвали все социальные контакты, и это при том, что живут в центре оживлённого европейского города Копенгаген. Часто Ида часами слушает музыку в наушниках рядом с колонками, а Сандер сидит на диване и ничего не делает. Снова эта вынужденно-добровольная изоляция, как было в “Иллюзии побега” (там герои сбежали в шведский лес, а у Сковбьерга даже не пришлось ехать – всего лишь повернули ключ в замочной скважине и забросили ведение социальных сетей в центре города). Ида и Сандер нашли друг друга в прямом смысле, хотя кажется, что в романтическом. Вот та пара, у которой они были в гостях, с парнем, кто гордился ванной Марии Калласс, купленной за 100 евро в Греции, и его женой, которая для него является самой большой ценностью (ирония и сарказм), романтически нашли друг друга – они по умолчанию подписали договор об отношениях, в которых она будет главной, а он любезно не будет этого замечать. Ида и Сандер не от мира сего, они живут как в последний день, словно никого вокруг нет, даже Копенгагена вокруг не существует. Они создали вокруг себя жутковатую атмосферу, что затрудняет понимание того, кто на самом деле жертва в этой истории.

Девушка Ида при невыясненных обстоятельствах пропадает. После происшествия богатый отец Иды запирает её бойфренда Сандера в своей квартире, а тот в свою очередь добровольно соглашается сотрудничать – попытаться вспомнить, что же тогда между ними произошло, и отчего Ида могла уйти. Сандеру предстоит вспомнить два года отношений, которые обычными не назовёшь. Ведь отношения в этой паре строились на глубоких чувствах, в то время как окружающие оценивали пару через призму тех стереотипов общества, которым большинство неукоснительно следует. Это фильм про необыкновенных людей, которые могут просто валяться на диване, ничего не делая, которые способны бесконечно наслаждаться друг другом. Но у всего есть предел, и прекрасная сказка когда-нибудь кончается, не обязательно хеппи-эндом. Это фильм про отношения, причём нездоровые отношения, когда окружающие люди, дела, события – не важны. Когда двое влюблённых живут в изоляции от окружающего мира. Также это фильм про эстетику смерти, где ставится знак равенства между смертью и свободой. Русскому по духу человеку подобная депрессивная языческая философия противна, неестественна его природе. Но европейцы являются носителями чуждого нам менталитета, и у них не в первый раз снимают такое кино. Присутствуют сцены со рвотой (долгие), поэтому не рекомендую есть жирную пищу за просмотром. Я наивно полагал, что тут будет фантастический сюжет (с параллельными мирами или типа того), но в итоге сюжет свели к банальности. По ощущениям от просмотра фильм напомнил мне такой же депрессивный «Отель для самоубийц». Очень грустное кино не для всех. 5 из 10

Не новый по форме, но притягательный фильм. Притягивает внимание тайной исчезновения героини, странным социальным положением героя и мистическим флёром названия. Странно, что в связи с этим фильмом никто не вспоминает 'Седьмой континент' Ханеке - там тот же высокий уровень качества жизни (не самой жизни, в духовном плане) и то же желание героев уехать подальше от такого уровня (вообще, нужен другой глагол, но это спойлер). В 'Копенгагена не существует' прекрасно всё: актёрские работы, декорации, сценарий, цветовая гамма. Любой фильм с ненадёжным рассказчиком априори обречён на успех. Пусть не коммерческий, но пытливые умы его оценят высоко. Хотя гадать на кофейной гуще не долго - до момента первых врезок неприятной реальности в воспоминания того самого ненадёжного рассказчика, главного героя. Мне очень нравится здесь художественная форма полицейского допроса с видеофиксацией. Нравится метафора смены тюрем при полном сохранении 'привилегий' главного героя. Нравится, что мелкие, но значимые для нас, зрителей, детали жизни Иды до Сандера, не меняют ничего - шокируют нас, но для них, двух персонажей, не меняют ровно ничего. Паззл сложится сразу, и сомнений в том, что вы видите именно то, что видите, не останется. Да авторы не особо-то и старались скрыть. Напротив, они сделали всё, чтобы очевидное лежало на поверхности, вся внутренняя эмиграция обоих персонажей. Ида и Сандер нашли друг друга, идеальный мэтч, но только из серии 'не позавидуешь'. Закадровый голос настаивает на том, что Копенгагена не существует, и недвусмысленно объясняет почему, так что и младенец разберётся. Только вот всё ровно наоборот: Копенгаген существует, и именно поэтому возможна такая история. Сотни подобных историй. Увы.