Мост

Эту короткометражку я видел дважды. Первый раз - в юном, наивном возрасте, когда бредил еще какими-то идеалами. Тогдашняя субъективная оценка - 8 из 10. Ибо не размышлял и оценивал исключительно эмоционально. Второй раз - уже через призму цинизма, мизантропии, ницшеанства и французских экзистенциалистов. Думать научился, поэтому теперешняя оценка крайне низка. Что мы имеем? Первое. Выбора нет. Вообще. Никакого. В данной ситуации. Нет смысла спорить - действие или бездействие. Просто дилемма, в которой оба выхода ведут к смерти сама по себе бессмысленна. Второй вопрос - сколько смертей несет твой выбор. Исходя из собственного опыта и багажа знаний - в такой ситуации делать ошибочный выбор скорее правило, нежели исключение. Или вообще не делать ничего, и, остолбенев, ждать того, что случится. Хотите глубокого фильма о выборе - Золтан Фабри, 'Пятая печать'. Это так, навскидку. Мораль человека (особенно современного) до крайности извращена. Уже непонятно, на голове она стоит или на ногах. Особенно все запущено у лиц с гм..религиозным складом ума. Назвать эту историю библейской - даже с большой натяжкой не получается. Слишком разные моменты. И говорить о том, что 'ибо так Отец возлюбил людей, что послал своего Сына на искупление их грехов...' считаю некорректным. Во-первых, потому что жертвенный агнец предназначался самому отцу. Такое вот самообслуживание. А применительно к фильму мы имеем вот что: 1. Долгие и мучительные попытки показать пассажиров поезда - зачем. Не все ли равно, кого спасать? А если бы это был поезд с солдатами Вермахта? 2. Девушка-наркоманка, которая потом типа излечилась. Гм..Да ладно? Где гарантия что ее наркомания не даст рецидива? Вот и получится, что напрасно мальчика загубили. 3. Счастливый влюбленный с отсутствующим мозгом. Вообще ни к месту. 4. И в довершении всего - папа с лицом вечно счастливого дебила. Почему дебила? Потому что один из признаков хороших мозгов - это умение оценивать риски. Если ты взял ребенка с собой на работу, где может что угодно случиться, и при этом не проследил за ним? Вопросы 'кто виноват' отпадают сами собой. Как вывод - мое ИМХО (которое я ни в коей мере не смею никому навязывать): 1. Композиция фильма - нулевая. 2. Сюжет, интрига - притянуты за уши. 3. Реализация - оставляет желать лучшего. 4. Попсовость - чуть более, чем весь фильм (Эдит Пиаф на заднем плане ничем, кроме как попсовости назвать не могу. Если это деталь - она не работает. Если это не деталь - на фига, пардон, она тут?) 5. Слезовыжимание - в каждом кадре. Какую оценку следует ставить за неудачные потуги сделать вещь о проблеме выбора? 3 из 10 (за неплохую в общем-то актерскую игру) P.S. Кнопка 'нет' в правом нижнем углу.

На самом деле поднимаемый в фильме вопрос выбора предельно нелеп: a) Любой ответ на него будет неверен: сидя на диване, можно сколько угодно играть в моралфага и продумывать каждый свой шаг, но стоит оказаться в подобной ситуации, и принимать решение за сотые доли секунд, как будешь действовать на автопилоте и, возможно, повторишь подвиг главного героя, хотя до этого громогласно истерил о слезинке ребёнка; b) Если подумать, то любое решение, о котором предлагается тут спорить зрителям, привело бы к одному концу: ребёнку с его слезинками так или иначе были бы кранты. Вот только, случись другой вариант, вместо истерик о слезинке ребёнка аудитория сыпала бы проклятия папашке – чудаку не с той буквы алфавита, погубившего и себя, и ребёнка, и пассажиров. По крайней мере, папашке надо отдать должное: он выбрал меньшее из двух зол. Но, с другой стороны, причиной этого выбора послужила его же собственная халатность. В нормальной ситуации ни от него, ни от пассажиров не требовалось ни особой нравственности, ни особой безнравственности: просто они должны были заплатить за проезд, а он – сделать так, чтобы они благополучно добрались из пункта А в пункт В. Ах, пассажиры, свиньи, не заметили драмы? Ну так скажите мне, люди добрые, хоть раз ощутившие прелесть общественного транспорта: вас самих-то сильно волнуют проблемы водителя пазика или там машиниста? Так вот, если вас не волнует, то вы – парад озлобленных уродов, не стоящих не только слезинки ребёнка, но и самой возможности добраться до пункта назначения. И по совместительству дебилы и нарики. Во всяком случае, к таким выводам пытается подвести зрителя режиссёр, что особенно хорошо видно в укороченном варианте фильма. Был ли ангелом главный герой? Не похоже. Скорее всего, обычным человеком, каких много. Любил ли сына? Не ясно. С одной стороны, вроде бы носил на руках и не отказывал в горячем шоколаде. С другой – любые мало-мальски любящие родители всё же заботятся о безопасности собственного ребёнка. А когда сын, сломя голову, носится по путям, а отец стоит тут же и тупо чешет себе задницу, невольно начинаешь сомневаться. Они бы ещё на сортировке вагонов в жмурки поиграли, один с ещё не сформировавшимся мозгом, другой – с уже размягчившимся, чес слово. Да и вообще детям не надо бы в таких местах находиться: и сами целее будут, и взрослым проблем не создадут. Был ли смысл в спасении? Был. Но зачем доказывать это вылечившейся, как по мановению волшебной палочки наркоманкой? Может, тот факт, что поезд нормально проехал, сам по себе хорош? 1 из 10

Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Евангелие от Иоанна 3:16 Жили-были два счастливых человека – сын и отец. Не было у них ни мамы, ни жены. А почему? Просто не было. Но это ничуть не омрачало семейную идиллию. Сын боготворил отца, отец души не чаял в сыне, и хоть было тому уже восемь полных лет, но отец нет-нет да любил потаскать его на руках, не стесняясь посторонних. Весь окружающий мир и люди в нём виделись им наполненными добротой и любовью. Вот провинившийся муж в домашних тапочках под окном собственной квартиры, объясняющийся в любви супруге, а вот американский гость с лицом дауна, настойчиво ищущий ответных чувств подруги. Она бы и рада послать его куда подальше, да неудобно как-то. То ли врождённая чешская скромность, то ли надежда уехать туда – подальше тому причиной. Здесь же неподалёку младшая сестра, признающаяся в любви старшей, разочаровавшейся в жизни и оттого крепко подсевшей на наркоту. В общем, всё, как везде, если бы не одно заурядное событие, давшее толчок последующей их трагической цепочке, поставившей отца перед невероятно сложным выбором. Пожалуй, самым тяжёлым для любого человека. Есть мнение, что в основе сюжета реальные события, прошедшие литературную обработку, ставшие притчей, имеющей мало общего с первоисточником. Режиссёр и сценарист Бобби Гарабедиан для пущего эффекта добавил гротеска, не обращая особого внимания на возникшие в связи с этим откровенные нестыковки, доводящие ситуацию до абсурда. Казалось бы, мелочи, но они мешают целостному восприятию драмы, поскольку теряется логичность повествования. К примеру, видавшие виды вагоны пригородного поезда, прицепленные к паровозику до Ромашкова, перевозившему еще солдат и офицеров вермахта, намекают, что время действия фильма – середина прошлого века. Но ездящие по улицам новёхонькие авто и трамваи опровергают всяческие намёки. Хорошо. Пусть всё происходит здесь и сейчас. Но отчего тогда герои не знают о существовании мобильной связи, способной помочь снять остроту проблемы, не доводя её до критической массы. Другой момент. Всем известно, что поезда ходят строго по расписанию и любое изменение графика должно быть заблаговременно доведено диспетчером до всех заинтересованных лиц, включая главного героя – оператора разводного моста на железной дороге. Допустим, диспетчер – раздолбай не сообщил. Бывает. Человеческий фактор. Но кто доверил вести поезд вчерашнему водителю маршрутки, будто спешащему сделать побольше рейсов, а потому не обращающему внимания на красный сигнал семафора и не полюбопытствовавшему, а опущен ли мост, ведь добрался он до него на час раньше обычного? Что помешало просто посмотреть в окно? Есть и другие нелепости, имеющие место в жизни, но не все же разом. Теперь о главном. Автор недвусмысленно отсылает зрителя к строкам Евангелия, вынесенным в эпиграф. Метафоры понятны и прозрачны. Пассажирский состав символизирует человеческое общество; мост – Христа, посланного к людям Богом, как связующее звено между миром грешным и Духовным; отец – собственно Отца Небесного. Казалось бы, всё очевидно, но ровно до той поры, пока автор не ставит героя перед выбором из двух вариантов, кладя на одну чашу весов жизни сотен людей, на другую – единственного близкого человека. Автор требует жертвы. Но уподобление человека Богу некорректно. Вся жизнь человека - стремление приблизиться к Богу, но он не волен решать чужие судьбы, противореча заповеди - не убий. Quod licet Jovi, поп licet bovi. Впрочем, здесь возможны аллюзии на жертвоприношение Авраамом Исаака, но эта история закончилась тем, что вместо Исаака в жертву был принесён баран, поскольку в кульминационный момент прозвучали слова Бога - Авраам! Авраам! не поднимай руки твоей на отрока и не делай над ним ничего, ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня.(Быт. 22:11-12) Хотя, возможно, подобный вариант решения проблемы предусмотрен Богом лишь для Имизбранной нации. В любом случае, не стоит выбирать из двух зол, ведь для любого отца либо матери выбор единственно возможный. Для любого, но не для блаженного. Из двух неприемлемых всегда нужно выбирать третий вариант - парадоксальный или совсем простой - позвонить по телефону, довериться Богу, не Авраамом же единым. Сложно не обратить внимания на очевидное передёргивание – перекладывание вины за возможную гибель пассажиров на оператора моста. А как же машинист? Инопланетяне выкрали его мозг? Кстати, о мозге. Поскольку автор откровенно использует весь арсенал манипуляторных приёмов, переходя в финале к неприкрытому морализаторству, то и восприятие фильма различными группами зрителей диаметрально противоположно. Положительных оценок больше, что неудивительно. Людям свойственно думать о себе лучше(хуже), чем оно есть на самом деле. В этой группе много верующих. Финальному эпизоду они приписывают неоправданную многозначительность. Словно мало в жизни случаев рождения детей у наркоманов. Дети растут, а вместе с ними и проблемы. Ремиссия неизбежно сменяется рецидивом, поскольку не бывает бывших наркоманов. Людям неверующим свойственно сомнение во всём, желание докопаться до самой сути, и потому в конце вопрос, мучивший Фёдора Михайловича, но вложенный им в уста героя известного романа, возможно, масона, Ивана Карамазова — И можешь ли ты допустить идею, что люди, … согласились бы сами принять свое счастье на неоправданной крови маленького замученного, а приняв, остаться навеки счастливыми?

О том, что главные герои провожают поезд с перрона, а потом его встречают на мосту даже как-то и говорить не хочется, уже фантастика. О том, что автор хотел донести до нас титаническую сложность выбора в апокалиптически сложной ситуации говорить хочется, и это безусловная реальность. Плюс я поставил бы режиссеру за то, что он грамотно поддернул струны, отвечающие за неравнодушие к своей работе, используя выверенные психологические штампы, минус за то, что он сам сделал неправильный выбор - сработать на конъюнктуру или сделать хорошее кино. Один балл оператору за то, что мерз глядя в окуляр, один балл организаторам съемок за горячий кофе, один балл монтажеру, ну и один балл продюсеру за раскрутку фильма. Итого четыре из трех возможных