Опавшие листья

'Опавшие листья' - уже двадцатый полнометражный фильм Аки Каурисмяки, и вновь ему удалось снять прекрасную тихую историю о любви, отчаянии и надежде. Чем мне нравится этот финский режиссер, так это тем, что на протяжении всех этих лет он неизменно остается самим собой. Его фильмы узнаешь сразу: простой сюжет, приглушенные цвета, минималистичные интерьеры, персонажи рабочего класса, и всегда кто-то поет. Всем этим, конечно же, наполнена и новая работа 'Опавшие листья'. Главные герои картины - скромные жители Хельсинки, чья жизнь непримечательна и однообразна. Анса работает продавщицей в супермаркете, а Холаппа - рабочим на заводе. Они честно зарабатывают себе на самый минимум, периодически теряя работы и устраиваясь на еще худшие. Холаппа к тому же злоупотребляет алкоголем, не видя никаких перспектив. Однако как вырваться из такой беспросветной жизни? Ответ Каурисмяки незатейлив - с помощью любви. Сможет ли тихое чувство, зарождающееся в сердцах двух одиноких людей, выброшенных на обочину судьбы, сотворить чудо и есть ли надежда на спасение? Весьма душевный получился фильм, здесь и грустно и весело, романтично и мрачно. Песни очень точно передают атмосферу и эмоции персонажей. Много классических песен известного финского певца Олави Вирта, судьба которого в чем-то перекликается с судьбой экранного Холаппа. Не только к музыке делает отсылки Каурисмяки: не забыл и про своего давнего товарища и коллегу по кино Джима Джармуша. Когда Анса и Холаппа приходят в кинотеатр, там крутят зомби-фильм Джармуша 'Мертвые не умирают'. Удачная отсылка, и как бы еще один намек на душевное состояние героев. Много здесь упоминаний как прошлого, так и текущих печально известных событий. Теперь о ролях: Альма Пёвсти и Юсси Ватанен справились отлично, но отдельно хочется отметить еще одну сильную актерскую работу. Милый бездомный пес, которого героиня забирает к себе и называет Чаплин, прекрасное украшение картины. В общем, если вам нравится Каурисмяки, то придется по душе и данный фильм, хотя и не самый лучший, на мой взгляд. Если же ничего не смотрели у финского мастера, 'Опавшие листья' - хороший повод познакомиться и открыть для себя мир финского кино. В любом случае фильм достойный и заслуживает просмотра.

“Опавшие листья” - виртуозная работа финна Аки Каурисмяки, в которой нет сложных подтекстов и философии, но зато есть простые и понятные каждому человеческие чувства, для которых нет преград. В центре сюжета двое людей из рабочего класса – оба едва сводящие концы с концами в одном из районов Хельсинки, в котором, как кажется, есть всего две точки притяжения: бар и кинотеатр. Китчевость здесь и в интерьерах, и в разговорах, и в музыкальном сопровождении, и в выражении лиц всех персонажей. Фразы жителей финской столицы словно чеканятся по металлу, а жестикуляции выглядят максимально театрально, при этом все люди в картине практически неживые, а эмоции Каурисмяки вытаскивает из кармана ровно в ключевые моменты фильма. На контрасте в ряде моментов поражает живость и язвительность шуток, которые то и дело произносят персонажи, а также уморительные попытки посетителей бара развлекаться исполнением песен в караоке. Однако практически никакие “увеселительные” действия лиц жителей Хельсинки не меняют - все остаются в своем замкнутом круге рутины. На фоне по радио бесконечно звучит сводка новостей о боевых действиях на Украине, которая после третьего-четвертого включения тоже начинает читаться как издевка, а впоследствии главная героиня и вовсе устает от этого, произнося “Чертова война!” Каурисмяки блистательно выделил цветом историю любви живущих близко к черте бедности персонажей и их робкое стремление не быть в одиночестве. На фоне бесконечно серой действительности эти чувства выглядят ярко и живо, а отдельную улыбку каждый раз вызывает причудливая собачка, которую решила взять к себе домой главная героиня. 8 из 10

Опавшие листья – первая для меня полнометражная картина Каурисмяки. Давно я видел одну его работу в альманахе короткометражных фильмов, и тогда не остался под большим впечатлением. Иронично-высокомерно-ласковое описание жизни рабочего класса, их причудливо-ничтожные диалоги, ценности и проблемы. В Опавших Листьях я увидел все то же самое. Но, черт побери, в какой классной, самобытной качественной форме. Да, местами это похоже на скетчи а-ля «Городок» или «Осторожно модерн», но в сотню раз поэтичнее и эстетичнее. Нам может не быть близок стиль жизни таких людей, непонятен, неясно как им сочувствовать, как понимать их диалоги? Люди и двух слов то связать не могут за 1,5 часа? Но не в этом ли прелесть знакомства с новым, Другим с большой буквы? Трудно, но необходимо уметь залезть в шкуру разных персонажей. Приятных или не очень, умных и чудаковатых. Мерзких или милых, как эти. Милых, жалких чудаков. Они тоже имеют право на жизнь! Имею право на любовь, на работу, зарплату, еду и развлечения! Они делают это по-своему странно. Зажато, робко, жалко, ну и пусть. Эта прекрасная пара людей, начало отношений которых можно в реальности увидеть на каком-то корпоративе большой бюджетной организации. Такое вот нелепое и трогательное. Таких героев много в реальности, у них тоже можно чему-то поучиться. Отсутствию пафоса, надменности, меркантильности. Аки Каурисмяки выражаю глубокий поклон за такой фильм! Он очень технично, в ретро-эстетике снял на пленку фильм, как будто сошедший с 70-х годов. Но мы слышим какие новости раздаются из приёмника главной героини. Они не кажутся ей жуткими, ведь её жизнь сводится к вопросам быта и выживания. «Личное – это политическое»,-заявляли феминистки в 60-х годах прошлого века. Каурисмяки чутко подмечает и изящно демонстрирует, как любовь, общество и одиночество фундаментально связаны с политической реальностью, неравенством, бедностью. Но в итоге оставляет надежду на чудо. Браво.

Olen vankina taalla ikuisesti Myos hautausmaata kiertavat aidat Kun paattyisi viimein maallinen pesti Mut syvempaan kuitenkin maahan vain kaivat Она работает в ночном супермаркете, расставляет по полкам замороженные стейки и иногда заходит с коллегой в караоке-бар на районе. Но никогда не поет. Он работает слесарем на заводе, паяет железные пластины и иногда заходит с коллегой в караоке-бар на районе. Но никогда не поет. Однажды он и она оказываются за соседними столиками, неловко наблюдая, как их коллеги устраивают флирт между собой. Примерно так начинается каждый второй фильм главного финского режиссера в истории кино. Меняются профессии, актеры, но неизменным остается ночной Хельсинки, чаще октябрьский, реже мартовский, и общая атмосфера непреходящего одиночества. 'Опавшие листья' почти сразу можно узнать по почерку, интонациям и полутонам. Последние вообще главный творческий метод Каурисмяки, в чьей вселенной всегда лучше недожать карандаш, чем пережать и оставить на бумаге слишком толстый след. 'Опавшие листья' перегружены финской музыкой. Она здесь не просто создатель нужной атмосферы, а полноценный участник действа. Вот песня о гроздьях рябины от полулегендарного Генри Тила из 1960-х, детства режиссера, времени, когда Хельсинки казался самый большим и самым счастливым городом мира. А вот уже инди-баллада от модной группы с текстом, что 'мы больны одиночеством, и если мы умрем, то похороните нас туда поглубже'. Тот же Хельсинки, те же улицы, тот же бар. В этом калейдоскопе музыкальных образов - личная эволюция Каурисмяки, его отношений с городом, так и оставшимся для него главным спутником по жизни. Стандартная притча про 'встречу двух одиночеств' приобретает здесь иное агрегатное состояние. Она разлита по улицам вечно сонного, такого холодного города, где быть одиноким - нормальный порядок вещей. Закрыться дома, завести собаку, включить радио. Нет, выключить, там снова про Украину, Россию, какие-то войны. В 'Опавших листьях' если чего и нет, то осуждения. Рутинизация ужаса, полный игнор всех бед мира, сворованный сэндвич из супермаркета. Нет, Каурисмяки не готов осуждать никого. Как вообще можно осуждать заболевшего за его болезнь. А одиночество для Аки, конечно, является таковой. Только вот как лечить этот недуг, человечество все еще не придумало. Ждет ли счастье больных одиночеством? Есть ли хотя бы один шанс на ту самую встречу? Каурисмяки по-вудиалленовски отдает право на ответ случаю. Оказаться в одном караоке-баре. Случайно встретиться взглядами. Осознать, что случайности неслучайны. Проявить храбрость, сделав шаг первым. Попасть в беду, когда всё идет к хэппи-энду. Да просто-напросто потерять скомканный листок с самой важной информацией в жизни. Выжить, в конце концов. Каурисмяки создает свой герметичный мир, за которым он просто наблюдает. Не столько показывает, хотя, конечно, показывает, сколько знакомит зрителя с ощущениями, рабом которых давно стал сам. Поэтому в фильмах финна так много старого кино. Мелькают афиши фильмов Лина, молодой Бельмондо с плакатов нувель ваг, собаку непременно зовут Чаплин. Каурисмяки видит мир таким, каким видит. Поэтому его фильмы не столько мастерская ремесленника, сколько киносеанс внутри киносеанса. Наконец, 'Опавшие листья' - это история о счастье среди несчастья. Если бы carpe diem и имело физическое воплощение, то искать его стоило бы в свете разрезающих уличный туман фонарей Хельсинки. Под их едва уловимым бликом лучше всего видны упавшие с осенних клёнов листья. А что если эти клёны - весь мир. А что если эта осень - вся жизнь. А что если эти листья - все мы.

Бары, мотели, автобусные остановки, а также глухие нетронутые цивилизацией уютные углы финской столицы – неизменные локации мира под названием Каурисмяки. Великий финн, когда-то в начале 80-х поставивший новый флажок на карте кинематографической истории, тем самым заново открыв кино-миру Финляндию, до сих пор верен себе. Его герои все те же «маленькие горожане», снующие по улицам мрачного тёмного города, похожего на холодный космос, плевать хотевший на их чаяния, надежды, и мечты о другой, новой качественной жизни. Герои картины Анса и Холоппа, обитающие в нашей эпохе, почти Илона и Никандр из фильма Каурисмяки «Тени в раю» 1986 года, или Таисто и Ирмели из «Ариэль» 1988- ого, а может Анса это тень Ирис из «Девушки со спичечной фабрики» 1990-ого? «Пролетарская трилогия» Каурисмяки продолжается… Конечно под привычные музыкальные номера, излюбленный драматургический прием финна. И в любимой локации – городе Хельсинки. Скромная работница супермаркета Анса и молчаливый слесарь-алкаш Холоппа, как и прежние герои «пролетарских фильмов» Аки Каурисмяки, – снова опавшие листья, тени из прошлого, их время будто уже вышло, шансы обрести себя в современности не использованы, каждая новая работа хуже прежней, личная жизнь одинока и предсказуема… Все словно близиться к неминуемой зиме, когда уже даже опавшим листьям не найдется места в этой мрачной реальности. А тут еще и новости о мировых конфликтах, правда идущие по радиоволнам, где-то далеко, пугающие, но пока невидимые, иллюзорные. От будничной депрессии и от международных конфликтов – вакцина у Каурисмяки всегда была и остается одна – любовь. Есть правда еще вторая – алкоголь. Но по сюжету фильма – с бухлом герою придется завязывать… В трагикомедиях Каурисмяки, взрослые люди ведут себя словно подростки, не знающие как начать, подступиться к самому главному событию в кульминации свидания. Зато они отлично осведомлены как ни с того ни с сего попасть под поезд, выйдя из отеля, или, случайно завернув за угол, найти собаку и сразу взять ее домой. И назвать собаку - Чаплин. Бродяга Чарли ведь тоже во главу угла ставил цель - найти себе немного места под солнцем. Но был в меру скромен, чудаковат, не от мира сего. Поэтому, все время в попытках контактировать с реальностью, получал оплеухи, пинки и ссадины. Спасала только врожденная невозмутимость. Отсюда, из большого кинематографического сердца маленького человека в котелке и с тростью в руке и являются тени, герои фильмов Аки Каурисмяки. Слишком интровертные, чтобы сходу вписаться в «этот О новый дивный, дивный мир!» А чтобы этим маленьким лошадкам было едва ли легче нести свою тяжелую ношу, Каурисмяки лишает их айфонов, больших денег, и прочих излишеств цивилизации. Зато у них остается время слушать играющую только в их голове симфонию, и мечтать о большой любви. И облачаться в яркие матовые цвета на фоне тусклой фактуры современности. Кинолента «Опавшие листья» изобилует любимыми фильмами и цитатами из истории кино. Где-то на втором плане мелькает афиша фильма «Рокко и его братья» с юным Аленом Делоном, или облик вымазанного в синий грим Бельмондо в образе «Безумного Пьеро» Годара. Также Анса и Холоппа смотрят в кинотеатре крайний фильм Джима Джармуша «Мёртвые не умирают». «Как же Билл Мюрей справился? Там же было столько зомбаков?» - недоумевает Анса после фильма. Да, воистину, Аки Каурисмяки великий юморист! Так тонко и талантливо стебаться над своим другом Джармушем. Так тонко, когда друг Джим тоже, наверняка, оценит иронию по сторону Атлантики. Финская кинолента 2023 года «Опавшие листья» может сколько угодно казаться не темпераментной, сколько угодно можно читать критику о декоративности и не современности кинопространства, и сколько угодно «в сердцах» можно произносить: «ах, Каурисмяки уже не тот…». А ведь именно что тот! Аки как всегда удалось снять фильм о вечных ценностях, остающихся актуальными в любую эпоху. И остаться верным своему, ни на кого не похожему, визуальному кино-стилю. После просмотра этой киноленты стопроцентное ощущение, что «пролетарская (теперь уже) тетралогия» будет иметь продолжение, даже если режиссер и ресторатор (в одном лице) Аки Каурисмяки вновь запоет свою излюбленную «песню»: «дескать, всё, это был мой последний фильм, пойду-ка лучше открою новый бар».

Авторская трагикомедия Аки Каурисмяки, отхватившая три 'ветки' в Каннах - тот случай, когда запустил кино-показ, ни на что не расчитывая, и в итоге то ли приуныл, то ли посмеялся при этом. Теплое, но при этом отстраненное произведение, способное увлечь вас на без малого полтора часа и оставить с мыслями о межполовых отношениях на финальных титрах. Это первая картина Аки, с которой я ознакомился, и можно уже делать промежуточные итоги: для обеспечения 'живости' происходящего на экране Каурисмяки прибегает к банальному - минимальный бюджет, дефолтная 'техничка', ноунейм-актеры, которых вы вряд ли знаете, и поэтому в данный перформанс ты воистину веришь. Местами странная, местами грустная, но в итоге ироничная история о двух одиноких людях, которые встретились в полуночном Хельсинки и почувствовали друг к другу притяжение. Местное кредо 'Ты - классная баба, я - классный мужик' - это именно то, как хочется обозначить данный фильм. Счастье в мелочах, а чувства - это не что-то высокопарное и мифическое. 'Опавшие листья' выстреливает не только в долгосрочной перспективе, но и в разрезе времени: общая политическая обстановка и постоянные радио-новости о непрекращающейся зарубежной войне не столь важны, когда в своей жизни бардак, и это тут действительно круто и комично обыгрывается. Мы живем здесь и сейчас, и вопросы решаются по мере их поступления. Актерские работы нормальные: Альма Пёвсти и Юсси Ватанен - странная парочка, за которой действительно забавно наблюдать. Дикая химия, которой сопереживаешь. Операторская работа и монтаж на хорошем уровне. За саунд-дизайн отдельный респект, особенно за лайв-выступление коллектива Maustetytot. И смешно, и меланхолично. Пост-продакшен ок. 'Kuolleet lehdet' - кино, в которое веришь. Картина, способная согреть своей непредвзятостью в один из холодных весенних вечеров. История, прошедшая мимо массового зрителя, но мотивирующая лично меня ознакомиться и с другими работами автора. Дескать, может я найду в его фильмографии нечто похожее: простое, универсальное, живое. 8 из 10

В своём новом фильме «Опавшие листья» Аки Каурисмяки с душой и мастерством художника рисует портрет двух одиноких людей, затерянных в бездушном городе. Анса и Холаппа встречаются в караоке в Хельсинки. После первой встречи и нескольких неуклюжих слов герои расстаются. Но у жизни, как и у природы свои законы. Словно листья, которые опадают и распускаются снова, они встречаются вновь. Каурисмяки снимает простой фильм, полный меланхоличной красоты. Камера Тимо Салминена, его постоянного оператора, передаёт атмосферу города Хельсинки с помощью палитры серых и охристых оттенков, которая отражает одиночество и суровую жизнь главных героев. Режиссёр использует стоп-кадры, чтобы дать возможность зрителю созерцать происходящее. Персонажей часто обрамляют пустые пространства, это подчёркивает изоляцию и расстояние между ними. Естественный свет играет в фильме основополагающую роль. Каурисмяки максимально использует мягкий свет скандинавской зимы и создаёт интимную и меланхоличную атмосферу. Напротив, те немногие сцены, которые происходят в помещении, освещены холодным резким искусственным светом, что усиливает ощущение запустения. Сюжет фильма максимально простой. Это сделано для того, чтобы поговорить по душам со зрителем, донести глубину переживаний персонажей. Каурисмяки уважает своих героев, не позволяет им стать карикатурами на самих себя. Финский режиссёр рассказывает нам о втором шансе, поиске света во тьме и простой красоте человеческих взаимоотношений. Он напоминает нам, что счастье можно найти в самых повседневных вещах, например, в чашечке кофе или в прогулке среди опавших листьев.

Во-первых, «Опавшие листья». Раньше мать пекла торт на Новый год с таким названием, с праздничным восторгом связано. Впрочем, это походя, не люблю затрагивать тему еды, т. к. пошлое занятие филистёров. И восторг был значительную часть хронометража, восторг без внешнего выплеска; подумалось, что это то, что нужно сейчас. Есть, к примеру, момент, когда героиня выходит из кинотеатра и говорит спутнику, что её, мол, распирало от смеха, когда это вряд ли как-то выражалось на лице. Вот такой у меня был тихий финский восторг. Показывали, к слову, «Мёртвые не умирают» Джармуша, фильм про зомби, и это был выбор мужчины. Выбор довольно странный и безвкусный, потому что Джармуш мельчал от фильма к фильму и выпустил совершенно уже неумный и пустой капустник. Два эпизодических товарища по выходу из кинотеатра сравнивают увиденное с Брессоном и Годаром. Невольно в насмешку. Однако фильм про зомби может вполне коррелировать со зрителями в зале, иначе говоря выступать некой сатирой на общество, а может, ещё скорее, тихой, печальной иронией. Тут и самого названия вполне достаточно: «Мёртвые не умирают». Начинается с того, что героиня приходит домой, включает винтажный радиоприёмник (а тут всё древнее, неказистое: розетки, настольные лампы, кнопочные телефоны, музыкальные автоматы, одежда и прочее, что мне, как ретрограду, безусловно, приятно), включает радио, а там... прозападно ангажированные новости о якобы страшных зверствах русских военных в Украине. Сперва это довольно покоробило: как будто Каурисмяки решил, совершенно ни к селу, включить повестку фоном и даже, подумать противно, конъюнктурно, популистски выслужиться перед кем-то. И персонажи ещё не раз слушают эту пропаганду. Другое дело, что они ведь реагируют на неё индифферентно, вообще не реагируют, переключают. Понятия не имею, в общем, с каким из двух или даже более умыслов Каурисмяки это проделывает, даже думать об этом, разузнавать желания нет. Искусство, убеждён, должно быть вне политики, акцентов, но чистым, абстрагированным художественным актом, чтобы избежать местечковости, вообще дурновкусия, а смотреть в непреходящую вечность. В конце концов, фильм не об этом, а о чём он – вот это, похоже, стоит внимания. Словосочетание «опавшие листья», конечно, метафора увядания. Нечто, что вот-вот соберут в мешки и увезут за город, на свалку, в последний путь. Но они ещё на земле и тщатся сохранить свой цвет, свою жизнь, их ещё тормошат редкие руки. Пока что мы видим, как два приятеля колко, но, в сущности, вяло и незлобиво, с постными финскими лицами пикируются меж собой северным юморком на тему смерти. И выглядит это симпатично. Приятная нордическая сдержанность, скромность, скупость движений, чувствуется в этом порода, стать, глубина. Ровно так же, как чужд мне менталитет южный, картинное, картонное эмоционирование трещоток обоих полов, назойливая жестикуляция, пестрота вообще балаганная. Итак, люди в «Опавших листьях» сталкиваются меж собой, и вербально, чисто по практической, чаще производственной необходимости, механически, безучастно. А женщины с мужчинами не подходят друг другу, чего там не один и не два примера. И будто бы полагают это нормой. Сталкиваются и отлетают. И вот в этой выработанной, ставшей нормой для общества обособленности Каурисмяки пробует показать заинтересованность двух людей друг в друге, подобие какой-никакой сердечной привязанности. Потому что, если ещё хоть как-то интересна жизнь, не совсем потух огонёк в глазах, человеку нужен человек, лучше противоположного пола. И притирается пара друг к другу очень тяжело. Вспомнилось «Любовное настроение» Кар-Вая. Персонажи там постоянно жрут и курят, заполняя паузы, совершают одни и те же действия в одних и тех же местах. Работа-дом-работа. Быт. Постылый быт. Сложилось впечатление, что мужчина и женщина вроде вместе, ищут утешения друг в друге и в то же время тяготятся этой близости. У обоих вековая усталость на лице, потухшие глаза. Что, в сущности, произошло между героями? Обыкновенные приятельские, довольно неинтересные беседы. Никакого истинного влечения не заметно. Чем дальше, тем всё более похоже, что эти двое уже надоели друг другу. В то время, как нам недвусмысленно подаётся, что они, оказывается, жить друг без друга не могут. На долгие годы вперёд. Можно ли что-то такое сказать про героев «Опавших листьев»? Во многом да. Они действительно ищут утешения друг в друге, ищут встречи, потерявшись в один момент, но не знают, нелепые, что делать тогда, что говорить. Мужчина не желает бросить пить ради неё, наливающей ему за ужином шампанского из микробутылки для лилипутов. А она брезгливо выбрасывает после ужина его тарелку с вилкой в мусорное ведро. Такая себе романтика, не правда ли. Но разница всё же есть. У исполнителей, задействованных Каурисмяки, всё же экзистенциальная тоска в выразительных глазах, некая, в измученных, поэзия, а у неё – ещё и прозрачность озёрная. И, в отличие от претенциозного Кар-Вая, здесь пара иронична и самоиронична. Вообще актёры естественны и убедительны. В начале я обмолвился про тихий восторг значительную часть хронометража. Минимализм ведь бывает лаконичным, но он очень способен просесть в примитив. Всё-таки мысль у балансирующего Каурисмяки к концу иссякает, и он выдаёт откровенную сюжетную банальность, отдающую меньшовским «Москва слезам не верит», и так уж это схематично всё сработано... Он придумал типажи, линию поведения, но не решил, что с этим делать. В «Опавших листьях» поднимается проблема алкоголизма, при этом Каурисмяки полностью игнорирует злостное курение: мужчина дымит не переставая, и ещё неизвестно, что его быстрее способно погубить. Итак, Каурисмяки попробовал показать душевное сближение мужчины и женщины. И оно вроде бы состоялось. Но почему оно состоялось? Как он, «не флюгер» (по собственному выражению), выбрал именно её и держался? Что сблизило их – вопрос остался открытым. Финн минимум два раза с тоскующим интересом смотрит на женщин привлекательнее: одна из них играет и поёт качественный синти-поп за синтезатором в баре. И выскажу крамольную мысль: возможно, он нуждался в Ней, потому что она нуждалась в нём. Вот так просто. Как одно одиночество (неуклюжий, неустроенный отщепенец) разглядело сразу другое и уцепилось во спасение. И такой союз, впрочем, тоже имеет право на существование. В общем, годное ли кино? И да и нет. То приглушённая, как поздняя блёклая осень, простота умиляет, благостью разливается. То подумаешь, что декоративно, шаржево, психология аутична... Натяну. 7 из 10

Вот и началась осень, а вместе с ней и потребность в осеннем кино. Поэтому глаза (и руки) наконец дошли до фильма Аки Каурисмяки 'Опавшие листья' (Kuolleet lehdet), который я откладывал на просмотр еще год назад. Фильм произвел фурор в Каннах собрав 3 награды, а также номинировался от Финляндии на Оскар. Публика тоже тепло приняла сие творение. Учитывая также количество времени проведенного в этой северной стране я не смог пройти мимо. Два человека. Обычных человека с обычной работой. Их сложно назвать счастливыми, но они пытаются не унывать в довольно депрессивном городе. Случайная встреча в баре, случайные гляделки. Спустя какое-то время оба теряют работу, платить за счета нечем. Но судьба сводит их вновь и вновь, даже потерянная бумажка с телефоном не может остановить этот роман.. Или может ? 'Пациенты в коме могут подождать 5 минут, а могут и больше'. Фильм пропитан чисто финским черным юмором, но многие шутки будут понятны и российскому зрителю. Хороший саундтрек, который содержит как финскую классику, так и более современные композиции. Даже творчество Чайковского почтили. Что еще важно - можно легко потеряться, в какой эпохе происходит действие, за счет съемки на пленку в серых тонах постоянно кажется что это 90-е. Но потом героиня идет в интернет кафе и получает новенький ноутбук HP. Режиссер явно хотел показать, что эпохи меняются, а проблемы людей остаются прежними - работа, семья, здоровье. А плохие новости с радио хочется просто переключить на музыку. 'Почему ты в депрессии? -Потому что я очень много пью -А зачем ты тогда очень много пьешь? - Потому что я в депрессии' 7.5 из 10 Фильм можно найти только у пиратов в не самой лучшей озвучке, но выбирать не приходится