F20

Простые парни с окраины, конечно, в последнее время супермодный тренд, но это не значит, что любую стори про недогопников можно просто вывалить перед зрителем на фоне облупившихся высоток и коптящих труб. Сюжет легко бы раскрыла короткометражка, но режиссер щедро выделил полтора часа на кантострадания и пляски святого Вита в исполнении главного героя. И лично мне этого героя не жалко, он вызывает ровно ноль эмпатии. Не потому что не драматичненько, а потому что герой - некий Олег - картонка, шаблон, условность, как и сама лента. Сколько бы этот условный Олег-а не изображал богомола, играя мышцой, как-то не верится в его боль - ни в душевную, ни в физическую. Почему же он такой пустой и плоский? Да тут все плоское, все как дважды два: героин - плохо, бокс - хорошо, лучший друг - хорошо, приятель-барыга - плохо, любовь наркушницы - фальшиво, мама в черном платочке - горько, рехаб с религиозным уклоном - жизненно, искупление - сложно, а героин…ну плохо все еще, епта. На самом деле этот рехаб - единственное место, где люди выглядят настоящими, и даже картонный герой в их обществе обретает намек на некую человеческую глубину, в которую еще немного и поверишь. Но потом следует возвращение в линейный гепатитно-желтоватый мирок из трех калек и вуаля - каким ты был, таким ты и остался. Нет, ну разумеется, Олег изменился: соскочил, послал парочку торчей на три веселых, потек колпаком, сумел попросить прощения и т.д., и т.п., арка героя, все дела. И все равно Буратино так и не стал мальчиком, а набор кадров и слов - фильмом. Ни режиссер, ни его команда не нашли золотой ключик, который смог бы сотворить подобную магию. А в чем этот ключик кроется - трудно сказать. Может быть, в том, что мир не черно-белый, и даже не цвета сепии, и жизнь, как в песенке Ночных Снайперов, «одинаково права и нет хороших, нет плохих»? А может, тренд просто выходит из моды, и для истории «простых парней с окраин» уже нужно чуть больше, чем типичные лица аля черный бумер, бейсбольные биты и большие надежды? В любом случае ключика нет, а значит нет и сокровища: той самой алхимии, которая превращает монтаж по крупности в кино, палку-палку-огуречек из раскадровок - в персонажей, а нас - в зрителей. Подводя итоги, хочется вспомнить неоконченное стихотворение Высоцкого - «А мы живем в мертвящей пустоте,- Попробуй надави - так брызнет гноем,- И страх мертвящий заглушаем воем - И те, что первые, и люди, что в хвосте. И обязательные жертвоприношенья, Отцами нашими воспетые не раз, Печать поставили на наше поколенье, Лишили разума, и памяти, и глаз...» - наверное, что-то подобное нам пытались рассказать, хотя, эти строки несоизмеримо глубже представленного киноряда. Из перечисленного здесь только пустота, в которой дергается и дергается Олег на своих бесконечных кумарах. И от этого действительно хочется выть. Ну или хотя бы погавкать, как это делал Павленко в свои лучшие годы.