Человеческое, слишком человеческое
Аааа… Угар! Этот фильм он такой-такой… Он и теплый и смешной, и таинственный и жестокий, и человеческий и бес-человеческий… Он похож на лезвие самурайского меча, которым разрезают японский горький шоколад, намазанный на брюшко маленькой бельгийской девочки – а она при этом добродушно улыбается, пока упыри смакуют экзотическое сочетание эритроцитов и углеводов. Он настолько по-хорошему упоротый, что заслуживает только упоротой рецензии, ведь нельзя же обвести вокруг отпечатка когтя контур ладони. Это история про я-даже-не-знаю что, но она завораживает, обволакивает в себя, как в сахар, и погружает в себя, как в теплую грязь. Наверное, это история про то, как неуместно демонстрировать доброе сердце, обнимаясь с пациентами морга, но все это стремится оправдать себя то ли едва уловимой красотой эклектичного парадокса, то ли банальным стокгольмским синдромом, помноженным на гротеск и абсурд. В канве сюжета барахтается бельгийская девушка японского происхождения, которая когда-то была вывезена из родной страны, успев хлебнуть, как соленой воды, детских впечатлений японского ландшафта. И, по прошествии лет, привкус той солености стал казаться ей таким родным и сладким, что она, повинуясь впечатлительной натуре, решила устроиться в крупную японскую компанию. Там она встретит и волчка и лисичку, и многих других лесных обитателей незнакомого, чуждого мира, так приманившего ее своей чуждостью, по ошибке принятой за мягкую колыбель. Там она станет заложницей своего мазохистского инстинкта, насладится своим палачом, исполнит детскую мечту, наберется впечатлений и испробует единства и борьбы противоположностей и свойственного ей сексуального подтекста. Фильм о загадочной японской душе, все загадка которого умещается в игру в прятки с собой, в которую вовлечен целый народ настолько, что сделал из нее культуру и цивилизацию. И это было бы то ли драмой, то ли просто ничего не значащим культурным фоном, не будь там такой маленькой душевной бельгийки, белочки в огромной таком осином гнезде. И осы не жестоки, это просто осы. И белочка не образчик вселенской любви. И лишь их нелепая связь рождает то фиктивно-пестрое сочетание контрастов, из которого проглядывает и драма, и комедия, и такое душещипательное бытоописание чего-то, что трудно до конца понять, но чем так невозможно не насладиться. 8 из 10
Разбитые мечты Амели-сан.
Я давно фанатею по Японии, но никогда не признаюсь себе, что знаю эту страну целиком и полностью. Можно выучить язык, дотошно изучить обычаи и традиции - и всё равно будешь попадать впросак. Иначе и быть не может, для иностранца это нормально. 'Страх и трепет' - картина автобиографичная, сюжет и повествование здесь строится полностью на Амели, девушке, европейской внешности, но с японской душой. По крайней мере, она так думала до своей работы в компании 'Юмимото'. Иностранцам нигде особо не рады, особенно, в Японии, а уж если 'гайдзин' лезет по карьерной лестнице быстрее местных, то возникает повод для ненависти. Амели, твёрдо вознамерившаяся влиться в японскую культуру, проявляет отнюдь неяпонские замашки, в ответ на придирки начальства. Впрочем, сочувствовать героини у меня не получилось по одной простой причине: вместо того, чтобы смотреть на ситуацию глазами Амели, я посмотрела с другой стороны и... поняла несчастных японцев. Во-первых, иностранка хочет работать в крупной кампании. И она является в первый же рабочий день с таким отношением, будто она сделала всем огромную милость, почтив своим присутствием. Во-вторых, оскорбившись грубым отношением к ней начальства и 'явным издевательством', девушка безоглядно начинает жаловаться всем сотрудникам, какой начальник плохой, издевается над ней, бедненькой и несчастненькой. В-третьих, берётся делать то, что ей не поручали, но сотрудникам показалось, что она проявляет не дружелюбие, а банальный саботаж, отнимая у других их работу. В-четвёртых, преподносит себя, как мученицу, над которой все беззастенчиво издеваются. Сама же опустила себя до положения тряпки под ногами, чему же тут удивляться? Амели противопоставляется Фубуки-сан, её начальница. Двадцатидевятилетняя японка, незамужняя, долгие годы работавшая только лишь на продвижение по карьерной лестнице. Справедливо считая бельгийку тупой, Фубуки, тем не менее, яростно сражается за своё, потом и кровью добытое место. Её несложно понять, особенно в тот момент, когда она со страхом узнаёт, что Амели метит на её место в какие-то жалкие несколько недель. Здесь нет 'противопоставления' культур, здесь лишь сражение двух женщин и... разбитые мечты Амели. Она ожидала, что ведя себя 'по-японски', сумеет легко и беззаботно войти в ряды нации, о которой всегда думала слишком возвышенно и отдалённо от реальности. Недаром, несколько раз за фильм, нам показывают, как Амели 'летает', то есть, просто смотрит в окно и представляет, как видит город с высоты птичьего полёта. Амели - мечтательница, добрая и простая девушка, но за её синими глазками прячется гордый характер и сильная воля. Терпя унижение за унижением, она, к её чести, не сдаётся, вот только... она ничего не хочет исправить, полагая, что невиновата. Фильм оставил неприятный осадок. Нет, мои мечты о Японии не были разбиты; я не разочаровалась в этой стране. Просто стало обидно за всех: за то, что обычные войны за место на работе, приписывают японскому менталитету (мол, это только у них там все жестокие, у нас все добрые и отзывчивые, как Амели); за главную героиню и её, подчас, невообразимую тупость и нежелание признать свои ошибки и просчёты; за Фубуки, которая слишком увлеклась ролью палача и не заметила, как низко упала даже в собственных глазах. Действие фильма не выходит за пределы корпорации, кусочек Токио мы видим лишь в окно и в воображении Амели. Музыкальный ряд ласкает слух композициями Баха, что придаёт фильму особый колорит. 'Страх и трепет' - кино о завышенных ожиданиях и столкновении фантазии с реальностью. Идея здесь именно в этом. 5 из 10
Проблема Востока и Запада
В фильме «Страх и трепет» развивается тема отличия европейской культуры от азиатской. Амели - бельгийка, которая первые пять лет своей жизни провела в Японии. В памяти остались лишь детские воспоминания об этой стране, однако повлиявшие так сильно, что та мечтает стать настоящей японкой и ассимилироваться в японскую среду. Амели резко отличается от окружения не только внешностью, но и резкой манерой поведения, что в Японии считается грубостью и невоспитанностью. Изначально она пытается проявить инициативу в работе, завести знакомства, но это отзывается лишь негодованием и раздражением со стороны японцев. Когда она пытается поддержать свою начальницу Фубуки, та воспринимает это как насмешку над ней и оскорбление. Им не нравится, когда она без спроса влезает в их личную жизнь, узнавая семейное положение и даже имена, дни рождения детей. Слишком часто заходит туда, куда не положено и летает в облаках. Здесь уже сложились свои представления относительно европейской культуры. И это скорее предрассудки, нежели стереотипы, так как в большинстве своём они отрицательные. Существует недоверие к иностранцам, что прослеживается в картине, когда Амели заставляют забыть японский язык, чтобы она не могла понимать коммерческие тайны компании. Абсолютно различные понятия «чести», к примеру вопрос Фубуки: «У вас считается «честь»признавать себя полной идиоткой? Ты или предательница или слабоумная, третьего нет!», когда Амели не справляется с работой. В Европе же нет ничего постыдного в том, чтобы задавать вопросы или признать, что в чём-то не справляешься. Также в Японии считается большим унижением уволиться с работы, не проработав полный год, чем отмывать мужские туалеты. У Амели проблемы с цифрами, но ведь у неё есть высшее образование преподавателя. Однако в Японии её ошибки считаются недопустимыми и невероятно глупыми, что те воспринимают её, как слабоумную. Постепенное понижение в должности обусловлено не только ошибками Амели, но скорее её поведением и этнической принадлежностью. При просмотре фильма у обратной европейской стороны может сложиться мнение, что японцы очень закрытые, двуличные, чопорные и безжалостные люди. Карьерный рост вопреки морали. Унижение становится нормой, предательство не порицается обществом. Но есть и другая сторона монеты. Японцы невероятно вежливы. Они чтят старших и тех, кто выше по положению, очень терпеливы и сдержанны. Они очень ответственны и усердны в работе. У них есть особая привязанность к своим начальникам так, что всю вину они берут на себя и готовы отдать последнее. В конце фильма главный начальник Юмимото искренне сочувствует и говорит Амели о том, что к сожалению, она попала сюда не в тот момент и не в то время. Самое главное - это терпение и уважение друг к другу. Все народности имеют собственный менталитет и разную культуру, которые мы часто не понимаем. Различия между западом и востоком колоссальны. Для более успешной межкультурной коммуникации мы должны просвещаться и узнавать больше о других народностях, находить общие точки соприкосновения.
«Амели-сан, поздравляю»
До последних минут я была уверена, что поставлю этому фильму низкую оценку, и что рецензия моя будет красного цвета. Героиня Сильви Тестю не вызывала ни капли сочувствия, проникнуться происходящим с ней у меня никак не получалось. Не суметь правильно переписать цифры? Не уметь быстро посчитать на калькуляторе? Не верю. Хотя отчасти её ситуация мне знакома: с цифрами я тоже не особенно дружна. И в той новой атмосфере, в которую Амели попала, ошибки возможны от неуверенности в себе. Чисто психологический аспект. Но месяц! Месяц… За такое долгое время можно было прийти в себя. Тем более не сказать, что героиня не была в себе уверена. Также мне было непонятно, как Амели могла не знать строгих традиций и правил этикета иерархического общественного уклада Японии. Да, страна была долгое время закрыта, но не в 90-х ведь годах. Мне казалось, что она совсем ничего не знала о стране, в которую ехала с намерениями ПМЖ. А точнее даже — о людях этой страны. И все её знания базировались лишь на романтически окрашенных воспоминаниях детства. Неудивительно, что реальность не оправдала завышенных ожиданий. Казалось, что Амели пытается заставить японцев мыслить по-европейски, думать и поступать, как она. Но со своим уставом в чужой монастырь не идут. Мне не верилось в рассуждения Амели о ней и Фубуки, о Востоке и Западе, снеге и дожде, японце и Боуи. С этой стороны я видела только, что девушке элементарно не хватает стрессоустойчивости и действительно, ума. Что уж говорить, больше сочувствия у меня вызывала Мори Фубуки — красивая, независимая и умная, настоящая японка. Но ближе к концу я поняла, что сочувствовать нужно им обеим. А решающим моментом для меня в отношении к фильму стал финал. Тут же все фигуры встали на свои места и сложились в правильный узор: всё так и есть. Амели права: за ненавистью и противостоянием таится скрытое желание дружить. И заключительные кадры с маленькими девочками — Европой в лице Амели и Японией в лице Фубуки — подчёркивают мысль. «Они сошлись: волна и камень, стихи и проза, лёд и пламень…». Восток и Запад — настолько разные культуры, которые никогда не поймут друг друга до самых глубин. Можно пытаться изо всех сил быть японцем, но если ты им не родился, попытки обречены на неуспех. Можно созерцать красоту Японии, но притронуться к её сердцу не суждено. Вот об этом всём фильм «Страх и трепет». О разбитых мечтах, о столкновении культур, о двух по-своему сильных женщинах — разных и одновременно похожих. За содержание, высокий уровень актёрской игры, Баха на клавесине и полёты из окна — 9 из 10
ММ
Мэрилин_Монро_Читает_Книги
Кинокритик
Негативный отзыв
Амели Нотомб против Алена Корно
«Окно было границей между ужасным светом и восхитительной темнотой, между ограниченным пространством и бесконечностью, между гигиеной и ее невозможностью, между сливным бачком и небом. До тех пор, пока будут существовать окна, самый последний из людей сохранит частичку свободы.» Бельгийка и француз, вроде и говорят на одном языке, но каждый о своем. Трудоголизм против пофигизма. Эксцентрика против фиглярства. Интимность против пустоты. Этот бой неравен, так как первая – не сочиняет, а живописует свой житейский опыт, а второй – читает текст за кадром, предусмотрительно вырезая все острые места. Я очарована. И разочарована. Очарована прозой Амели Нотомб, которая напомнила мне француженку Франсуазу Саган, юным возрастом, успехом, краткостью, смелостью и мудростью слов. В ее романе «Страх и трепет» нету и 90 страниц, а в них – целая жизнь. И нужно понимать, чья это жизнь. Не простой девушки, пытающейся построить карьеру, а дочери барона и дипломата, которая могла бы психануть и улететь в Европу первым рейсом. Когда известен контекст, правомерно задаться вопросом: «А зачем ей это все?» С ее деньгами, связями, влиянием? Неужели Амели настолько эксцентрична, что готова терпеть все новые унижения, только ради бунта? В книге Амели – наблюдатель. Объект ее исследования – двадцатидевятилетняя незамужняя японка Фубуки Мори, и по совместительству – ее начальница. Их объединяет то, что они единственные женщины в мужском коллективе и занимают самые низкие должности. Заблуждение Амели заключается в том, что для нее это повод для сближения, а для Фубуки – это вообще не повод, то есть просто совпадение. Впечатлительную Амели это по-детски ранит, поэтому она стремится понять загадочную женщину Востока, не забывая по ходу текста обличать японский патриархальный строй. Современная литература, да и весь XX век, избаловали меня убеждением, что если повествование ведется от первого лица, то именно это лицо и является субъектом книги, главным героем, кого нужно анализировать. У Нотомб все по-другому. В «Страхе и трепете» не поймешь, кто зеркало, а кто в нем отражается. Мое мнение, что главная героиня книги – это Фубуки Мори. И она посвящена именно ей. Амели делает свободной ее происхождение, да, при увольнении она выполнит весь этикет, чтобы «не потерять лицо» и не испортить отношения между Японией и Бельгией, но в душе она способная съязвить, бросить неприличный жест, ее внутренняя свобода не знает рамок. А Фубуки… Кажется, что японских девушек с самого детства муштруют так, что они никогда и не знали, что она есть – эта внутренняя свобода, протест, дикая выходка, если только это не связано с переутомлением. Не зря Нотомб герметизирует сюжет закрытым пространством – все действие происходит на 44 этаже самой влиятельной компании в Японии – Юмимото. Это закрытое пространство создает дополнительную рамку с единственным выходом, ощущением свободы, - окном. Книжная Амели упоминает, что за пределами офиса у нее была другая жизнь, в которой ее любили и уважали, но она намеренно о ней не упоминает, чтобы усилить эффект отчужденности, а может, и добавить напряжения в нелегкие взаимоотношения (с намеком на созависимость?) между Амели и Фубуки. И тут пора ответить на вопрос: «Зачем Амели это добровольное рабство?» По мне, она как актеры-перфекционисты, которые творят жуткие эксперименты, чтобы вжиться в роль (как Кристиан Бейл, доводящий себя до истощения или ожирения, или Дастин Хоффман, превратившийся в реального бомжа для роли в «Полуночном ковбое»), пытается приоткрыть занавес показной доброжелательности и воспитанности, за которым скрываются одни запреты и унижения, и, возможно, создать отражение, посмотрев в которое, кое-кто сможет задуматься о своей жизни. Все это очаровало меня и вдохновило. А что разочаровало? Если судить по цвету рецензии, так это киноадаптация «Страха и трепета». Первое, что портит впечатление, это закадровый голос, прочитывающий произведение Нотомб почти слово в слово. Зачем мне слушать то, что я смогла прочесть сама только что? Я хочу видеть картину, я хочу видеть точку зрения автора. Хочу спора, конфликта, согласия или любви. Хоть какой-то реакции. Но я вижу только одно – Ален Корно лентяй. Можно с уверенностью сказать, что у фильма не было сценария, актеры просто прочли коротенький роман, а Сильвия Тестю сделала это еще и под запись. Как запрограммированные машины, они повторили основные хитросплетения сюжета, но без эмоций и понимания, для чего они это делают. Для любого произведения важен конфликт, столкновение идей и мыслей, которые рождают споры и интерес. У фильма «Страх и трепет» нет конфликта. Корно даже не знает, о ком он снимает свое кино. В его фильме нет смелости. Зачитывая произведение дословно, он ухитряется вырезать из него все острые места; так из фразы: «В странах с наиболее авторитарными системами встречаются самые невероятные отклонения от нормы, а потому там терпимее относятся к человеческим странностям. Нельзя понять, что такое эксцентричность, если вы не встречали эксцентричного японца. Я заснула в куче мусора? Здесь видели и не такое. Япония – это страна, где хорошо известно значение слова «сломаться»», он оставляет только последнее предложение, которое не способно насытить мозг конфликтом. А когда Амели косячит с расшифровкой немецкого GmbH (наше ООО), на упреки Фубуки в незнании Амели азов и это при непосредственной близости с Германией в виде границы, книжная Амели внутренне язвит, что во время войны Япония была куда ближе Германии, а киношная не говорит ни слова. Любой политический выпад Нотомб сглаживается либо устраняется. Критическая мысль в фильме отсутствует полностью. Поэтому для Корно главная героиня «Страха и трепета» это не Фубуки Мори, а удобная Амели. Так как он не может критиковать общественный строй другой страны, он вынужден смещать ракурс. В фильме нет ни одного критического выпада Нотомб в адрес несправедливости японского общества по отношению к женщине. Фубуки будто не живой человек, живая 29-летняя незамужняя японка, которая много вытерпела ради карьеры, которая отчаянно стремится соблюдать все нормы и приличия, но также и стремится создать личную жизнь (эпизод с потеющим голландцем Питом Крамером вырезан полностью), а фон, на котором пытается отличиться европейка. Делая свободную Амели главной героиней, он не дает сюжету развития – Амели свободна уйти из чуждого ей общества в любой момент, Фубуки – не имеет на это никакого права. Фильм Корно не дает мне шанса на эмпатию. Когда я читаю, что книжной незамужней Фубуки исполнилось тридцать, мне становится грустно. Когда я вижу ее на экране в тот же самый момент, я не чувствую ничего, потому что у Корно не хватило смелости приоткрыть ее тайны, маленькую драму, сцепленную тисками условностей. Как итог – лучше я перечитаю книгу.
АК
Александр Коробов
Кинокритик
Нейтральный отзыв
Крах и лепет
Говоря откровенно, мне совсем не близка ни сервильно — виктимная (в предельной степени) психология современных европейцев, благодаря которой они вскоре окончательно потеряют всякую индивидуальность и культурную аутентичность, ни квазичестолюбивая национальная политика Японии, на самом деле постепенно переведшая этническое своеобычие в разряд имманентной девиации(кажется, изобрёл новый социологический термин), позволяющей жителям страны, с готовностью променявшим индивидуальную гордость на её корпоративный эрзац, долгие-долгие годы отводить взгляд в сторону от жестокой действительности, выраженной по факту в оккупационном режиме одной хорошо известной державы с приставкой сверх. В этом фильме, на мой взгляд, наглядно продемонстрирована абсолютная беспросветность существования в обеих парадигмах развития, когда человеку предоставляется выбор между адом личным и коллективным, а ещё есть промежуточный вариант- застрять враскорячку между двумя инфернальными сущностями. И все ужасы подобного бытования становятся тем выпуклее и рельефнее, чем с большим остервенением режиссёр низводит этот социально-обобщённый конфликт до сугубо частного уровня. Фильм уже смотрел когда-то давно, но забыл напрочь, видимо, в силу озвученной в самом начале причины. 7-ку, после повторного просмотра, однако, поставил, в качестве дани всепоглощающему обаянию рыжей бестии с чарующе- дивными глазёнками. О таких как она обычно принято говорить «красива своей некрасивостью». Одновременно несуразна и грациозна(сцена в офисе с танцем в стиле ню великолепна), обворожительна и нелепа, витальна и жертвенна. Вот только в этой её своеобразной дихотомии главный залог бессилия что-либо изменить в сложившейся, зацементированной системе. Помните её фразу: 'Японцы знают, что такое сломаться». Так и живут сломленные(или сломанные) уже который десяток лет(но пусть никто не видит наших слёз), а европейцы только фиксируют происходящее, передоверяя опыт рефлексии бумаге, трансформируя оный в книги. Впрочем, и те, стоит признать, «облегченьем житейского ига» служат всё реже… 7 из 10
Снег и дождь по-японски
Мне, как зрителю крайне избалованному интеллектуально не озабоченной голливудской кинопродукцией с обязательным хеппи-ендом, этот фильм дался не легко. Переводчица Амели подписывает годовой контракт с огромной японской корпорацией. И работает кем угодно, начиная от оператора копировального аппарата и заканчивая уборщицей общественных туалетов. У начальницы Амели через пару месяцев сложилось мнение (и не без оснований), что ее подчиненная умственно неполноценная. Поведение Амели превращает эту незаурядную историю в законченный театр абсурда. Совершенно непонятна логика ее поступков. На что надеется человек проводя ночи на работе за безуспешной проверкой чужих отчетов? Что внезапно появятся математические способности, которых она начисто лишена? Или эта унизительная работа в мужском туалете? Боялась потерять лицо перед японцами досрочно разорвав контракт? Но поведение большинства ее коллег неоднозначно показывает, что она его уже потеряла, согласившись выполнять эту работу. Страх и трепет, как основа взаимоотношений в коллективе. 'Корпорация дала мне огромную возможность, я многому научилась благодаря вам' - как мантру повторяет Амели каждому из своих бесконечных начальников. Очень хочется верить, что она, действительно, чему-то научилась и хоть что-то поняла, и этот год посвященный мытью унитазов не пропал даром. Не могу судить насколько сюжет фильма соответствует действительности. Хотелось бы верить, что в нем больше вымысла чем правды. Любить Японию будучи ребенком под опекой родителей, и жить и работать в Японии, это, как выяснилось - две большие разницы. 8 из 10
Так или не так
Роман Амели Нотомб действительно сильная вещь. Япония и Китай были интересны мне не меньше, чем Германия, Франция и Англия. Их история и быт, особенно. Амели проделала грандиозную работу, подобную разве что Всеволоду Овчинникову (нашему русскому коллеге). Он тоже описывает японцев, как народ с сильным и несгибаемым духом. Эти труды достойны внимания, в равной степени. Однако роман Нотомб больше о любви, чем об истории народа. В прямом смысле этого слова. Многие скажут, о чем вы? Что вы имеете ввиду? Я имею ввиду, что многие кто изучал историю и культуру Японии не описывали ее в таких странных подробностях. Начнем с детства героини. Героиня постоянно путешествовала со своими родителями и завести постоянных друзей не могла. В конце концов, она выучила японский и уехала в страну своих грез. По крайней мере, ей так казалось. Она знакомится с корпоративной культурой некой японской компании. Названия вы и без меня знаете. В компании ее встречают вполне дружелюбно. Казалось, что мечты сбылись. Однако все не так. Героиня, сама того, не ведая (или ведая) влюбляется в свою начальницу. Весь роман посвящен красоте и грациозности ее довольно жесткой и непримиримой коллеге по работе. Казалось, причем тут Япония. Но дело тут не в жестоком корпоративном духе. Скорее наоборот. Я сам, как журналист и сотрудник банковского журнала ездил в Японию и знаю не понаслышке об азиатском духе. Подчиняйся старшим и не спорь. Я так и делал. Получил достаточно опыта и возможностей. Хотя, могу сказать точно. Японцы очень скрытный народ. Этикет важнее всего остального. Или мне так показалось. В общем, я не имел проблем с японцами. Меня никто не задевал, пока я не нарушал правила. Поэтому я и мои друзья знали, что из себя представляет Япония и как нужно себя вести. Меня смутило то, что героиня весь роман ведет себя так. Как будто, она хочет привлечь внимание своего шефа (Фубуки Мори) и других работодателей. Но больше Фубуки Мори. С чего бы? Ответ очевиден, главная героиня скрытная (латентная) лесбиянка и садомазохистка. Ведь ее желание быть похожей на своего шефа и дружить с ней. Напоминает мне, несбыточную любовь. Все ее попытки показать себя. Есть ничто иное, как желание чтобы Мори ее признала. В конце концов, она понимает и уезжает прочь. Любопытно, что человек получив опыт. Как правило, понимает и делает выводы, что он делал не так. Но здесь, она и вовсе уезжает из страны. Не пытаясь никуда устроиться. Достаточно вспомнить конец этой истории, В 1993 году я получила письмо из Токио. Текст был такой: «Амели-сан, поздравляю. Мори Фубуки». Эта записка доставила мне удовольствие. Но одно восхитило меня больше всего остального: она была написана по-японски. Любопытно еще и то, что во всех книгах и романах Амели Нотомб мы сталкиваемся со страданиями героев. Что Метафизика трубы, что антихриста. Одно и тоже. Ладно, если это один роман. Но когда несколько, простите… Кажется, что Автору это доставляет удовольствие.
А вы бы смогли, выдержать это до конца?
'Страх и трепет' действительно фильм не для всех, как принято выражаться. И это видно даже по статистике сборов. Но фильм, по моему мнению, отнюдь не является проектом арт хауса. Фильм придется очень близко по духу многим, кто его запустит. Полет мысли, бесконечные размышления на рабочем месте, во время бытовой рутинной работы. Амели никогда не была глупышкой, прошла огромный путь, в том числе идеально изучила язык, культуру. Но при всем этом вписаться в деловое общества имеющую свою специфику стало для нее невообразимой мукой. Фильм олицетворяет битву характеров. Доброту и злобу, честь и бесчестие нужно ли это все на рабочем месте. Все это стоит под вопросом, когда дело идет об ситуации Амели. Все эти довольно банальные житейские мудрости перевернутся с ног наголову в случае с Амели. Однозначно стоит посмотреть всем, кому интересна идея конфликта на работе.
ММ
МыНиколайВторый
Кинокритик
Позитивный отзыв
Уленшпигель в юбке против офисных самураев
Молодая бельгийка Амели, которая в совершенстве владеет японским языком, устраивается на год в крупную японскую компанию переводчиком. Там она сталкивается с офисной дедовщиной, которой её подвергают другие сотрудники, а именно, три начальника, одним из которых является женщина. Доходит до того, что непосредственный начальник Амели, статная красавица с романтическим именем Фубуки (Снежная Буря), даёт своей подопечной и вовсе, казалось бы, неприемлемое поручение - обслуживание туалетов на их этаже. В случае с Фубуки ситуация осложняется ещё и тайным влечением женщин друг к другу. Не заметить такое может только слепой. Химия, установившаяся между Амели и Снежной Бурей, приводит к некоему подобию бесконтактных БДСМ-отношений начальницы с её подчинённой. Такие обстоятельства заставляют Амели вытворять, на первый взгляд, нелепые вещи: самоуничижаться и поддакивать, покорно снося унижения со стороны начальства, а также, когда в офисе никого нет, кувыркаться нагишом на столах и обсыпать себя бумажным мусором. Внимательный зритель поймёт, что всё это девушка вытворяет вовсе не потому, что у неё нет характера и самоуважения. Включив режим «дурочки» и подыгрывая своим старшим коллегам, Амели заставляет тех отчётливее проявить свои негативные черты и, в конечном итоге, посмотреть на себя со стороны. Правда, духу на это хватает не у каждого: толстый начальник этого так и не смог, в отличие от лысого и Фубуки. С какого-то момента ведущей становится именно бельгийка, которая с истинно западным изяществом манипулирует душевным состоянием и поведением своих «восточных деспотов», которые на деле не что иное, как трусливые заложники своих собственных комплексов и ранимого самолюбия. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что всё это третирование младшего сотрудника делается японскими начальниками из чувства их собственной уязвимости и страха показаться глупее третируемой сотрудницы, которая, ко всему прочему, ещё и гайдзинка (иноземка, инородка). Этот страх из тех, в которых иной человек боится признаться даже самому себе. Особенно его усиливает многовековая укоренённость в национальном менталитете традиционного иерархического общества. Наиболее отчётливо это проявилось в сцене, где Фубуки требует от Амели поклясться, что та не притворялась, когда признавалась ей в собственной глупости и некомпетентности, не говорила умышленно того, что Фубуки хотела от неё услышать, но искренне делала это. Снежные королевы гораздо уязвимее, чем нам представляется, особенно, если они сделаны не из живого снега, а из принтерной бумаги. Таким образом, пресловутый «страх и трепет», давший название фильму с одноимённой книгой, в данной истории применим только к тем, кто третировал Амели. Если кто-то и выставил себя на посмешище, так это её младшее и среднее начальство, а никак не она. Ибо у затюканных офисных «самураев» нет никаких шансов против Уленшпигеля, у которого есть главное - внутренняя свобода. 8 из 10
КОММЕНТАРИИ