Снег, сестра и росомаха

Мне интересен Роман Михайлов как человек. Я видел, наверное, все его выступления и интервью на ютубе, не считая лекций по математике, которые я не понимаю. Читал некоторые книги. И, конечно, не мог пройти мимо фильмов. Не знаю, напишу ли свою рецензию на «Сказку для старых», но пишу рецензию на его последний фильм «Снег, сестра и росомаха», пока с одной стороны еще свежи впечатления, а с другой мысли побродили в голове и успели хоть как-то структурироваться. Сразу после просмотра у меня в голове возникла одна мысль: я ничего не понял. Как будто смотрел фильм на незнакомом языке. Вот сектанты, да, вот полицейские, вот они делают что-то, это я вижу. Это бы я понял и будь фильм на китайском. А дальше-то что? И у меня сложилась какая-то трактовка, которую я увидел и как-то сложил в голове после просмотра. Фильм о поиске контакта между людьми с разным уровнем жесткости. Попытаюсь объяснить, что я имею в виду. Людей в фильме можно разложить на четыре типа: сектанты, Лена, Коля, полицейские. Производителей наркотиков я пока не знаю, к кому их можно отнести. Сектанты они нежные и чистые, как почки весной, и абсолютно беззащитные. О чем-то таком говорил Сталкер «сила в слабости». Как дети. Но дети не могут выжить одни, им не хватит жесткости. Это видно в исповеди женщины, которая хотела просто выращивать цветы и дарить людям красоту. У них нет каркаса, они сверхгибкие, даже текучие. В этом их сила и слабость. Полицейские наоборот, сверхжесткие люди. У них есть четкие инструкции, что считать нормальным, а что нет. Второе надо уничтожить, не давать ему жизни. Они бояться всего, что нельзя контролировать, это видно в сцене обыска в какой-то странной квартире с животными. Они могут закрыть секты, разметать их последователей. Но это бесполезно, как пытаться сжать воду ладонями. И осознание бесполезности их смущает. Разговора между этими крайностями быть не может, они разговаривают вообще в разных пространствах. Но устанавливать какие-то контакты все же приходится, поэтому и возникают переходные типы, «парламентеры», с той и с другой стороны. Это Лена (со стороны сектантов) и Коля с Крышей (со стороны нормальных людей). Они способны говорить друг с другом, но ради этого им приходится в какой-то степени уходить от своих товарищей. Лена выглядит адекватнее других сектантов, крепче, но теряет какую-то присущую им безмятежность, что ли, ощущение благодати. Коля и Крыша не такие зашоренные, как их коллеги, но тоже проявляют какую-то неадекватность, не присущую их кругу общения: Коля рассказывает историю о росомахе, а Крыша расспрашивает о ведьмах, которые превращаются в птиц. И жизнь в переходном состоянии им дается очень тяжело. За возможность разговора друг с другом он платят неспособностью различить сон и явь. В большей степени это относится к Коле с Леной. Фильм, конечно, имеет и другие пласты, но это то, что я в нем смог увидеть.

Второй фильм самого интересного, на мой взгляд и на сегодняшний день, отечественного режиссера Романа Михайлова (первым была 'Сказка для старых', которую еще изучать и изучать). И это прямо вау! Герметичная, но при этом полная воздуха (сквозняков даже - в хорошем смысле, 'смысловом'), вязкая и закручивающаяся в спираль лента, поделенная на два сегмента, которые, вращаясь, смыкаются чем-то похожим на перешеек (получается по форме нечто вроде туго скрученного в середине листка разноцветной бумаги - при том, что одна часть банта смотрит на зрителя лицевой стороной, а вторая изнанкой, и обе получаются разного цвета и при этом вращаются - сорри за путанное сравнение). Вообще цвет играет серьезную роль в 'ССР' - и даже сам Михайлов вроде что-то про это говорил в интервью. Что происходит на экране - понятно. Понятно и даже внешне как будто просто. Но вот внутренние какие-то нити, связывающие происходящее и растягивающие его для обнажения глубины, схватываются не логически (хотя кто-то наверняка сделает и классный сугубо логический разбор), а интуитивно, и вообще я именно думая про этот фильм, вывел-озвучил важную для себя 'формулу' того, какое искусство меня привлекает. Прочищаю горло... Итак, мне нравится, когда логические связи не считываются или вообще отсутствуют, а интуитивные ощущаются, но, понятно, не проговариваются. Мне кажется, такой подход очень созвучен вообще миру, в котором мы живем - непонятного, но ощущаемого в нем, кмк, значительно больше, чем противоположного. Как бы то ни было, я не могу сказать, о чем 'Снег, сестра и росомаха' - то есть я чувствую, о чем, и в принципе, сделав усилие, могу взяться за постройку домика из логических спичек, но... разве нужно _называть_, чтобы понимать и воспринимать? А так да, это, конечно, фильм о неустроенности, о внутреннем одиночестве, о 'человеку нужен человек', о лабиринте жизни - и так далее. Но это ведь все... расхожие фразы, разве ими исчерпаешь уникальность продукта? Лучше просто смотреть - без претензий на то, чтобы все разобрать на кирпичики. Как Тарковский говорил (не дословно): лошадь в кадре - это лошадь, она может и не быть никаким символом или аллюзией, но от этого она в смысловом плане не теряет (а то и приобретает). Потому как лишаясь логически вложенного режиссером символа, условная лошадь превращается в калейдоскоп иных символических значений, стеклышки в который вкладывает и лично зритель, из своих, уникальных, запасов. Ну и снято круто, конечно. Стильно, притягательно эстетически. И актеры играют отлично. И темы затрагиваются - в фабульном смысле - нетривиальные. В общем, стиснув кулаки, ждем третий фильм - и пересматриваем первые два. У меня прямо мурашки по коже от предчувствия - а ну как наблюдаем за становлением 'нового Балабанова'? Того и гляди, Быков, заскучавший в одиночестве, увидит 'конкурента', расправит плечи - и за свое возьмется всерьез. Не новые ли страницы большого русского кино открываются?