Как я женился на призраке

Мао-Мао и полицейский инспектор У Минхау не встречались при жизни. Они познакомились лишь когда офицер случайно поднял лежавший в траве ритуальный конверт с фотографией покойного, оставленный там благообразными старушками, взявшимися устроить личную жизнь погибшего паренька, что совсем не обрадовало новоявленного зятька, которому не удалось отвертеться от обрядовой свадьбы, столкнувшись с самосбывающимся древним суеверием, лукаво связавшим его брачными узами с призраком не противоположного пола, принимавшим случившееся не так близко к сердцу, как его одушевлённый супруг. В прологе, вскоре после абсурдистской комедийной феерии с нагромождением всяких нелепостей, происходит изменение тональности, когда выясняется, что у некогда живого человека есть прошлое, оборвавшееся в момент его трагической смерти, и после взрывного веселья, юмор становится сдержаннее, деля время с криминально-детективной линией, куда вписываются дела и делишки наркоторговцев, отбивающихся от представителей власти, беспорядочно рыскающих по тёмным углам, где инспектору У открываются подробности жизни и посмертной памяти Мао-Мао, которые всплывают пока он ведёт своё расследование. Да, поначалу, в подкорке у офицера сидит подброшенная призраком мысль о том, что, раскрыв преступление, он позволит мирно упокоиться душе своего наречённого мужа, и тем самым избавится от супружеских уз, но открывающаяся ему история людей, при жизни так или иначе связанных с Мао-Мао меняет отношение инспектора к своей миссии, как и к участи самого призрака, присоединяющегося к клубу разбитых сердец, задевая за живое сердце своего обручённого. По ходу оказывается, что инспектор У не врал, когда кричал отбиваясь от старушек, что он честный полицейский и его не пугают призраки: увидев в Мао-Мао жертву преступления, он переводит отношения с ним в плоскость исполнения своего служебного долга, а на экране возникает симбиоз личной драмы с фантасмагорическими приключениями, развивающийся по известным канонам постижения чужой души, которая перестаёт пугать своими потёмками, не теряя при этом лёгкости развлекательного шоу, продвигаемого тонким чутьём актёров, поддерживающих бодрость тела и благородство духа главных героев, в конце своего пути обнаруживающих уже не ту шуточную печаль, что была у них при первом знакомстве друг с другом.