Филателия

В аннотации к фильму на Кинопоиске заявлено, что это 'тонкое драмеди с северным колоритом'. Драмеди - это в переводе с 'современного' русского драматическая комедия. С первых кадров фильма зрителю демонстрируется 'северный колорит', который заключается в кадрах северного морского порта, больших кораблей и красивых фиолетовых цветов на заднем плане. Однако далее в фильм вкрапляются довольно странные, но так свойственные нашему кино штампы. Обшарпанные стены в больнице, совершенно неправдоподобная сцена с УЗИ (никто не будет никого звать к аппарату, потому что расшифровка УЗИ выдается на руки позднее; могли ли демонстрируемое в фильме произойти в реальности - могло, но это скорее исключение, чем правило; демонстрируя в фильме подобное, это становится характерной чертой действительности, а это не так), сотрудницы почты вскрывают чужую почту (возможно, опять же, это где-то когда-то и происходило, но это точно не является нормальной практикой или регулярным актом). Также непонятен выбор образа главной героини. Хотя, опять же, подобный образ должен действовать угнетающе на зрителя, и есть в этом образе нечто подлое, ведь критикующий его может сам в ответ подвергнуться обструкции - нехорошо, мол, критиковать такое. Но в чем смысл выбора подобного образа? Это символ 'северного колорита', жизни на северах или, вообще, нашей русской жизни? С другой стороны, в этой демонстрируемой 'провинциальной скудности и убогости' что-то есть. Но проблема в том, что такие образы формируют у зрителя ощущение, что эта 'реальность' фильма, является реальной реальностью, хотя, в действительности, это не так. На 'северах' есть разная жизнь, и она, в основном, совсем не такая, как показано в фильме. И у этой реальной реальности совсем может быть другое наполнение. В связи с этим возникает вопрос о том, зачем нужно подобное искажение? В каких целях. Поэтически что-то в этой убогости есть, но так ли необходимо воспевать убогость? Можно ли снять 'северный колорит' с другим наполнением, с бoльшим количеством света, а не беспросветной монотонностью? Тема убогости и одиночества является центральной в фильме. Также присутствуют ложные псевдо-типичные модели поведения, однако именно их так любят отечественные кинопроизводители. Негативные коннотации действительности. И все можно было бы списать на авторский взгляд, но системность и методичность, с которой подобные взгляды транслируются в отечественном кино при почти полном отсутствии альтернативы позволяют сделать предположение о наличии системной работы по созданию и распространению подобных образов. Например, сцена на почте с 'третьей украденной ручкой'. Да, эта ситуация, наверное, типичная (но не вполне), и ручку на почте в реальной жизни обычно дают. Убогость, нищета и минимализм в каждом кадре, в каждой детали. Хочется узнать, какая цель и смысл в транслировании подобного. При этом, хочется в который раз оговориться: что-то в картинке есть. Надо признать, что автор создает на экране продуманную, цельную и органичную картину, но это картина полного пессимизма. Неужели нет никакой возможности направить свою творческую энергию на созидание и производство положительных, оптимистических образов. Да, жизнь трагична, она полна горести и трудностей, в ней много драмы, но есть в жизни и обратная сторона. Антураж почтового отделения с кухонным столиком и клеенкой из восьмидесятых - это, скорее, опять же, фантазии московской богемы о жизни реальной глубинки, чем реальная жизнь. Выглядит в кадре органично, но это кукольный ненастоящий мир. А финал разочаровал.

Признаться, смотрел я в смешанных чувствах, а изредка даже ускорял. Тихая мелодрама о женщине с ДЦП – не самое уютное зрелище. Наверное, даже стыдно снимать его «увлекательно», этого и не происходит. Но и задуматься во время просмотра не всегда легко: ключевые персонажи истории, конечно, жизненны, но довольно просты душой и говорят друг другу не так уж много интересного. Чуть ли ни все доброе и светлое в них сводится к бесхитростно-пушкинскому «душа ждала кого-нибудь». Фильм понравился мне несколько часов спустя, когда я пытался вспомнить, что за песню орали герои в караоке. И с удивлением нашел ответ в творчестве Вени д’Ркина – сгоревшего от рака гения, которого я умудрился подзабыть за последние пару лет. В песне, которую отчего-то то и дело обходил стороной. А у нее в саду дом, А у нее цветет сад… Но мы туда не пойдем Во время просмотра мне порой казалось, что в фильме смешалась вечная для нашего кино серо-черная тоска «русской глубинки» с почти вульгарной наивностью сентиментальной сказки. Мол, жизнь у героини, конечно, лютый мрак, но зато люди порой с такой стороны откроются рыцарской, что и белого коня не надо. Но нет. Просто фильм очень тактичен, и песню Вени тоже не разжевывает и не цитирует. Каждый хочет в нецелованный лес. Прошлой ночью тоже ждали чудес. Но мы не верим в чудеса за углом, Только в двери да в квадраты окон. И фишка здесь в том, что выбрал-то песню для караоке явно тот самый рыцарь, кто, на первый взгляд, возможен только в кино. А значит, он понимает, о чем поет. Значит, не такой уж и рыцарь. Просто моряк-реалист, который очень хорошо понял, что в жизни не так уж много счастья, и надо брать его и давать другим, пока есть возможность. Не всем, конечно, а тем, кто не потерял свой сад и действительно может принять. Какой смысл скитаться по морям, если в твоей высадке на берег нет крупицы чуда? Честно, я такого кино побаиваюсь, оно очень далеко от всяких возвышенных мечтаний. Но в чем-то именно «Филателия» продолжает дело камерного советского кинематографа – той его части, что далека от исследования идеалистов. О духовном развитии герои фильма много не думают, больших целей не ставят. Но стараются занять свое место в жизни так, чтобы приносить людям вокруг все же скорее добро, чем нет. Когда совсем нечем занять себя, просто прийти туда, где ждут. Вряд ли это лучшее из всего, на что способны люди… или режиссеры. С другой стороны, говорил же, кажется, доктор Курпатов, что мы нужны друг другу. Остальное – блеф.