Надо снимать фильмы о любви

Это мое первое знакомство с творчеством режиссёра. Выбрал фильм наугад — без синопсиса и трейлера. Привлекло артхаусное название и наличие в касте Марка Эдельштейна. Фильм снят в жанре мокьюментари, и вот в чём фишка: перед нами не просто кино, а якобы документалка о съёмках другого фильма Михайлова - 'Жар-птица'. Все актёры здесь играют самих себя в процессе работы над той картиной. То есть мы видим не персонажей, а реальных актёров, которые одновременно снимаются в 'Жар-птице'. И сам Михайлов в кадре - это не образ, а реальный режиссёр за работой. Но всё это я узнал уже после просмотра. Фильм как сама Индия: хаотичный, спонтанный, без чёткого сценария. Здесь нет 'как должно быть' — есть только 'как есть'. Герои не играют роли, а существуют. Мысли не обдумываются — они сразу становятся действиями. Современная молодёжь в кадре (да и за его пределами) живёт так же: без страха перед последствиями, без оглядки на 'правильный' сюжет жизни. Варанаси становится идеальным фоном для этой истории — город, где сама атмосфера дышит вечностью. Герои постоянно говорят о местных ритуалах, о жизни и смерти, словно пытаясь через них понять что-то важное о себе. Тут все условности кинопроизводства рушатся, сценарий летит в корзину, остаётся только попытка поймать саму жизнь, её необработанную, сырую правду. Что если 'бессценарность' (если уж называть её так) — не беспомощность или лень, а осознанный или подсознательный выбор. Поколение, которое не хочет жить по инструкции: сначала карьера, потом семья, потом пенсия. Которое выбирает 'сейчас' вместо 'потом', чувства вместо расчёта. Когда такие как я берут ипотеку, копят на дом, они бросают съёмки ради девушки, встреченной на улице. Когда мы просчитываем риски, они доверяют потоку. Было интересно наблюдать за их мышлением. Это поколение настолько свободно, что мысль не успевает созреть в голове, а уже звучит вслух. Они живут, не думая о последствиях: что подумают другие, что будет дальше. И фильм лишь усиливает это впечатление — его нарочитая 'бессценарность' становится зеркалом их мировоззрения. С одной стороны, такое мировоззрение вызывает отторжение: «Как можно так жить и строить будущее?» С другой — зависть: «А мы живём в оковах собственных ожиданий и требований». Может ли такая свобода быть продуктивной, или это путь в никуда?

Если вы когда-нибудь разговаривали со случайным попутчиком в поезде, вы наверняка знаете это чувство, когда человек вдруг рассказывает нечто очень личное, а на прощание ты не можешь вспомнить его лицо, но хорошо помнишь интонацию. «Надо снимать фильмы о любви» – именно такой попутчик. Сюжет фильма пересказать сложно и в этом, кажется, часть замысла. Формально это история группы молодых актёров, которые летят сниматься в Индию. Далее у нас есть режиссёр с идеей сделать сложное концептуальное кино. Есть актёры, которые эту идею не до конца понимают и, кажется, вообще живут немного в другом фильме. И есть сама поездка, в которой границы между съёмками, реальностью, отношениями и случайными эмоциями начинают размываться. Так получается кино, которое на протяжении часа балансирует между документалкой и сном после слишком крепкого чая. Индия здесь, как внутреннее состояние героев: обещание, что «там» всё сложится, найдётся и объяснится. И, конечно, ничего не объясняется. Но что-то всё-таки находится. У фильма очень гипнотическая атмосфера. Обычно после этих слов возникают симметрично стерильные кадры, но здесь это скорее странное, чуть тревожное погружение. Свет выкрутили, будто ты смотришь на реальность через пересвеченную плёнку. Саундтрек с песнями про (внезапно) кокаин звучит как фон к внутреннему празднику. И где-то в этом хаосе Роман Михайлов, играющий Романа Михайлова, налысо бреет актрису в сцене, которая одновременно кажется и постановкой, и чем-то слишком настоящим, чтобы быть выдумкой. Это ощущение «слишком настоящего» усиливается тем, что актёры здесь под своими именами. Как будто фильм немного подглядывает правду. Ну или подслушивает. Ну или случайно включает камеру в самый неподходящий момент. Самое странное и одновременно сильное — это то, как фильм существует сразу в двух регистрах. С одной стороны, он почти прямолинейный: любовь важна, держись за неё, где бы ни нашёл. С другой — он будто издевается над самой идеей «простого посыла», размывая его формой, метакомментариями и этим ощущением, что кино снимается прямо сейчас, у тебя на глазах. Ну а я сижу и думаю: это очень простое кино или очень сложное? И, возможно, правильный ответ – «Да». Михайлов снял фильм, который мягко, почти неловко говорит, что никакое искусство не догонит жизнь. Потому что жизнь — это случайные встречи, странные решения и импульсы, которые не укладываются в драматургию. Тут и возникает ирония, от которой становится теплее: искусство не может быть сильнее жизни, но без искусства мы вообще не замечаем, что жизнь была. Этот фильм обязательно кого-то оттолкнёт. Одних своей «жизненностью» и ощущением, что ничего не структурировано и всё немного расползается. Других, наоборот, своей странной недосказанностью и вопросом: «Что это вообще было?». При этом, если не пытаться разложить его, а просто побыть внутри, он правда начинает работать. Наверное, за это я поставил оценку «хорошо», но не «отлично». Потому что он не идеален, но в какой-то момент он попадает. Не в голову (туда сложнее), а куда-то между рёбер. Туда, где мы обычно не анализируем, а просто вдруг понимаем: да, вот это про меня. И ты выходишь из него с лёгким ощущением, что ничего толком не понял… Но что-то важное всё-таки случилось. 7,5 из 10 За настоящую любовь, которую неудобно вписывать в сценарий.