Невыразимый ужас 2: Показания Рэндольфа Картера

Мне на самом деле очень интересно, почему же создатели первого Невыразимого ужаса (довольно средненького ужастика) решили снять продолжение. Из этого, как я убедилась не получилось ничего хорошего. Я бы даже сказала, совсем ничего. Продолжение поучительной истории про призрака на чердаке начинается с того момента, когда герои первой части Рэндольф, Говард и Таня всё таки выбираются из дьявольского домика. При этом Говарда и Таню отправляют в больницу и о девушке мы больше ровным счётом ничего не узнаём. Рэндольф же, прихватив найденный 'Некрономикон' отправляется сначала к ректору университета, который ему, естественно, не верит, а потом к профессору Уоррену, которого сыграл Джон Рис-Дэвис (возможно, кто-то сочтёт, что я отличаюсь стереотипным мышлением, но по-моему роль отрицательных героев написаны специально для этого актёра). Рэндольф отправляется в больницу к Говарду, который не может спокойно спать, т.к ему постоянно сниться выпущенное на свободу существо. От призрака колдуна он узнаёт, что существо зовут Алайдой. Вся весёлая троица отправляется к дому, чтобы убить Алайду... Фильм скучен и совершенно неинтересен. Добрую половину фильма перед нашими взорами ходит голая девица (та самая Алайда). В сценарий зачем-то была вписана любовная линия, ведь без неё фильм занял бы от силы 45 минут... 2 из 10

Судя по названию и титрам, эта часть уллеттовской дилогии – экранизация двух новелл Говарда нашего Филипса Лавкрафта, но вы не верьте. Из «Безымянного» взят зверь с рогами и гуманоидной физиономией, за тем исключением, что весь сюжет «Безымянного» обыгрывает невозможность передать словом, именем ужасную природу – внимание! – призрака почившего монстра. Будь «оно» живым, затруднений с описанием не возникло бы. Поэтому и режиссер посчитал, что монстру не обязательно быть почившим. Из «Заявления Картера» взят сюжет с путешествием на кладбище и разлучением Картера и его приятеля Уоррена, который спускается в подземный склеп, оставляя Картера на связи с трубкой. В новелле монстр опять невидим, описать его Уоррен не может. Обе новеллы связывает фигура Картера, этого alter ego Лавкрафта. Но действуют в них разные нечисти. По сценарию монстр – еще и дочь колдуна, жившего триста лет назад. Чудовище из «Безымянного» Лавкрафта было детищем озлобленного человека, запертым на чердаке. У режиссера Уллетта (не Кулетта, конечно) «creature» и «голая женщина» пребывают в одном теле. Зачем колдуну понадобилось вселять в родное чадо рогатую и малосимпатичную дрянь, непонятно было бы, если бы не очевидный отсыл к первой как будто экранизации Лавкрафта, фильму Роджера Кормана «Заколдованный замок». Это у потомка одного из линчевателей Джозефа Кёрвина родилось чучело, содержавшееся на чердаке, поскольку Кервин был колдун и проклял убийц со своего костра, что твой Жак де Молэ. «Заколдованный замок» снят по мотивам лавкрафтовского рассказа «Случай Чарльза Декстера Уорда», однако с инкрустациями, заимствованными из По. Не верьте, что единственное от Эдгара Аллана По в этом фильме – стихотворение «Заколдованный замок», давшее фильму имя. Это стихотворение включено у По в рассказ «Падение дома Ашеров», а дом Ашеров, согласно экранизации того же Кормана, - сгорел, что происходит и с «заколдованным замком». И это помимо особой роли, которую играют портреты в обоих фильмах Кормана, а также роли человека, сочетающего в себе то имплицитно, то эксплицитно своеобразных Джекилла и Хайда и исполняемого в обоих фильмах Винсентам Прайсом. Но даже и тут не конец аллюзиям. Два человека в Прайсе еще куда ни шло, но персонаж Прайса в «Заколдованном замке» пытается поднять из гроба давно покойную жену при наличии вполне себе живой. И тот же Прайс задействован у Кормана во всех трех «Ужасных историях», первая из которых – «Морелла», а еще в «Гробнице Лигейи». Морелла и Лигейя, напомню – это мертвые женщины, пытавшиеся ожить одна в своей дочери, другая – в новой жене своего вдовца. Все это не к тому, что фильм Уллетта больно сложный, а к тому, что это пастиш, лоскутное одеяло, Лавкрафт в нем подменен эдгаровским циклом Роджера Кормана, общая сюжетная схема – кампусный 'мистический' слэшер, где примитивнорожее Зло играет в вышибалу с кучкой молодых людей. Интересно, что в эпизодической роли университетского «канцлера» Тэйера снялся Дэвид Уорнер, который сыграл в том же году в «Некрономиконе» центрального героя новеллы «Холод». А имя «канцлера» позаимствовано у журналиста Тиффани Тэйера, энтузиаста-последователя Чарльза Форта. Тэйер писал предисловия к книгам этого пионера в современных исследованиях Паранормального, идеи которых были параллельны фантазиям Лавкрафта, а может и отчасти подсказывали их.