Ёлки 11

Судьбы многих людей из разных уголков страны переплетутся самым неожиданным образом, чтобы поздравить одинокую учительницу Валентину Михайловну. Всем им предстоит осознать нечто важное и сделать правильный выбор, чтобы вступить в Новый год с новыми надеждами. В далеком 2010 году свет увидел фильма «Ёлки» за авторством Тимура Бекмамбетова, который стал приятной неожиданностью для многих и подарил зрителям достойную франшизу с новогодними альманахами. Однако стоит признать, чем продолжительней франшиза, тем сложнее удержать планку качества. Авторы франшизы поняли её и завершили … а позже неожиданно перезапустили. Но заметно растеряв в качестве и данный фильм стал еще одним тому подтверждением. Первые фильмы франшиза подкупали действительно интересными историями с простой, но трогающей за душу драмой. Более того, грамотно объединялись воедино и пересекались друг с другом. Ничего этого нет тут. Истории кажутся скорее комичными, нежели интересными. Драмы как таковой тут просто нет. Не говоря уже о разумном объединении этих самых историй некой общей и сквозной сюжетной веткой. Аналогичное впечатление производит и режиссура. На первый взгляд, чисто технически фильм поставлен не плохо. Однако наблюдать за происходящим попросту не интересно и предельно скучно. Комичные моменты тут есть, но они не вызывают даже улыбки. Есть и драма, но она попросту не трогает за живое. В итоге, фильм смотришься сугубо для галочки, а не из-за интереса. Разочаровали и актеры. Дмитрию Нагиеву тут просто нечего играть и очень сложно наблюдать за тем как он пытается выжать что-то из своего персонажа. Тоже самое можно сказать и про Рузиля Минекаева. Тем более, если ты смотрел «Слово пацана» и знаешь, что актер способен на большее. Троллингом над самим собой можно ощущать и игру приглашенной звезды в лице Бурака Озчивита. 3 из 10 Ёлки 11 – это еще одно продолжение главной новогодней франшизы отечественного кинематографа, которое в очередной раз наглядно говорит о печальном состоянии и качестве франшизы. В очередной раз авторы картины растеряли все достоинства первых фильмов франшизы и демонстрируют откровенно слабый, вторичный и попросту скучный фильм.

Любой долгоиграющий проект однажды проседает по качеству либо вообще слетает с катушек. Народная тягомотина «Ёлки» который год перетекают из фазы в фазу, перетасовывая и ключевых персонажей, и их непосредственных боссов: лучше всего с махиной подобного альманаха, своевольным образом отсылающего к замыслу «Реальной любви» Ричарда Кёртиса, удавалось справиться на ранней стадии сугубо виновнику торжества Тимуру Бекмамбетову. Правда, его золотая пора взлёта давно канула в лету, оставив потомкам готовую формулу успеха — рекламные контракты с брендами в милых пустяковых байках, триста раз переиначенную теорию шести рукопожатий, фокус на технологических новшествах как символах единства и стабильно выгодный кинопрокат на рождественских каникулах. С уходом отца франшизы, скатившейся в дребедень после вполне приемлемых первых двух фильмов, ему на смену приходил как Жора Крыжовников, привнёсший толику (а точнее, толищу!) мрачного и неуместного реализма, так и другие уже не столь известные фигуры, ответственные за окончательное превращение добротной идеи через заурядную штамповку в нечто неудобоваримое. Очередная — на сей раз одиннадцатая! — часть является обманчивой попыткой хоть как-то встать на ноги после совсем уж провальной десятой: тут вам и возвращение Дмитрия Нагиева, и камео актёра Бурака Озчивита, явно обоснованное фоном популярности турецких сериалов, и неоднократное мелькание в кадре Рузиля Минекаева, звезды нашумевшего «Слова пацана». Не исключено, что продюсеры решили провести минимальную работу над ошибками хотя бы в плане маркетинга, о чём поначалу свидетельствовал даже далеко не очень позорный рейтинг, однако довольно пресное содержание не скрыть под яркой мишурой, блистающей на поверхности. Новеллы, маячащие здесь, к счастью, не вызывают такого уж саднящего ощущения стыда и недоумения, как было в прошлые разы. Проблема в том, что они просто скучные: ни достойного уровня драматургической выдержки, ни высокой комедийной планки, ни увлекательных приключений не представлено почти никак, невзирая на мизерные поползновения высосать из пальца всего понемногу. Так, например, мы возвращаемся к тюменскому дяде Юре из крыжовниковских сегментов — он теперь трудится охранником в элитном коттеджном посёлке. Казалось бы, простор для вариаций достаточно широк: можно переписать классический нарратив ленты Криса Коламбуса «Один дома», заставив непутёвого стражника защищать хозяйскую собственность, или вообразить для него роман с местной продавщицей, или устроить гонки по карьерной лестнице с коллегами из соседских владений... но нет. Единственное, что пришло в голову авторам — ввести на потеху публике минипига на привязи, коего несложно стырить прямо из-под носа. Бесхребетная блажь, предстающая лишь псевдокомичной прокладкой между прочими задумками, о нежных чувствах к свиньям. Ладно, кому режет слух — к братьям нашим меньшим. Следующей на экране возникает учительница пенсионного возраста Валентина Михайловна из Саяногорска — она же баба Валя для близкого окружения, она же мама дяди Юры и ещё одного капитана дальнего плавания, что всплывёт по хронометражу чуть позже. Женщина не хочет отмечать Новый год, находясь в депрессивном состоянии из-за одиночества, будучи покинутой сыновьями. Всё это выглядело бы трогательно, коль не было так сухо и банально исполнено. Хотя, стоит отметить, сия миниатюра — связующее звено между участниками ответвлений и в отдельной серии, и во всей «мыльной опере» (иначе «ёлочный» конвейер уже не обозвать), что отчасти приукрашает повествование. Врач-терапевт Екатерина Снежкина из Калининграда, в свою очередь, разочарована в мужчинах, сбегающих после известия о наличии пятерых отпрысков. На романтический настрой Катю намерена подбить младшая дочь, воспользовавшись дейтинг-приложением и ведя переписку со спонтанными кавалерами от маминого имени. Тут-то и вырисовывается на горизонте пресловутый моряк, а развитие предлагаемой свистопляски с очевидными элементами абсурда сосредотачивается на том, как расположить к себе детей дамы, чтобы добиться её самой, пока она... спит. Динамичная и не слишком искусная ромком-фантазия с сомнительной моралью: вы имеете право быть хорошим для чужих людей, даже если это насильно и против их воли. Стерпятся-слюбятся. А вот когда девушка Настя из Альметьевска внезапно встречает курьера Дамира из Бугульмы, зрители натыкаются на плохо спрятанный сюрприз: перед нами — как хромой любовный треугольник, куда втиснут ничего не подозревающий турок Озчивит, так и калька с «Золушки», где есть все отправные точки, но присутствие положительного незнакомца-помощника вместо феи меняет правила сказки. Лёгкий заход для сценаристов, чего те и не стесняются, вставляя безапелляционно прямые отсылки на оригинал. И всё-таки именно эти параллели с издревле знакомой фабулой порождают чуть более интенсивное вовлечение, словно произведение Шарля Перро служит каким-никаким, а фундаментом, «подушкой безопасности» для данных потуг. Последняя по счёту история посвящена супругам Роме и Лене из Москвы: к перспективному бизнесмену в гости вламывается батёк из глухой провинции (в то время как молодожёны ждали не горе-свёкра, а важного тестя), дабы показать «городским» все прелести сельского нрава. Чего следует ожидать от такой завязки — ровно то и приходится получить, разве что без тонкости и остроты, с заведомо предсказуемым нелепым упором на различие социальных статусов, ведущим к мерзейшему конфликту поколений, норовящему в нужный момент удобно лопнуть по щелчку пальцев. Каждая из арок, безусловно чтя законы жанра, достигая и слезливой кульминации, и не менее фальшиво-душещипательного итога, увы, не обрастает достоверными деталями, чёткими формами, правильными чертами, что способны убедить в непреложности сформировавшегося конструкта. Рафинированной атмосферы праздника, благо, не испорченного какими-либо чересчур скабрезными эпизодами, отчаянно не хватает, чтобы разглядеть в картине действительно весомый потенциал. Разбодяженный дешёвыми переделками традиционных песенок и свежими молодёжными треками, звучащими ни капли не презентабельнее, нашинкованный создателями салат оливье иногда мнит себя органичным зрелищем, в чём-то даже предусматривая прыгнуть выше макушек предшественников, но это — иллюзия, сшитая по крохам. Нарочитая наивность, раздражающе виляющая от доброты до шизофрении, перемежаясь с уже не колющими ослепший глаз вкраплениями продакт-плейсмента и артистами, безуспешно пробующими в меру возможностей превратить фарс в обычный спектакль, ложится пеленой на очи, туманя и без того ослабший разум. Тот случай, когда при фразе «не трогай, это на Новый год» ты вдруг послушно убираешь руки в карманы — да, пластиковая имитация блюда на вид будто настоящая пародия на деликатес, если, худо-бедно, та же афиша пестрит с каких-никаких козырных «валетов», но, чего греха таить, а может… и вправду… протухло? Разве нет? То-то и оно. «Ёлки 11» — стократный надой мёртвой коровы, чьё молоко в бидоне изрядно разбавлено канцерогенами, подсластителями, красителями, глутаматами натрия и иже с ними, а упаковки, куда оно льётся, заранее оснащены этикетками, обещающими самый народный, исцеляющий, морозостойкий продукт для всей семьи... Да-да. Покупайте на здоровье — и будет вам весело, вкусно, смешно, озорно, приятно и полезно! С одним условием: не думайте. Не вычисляйте. Не анализируйте. Не спрашивайте. Не сравнивайте. Не надо. Нет. А то очнётесь. 3 из 10