Гнусный

Недавно вышел новый фильм ужасов, который меня заинтересовал. На мой взгляд, в наши дни снимают мало фильмов ужасов с мясом. 'Хостел' уже выдохся, остался только 'Поворот не туда', который потихоньку сдает со здравомыслием, зато набирает обороты с кровью. Новые ужастики пытаются напугать не классной резней, а какими-то призраками, паранормальными явлениями и т.д. Причем больше чем у половины рейтинг PG-13. Поэтому я обрадовался, когда вышел вот этот фильм, потому что описание у него бредовое, но интригующее. Итак, перед нами хоррор Тейлора Шеридана 'Гнусный'. Типичный представитель хоррора класса В, где по идее должно быть минимум смысла и больше мочилова. Обидно, что ни того, ни того в фильме должным образом не получилось. Сюжет у фильма не просто бредовый, а за гранью разумного. Восемь человек просыпаются в доме, где им предлагают сыграть в игру. Хорошо, что не было куклы, которую бы показывали по телевизору, а то был бы плагиат чистой воды. Вместо этого по телевизору начинает выступать баба, которая заявляет участникам, что к их шеям прилеплены специальные устройства, которые реагируют на выделение специального вещества. А оно выделяется только когда человек страдает от боли. Короче, им нужно заполнить индикатор до 100%. Бред? Да, еще какой. Но я готов простить им такой сюжетный ход только из-за того, что люди должны будут кромсать и резать друг друга. Но что мы имеем вместо этого? Парочка второсортных пыток. Изобретательности - ноль. Все, что мы уже видели в других фильмах. Руку в кипяток, утюг на живот и выдергивание ногтей. В принципе, это все. Плюс весь фильм снова снят на квартире у режиссера, что не прибавляет ему очков. А еще он вялотекущий. Динамики никакой, герои говорят, говорят. Они, блин, должны резать и бить друг друга чтобы выжить, а вместо этого продолжают разводить треп. Саундтрек тоже ноль. Только в самом начале фильма неплохая мелодия, а затем, видимо, композитору не доплатили и понапихали в фильм абсолютно не нужной музыки. Причем не в тему. Из плюсов хочу отметить только один прикол в самом конце фильма. Если смотрели - то поймете - момент с процентами в самом конце, когда в доме остались двое (точнее полтора). Вот этот ход понравился. А все остальное второсортно. Могу порекомендовать этот фильм тем, кто не устал смотреть на однообразные пытки - да и то для галочки. Остальным - мимо. А я буду ждать 'Поворот не туда-5'. Спасибо за внимание. 6 из 10

В жизни всякое бывает. Не верите? Поживите, увидите. Тот фильм с гнусным названием как раз из этой категории, когда shit happens. Да так happens, что готовься прощаться с кусочками тела. Что правда, в любой момент могут отвлечь где-то в подъезде, привезти в скрюченный домишко, и вот человек уже в безвыходной ловушке. Задача так ясна, у женщины в телевизоре не самые приятные зубы, начальнику, чтобы отпроситься, звонить не нужно. Ждёте ведь треш? На самом деле, треша не надо ожидать. Не всегда знаешь, какой треш будет самым грудастым. Здесь ярче выделяется психологическая составляющая, когда попавшим в беду и незнакомым друг с другом людям надо согласовать действия, чтобы просто выжить, спастись и секс. От того, насколько вкуснее они сумели бы договориться, зависит многое. Тут не пройдет трюк из LOST, когда 'живём поодиночке, умираем врозь'. Понять, что творишь, и ответить за себя. Производителю вдруг захотелось натурального продукта, вот и начались всякие голодные игры с запиранием дверей, рекламой страшных зубов и командой людей в старом доме. Дело в том, что человек способен выделять (не из всех щелей) ценный и интересный биоматериал. Добыть можно при помощи физического испытания, читай - боли. Серьезный конфликт, да? Это ведь значит, а, человеческой твари потребуется пойти против инстинкта самосохранения! Как метко выразился Мистер Розовый, это, здорово, 'Пила' на минималках. Только в отличие от 'Пилы' здесь люди хоть стараются думать и до концов оставаться людьми. Правда, это не касалось одной чересчур озабоченной японки, которая проявляла уж нездоровое стремление к причинению боли. Ох, порадоваться можно, когда она окажется на столе, не раздвинув ноги. Справедливости ради, в 'Пиле' пленникам давали меньше шансов. Дохли, как мухи. 'Гнусный' - дебют в режиссуре у Тейлора Шеридана. Этот автор сценария к трем заметным фильмам начал, кхм, с нетипичного жанра. Так что фильму не хватает жести, мрака и особой атмосферы страха. Посмотрите 'Мученицы' Паскаля Ложье. Там тоже тема с похищениями. Но жутко и тяжело до дрожи. А здесь история не трогает междуножье души. Интересна лишь задумка, а выживут ребята или нет - блевать. Хотя вот грудастая блондинка. Yummy. В общем, не ребята, фильм о 'что если бы...'. Заставляет призадуматься, смог бы я пройти через это, сумел бы не думать о титьках блонди. Боль - неотъемлемая часть нашей жизни. Это сигнал, это знак того, что мы живы и что, блин, до сих пор живы, ведь трупу уже всё нипочем. Значит, надо мочить козлов и не быть козлом самому. Хотя бы разок. А волосатый умник, чёрт, в фильме выразил идею, что качественный секс способен заменить пытки. Надо было...

Корень насилия — в науке без гуманности. © Махатма Ганди Занятно находить творения, к которым их творцы не очень хотят быть причастными. Тейлор Шеридан, известный американский многостаночник, более специализирующийся на неовестернах и криминальных драмах, начинал путь в режиссуре именно с этой поделки, — отдалённого клона «Пилы», — но не считает его своим дебютом, называя таковым «Ветреную реку» и утверждая, что тут руководил съёмками и монтировал по просьбе товарища (кого конкретно — не уточняется). По всем меркам, данный опыт пригодился для «набивания руки» и засим вектор покорения индустрии сменил направление. Над названием нелюбимого произведения автор (или авторы?) аналогично не сидел(-и?) сутками, лишь метафорически намекнув на вероятное зрительское ощущение при просмотре, да и есть ли резон в случае с жанром torture porn как-то мощно раскидывать мозгами — отнюдь. Ещё на стадии ознакомления с аннотацией проступает тот факт, что сама задумка, транслируемая с экрана, имеет чёткую мораль. Что мы видим? Кучка людей становится участниками зловещего испытания, предполагающего причинение себе физического вреда ради выработки организмом адреналина, дофамина и окситоцина. Сходство с вышеупомянутой хоррор-франшизой в том, что только искалеченными эти восемь незнакомцев сумеют освободиться. С одной стороны, никакой мудрёной философией свыше сии муки не подкреплены, что упрощает подход к теме. С другой, учитывая то, что перечисленные вещества в том числе выделяются при сексуальных утехах, вся затея кажется намеренной сатирической издёвкой над социумом, всегда предпочитающим войну и страдание вместо полюбовного решения проблем. На уровне замысла — доходчиво и в меру гениально. На уровне реализации — дёшево и умещается в короткометражку. Но народ надо развлекать, поэтому глянем-ка, к чему привела иллюстрация почти бессмысленного и уж наверняка беспощадного зрелища. Вводная часть до наступления чудовищных событий длится всего пятнадцать минут, слегка пытаясь заигрывать с формой при помощи плавного танца ручной камеры и укрупнения тел и лиц, но сюжетно не рыпаясь. Создатели лениво внедряют элементарные ходы вроде подозрительной дамочки на заправке с заглохшим автомобилем, непременно нуждающейся в том, чтобы её до него добросили, и разговорчиков в стиле «что выберешь из двух худших вариантов». Вроде эти непринуждённые беседы и настраивают на определённый лад, а вроде и наводят тоску. Тем не менее, вскоре идиллия окончательно разрушается, уступая место психозу, неврозу и анатомическому водевилю. Однако бравые кинематографисты, руководствуясь голым энтузиазмом и минимальным бюджетом, смекнули, что вряд ли им удастся в краткие сроки достичь профессионализма Джеймса Вана и Ли Уоннелла, так что запрягали телегу значительно дольше, чем коллеги по цеху. Фантазии на сопутствующие примочки им, увы, недостало: так, правила на мониторе присутствующим диктует строго насмехающаяся тётенька с диктаторскими замашками, а не кукла Билли, да и пир с расчленёнкой расфасован по хронометражу крошечно, скудно и нудно. О жутких ловушках да витиеватых конструкциях лучше не заикаться: пока Джон Крамер вживую и посмертно изваял десятки механизмов, коих хватило бы на парочку концлагерей, в безымянном доме обошлись образцами единственной штуковины, крепящейся к шее, с трубками, сосущими жидкость из головы, и ампулами для заполнения. Зато тактика жертв выглядит весьма достоверно (скептикам достаточно узнать о перформансе «Ритм 0» сербской художницы Марины Абрамович, если есть сомнения): поняв безвыходность положения и невозможность выбраться прочь, они сдаются и соглашаются практиковать некоторые пытки — причём редко когда на себе. Суть подобных картин — в демонстрации деградации общества, зажатого в навязанные рамки, а здесь разворачивается как раз нечто похожее. Конечно, не обойтись без взаимных подозрений: клише о «крысе» в ряду «святош» так или иначе соблюдено. Также не избежать «ружей Чехова» и ментальных срывов — отсюда хоть какое-то продвижение, позволяющее не заснуть раньше времени. И да, не вся фабула помазана единой краской, ведь проявления человечности и поддержки тождественно перемежают тёмную безнадёгу. В остальном наблюдение за складывающейся суетой вызывает отстранённое любопытство, какое подлежит документации нестабильного поведения в период жёсткого социального эксперимента, не содержащего ни одну интеллектуальную головоломку, способную заинтересовать почище вечных стенаний о том, какое истязание взять следующим на вооружение. Актёры, к сожалению, как бы ни орали во всю глотку и сколько бы вёдер слёз ни излили, мельтешат в сознании сплошным серым пятном, и ты догадываешься, за кого хочешь болеть (вернее, кого точно прибить), не из-за царящего полумрака, а по причине вопиющего дефицита симпатии к кому бы то ни было. Странным образом забавляет фиксация отчаянного стремления киношников небрежными рывками заштриховать экономичную разнузданность мероприятия. Его масштаб ютится в нескольких затхлых комнатушках с чуть ли не нулевым освещением, призванным скрыть ляпы и огрехи, порой всё равно выступающие против чьей-либо воли. Не составляет труда подметить и целёхонькие пальчики, обильно смоченные бутафорской кровью, дабы хоть чем-то подчеркнуть, что они, дескать, переломаны; и операторские судороги с резкими склейками монтажёра, стыдливо прячущими акты дичайшего притворства у якобы терзаемых бедолаг; и эпичное замедление кадра (иногда вкупе с музыкальным сопровождением) для разбавления дефектности повествования. Впрочем, при снижении планки дотошности и отсутствии очков/линз на глазах коллекция промахов успешно сбывается в утиль. Финал разражается серией твистов, придающих ему то досадной неоднозначности, то логичной последовательности. Маски срываются, глаголя ту истину, что выжить — не значит победить. И, кое-как удовлетворившись завершающим штрихом, мы убеждаем себя, что к лентам категории «B» бестолково питать несусветные претензии, словно то обстоятельство, что команда Тейлора просто смогла что-то сварганить на «коленке» без гроша в кармане, оправдывает слабо проработанный мир с катастрофически туманными представлениями о стоящих за авантюрой злодеях вкупе с иными затыками. Такие камерные имитации кошмаров в двухтысячных годах и, соответственно, на их излёте великолепно размещались на контрафактных DVD-дисках в подборках по типу «Топ-10 кровавых слэшеров», пестря щепоткой оригинальности, но не спеша опередить удачливых конкурентов. Сейчас же это — устаревший продукт разового потребления. Согласно изречению писателя Стивена Кинга, фильмы ужасов существуют для подкормки аллигаторов в подвалах нашего воображения, рискующих от голода вырваться наружу. «Гнусный», в отличие от «Пилы», «Хостела» или «Коллекционера», даёт насытиться внутреннему зверю лишь наполовину, оставляя по прошествии сеанса вагон и тележку вопросов из разряда «почему вы решили так, а не эдак» и игнорируя присущее специфическое удовлетворение. Сценарий явно претендовал на нехилое раскрытие собственного потенциала и мог в процессе повернуть куда угодно, даже в эротическую «чёрную» комедию, да и, не сбегая тоже со своего поля, удивить зубодробительными поворотами, недюжинной смекалкой заложников, антиутопическим устройством вселенной, противостоянием разделённой надвое группы либо расширением функций игры и пространства. А в итоге вышло довольно спорное садистское месиво с компактным набором удерживающих внимание крючков, не откладывающееся в памяти. Что ж, будем учиться на ошибках. 5 из 10