Помнишь ли, Долли Белл?

С каждым днем, с каждым взглядом у меня получается лучше... Первая кинолента молодого балканского режиссера после кинокартин 'Невесты приходят' и 'Кафе 'Титаник'', снятых для сараевского телевидения, которая удостоилась высшей награды на Международном Кинофестивале в Венеции - 1981 - 'Золотого льва' (за лучшую дебютную работу), а также приза международной ассоциации кинокритиков - ФИПРЕССИ. Примечателен тот факт, что, когда Кустурица получал своего первого 'Золотого льва', он служил в армии. Чтобы юный уникум смог получить свою награду, Министерство обороны выписало ему специальное разрешение, позволяющее покинуть Югославию на 24 часа. Начиная уже с фильма 'Помнишь ли ты Долли Белл?' постепенно начинает закладываться будущий характерный стиль гения кинематографа, 'балканского Феллини' - Эмира Кустурицы! Сараево, 50 - ые. К власти только - только приходит Иосип Броз Тито. Молодой парень из многодетной семьи Дино старается как можно скорее приблизить царствие новой идеологии - коммунизма, 'когда у всех будет столько, сколько им нужно', покорить опытную взрослую девушку со сценическим псевдонимом Долли Белл, которую брат заставляет заниматься стриптизом и проституцией, а также пробует воздействовать на кролика своим биополем. 'То к чему стремились, но так и не достигли'... Утопический новый строй, который старались построить в СССР на протяжении практически всего двадцатого века, да и в других государствах, включая Югославию с приходом к власти товарища Тито, чтобы на основе уже заложенной базы социализма успешно перейти к более совершенному и зрелому строю - коммунизму. Главное, - стараться искренне верить. Вот и главный герой Дино (Славко Штимац) наивно верит всей душой в то, что гипноз должен изменить мир и приблизить царствие новой идеологии страны: 'человек сможет владеть собой с помощью сознательного самовнушения'. И конечно же, как и все молодые люди, он мечтает о красивой девушке, которая покорит его сердце. Вообще, теме надежды Кустурица уделяет особое внимание в кинокартине, создавая мечтательные образы героев, идущие параллельной линией на протяжении всего фильма, мастерски соприкасаясь в отдельных точечных состояниях: мечты всей семьи Дино переехать на постоянное место жительства в один строящихся неподалеку домов нового квартала, мечтает о новых инструментах и создании группы для завлечения большего числа молодежи директор дома культуры, материальные мечты младшего брата Дино о новом двухколесном велосипеде, терпение девушки Долли Белл в надежде увидеть лучшую жизнь. Как тонко чувствует все своей душой Эмир Кустурица, искусно смешивая лирическую историю взросления с оттенком бурных юношеских страстей и жестокости, создавая на экране прекрасный эмоциональный, чувственный ряд из крупных планов лиц в кадре и картин замкнутых пространств: голубятня, являющаяся и ночлегом, и местом тайной, пылкой любви, с врывающейся в привычный жизненный уклад поп - музыкой дом культуры, домашний семейный очаг с протекающей дырявой крышей, спорами, непониманиями, семейными собраниями и житейскими историями! Смотришь и наслаждаешься великолепной игрой балканских актеров, которые не раз еще встретятся в будущем во взрывных миксах, под названием 'фильмы Эмира Кустурицы'. Прекрасная музыкальный набор из лиричных мотивов губной гармошки, неустанного пения итальянских '24 000 поцелуев' Адриано Челентано и воображаемой, ностальгичной 'На морском берегу...'. На морском берегу, где дует легкий ветерок, Мне снилась моя красавица блондинка, Как же я был счастлив в своем сне. И пока я говорил с ней, ее губы дрожали, И в моих объятьях она плакала, целуя меня. О, если б я еще раз увидел ее, Я спросил бы ее: любит ли она меня? Я сказал бы, как болит мое сердце, И как грустна без нее моя жизнь... P.S. 'Я вижу свое предназначение в том, чтобы делать фильмы, от которых бы вам стало теплее. Мне нравиться делиться со зрителями своим пылом. Знаете, нынешний рациональный мир пришел к тому, что хорошо только то, что 'круто', 'кул', а 'кул' - по - английски значит 'прохладно'. Попробуйте начать монтировать фильм - и вы неизбежно столкнетесь с тем, что вам нужно будет либо подчиниться ритму современности, либо прислушаться к своему сердцу.' (Эмир Кустурица)

Однажды ночью я решила посмотреть что-нибудь на сон грядущий. До середины. И продолжить потом. Мой выбор пал на `Помнишь ли ты Долли Белл?`. Но с самых первых кадров поняла, что оторваться от экрана мне будет крайне тяжело и вообще вряд ли возможно. Будто невидимая рука меня держала тут и пыталась втянуть в круговорот демонстрируемых в фильме событий. Персонажи, общество, пейзажи Кустурицы способны вызвать у любого зрителя (или почти любого) какие-то свои собственные воспоминания и ассоциации. Поэтому-то его произведения так подкупают. В самом центре `Помнишь ли ты...` - жизнь и взросление простого боснийского подростка по имени Дино (великолепно сыгранного Славко Штимацем). Он размышляет, выбирает, борется со своими внутренними противоречиями, общается со своими дворовыми сверстниками, учится чему-то новому, спорит с отцом, влюбляется. Все мы были подростками когда-то и переживали приблизительно то же самое. И люди, показанные в фильме, как взрослые, так и молодёжь, - как будто я их уже знаю всю жизнь. Всё это происходит на фоне восстановления послевоенной Боснии, в 50-е годы. Мы видим, как возрождается культура, как люди борются за право на лучшую жизнь и лучшую судьбу для своих близких, как рождаются, гаснут и снова рождаются надежда, вера, радость. И вместе с героями становимся лучше мы сами. Несмотря на то, что эпоха показана в общем-то тяжёлая и, по мнению современных молодых людей - серая и вообще сплошь и рядом несчастная, в фильме царит какая-то лёгкая, непринуждённая, я бы даже сказала солнечная атмосфера. Ну и, конечно, Кустурица не был бы собой, если бы в этой киноленте отсутствовал добрый, но очень своеобразный юмор. Тут и посмеяться можно, и задуматься на тему `А правильно ли я живу? Уж не придаю ли я значения разным мелочным проблемам, когда лучше радоваться тому, что у меня есть?`, и вспомнить свои отроческие годы. 10 из 10

Думаю, что на этот фильм оказало большое влияние то, что сам Эмир Кустурица рос в шестидесятые, (а речь в фильме идёт именно о шестидесятых, а не о пятидесятых, как часто можно прочитать), в Сараево, и его отец был членом компартии Югославии. И как не ему самому лучше других знать и понимать события, о которых идёт речь в этой ленте. Обычная боснийская семья, живущая в полуразвалившимся доме в Сараево. Хотя глава семьи и убеждённый коммунист, но всё же, как обычно бывает в мусульманских семьях, его слово – Закон и перечить ему не смеет ни жена, ни его четверо детей. Да и само понятие «семья» отцу кажется несколько устаревшим и при коммунизме, который обязательно должен наступить до 2000-го года, уже не будет. Он не прочь выпить и за рюмкой ракии порассуждать о неизбежной победе коммунизма, а терпящая всё это жена говорит, что: «Вот если бы ты пить перестал, то наступил бы замечательный коммунизм». Самая младшая из детей – это дочка лет пяти, которая мечтает поехать на море. Младший из трёх сыновей не по детски прагматичен и даже прочь заработать на своих братьях, а уж за новенький велосипед он готов забыть о любом несчастье. Но, речь в фильме в основном идёт о среднем сыне – Дино. Дино, как многие подростки его возраста пытается идеализировать мир, в котором живёт. Он увлечён занятиями по гипнозу и даже верит, что этим можно ускорить наступление коммунизма, (в отличие от своего отца, который говорит, что и без гипноза можно достичь коммунизма). Он верит в чистую любовь, но когда сталкивается с суровой действительностью, то не может сдержать слёз, хотя и пытается скрыть свою слабость. Ведь под дождём не видно слёз, и они, смешиваясь с каплями дождя, вымывают наивность из взрослеющей души. А где-то на другом конце города эту семью уже ждёт новая жизнь в новой многоэтажке, которые во множестве вытягиваются в небо над старым Сараево. И выше них только металлические скелеты подъёмных кранов. И темноту ночного неба нарушает газовая сварка на крыше одной из строящихся многоэтажек, в которую может, скоро все они переедут, и там наступит эта «лучшая жизнь», к которой они так долго стремились. 9 из 10

Наверно, великому Эмиру тяжело пересматривать этот фильм. Совсем не потому, что это его первая серьезная работа. Причина в том, что города Сараево, который изобразил Кустурица, сегодня не существует (сам город есть, но он совершенно другой). Эмир же нам изобразил нежно любимый город, таким, каким он его помнит с детства. Мог ли он представить, что того Сараево, который он снял в 'Долли Белл', через несколько лет уже не будет? Нет больше этих улочек. Нет дома Эмира - он сгорел во время Боснийской войны. Гражданской войны, бессмысленной, развязанной третьими лицами, поссорившими два братских народа, боснийцев и сербов, которые по сути своей один и тот же народ, но с разной верой. Когда горит родной дом, это страшно - сгорают семейные фотографии, твои личные архивы, детские игрушки - жутко об этом даже подумать. Не говоря уже о том, что в принципе значит дом для человека. В результате Эмир покинет Сараево навсегда... Но сам фильм, конечно, не об этом. Это фильм-признание в любви к родному городу и Родине в принципе. Это фильм о взрослении. Фильм о первой любви. О семье. Обычная боснийская семья послевоенных лет. Харизматичный отец, который по вечерам ведет семейные партийные собрания. Его непохожие друг на друга дети, которые бесконечно любят свои отца, несмотря на его причуды и одержимость коммунизмом. Центром повествования является средний сын Дино - идеалист в силу возраста, который верит в силу гипноза, любовь и светлое будущее. Его друзья и их интересы, вполне типичные для их возраста, изображены ярко и очень правдоподобно. Дино встретит первую любовь, испытает всю ее горечь и боль сполна, узнает, что это такое, когда умирает близкий человек, и как это обидно, когда мечта сбывается слишком поздно. Именно глазами Дино мы воспринимаем все происходящие события и как бы заново переживаем процесс взросления вместе с ним. И все это происходит под песню великого Челентано в исполнении боснийского ансамбля Дома культуры, и под милые мотивы нежно любимой Кустурицей Боснии. Что больше всего трогает в этом фильме, это изображение семьи. В ней не все просто, не все идеально, но в ней очень любят друг друга. Достаточно вспомнить, как родители Дино танцуют. Как вся семья дружно идет в гости, и младший сын торжественно и немного нелепо несет цветы. Как отец и сын ведут душевные разговоры за жизнь. Немного даже щемит в сердце, когда все это видишь, настолько все честно снято. Из-за всего этого становится немного грустно, хотя фильм удивительно светлый. Как же все-таки это непросто - взрослеть. Но больше всего грустно, что этого Сараево больше нет. Кустурице придется много всего пережить, прежде чем он отстроит свой собственный город. Тот город, который он так любил, есть только в его сердце, в его памяти и в его фильмах. Чудесный фильм. Обязательно пересмотрю его, и думаю, что не раз. Так искренне и по-славянски снимать кино, как это делает Эмир, не умеет больше никто. 'С каждым днем, с каждым взглядом у меня получается лучше…' 10 из 10

« - Женщина как соль – можно и без неё обойтись, но тогда не вкусно!» ( с ) Закончив пражскую киношколу Эмир Кустурица прежде чем приступить к своему первому полнометражному, большому фильму – поставил несколько короткометражек и парочку картин для сараевского телевидения. Набравшись опыта, молодой режиссёр взялся снимать дебютную киноленту, уже выработав свой собственный, без труда узнаваемый стиль. Немаловажным является то, что со многими своими коллегами, Кустурица в разные годы встретится позже на съёмках других своих лент. Например замечательный оператор Вилко Филач – с которым они впоследствии снимут несколько картин. На съёмках этого фильма произошла первая встреча режиссёра с талантливым и харизматичным артистом Славко Штимацем – который ещё не раз сыграет в его картинах. Здесь же он впервые появится на экране, да к тому же в главной роли! Не знаю даже с чего начать собственно разговор об этом чудесном фильме, в котором автор рассказал о своей юности и первых уроках жизни, о первой любви… Наверное с того, что этот во многом автобиографический фильм очень ладно построен. Действе происходит в середине 1960 – ых годов в Сараево, зритель погружается в атмосферу нищего города, попадает в семью главного героя – простого парнишки – подростка, который учится играть на гитаре, осваивает азы гипноза что бы приблизить наступление эпохи коммунизма и проводит много времени с друзьями. Как и все в этом возрасте – хулиганит, выпивает в компании и курит тайком от родителей. А так же впервые влюбляется – в как он думал девушку местного «крутого» парня, которая на самом деле оказалась вовсе не его девушкой – а простой проституткой. Что стало для героя сперва большим потрясением, но потом он как любой парень адекватно воспринял ситуацию. И даже разок подрался из за своей «зазнобы» с её сутенёром, когда тот застукал его в её номере… Есть в фильме и грустные моменты, прежде всего связанные с жизнью простых рабочих Югославии, которые проживали в таких ужасных бытовых условиях, что даже похуже чем в СССР. По прежнему продолжая верить обещаниям партийных чиновников, ожидая переезда в новую квартиру – что само по себе было для них столь же желанно, как и наступление коммунизма. Люди были открытые – как и советские граждане – выпивали, обсуждали политические новости, ходили друг другу в гости… На экране воссоздана атмосфера 60 –ых, которая для режиссёра является ностальгической. Впоследствии его не раз упрекали в нелюбви к коммунистам, а здесь нашли подтверждения его слова о том, что он не ненавидел их раньше. Его отец был прообразом отца главного героя – простой рабочий, партиец живущий большой многодетной семьёй в тесной квартирке на окраине города. Приходя с работы он и дома выстраивал отношения с супругой и многочисленными детьми на основах советского правления – устраивая плановые и внеплановые собрания, когда вся семья садилась за стол, и отец обычно говорил младшему сыну записывать речь. После разбирались кто что натворил и какому подлежит наказанию. А потом отец разрешал обедать и после все отправлялись спать. Царивший в семье порядок, уважение к родителям и почитание отца – это нельзя не увидеть. И над образом мыслей простого рабочего вовсе нет насмешки, хотя и поданы все эти разговоры о коммунизме – марксизме и прочем с изрядной долей юмора. Но это юмор добрый и им режиссёр вовсе не собрался обижать старшее поколение, к которому принадлежали его родители. Достаточно хорошо воссоздан быт эпохи. Много предметов минувшего – одежда, ездящие по городу автомобили, интерьеры квартиры и молодёжного клуба – в котором Дино с товарищами занимается игрой на музыкальных инструментов. Звучит популярная в те годы музыка, в особенности ставшая основной мелодией картины песня Адриано Челентано… Да и над подобранными исполнителями хорошо поработали. Очень одарённые ребята, особенно играющий Дино Славко Штимац. Он сам бренчит на гитаре, поёт песни, немного танцует и очень хорошо играет в сложных драматических сценах. Выбор именно этого паренька на главную роль – стал большой удачей для фильма. Невероятная энергия притяжения показана между ним и играющей роль «Долли Белл» Лильяны Благоевич – думаю сцены на чердаке голубятни, когда Дино смущаясь посмотреть на полуобнажённую девушку, поливает ей на руки водой из кувшина, её гадание по линиям его руки, а так же их интимная близость в номере гостиницы – одни из лучших в картине! Но много умного и содержательного есть в беседах отца и сына, в особенности после известия о его болезни. Замечательно справился с этой ролью Слободан Алигрудич – так же в последствии работавший с Кустурицей. Яркая роль у Миры Баняц сыгравшей заботливую мать семейства. Запоминающиеся образы и у других артистов. Например у Павле Вуйсча ( радушный дядя героя ), а так же у Боро Степановича ( интеллигентный директор клуба – «Очкарик» ) и других, совсем юных исполнителей, сыгравших друзей героя. Взять хотя бы того долговязого, что вечно сочинял небылицы о своих любовных похождениях, или мальчишку с повязкой на ухе… Большим событием для Югославии стала победа «Помнишь ли Долли Белл?» на Венецианском кинофестивале, где картине присудили главный приз – «Золотого Льва» за лучший фильм. Проходившего тогда воинскую службу Эмира Кустурицу даже отпустили на день из части, что бы он смог слетать за своей наградой. Это стало началом большого творческого пути великого и самобытного режиссёра, у которого впереди будут не только громкие успехи и овации, но тяжёлые жизненные испытания. Но что бы не происходило с ним самим и со странной, он навсегда сохранит в себе способность радоваться самой жизни, любовь к природе и животным а так же к музыке. Которая всегда будет играть одну из главных ролей в его произведениях.

Город-призрак, запечатленный и оставшийся в сердцах его граждан таким, каким показал его гений Эмира Кустурицы... Самое примечательное, что эту картину не в полной мере можно отнести к тем самым проникнутым тоскливым 'ностальгическим' настроением шедеврам работы этого величайшего режиссера. Здесь не тоска, здесь иное - здесь живой город Сараево образца 1950-х, здесь проблемы подростка, смены поколений и мировоззрения, здесь, может быть даже и наивное, но неукротимое стремление к будущему не только жителей, но и самого города. Эта простая и естественная красота захудалого, но счастливого домашнего быта, эти простые аллейки с зелеными деревцами, эти ненавязчивые государственные учреждения вроде местного Дома культуры и больницы. Как же приятно было поглядеть на юного Славко Штимаца, прекрасно справившегося с ролью эдакого наивного идеалиста, которого мы все успешно в себе уже похоронили. Его герой мотивирует на безрассудные поступки, на героические свершения, на безумные идеи наконец! Отец его словно тоже играет в какую-то коммунистическую игру, неизменным атрибутом которой являются партийные сборы. Гениальны и детали: тот кувшин с водой, шахматы, девять томов Маркса, двадцать четыре тысячи челентановских поцелуев, лимон. Но все это бледнеет и тусклеет на фоне главного героя ленты - города. Именно его атмосфера порождает все случившееся. Город запечатлен в его естественном состоянии - в состоянии мира, где мусульманские обычаи не нарушаются коммунизмом, а сосуществуют. Город в мирное время и город во время войны - это не один и тот же город, и это просто как щит Ахилла. Сейчас нет представленного нам Кустурицей города Сараево. А ведь дорогого стоит - это одна из бесценных кинокартин, потому что состоит она не из декораций и искусственного восстановления с помощью всевозможных технологий, потому что живая, потому что настоящая 'с каждым днем, с каждым взглядом'! 10 из 10

Один раз посмотрев фильм Эмира Кустурицы, вы не оторветесь, уж поверьте. И дело здесь ни в лихо закрученном сюжете, ни в спец. эффектах, ни в яркости красок, а в простой (до ужаса простой) жизненной картине, снятой талантливом боснийцем. Смотришь его фильмы и думаешь о том, что он где-то подглядел, где-то списал диалоги из разговоров соседей, родных и незнакомцев... Настолько все реалистично, настолько все жизненно. А как известно жизнь - это и трагедия, и комедия. И в картине 'Помнишь ли, Долли Белл?' это отражено как нельзя лучше. Это фильм о первой любви, о семье и о Родине. Это фильм о молодежи, о музыке и о том, как будет на итальянской 'двадцать четыре тысячи поцелуев'. Это фильм о голубятне, о воде из кувшина и о гаданиях по линиям руки... Удивительно нежный фильм, удивительно трагичный и глубокий. Смотришь и чувствуешь, что видишь все глазами главного героя. И, конечно, это заслуга Эмира Кустурицы, съемочной группы, актерского состава и музыки. Они сумели создать гармонию в своем фильме, подарить ему дыхание и в то же время оставить его простым, если можно так сказать, повседневным... Потому что это и о наших днях. А как известно, в самых простых вещах мы и находим самый глубокий смысл. 10 из 10

'Помнишь ли ты, Долли Белл?': формально не совсем дебют Кустурицы, - но его первый полный метр. Сараево-63, снятое в 1981-м. Мальчик, летние каникулы, обычные и необычные пацанские дела. Музыка, курево, любовь. Песни из Италии, проститутки в Италию - за Адриатическим морем была другая - казавшаяся лучшей - жизнь. И кино из Италии, возможно, было для Кустурицы тем же, чем работы мастеров эпохи Возрождения для современных художников. Позднее его назовут балканским Феллини. А пока только цветовая гамма 'Долли Белл' выдает любовь к 'Амаркорду'. Живая и привлекательная смесь ретро-драмы взросления с усвоенными уроками неореализма произвела впечатление на членов жюри и принесла режиссеру приз за лучший дебютный фильм и приз ФИПРЕССИ на международном кинофестивале в Венеции. Здесь жизнь в столице Боснии, может, и как чудо, но без чудес, жизнь как она есть: с текущей крышей и такси, которое надо самому подтолкнуть, чтобы оно завелось. Девушка, которую любишь, и которую местный урка сделал проституткой. Отец-марксист, которого любит семья и успевает полюбить зритель. Нет ни пафоса, ни сентиментального умиления, - и 'Интернационал' играет из музыкальной шкатулки, ассоциируясь не с классовой борьбой, а с 'милым Августином' - домом и семьей. Кустурица смотрит в прошлое как будто вспоминает что-то глубоко личное. (Вспомним и мы, что 'Амаркорд' означает 'Я помню'.) Здесь еще нет фантазий, фантасмагорий, почти фольклорных персонажей и горячих балканских мотивов, покоривших позже Европу, - ничего того, что позже станет фирменным стилем режиссера. Только мальчик Дино увлечен гипнозом, и это как первая ниточка, связывающая наш, реальный мир с будущим, совершенно нереальным, но необыкновенно притягательным 'миром художника Кустурицы'. Выросшего, но не сильно изменившегося 'Дино' (Славко Штимац) мы еще увидим в 'Андеграунде', где его герой Иван - как мятущаяся душа народа Югославии (в чем-то единого, при всей многонациональности СФРЮ) - пятьдесят лет будет скитаться и до смерти искать родную душу. А в 2004-м Кустурица снова отдаст ему главную роль в 'Жизни как чудо'. 'Помнишь ли ты, Долли Белл?' - вроде и простой фильм, но производящий сильное впечатление: некоторые сцены, некоторые кадры сразу кажутся классикой. Конечно, каждый художник начинает с того, что старается сделать не хуже, чем предшественники. Но именно наличие 'лица необщего выраженья' и делает автора настоящим и самобытным. 'С каждым днем, с каждым взглядом у меня получается лучше' - 'аффирмация' Дино звучит как девиз самого режиссера. Дебют стал триумфом. А впереди у Кустурицы были мировая слава и две каннские пальмовые ветви.

«Помнишь ли, Долли Белл?» - первый фильм Кустурицы, снятый для кинотеатров, опять же не без помощи сараевского телевидения, и уже «Золотой лев» за дебют в Венеции. Здесь режиссер наконец-то нашел себя, обретя вдохновение в «Амаркорде» Феллини: вновь, как и у итальянского мэтра, здесь мы видим мир детства со всеми свойственными подростковому возрасту искушениями, надеждами и разочарованиями, карнавальную стихию в презентации идеологии и власти, и, конечно же, непередаваемое трагикомическое настроение. Поместив действие фильма в социалистическую Боснию, постановщик без озлобления подтрунивает над вмешательством властей в личную жизнь человека, показывая заиделогизированность сознания старшего поколения и завороженность парапсихологией у младшего. Нищая боснийская провинция (а, может, так выглядело Сараево в описанный период?) служит прекрасным фоном для детских воспоминаний. Здесь отец проводит партийные заседания у себя дома, братья не могут что-то поделить между собой, потому открыто враждуют, а первая подростковая любовь долгое время остается платонической (здесь есть даже проститутка, сутенер и обнаженное женское тело, но это может смутить лишь пуристов и ханжей, ибо не провоцирует у зрителя греховных желаний). Как и Феллини в «Амаркорде», в своем дебюте Кустурица хочет показать жизнь во всем многообразии ее оттенков, признаться ей в любви, в чем-то даже принять позицию вне морали, когда именно фарисейство и лицемерие выглядит большим злом, чем телесные немощи подростков. Несколько раз звучащая в кадре заводная песня Челентано призвана не только обнаружить преемственность с итальянской кинотрадицией, но и задать задорное настроение всей картине. Однако, «Помнишь ли, Долли Белл?» - не столько комедия, сколько драма в иронических тонах (конечно, не такая трагичная как лента «Папа в командировке», затрагивающая тему репрессий). Кустурице удается выразить то, что Сергей Довлатов назвал «даром органического беззлобия»: никого не осудив, иронически посмотреть на своих персонажей. Здесь есть и сюжетная линия, пришедшая из «Невест…», связанная с унижением женщины, и вторжение смерти в идиллический распорядок детской жизни, и нелепость идеологических формул и лозунгов. Впервые в своем творчестве югославский режиссер пытается создать пьянящий витальностью коктейль из противоречащих друг другу эмоций, что у него прекрасно в итоге получается. Когда же он снимает чистую комедию, пусть и искрометную, как «Черная кошка, белый кот», то значительно обедняет свое восприятие жизни. Порой «Помнишь ли, Долли Белл?», где подростки курят, пьют, дерутся и буквально задыхаются от зова плоти, кажется проверкой зрителей на ханжество и ходячую мораль, но, тем не менее, все эти молодежные искушения сочетаются здесь с колоссальным жизнелюбием и драйвом, так что язык не повернется осудить витальную мощь, как самой картины, так и мировоззрения режиссера. Здесь, как и в большинстве фильмов Кустурицы, нет ни слова о Боге и религии (что обозначится лишь в его последних двух лентах), но при этом именно здесь жизнелюбие берет верх над мраком и депрессивностью, то есть над духовной смертью. Ранний кинематограф Кустурицы почти языческий в своем понимании человеческих инстинктов, однако, начисто лишен прославления жестокости и насилия, хотя это было гипотетически возможно, учитывая огромное влияние, которое оказала на Кустурицу югославская «черная волна» (да и, к примеру, вспомним творческий путь Пазолини, который вслед за витальной «Трилогией жизни» пришел к оправданию садизма в своем последнем фильме). Однако, «Помнишь ли, Долли Белл?» и в еще большей степени «Папа в командировке» и «Время цыган» представляет собой сплав трагедии и комедии именно с целью оправдать жизнь и заразить зрителя любовью к ней.