Из другого теста

'Из другого теста' это милый британский привет бабуле Полетт из криминального округа Парижа, торгующей булочками с гашишем. Старый еврей Нат держит семейную пекарню дышащую на ладан. Заведение давно мозолит глаза застройщикам, и только чудо сможет спасти его от закрытия и уничтожения. И тут в пекарне в качестве помощника появляется шустрый паренек с поначалу далеко не благими намерениями. Нат поначалу подозрительно относится к афро-американцу делающему намаз в закутке его булочной, но потихоньку привыкает к нему и даже допускает до стола с тестом. И вот уже булочки и кексики стали пользоваться у жителей квартала огромным спросом, и очереди к пекарне становятся все длиннее и длиннее. Смешливое кино о веселой травке еще и красиво рассказывает о традициях и притирании двух разных культур. Жаль, что камерные ленты о маленьких пекарнях, сапожных мастерских или ресторанчиках еле выживающих под натиском суровых реалий, не выходят в широкий прокат. Могу вспомнить такие фильмы на эту тему как американские 'Сапожник', 'Суши герл', китайские ленты 'Душ', 'Есть пить мужчина женщина'. 'Из другого теста' это прекрасный способ провести вечер, советую к просмотру.

Пошутить на тему отношений между людьми разных рас и вероисповеданий режиссеру 'Из другого теста' Джону Голдшмидту удалось по-английски изящно и тонко. Фильм, замешанный на странном, как бородатый анекдот, сюжете об отношениях старого еврея и парня-мусульманина превращается в прекрасную, лишенную искусственности историю с небольшой долей назидательности. 'Из другого теста' привлекает тем, что может произойти в реальной жизни. В то же время, фильм лишен акцента на гуманистический пафос по отношению к беженцам, ищущим в Европе убежище и старающимся построить обычную нормальную жизнь. 'Из другого теста' в итоге превращается по ходу просмотра в межконфессиональную драматическую комедию не только о хлебобулочных изделиях и марихуане. Не так давно на экраны вышел прекрасный шведский фильм 'Вторая жизнь Уве', который идейно очень сильно пересекается с 'Из другого теста'. В центре каждой истории - одинокий старик, твердо верящий в свои, кажущиеся старомодными идеалы, и семья иммигрантов из мусульманской страны, которая пытается вписаться в систему еврокоординат. Но, если 'Вторая жизнь Уве' тяготеет больше к драме, то 'Из другого теста' - это лихо закрученная комедия, где все события четко расставлены по своим местам. Старик-пекарь Нат занимается кошерным хлебопечением. Убыточный, вымирающий бизнес, но с появлением шустрого темнокожего паренька Айяша в его маленькой пекарне происходит маленькое чудо. Чудо не столько финансовое, сколько личное, поэтому 'Из другого теста' заставляет поверить в то, что жизнь в любом возрасте может заиграть новыми красками и для старика, и для молодого. Безусловно, 'Из другого теста' запомнится всем замечательным Джонатаном Прайсом в роли Ната, известного по 'Игре престолов' и 'Пиратам Карибского моря'. От Ната веет той правильностью и силой, которые дают точку опоры в жизни. Нат не только религиозен, он живет по четко выстроенным принципам. Старик оказывается способен не только нести свою веру, но и не выставлять гуманность и толерантность напоказ. Герой Прайса по-настоящему многогранен: был в молодости хорошим боксером, любит музыку, способен к авантюрам. Но, самое главное, Нат - это абсолютно шероховатый по характеру персонаж. Настоящий, который может взять на себя ответственность, и склонный к поступкам. Для Айяша он постепенно превращается из забавного педантичного старика в мудрого старшего друга, которому он может доверять. Отдельного слова заслуживает сценарий 'Из другого теста'. История фильма хороша своим развитием. В ней есть все то, что позволяет совместить хорошую классическую драму и комедию. Первоначально Голдшмидт шутит на темы евреев, религии, нестандартного, скажем так, драгдилерства, но под препарацией режиссера все равно остаются человеческие отношения. Почему родной отец не доверяет сыну? Почему те, кого он считает собственной семьей, мягко предают его? Думаю, что у героя 'Из другого теста' та же самая аномалия, как и у героя 'Вторая жизнь Уве' - синдром большого сердца. Хотя надо отдать должное коммерческой хватке и деловитости Ната. Продавать халяль в когда-то ортодоксальной еврейской пекарне. Это просто бизнес. Отличная история, где Голдшмидту удалось вписать и слить воедино самое несовместимое. Мудрый, смешной и заставляющий верить в жизнь фильм. И еще евреи не добавляют кровь в тесто, не дождетесь. 8 из 10