Дева Мария: Мать Христа

Честно говоря, я не очень понял, зачем был сделан этот фильм. Это и не хрестоматийный рассказ по известному житию Богородицы, описанному в самом Евангелии и, в хоть и в неканоническом, но признаваемом церковью апокрифе «Протоевангелие от Иакова» и не авторская интерпретация евангельских сюжетов режиссером – лишь отчасти и совсем неубедительно. В виду недостатка информации о земной жизни Девы Марии, сценаристы попытались восполнить пробелы художественным вымыслом. Так, например, в фильме есть интересный ход, хоть и оставшийся в виде наброска – это искушение Девы Марии демонами, которые предстают перед ней в видениях. Это тот самый сюжет, который и нужно было развивать сценаристам – что не только самому Христу пришлось пройти через духовные испытания, но и его матери, которая поборов их – смогла в духовной чистоте принять на себя бремя рождения Спасителя мира и, впоследствии, сама стала Царицей Небесной. Пускай такого сюжета в Священном писании нет, но это отличная основа для фильма по его мотивам. Здесь же вроде бы за эту идею зацепились, но исполнить ее до конца не смогли, так как фильм «поплыл», разбросавшись на многих антагонистов. Было бы гораздо интереснее, если бы сюжет был только один – как демоны представали перед Девой Марией не с гнилыми зубами и искаженными лицами, а в виде духов, похожих на ангелов, но с каким-то малозаметным изъяном. И эти демоны под видом благочестия и служения Богу – пытались бы свести Деву Марию с ее духовного пути, ведущему к непорочному зачатию. Тогда бы можно было бы построить сценарий на том, как Дева Мария обретает свой истинный духовный путь и выполняет свою Вселенскую миссию, не будучи обманута демонами в прекрасном облике, пройдя все испытания и, в конце концов, встретившись с истинным архангелом Гавриилом, который возвестил ей о Благовещении. Но в фильме этот сюжет никак не развивают, перескакивая на других антагонистов. Именно это маневрирование между всеми антагонистами, возникающими по ходу сюжета – и есть главная проблема фильма. Нам поверхностно обозначают драматургические конфликты и стремительно перебрасывают нас от одного другого, не погружаясь в них и не давая их осмыслить. В итоге они все получились какими-то бессодержательными: и борьба с демонами-искусителями, и противостояние Ироду, и донесение истины иудейскому обществу о непорочном зачатии. Но самое главное, что по мере преодоления этих конфликтов – внутренний рост Девы Марии как персонажа – абсолютно не чувствуется, она как и была подростком–послушницей в храме в начале фильма, так в конце ей и осталась – в ее образе не изменилось абсолютно ничего. И сам образ Девы Марии крайне неудачный – безусловно в нем должно превалировать смирение и кротость, но вместе с ними и светлая радость и вечность чистого духа. В фильме же ее образ какой-то совсем безрадостный и не столько смиренный, сколько попросту зажатый. Вот, например, есть картина Тициана «Введение Марии во храм» – так посмотрите сколько в этой картине торжественности! Озаренная светом, маленькая Мария по детски игриво как ни в чем не бывало поднимается по величественным ступеням древнего храма прямо к священникам высочайших санов, которые совершенно не ожидали такого визита. А все вокруг пребывают в изумлении и в умилении. Вот это да! Не говоря уже о пронзительной силе православных икон с изображением Богородицы. В фильме, такого, к сожалению – не увидишь. Главный сюжет противостояния с Иродом – тоже на главный то совсем не тянет: события с ним связанные в Евангелии занимают лишь небольшую, хоть и важную часть. В общем этот сюжет в Евангелии – промежуточный, а не центральный и строить вокруг него фильм – драматургическая ошибка. Здесь же его возвели во главу угла, заполнив фильм малоинтересными перипетиями двора Ирода, которые для Евангельских сюжетов – ничего не значат. Причем несмотря на то, что нам справедливо показывают его зверскую жестокость, выглядит он, конечно, карикатурно – в какой-то момент на него надевают черно-красный капюшон и он становится похожим на императора Палпатина. Такая себе параллель. Но больше всего смущает то, что с каноническим текстом Евангелия – здесь обходятся слишком вольно, причем это никак не оправдано сюжетом фильма: так, например, совершенно неверно показана судьба отца Марии – Святого Иоакима! Иосиф внезапно становится молодым бездетным парнем!! Святое семейство не сбегает от Ирода в Египет!!! И это уже не говоря о всяких более мелких искажениях. Все это рушит Евангельское повествования не только сюжетно, но и содержательно: ведь Иосиф был престарелым вдовцом, когда женился на Марии, у которого, следуя преданию – было шестеро детей от первой жены. И взял он Марию в жены не для продолжения рода, а для того, чтобы она была его спутницей и помогала ему, а он – ей, в том числе и в воспитании Иисуса Христа. Здесь же они предстают обычной иудейской парой, будто бы они собираются родить еще множество детей и прожить друг с другом до старости. Сцена же избиения младенцев, участником которой вдруг становится Святое семейство – вообще идет вразрез со всей христианской моралью, повествующем о милосердии и прощении: смысл же побега в Египет помимо главного мотива спасти младенца Иисуса заключается и в том, что Святому семейству не пришлось сопротивляться и запятнать себя кровью, а тут – наоборот. Ну и в целом – в фильме форма превалирует над содержанием. Режиссер иногда увлекается прекрасно поставленными, но бессодержательными кадрами, которые в себе ничего не несут, кроме эстетической красоты. Тут вспомнился классический труд Жана Эпштейна «Фотогения», который был написан еще на заре становления кинематографа. Там Эпштейн категорически критикует подобные постановочные кадры, которые он называет «открытками» – такие кадры безусловно красивы – но в них нет драматургии, чувства, мысли. Обычно такими «открыточными» кадрами полнятся фильмы, в основе которых лежит плохо прописанный сценарий: режиссеры будто бы пытаются заполнить драматургическую пустоту красотой экспозиции, но это их фильмы не спасает. В общем фильм, в основе которого лежит часть величайшей истории всего человечества – я безыдейным, назвать, конечно – не могу. Но он абсолютно бестолково снят. И с точки зрения религиозной – верующему христианину нечего подчерпнуть из этого фильма; и с точки зрения академической – человека, интересующегося Древней Иудеей и евангельскими сюжетами тут забросают невнятной, иногда даже противоречащей оригиналу отсебятиной; и с точки зрения кинематографической – этот фильм просто никакой. Стоит ли он вашего просмотра или нет – решайте сами.