Студия звукозаписи «Берберян»

«Berberian Sound Studio» – меланхоличное и атмосферное кино о трудовых буднях звукорежиссёра-англичанина. Наш герой от природы наделён мягким характером, он с трудом переносит столкновение с буйным нравом и воинственным непрофессионализмом работодателей, да и работёнка, надо сказать, досталась специфичная. Гилдерой, однако, ответственно подходит к своим прямым обязанностям: через истязание фруктов перед микрофонами можно добиться эффекта звука вырываемых волос или удара тела об асфальт. Весь творческий процесс, конечно, выглядит крайне занимательно, особенно для тех, кто имеет поверхностное представление о звуковых эффектах, но царящая в студии «Бербериан» атмосфера пагубно сказывается на душевном состоянии главного героя: сначала мучайся себе с озвучиванием диких сцен, где ведьму топят в кипятке, потом получи унизительную шутку от продюсера и иди выпрашивать деньги у секретарши, которая не скрывает своего презрения. С каждым новым днём ситуация, кажется, только усугубляется, и кино постепенно превращается в один из лучших образцов современного сюрреализма. Некоторые сцены пропитаны настолько уместным чувством тревоги и нереальности происходящего, что начинает даже немного становиться понятно, почему «Студию звукозаписи “Бербериан”» относят условно к фильмам ужасов. Конечно, загонять подобное кино в рамки хоррора или триллера несколько нелепо, а те, кто решил «посмотреть новый ужастик», будут разочарованы. «Berberian Sound Studio» - тонкое европейское фестивальное кино, обычно про такое говорят «фильм для критиков или синефилов». Наверное, так оно и есть. Остаётся только выразить благодарность Питеру Стриклэнду за интересное и необычное киноприключение: это действительно было весьма недурно!

Мне этот фильм был интересен прежде всего с чисто профессиональной точки зрения (замечу в скобках- сначала!): как происходило озвучание (озвучивание) какого-то итальянского ужастика о временах Святой инквизиции где-то в 70-х годах прошлого века, когда не было ни компьютерных программ, ни 'цифры', а всё делали вручную, на 'аналоге', то бишь банальной магнитоплёнке, с использованием опять же плёночной реверберации и различных наложений (вспомнилось, что у Спилберга в 'Парке Юрского периода' 'голоса' динозавров создавались наложением крика лебедей и ещё каких-то животных). Так что даже простому зрителю, решившему посмотреть этот вполне артхаусный британский фильм, было бы интересно заглянуть за кулисы кинопроизводства и узнать, 'как это делается'. К примеру, под какие кадры надо крушить ножом арбузы, а под какие отрывать ботву у редиски... Мне всё это тоже было в высшей мере любопытно. Как и один весьма существенный, позиционно-принципиальный момент. По правилам, актёры озвучивают (либо дублируют) отснятый материал, видя его перед глазами, в наушниках и при микрофоне в тон-студии, дабы соблюсти 'липс-сингх', то есть 'совпадение губ'. Но в том-то и дело, что, по 'спецзадумке' создателей картины мы вообще (!!!) здесь не видим ни одного внятного кадра из того, что там наснимали итальянские кинодеятели (кстати, именно в начале-середине 70-х годов Италия выпустила в свет большое количество довольно-таки кровожадных триллеров с претензией на психоделик). Нам преднамеренно показывают только актёров у микрофона, и ничего того, что 'по ту сторону'. Не буду заниматься толкованием этого факта- имеющий на плечах не кочан капусты, а мыслящую голову сам всё поймёт или, как минимум, предложит свою версию. Только замечу: для нашего британского спеца по звуку (этакий современный мистер Питкин, но очень одинокий, несмелый и замкнутый, закомплексованный человек) этот 'ужастик' не только 'не по профилю' (а, судя по фрагментарной вставке, он, скорее всего, озвучивал нечто вроде 'ВВС-Живая природа'), но и вообще не по душе... Вот он и не пялится на экран, уткнувшись в свои тумблеры-кнопки. Но 'всё Это' его-таки, пусть и опосредованно, но достаёт, и от него 'маленькому человеку' никуда не деться и приходится хоть как-то реагировать на происходящее. Как? Оставляю ответ на этот вопрос и время на психологические 'копания' другим рецензентам. Но, разрази меня гром, концовка у кино всё же невнятная. Впрочем, это моё личное мнение, которым вы (без обиды!), при нужде можете и подтереться. ... По большому счёту этот фильм под определение 'ужасы, триллер' ну никак не подходит (ни убийств, ни кровищи, ни маньячных зверств), так что любителям подобных зрелищ здесь удовлетвориться нечем. Хотя его постановочная структура- вполне триллерная (две трети картины тянут кота за хвост, и только в последней трети он начинает жутко орать). Повторюсь: это вот такой вот артхаус, главное, что нескучный... О работе же кинозвукачей я знаю лишь пару-тройку достойных лент. И одна из них- 'Лиссабонская история' живого классика Вима Вендерса, которую настоятельно рекомендую вам к просмотру. Впрочем, там совсем другие 'мульки'. Но мы же не путаем Божий дар с яичницей... 7 из 10

По итогам сезона этот фильм попал в ряд престижных топов, в том числе в десятку главных достижений 2012-го года, по мнению британского журнала Sight & Sound, который поставил его на пятую позицию. События переносят зрителя в 1970-е годы, в итальянскую студию звукозаписи, куда по приглашению местного продюсера приезжает англичанин Гилдерой, чтобы принять участие в озвучивании оккультного фильме ужасов об охоте на ведьм. Проблема в том, что британский кудесник, способный извлекать звуки из чего угодно, никогда раньше не сталкивался с этим жанром. Поэтому всё, что он видит, и с чем соприкасается на работе, вызывает у него смешанные чувства. Этот законченный невротик, с которым зритель вроде как должен себя идентифицировать, попадает в логово латентных психотиков, и с этой минуты в фильме и в душе героя поселяется всё нарастающая тревога. Первая ассоциация, которая возникла у меня уже минут через десять после начала, что это новый вариант «Бартона Финка». Там, как вы наверно помните, бродвейский драматург прибывал в Голливуд, чтобы написать сценарий для спортивного фильма, про который знать ничего не знает. Иронично переосмыслив жанры, стили и мифы, причудливо смешав реальность и вымысел, братья Коэны отправили Финка не на Фабрику Грёз, а в самое что ни на есть Зазеркалье. Вот и здесь вполне правдоподобный, на первый взгляд, сюжет постепенно обнажает всё более гротесковую сущность. Не самый радушный приём, отсутствие вдохновения, неясность поставленной задачи, а также интриги в творческой группе как-то не очень располагают Гилдероя к работе. И он систематически порывается уехать обратно, тем более что денег за оплаченный им самим авиабилет ему так и не собираются возвращать. А тут ещё чуть ли не ежедневно приходят душещипательные письма из дома. В общем, ничто не держит Гилдероя в недобросердечной Италии, кроме какой-то загадочной и противоестественной силы, рабом которой он постепенно становится помимо собственной воли. Монструозный мир производства «спагетти-хорроров» выглядит прибежищем вселенского зла, населенным инфернальными демонами, и никак не хочет умещаться в прокрустово ложе доступных пониманию Гилдероя истин, оказываясь непредсказуемым и алогичным. Тотальный саспенс, который начинает проявляться с самого первого кадра, подчеркнутый интерес к темной изнанке человеческой психики и влияние традиций film noir делают в совокупности всего лишь второй фильм британца Стриклэнда изящной синефильской головоломкой, которую сами британцы назвали лучшей независимой картиной минувшего года. Карикатурные персонажи и студийные ужасы, окружившие Гилдероя дикими воплями актрис, работающих на озвучке, производят на хрупкую психику англичанина гнетущее впечатление. Но чем чаще у героя сносит крышу, тем больше поводов для нервного смеха возникает у меня как у зрителя. К середине фильма я, кажется, начинаю понимать, чем собственно подкрепляется мой диковатый смех, помимо того, что он является защитой от этой дискомфортной звуковой какофонии из злобных реплик и хрустяще-скрипяще-шипяще-булькающих шумов, имитирующих расправы и казни в той трэшевой эпопее, над которой работает Гилдерой. Я, кажется, разгадываю этот секрет Полишинеля, и пазл наконец складывается: если это и вариация «Бартона Финка», то такая, какую бы взялся сотворить Дэвид Линч. Больше того, рискну утверждать, что это не просто эксплуатация метода и основных приемов Линча, но и путешествие по его фильмографии – от «Головы-ластик» до «Малхоланд-драйв». Как и Линч в своих мистико-галлюциногенных шарадах, напоминающих сновидения, Стриклэнд, оставляет героя своей фантасмагории один на один с неизвестностью. В итоге Гилдерой переступает границы реальности, чтобы раствориться в световом луче, воплотив тем самым бессознательное стремление всякого киномана, для которого игра света и тени на белом экране с некоторых пор становится важнее видимой и осязаемой действительности.

На дворе бушуют и клокочут 70-е годы 20 века. Малозаметный звукорежиссер Гилдерой получает приглашение поработать над звуковыми эффектами нового фильма в Италии. Новая картина оказывается, к несчастью для главного героя, лентой весьма специфической и Гилдерой вскоре понимает, что с ним далеко не все в порядке. Вторая режиссерская работа британца Питера Стрикленда под названием 'Студия звукозаписи 'Бербериан', с большим успехом прошедшая на многих престижных кинофестивалях Европы, является не столько полноценным хоррором, сколь очень сюрреалистической и атмосферной драмой о человеке, медленно сходящем с ума, человеке, потерявшем жизненные ориентиры и по сути перестающем различать мир вымышленный и мир реальный, глубоко одиноком человеке, которого внешняя и внутренняя замкнутость окончательно сводят с ума. Упаковав в визуальную оболочку классического джиалло, 'Студия звукозаписи 'Бербериан' остается сугубо бескровным, но при этом очень тягостным кинопроизведением, чистой и незамутненной авторской работой, внежанровым упражнением, в котором давящий сюрреализм сочетается с живыми характерами персонажей, в особенности Гилдероя, которого великолепно сыграл Тоби Джонс, наконец-то блеснувший в своей первой полноценной главной роли. Также помимо блестящей игры Тоби Джонса со своими ролями великолепно справились Сьюзи Кендалл(мать Гилдероя), Козимо Фуско(Франческо) и Сузанна Каппельяро(Вероника). Оператор Николас Д. Ноуленд снял фильм эстетически сдержанно, уверено передав в картине дух 70-х годов, наполняя при этом видеоряд ленты психологической статикой и визуальными изысками. Отсутствие явного музыкального сопровождения придает картине оттенок реалистичности происходящего. Поклонников настоящих фильмов ужасов картина Питера Стрикленда вряд ли приведет в дикий восторг, однако ценителям независимого авторского кинематографа я настоятельно рекомендую этот оригинальный фильм. 8 из 10

Припущенный англичанин в жгучей итальянской действительности или столкновение студии хамер и джало-фильмов? На самом деле нет. Фильмы про фильм - это максимальная свобода для режиссера. Если в главной роли у тебя ни нечто живое, то ты в принципе можешь делать с ним что хочешь, бросая туда-сюда внутрь и от. Когда в главной роли у тебя звуки, тут некому переигрывать тут можно только потеряться. Что собственно и было совершено, но молодцы хоть в том, что в конце концов пришли к какой-то концовке. А пока, получайте удовольствие от изящно прописанных звуков, которые выпускают из глоток итальянские красотки, что бы показать, что такое страх и Массимо+Массимо отвечающих за овощное насилие. Фильм, который мы не видим увенчался успехом, он напугал и проглотил, вышел в зал и поклонился. Не ищите смысла там, где все и без него сверкает, даже если не очень ярко. 6 из 10