5x2

Непристойный Франсуа Озон взял под прицел традиционную супружескую пару. Заставляя супругов кружиться в танце, срывая с них одежды, спаривая голые тела, он так и не позволяет себе бестактности обнажить и вывернуть наизнанку их души. Препарируя брак как агонизирующий атрофированный организм, излагая историю одних отношений реалистичным и даже натуралистичным языком, Озон не касается тайны души человеческой, ибо тайна она тайна и есть. И это роднит режиссера с его столь любимым французским кино 60-х. Он не ставит себе глобальной задачи показать деградацию института брака в современном обществе; скорее, это попытка рассказать неприукрашенную частную историю, в которой не будет иллюзорности бытия, фантасмагории и игр на лезвии ножа; максимально правдиво и диалектично, предоставляя зрителям полную свободу трактования увиденного. Нет подлинности чувства в этой вакханалии полнейшей либерализации и взаимопотребления друг друга. Традиционные социальные роли всё ещё исполняются мужем и женой, но не значат уже ничего. Cлабый, но агрессивный мужчина – готовит, кормит ребенка, пока мама задержалась на работе, знает, как пользоваться посудомоечной машиной, ему становится плохо при разговоре о родах, засыпает от усталости в брачную же ночь (в то время как молодой жене не терпится удовлетворить свой пыл), и вся его сила, его так называемое доминирование пола, его активное начало находят себе применение только в грубом сексуальном акте, насильственном, подчиняющем себе тело женщины: как первой – его невесты, Валери, так и второй, - Марион, ставшей его женой и главной героиней фильма; и даже в этом насилии, в условном обладании - его отчаянная и необратимая слабость. Сильная, но трогательная женщина - опираясь на капельницу, идёт к своему новорожденному недоношенному сыну через всю больницу на подгибающихся ногах; после фактического изнасилования уже бывшим мужем находит в себе силы уйти с гордо поднятой головой. Что до сакраментального «Я люблю тебя», то оно произносится за весь фильм дважды при сомнительных обстоятельствах и всегда связано с чувством вины: женой - после случайной близости в кустах с незнакомцем, мужем – после того, как он не мог себя заставить поехать в роддом к новорожденному сыну. В постмодернистской Франции никого ничем не удивишь и ничего не утаишь; всё заранее известно, всё слишком откровенно, прозрачно, всё уже было, всё утратило смысл. Брак, верность и даже секс – всё не имеет более своего сакрального значения для человека. Пол, социальный статус – просто символы, не играющие никакой реальной роли. Мужчина у Озона симулирует мужественность; и только женщина по-настоящему становится мужественной и сильной, умудряясь не растерять присущие ей хрупкость, нежность, красоту; и всё-таки та самая неуловимая и интригующая женственность, что веками оставалась тайной за семью печатями, потерялась где-то на очередном этапе борьбы за эмансипацию. Старый бородатый тезис «все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастная семья несчастлива по-своему», наглядно иллюстрируется Озоновскими картинками-зарисовками к супружеской жизни, хронологизированными в обратном порядке. От мучительной, неприглядной и гиперреалистичной сцены развода в начале – и до финальной нарочито-стереотипной сцены-сказки с морем-пляжем-закатом, повествующей о зарождении отношений между Жилем и Марион. Такие кадры в финале голливудских мелодрам обычно подразумевают начало утомительно прекрасного «и жили они долго и счастливо»; Озон подразумевает этим, что самый прекрасный, самый счастливый момент в отношениях будущих супругов – вот этот; дальше будет только хуже. Милосердный Озон, несентиментальный Озон никого не обличает, не морализирует и не жалеет; предпочитая ненавязчиво и иронично поведать историю, по ходу которой зритель сам сделает определённые выводы в зависимости от своего воображения, эрудиции и испорченности. Пять рассказов-эпизодов, в довольно отстранённой и совершенно немелодраматичной манере повествуют о разводе, измене, рождении ребёнка, бракосочетании и, наконец, знакомстве. Бесстыдно и с тем равнодушно наблюдает камера за бессмысленными игрищами, танцами, ритуалами, за нерешительными мужчинами и за нет-нет выдающими тревогу и страдание глазами решительных женщин, не мигая глядящих в потолок из под мужского плеча; и только пронзительная музыка за кадром заставляет испытывать тоску по подлинной любви, которой в этом клубке человеческих страстей и слабостей так и не нашлось места.

Слышали когда-нибудь такое выражение? Нет? Знакомьтесь! Франсуа Озон...мастер своего дела: Взять 5 сцен, и это не просто 5 сцен - это важные моменты жизни, которые привели к тому с чем нас знакомит первая сцена. Дело не в том, что бы ошибиться 5 раз и придти к тому, что они получили, просто дело в том, что первая ошибка уже пустила корни во все остальные...то как завязались их отношения, то что произошло в день свадьбы, рождение их ребенка и их расставание...смотря эти сцены постоянно чувствуешь - 'что то здесь не так', 'так не должно быть'...или 'для чего они так поступают''. Этот фильм рождает массу вопросов, порой желание встряхнуть главных героев не пропадает на протяжении всей сцены, но в этом весь фильм, ураган противоречий: любовь сменяющаяся изменой, преданность предательством, а страсть холодностью. В жизни каждой пары есть те самые моменты, которые дадут толчок либо к развитию либо к распаду, все зависит от того, как человек поступит...пойдет от себя или от другого...и то, что порой люди расходятся - не самый худший вариант. Если Вы хотите провести вечер просто за чашкой чая и расслабиться, думаю этот фильм не лучший вариант, а вот если Вам нужны ответы, возможно даже на те вопросы, которые у Вас еще не родились...то, думаю, стоит посмотреть. 10 из 10

«5х2» - 5 ключевых эпизодов из жизни семейной пары. Эпизоды раскрывают зрителю причины распада отношений и развод, который показан в первом эпизоде, и дальше все в обратном порядке: вечеринка с друзьями-геями, рождение ребёнка, свадьба, знакомство. Такой вот интересный приём режиссёра помогает взглянуть на ситуацию по-другому, не так, как на это смотрят супруги в обычной жизни (то есть в хронологическом порядке). А в хронологическом порядке обиды и непонимания накручиваются друг на друга как снежный ком, и супруги уже не в силах это преодолеть и разводятся. Чтобы понять смысл конца, нужно заглянуть в начало, то есть в конец фильма. Режиссёр предлагает зрителю «размотать» этот снежный ком и понять, что же было причинами расставания. Зритель ведь ещё не знает: кто прав, а кто виноват. А что если бы и супруги могли взглянуть на свои отношения так же непредубежденно, как бы забыв все обиды? Жиль бросает ради Морион свою девушку, с которой встречался 4 года и собирался на ней жениться. Причём делает это практически у неё под носом. А потом Морион изменяет ему в первую же брачную ночь, тоже у него под носом. А чем, спрашивается, думал Жиль, когда напился и уснул, даже не выполнив перед сном свои первые супружеские обязанности? Вот молодая жена и пошла гулять в парк, а там к неё подошёл другой мужчина, и у неё не было времени подумать и понять, что всякое в жизни бывает: ну выпил лишнего, ну уснул. Первое же столкновение с реальными трудностями семейной жизни дало трещинку в отношениях. А чем, спрашивается, думала Морион, когда изменила своему новоиспеченному мужу, даже не подумав о последствиях, которые появились через 9 месяцев? И неудивительно, что Жиль не захотел придти и поддержать Морион, ведь где-то в глубине души он чувствовал обман. А уж когда он увидел ребёнка, то уехал из роддома, так и не повидав его мать, которой и так было не сладко после тяжелых родов. А каково было ей? В то время, как молодые пары наслаждаются чистотой и безобидностью первых лет совместной жизни, когда обиды и упрёки ещё не успели придти в их жизнь, она все эти первые 9 месяцев жила с обманом внутри себя и гадала: а кто же папа? Ей было безумно тяжело, и Жиль её не поддержал, что дало вторую трещинку. А затем настало время, когда и Жиль захотел ей изменить. И она ему разрешила… принять участие в оргии и смотрела на это. А разрешила потому, что хотела оправдаться перед самой собой, что вот мол и он тоже был мне неверен. Но от этого стало ещё хуже, только теперь уже им обоим. Каждый раз, когда они вспоминали эту измену, происходило ещё большее отчуждение. Из разговора и по поведению супругов мы узнаем, что после этой оргии в их семейной жизни появилась уже большая трещина. Ну а дальше, как говорится, понеслось: у него – другая женщина, у неё – много других мужчин. Трещины, трещины, трещины и семейная чашка разбилась вдребезги. Развод. И что же они делают сразу после развода? Идут в отель заниматься сексом. В итоге она кричит, что не хочет, но он практически её насилует, а ведь когда они пришли в отель было отчётливо ясно, что не силой же он привёл её сюда. Она и сама не знает, что она хочет. А он? Сначала развелся, а потом сказал: «Не хочешь снова переспать?» А где же они раньше-то были? Этим надо было заниматься друг с другом в первую брачную ночь! Такое ощущение, что Жиль и Морион ни одной минуты друг о друге не подумали, да и вообще не думали, а значит и не были готовы к такому серьезному шагу, как создание семьи. Брак, семья – это когда вас уже двое, и ответственность уже за двоих, и думать нужно уже не только о себе. А эти двое – только о себе и своих желаниях и думали. И каждый раз, после каждого предательства и обиды, они говорили: «Я тебя люблю». Но что тут можно исправить словами, даже такими прекрасными! Скорее, они бормотали эти слова, чтобы напомнить об этом самим себе, потому что периодически это забывали. Фильм с первого взгляда кажется очень простым, но постепенно понимаешь всю его глубину. В жизни правила арифметики не всегда действуют, и при умножении «5х2» может получиться «0», и причина неверного результата умножения не в ком-то одном, а всегда в обоих. Актеры раскрыли эту ситуацию своей замечательной игрой, а режиссёр – своей необычной задумкой. 7 из 10

Вот я и добралась до Франсуа Озона и его замечательной киноленты '5х2'. Фильм повествует нам развитие отношений молодой супружеской пары. Банально, скажите вы? Банальность - это 'Спеши любить', 'Сладкий ноябрь' и иже с ними, перенасытившие рынок донельзя. Давайте хоть раз один из партнеров не будет умирать и мы посмотрим что же с ними будет дальше? Не разобьется ли их лайнер любви о крутые берега семейного быта? Именно с этим и попытался разобраться Озон, находясь в поиске того, что разрушило жизнь парочки, где именно пустила корни разрушительная судьба. Или герои сами виноваты? Развод. Слово жесткое, короткое, хлесткое, бьющее по щекам. Как много в это слове! Именно с этой процедуры начинается фильм. Главные герои сразу же предстают в неприглядном виде: бледные, измученные, напряженные и озлобленные. Вечеринка. Слово забавное, заигрывающее. Должна проходить весело и непринужденно. Но даже у себя дома, в окружении близкого человека, пара чувствует себя неуютно. По сути они уже чужие люди. Жиль только раздражается от того, что у брата всё хорошо, вымещая злость на жене, и причиняя ей боль. Рождение. Слово возвышенное, величественное, таинственное. Вроде бы и ребенок был желанным, но не было радости в глазах Жиля. Наоборот он выглядел растерянным, как будто лихорадочно думал, что же делать. В то время как беременной жене срочно понадобилась его помощь, он спокойно доделал отчет на работе и неспешно перекусил в кафе. Свадьба. Слово мягкое, женственное. Искренние, счастливые люди. Или алкоголь на них так подействовал? Признания в любви сыпятся как из рога изобилия. Цветы, цветы, цветы и ночное рандеву Марийон. Встреча. Слово короткое и многообещающее, обязательно требующее продолжения. Море, песок, ночной бриз и курортный роман, перерастающий в большое чувство. Что может быть лучше? Немного неприятно смотреть на последние сцены, зная что ждет главных героев впереди. Пусть каждый сам для себя решит, когда именно пошла трещина в их отношениях. Качественный фильм, обильно приправленный качественной спокойной музыкой. К просмотру обязателен! Где начало того конца, которым оканчивается начало? (Козьма Прутков)

Развод. Как меняет восприятие истории заранее известный ее конец? Торжественная тишина. Здесь точно разводятся, а не заключают брак? Совместно нажитые вещи должны быть разделены между супругами поровну. Неужели возврату подлежат даже подарки? Коридор гостиницы в красных тонах. Без слов понятно, куда и зачем идут эти двое бывших супругов. Жестокий секс, после которого зритель более не нуждается в разъяснении. Возврата к былому счастью нет, и не будет. Ее ухмылка и хлопок двери - все, что получил он в ответ на свой нелогичный, не связанный с происходящим вопрос. Неужели он и вправду думал, что они еще могут начать все сначала?! Она в интерьере красных стен, где раздаются звуки музыки в стиле «Любовного настроения» Вонга Кар-Вая. У Франсуа Озона осталось в распоряжении еще четыре эпизода, чтобы найти момент, когда все пошло не так. Совершенно точно: Марион и Жиль больше не должны быть вместе. Почему? Автор навязывает этот вопрос, даже если зритель хотел просто провести вечер с чашечкой чаю за просмотром французской мелодрамы. Потому что, шаг за шагом погружаясь в прошлое, увеличивается шанс наткнуться на кристальную правду. Прям как в фильме Михаэля Ханеке «Скрытое», который появится на свет немногим позже работы Озона. За Марион и Жилем тоже кто-то наблюдает. Может это случайный зритель, не своей волей затянутый в круговорот чужих семейных трагедий? Нет, это режиссер нарочно спроецировал самокопание женщины, идущей в интерьере красных стен под музыку в стиле «Любовного настроения» Вонга Кар-Вая. Она была абсолютно права. Каждая предыдущая сцена вынуждает заглядывать все дальше и дальше, пока мы не увидим спины едва знакомых мужчины и женщины, уплывающих на закате вдаль. Следует ли говорить о том, что они оставили на берегу? Измена интерпретирована Озоном как признак неминуемого разрушения, и она витает в фильме повсюду. Марион и Жиль четыре мучительные эпизода пытаются противостоять неизбежному, а потом сдаются. Опасно и недальновидно заглядывать в прошлое. Хотя без него не обойтись, когда надо поставить жирную точку. «Сцены из супружеской жизни» Ингмара Бергмана явно вдохновили Франсуа Озона на создание более удручающей, менее театральной истории одного брака. Шведы – Марианна и Юхан поддаются влекущей их силе: то друг от друга, то друг к другу. Они умеют разговаривать, выворачивая себя и зрителя практически наизнанку. Марион и Жиль, наоборот, идут наперекор естественному ходу событий. Неслучайно же мы смотрим фильм задам-наперед! Любое действие героев – это очередной шахматный ход в игре с непобедимым соперником, который, кстати, немногим, чем отличается от гроссмейстера с косой из «Седьмой печати». Каждый из пяти эпизодов есть следствие негласного решения Марион и Жиля, попробовать еще раз. Поэтому Франсуа Озона охотно выводит на экран рождение ребенка, свадьбу, первое свидание. Режиссера вполне стоит обвинить в нежелание избегать штампов. За что впоследствии будут хвалить «Отрочество» Ричарда Линклейтера, этого как раз не хватает картине Озона, претендующей на звание как реалистичной, так и поэтичной. В конечном счете, фильм превращается в обычную мелодраму, которая и выезжает только благодаря имени режиссера и необычному ходу повествования. Назвать фильм с помощью цифр и знаков, практически то же самое, что сказать что-то жестом или взглядом. К чему эта тяга к многозначительности? Название – это шестой эпизод Франсуа Озона, с которого все начинается. Ведь проще 5 и 2 поменять местами, составить ряд от меньшего к большему. Однако, обстоятельства сильнее людей, а два героя – заложники ситуации, вынуждены уйти на второй план. Они вроде бы и вместе, но проходят свой путь порознь. 5 раз по 2 – это пять историй Марион плюс пять историй Жиля – как две половинки, которым так и не удалось склеиться в единое целое. Знак умножение под определенным углом превращается в крест – неизбежный конец в самом начале. Почему имеет смысл продолжать разговор?

Жиль и Марион разводятся. Они прожили вместе недолгую и не очень счастливую жизнь. И вот сочли, что с этим экспериментом пора заканчивать. Потому что если не завершить его сейчас, завтра будет поздно. А пока еще есть шанс начать с кем-нибудь другим… Дальше зрителю предлагается найти ответ: почему так случилось? Следом разворачивается история обычной супружеской пары, отраженная в пяти судьбоносных днях их совместной жизни: развод, обед с друзьями, рождение ребенка, свадьба и, наконец, знакомство. Пять дней своеобразного отчета о пятилетнем союзе. Из них, как минимум – четыре, когда проявилось несходство двух характеров, двух натур. Необычность истории в том, что режиссер пускает время вспять. Для тех, кто больше всего не любит в кино банальностей реализма (чья формула как бы уже обозначена в названии - арифметической задачкой для первого класса), – это хоть какая-то зацепка внимания. Казалось, французы уже давно вспахали вдоль и поперек поле семейных отношений: «Супружеская жизнь» Кайата, «Брак» Лелуша, фильмы Трюффо и Ромера… Да что там скромничать: каждый второй французский фильм посвящен именно этому. Однако смотришь на дело рук Озона и как будто первый раз обращаешься к данной теме. В психодраме, исследующей сферу чувств, Озон постарался максимально притушить открытые и сильные эмоции, и всё внимание сконцентрировал на подтекстах, которые проявляются не только через работу актеров, но и благодаря обратному ракурсу сюжета. Ретроспективный взгляд на вещи придает истории тот необходимый объем, что и наполняет происходящее полифонией побочных смыслов. Но вы вряд ли найдете здесь четкий и однозначный ответ на вопрос6 когда же начала рушиться эта башня из слоновой кости? Хотя, подозреваю, во время просмотра многие соблазнятся самым простым вариантом – в день свадьбы, когда невеста, недобудившаяся в первую свадебную ночь перепившего мужа, отправилась погулять в парк… Любовь лишь у немногих пар с годами набирает силу, в большинстве же своем, наоборот, исчезает вовсе, превращаясь в своеобразную привычку жить вместе. Озон предлагает беспроигрышный сценарий «позитивной любви»: она будет исключительно счастливой, если запустить «механизм отношений» в обратном режиме. Таким образом вы достигаете желанного хэппи-энда, пусть и мнимого, но зато гарантирующего, что в исходной точке не будет расставания. В «5х2» пара расстается уже в самом начале и делает это вполне по-французски: Жиль и Марион прямо из зала суда отправляются в отель, чтобы напоследок еще раз перепехнуться, что называется, по старой памяти. Правда, они и здесь не могут устоять перед искушением еще раз выяснить отношения. В итоге первый послесупружеский секс превращается некоторым образом в изнасилование. На уровне сюжета фильм еще больше интригует в следующей сцене, когда закрадывается подозрение, что герои одумались и снова сошлись. Они укладывают ребенка спать и встречают гостей – двух геев, один из которых брат Жиля. Застольная беседа потихоньку перерастает в вечер откровений, и Жиль рассказывает как однажды изменил Марион с ее согласия. Озон отважно соединяет Бергмана и Лелуша, получая в остатке что-то вроде: «Мужчина и женщина: сцены из супружеской жизни». Публика, «взыскующая чуйвств», и с жадностью припадающая к каждой новой озоновой подушке, вряд ли разочаруется и на этот раз, хотя к середине первого десятилетия нового века модный режиссер как будто окончательно обуржуазился и стал выдавать по фильму в год почти на автопилоте. Но несмотря на отсутствие броской манеры, он почти парадоксальным образом обладает своим стилем, который идентифицируется если ни за одну секунду, то, по меньшей мере, в течение одной сцены. Для того чтобы быть узнаваемым, ему, в отличие от Альмодовара не нужно всякий раз устраивать на экране парад-але трансвеститов или карнавал гомосексуалистов. Однако сцена званой вечеринки с геями-любовниками, как всегда, получается у Озона самой лиричной. Даже закрадывается серьезное подозрение: а не преследует ли он тайную цель таким вот образом превознести и возвеличить однополую любовь, как это было сделано в «Криминальных любовниках», когда в финале гетеросексуальные чувства были «растоптаны» неожиданно возникшими гомосексуальными страстями. Но Озон тем и хорош, что от его фильмов (в том числе и от этого) можно с легкостью отмахнуться, а можно всерьез ими проникнуться. Особенно это касается тех, кто предпочитает «смотреться в кино» как в зеркало личных отношений. Для таких Cinq fois deux - просто-таки Земля обетованная, на которую можно с облегчением хотя бы на время пристроить ношу собственных надоевших проблем.

Франсуа Озон неординарный и весьма талантливый режиссер, и его фильмы ни на что не похожи, всегда атмосферные, глубокие и весьма тонкие. Озон хорошо раскрывает жизненные ситуации и тонкие человеческие взаимоотношения. Я очень люблю его некоторые фильмы, например как «8 женщин», «Бассейн», «Под песком», поэтому остальные его киноленты всегда тоже охотно смотрю. «5x2» - его необычная, тонкая мелодрама с привкусом драмы и немного эротики. Кино получилось для раздела «другое кино». Оно не банальное и не привычное. Его история показана периодами из жизни двоих главных героев. Мы видим пару и их отношения на протяжении много лет, видим их тайны друг от друга, их быт, любовь, конец отношений и начало. Фильм этот мне запомнился, так как он был преподнесен крайне необычно. Актеров, которые играли в этом кино, я не знал, но игра главных героев, которых сыграли Валерия Бруни-Тедески, Стефан Фрейсс, мне понравились. Они сыграли чисто и правдоподобно. Данное кино будет по вкусу тем, кто любит истории о откровенных, интимных отношениях пары и для тех, кому нравятся некоторое «новое кино», которое не похоже на привычные нам киноленты. Еще одна откровенная история от Франсуа Озона. 7 из 10

- E un macaco senza storia, dice lei di lui... Фильмографию Озона можно условно поделить на две части: 1) на то, что он снимал до '8-ми женщин' и 2) на то, что он снимал после. Как говорят знающие люди: маэстро 'опопсел', то есть стал снимать фильмы в более доступной для обывателя манере. Лично я считаю несправедливым тот факт, что '5х2' отдельные поклонники Озоныча относят к этой второй категории. Фильм всем своим нутром тяготеет к раннему Франсуа. К той компании, где 'Крысятник' и 'Криминальные любовники'. Ведь добрый дядя Франсуа (пусть и саркастичный, за то и любим) обернулся на сей раз не Стэнли Доненом, а чеховским 'злым мальчиком', который подглядывает за своими героями из-за угла, а в самый неожиданный момент из-за этого самого угла выскакивает и начинает во всю глотку орать: 'А я все расскажу!'. Валерия Бруни-Тедески за час с небольшим проделывает путь от героини тяжелой судьбы из дневной мыльной оперы до 'Раисы Захаровны'. А в какой-то момент приобретает черты едва ли не первобытные: плотоядные и хищнические. Мужчина Стефан Фрейсс довольно быстро понимает, что попал в некое подобие 'Мира на проводе' (воспользуюсь заглавием фильма Фассбиндера, чьим давним поклонником является Озоныч). Сцена регистрации - когда вслух зачитываются все те статьи Гражданского кодекса, которые будут обязаны соблюдать супруги - становится похожей на судебный приговор и выглядит по-издевательски забавно. Хорош в конечном итоге оказывается и герой Фрейсса. Валерия задирает свои юбки и покрывает ими актера Стефана целиком, а сцена с Валерией на руках Стефана, следующая далее, 'романтического чувства' внутри не рождает. Здесь надо добавить, что хронология фильма такова, что события разворачиваются от конца к началу (5 сцен, 2 героя): поэтому мотивы и характеры героев мы открываем для себя и понимаем постепенно. Заканчивается картина встречей героев на курорте в Италии. И то, как ловко Франсуа разносит вдребезги каноны романтического кино становится очевидным в сцене заката на берегу. Ведь мы привыкли к избитому штампу: поцелуй на этом самом закате и голливудское the end. Озон показывает закат долго-долго... солнце садится, а экранный мир героев погружается во тьму уже буквально. Если у Бергмана (еще один любимый режиссер Озоныча) в 'Сценах супружеской жизни' герои расстаются, но на самом деле остаются друг с другом ('среди ночи, в темном доме, где-то на краю света'), то у Озона герои остаются вместе, но на самом деле расстаются. Это яркая, очень красивая (едва ли не самая красивая картина у француза), но холодная, мизантропическая (что всегда плюс, поскольку основания для мизантропии более чем достаточны и бесконечны как вселенная), язвительная и забавная картина. Что касается Бергмана, то по отношению к Бергману - '5х2' это примерно как 'Психо' Ван-Сента по отношению к 'Психо' Хичкока. Издевательство высшего толка. А это завсегда ништяк! Мне понравилось, как режиссер использовал музыку прошлых лет (в основном - итальянскую). А еще здесь прозвучала 'Smoke Gets in Your Eyes' в одной из сцен. Стилистически пять эпизодов фильма были решены по-разному: от 'бергмановского' холода первого эпизода к солнечным кадрам в духе французских комедий 80-х последнего. Всецело одобряю. 8 из 10