ОБЗОР · ТРИЛЛЕР
Цинга
6.816Кинопоиск
Послушник Федор сопровождает отца Петра на Полярный Урал с официальной миссией — убедить оленеводов принять таинство крещения. Впереди у миссионеров самое дальнее северное стойбище, которое местные с опаской называют «край земли». И путникам здесь совсем не рады.
Студент-медик возвращается в родной северный поселок, где когда-то бесследно исчезла его сестра. Официально дело закрыто, но герой уверен: местные жители что-то скрывают. Вскоре он замечает странную закономерность — некоторые люди начинают вести себя неадекватно, их тела покрываются незаживающими язвами, а в глазах появляется пугающая пустота. Местные шепчутся о древней болезни, которую приносят с собой долгие полярные ночи. Фильм «Цинга» — это напряженный психологический хоррор, где холод и изоляция становятся такими же опасными, как и невидимая угроза. Создатели ловко балансируют между мистикой и реализмом, заставляя зрителя гадать: это вспышка забытой инфекции или проклятие, преследующее поселок десятилетиями?
СМОТРЕТЬ ОНЛАЙН
ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ
01
Фильм был снят на Ямале за 19 смен.
02
Сценарий основан на детских воспоминаниях режиссёра и сценариста Владимира Головнёва и ненецкой мифологии.
ОТЗЫВЫ КРИТИКОВ
DD
Кинокритик
Позитивный отзыв
Какого волка вы кормите?
Август 1991 года. Отец Петр со своим послушником Федором путешествует по Полярному Уралу, чтобы крестить местных ненцев-оленеводов. Гостям там рады, но чужую веру принимать не спешат. Отец Петр решает оставить на одной такой стоянке Федора с видеокамерой, чтобы тот переубедил упрямых ненцев. Фильм «Цинга» - трижды лауреат кинофестиваля «Зимний-2025» (главный приз, приз за лучший сценарий, приз за лучшую мужскую роль) – рекламируют в кинотеатрах, как триллер. Да, напряженные моменты в фильме есть – еще чуть-чуть, и его можно было бы записать в ужастики – но каждый раз обстоятельства сюжета – или вера героев – спасают от вскрытия конфликта. Почти все полтора часа фильма в кадре – великолепный Полярный Урал: не снежная пустыня и не цветущий сад, а холодное, величественное, цвета камня и пожухлой травы, немного скучное место. Кажется, это одно из тех мест, куда было бы круто приехать дня на три туристом, а потом – взвоешь от тоски (вместе с волками, подкрадывающимися к оленьему стаду). Несмотря на отдаленность от цивилизации (и уж точно где-то на расстоянии бесконечности от Москвы), тамошние жители – вполне социализированы, почти все говорят по-русски, а местный мальчонка даже носит пионерский галстук. И пока в тундре все так же низко висит холодное солнце, страна уже рассыпается – в плохоньком приемнике прорываются репортажи о путче 19-21 августа 1991 года, за которым последует то, что мы хорошо знаем не по учебнику истории. «Скоро пионеров не будет» - говорит мальчонке оставленный наедине со своей верой Федор (Никите Ефремов) – и не нужно быть местным шаманом, чтобы понять – он говорит правду. Но отголоски далеких конфликтов долетают сюда разве что похоронными нотками «Лебединого озера». В чем же конфликт героев – Федора и местных «язычников»? Проще всего было бы предположить, что суровые охотники замордуют парня, как в каком-нибудь фолк-хорроре. Но нет – местные улыбчивы и немногословны (болтающий без умолку пацан не в счет). А жена главы этого клана очень даже неравнодушна к Федору. Так что сперва Федору – мужчине в самом расцвете сил – предстоит встретить испытание плотью (так что даже мальчишка спросит, «а что такое блуд»), а затем – сымитировать божественное вмешательство – ведь только если Бог сохранит оленей от волков, тогда они поверят и примут крещение (а значит, и повышение в монашеском звании не за Уральскими горами!) Русский человек хорошо знает – на Бога надейся, а сам не плошай. Но на что готов пойти Федор, чтобы сохранить свои маленькие секреты? Событий в фильме маловато, поэтому остается принять его, как метафору – тревожную сказку о борьбе человека с холодом, с волками, с гордыней, с зовом плоти – и в итоге с самим собой. Холодный март отлично подходит для проката такого фильма – от просмотра хочется завернуться во что-то теплое: примерно тот же эффект на меня оказала экранизация романа умершего на прошлой неделе Дэна Симмонса «Террор». И если вы включите на максимум эмпатию к не всегда симпатичному герою Федору, вы можете испытать и беспросветный мрак, и надежду, и «прыжок веры». Главное – вовремя понять, какого волка вы кормите, пока цинга разъедает тело, душу и страну.
ВВ
Кинокритик
Позитивный отзыв
Испытание веры Полярным Уралом
«Цинга» - классическое «кино не для всех». И я вполне понимаю тех, кто плюнет через 15 минут и уйдет от телевизора. Моя жена так и сделала. А она в кино мала-мала понимает. Она его больше меня смотрит. Хотя бы потому, что не тратит время на футбол. Это кино неспешное, кино-притча, кино-медитация, кино-настроение. Оно мрачное по фону, очень холодное. Даже глядя на экран чувствуешь, что начинаешь мерзнуть. И это не мерзлота пурги. Это мерзлота сырости, ветра, серого неба и свинцовой реки. Обветренные лица героев, их руки в цыпках, слезящиеся от дыма глаза, толстые свитера, чахлые костры и убитые волками олени. И испытание. Последние дни Советского Союза. Молодой послушник Федор (Ефремов) с настоятелем ездят на лодке-казанке по Полярному Уралу, обращая в веру Христову ненецких оленеводов. Это странная земля. Радиоприемники и видеокамеры соседствуют с дикими поверьями, обереги и камлания и кресты на могилах, дед-шаман никак не может умереть, потому что некому передать силу - сыну плевать, а внук вообще пионер. Именно в этом маленьком стойбище настоятель оставляет Федора на испытание - обратишь этих в веру - получишь рясу, о которой так мечтал. Но здесь, на краю мира, все на самом деле не то, чем кажется, и сможет ли претендент в священники уберечь тут свою собственную веру или умудрится за неделю совершить все мыслимые и немыслимые грехи? И что его к этом подталкивает? Никаких эмоций «от ножа», как в том же «Острове» тут нет. Испытание веры тут очень бытовое, негромкое. Но только ли веры? Очень живые актеры. Правда, ненцев тут играют якуты и даже калмыки, но какая русскоглазым разница?: о)) Прям не играют они тут, а нормально живут, чем-то навевая мысли о документальности. И операторская работа просто невероятная. Дикая, чужая, холодная, огромная, серая, сырая, суровая, опасная страна, где смерть всегда рядом и поэтому никого не пугает. Чтобы выжить тут и не стать добычей зверей, надо самому стать немного зверем. Но как на это посмотрит твой Бог? В общем, я получил большое удовольствие, но рекомендовать всем-всем-всем поостерегусь, чтобы потом не получить предъяв. Это «кино не для всех», как не всем нравится сырая рыба или горячая свежая кровь оленя, заменяющая оленеводам компливит и без которой тебя цинга тут убьет быстрее любого волка. Единственное, чего я не понял, это зачем автор фильма привязал его к последним дням СССР. И даже в финальных титрах сообщил, что через пару месяцев СССР не стало. Наверное, тут должна быть какая-то аллюзия, но я ее не считал. Более того, она тут нафиг не нужна.
ЮА
Кинокритик
Позитивный отзыв
Ищу испытание
Пока картина на больших экранах, кому-то повезёт увидеть эти планы, где река течет то в одну сторону со стадом оленей, то в какую-то свою; прохладные оттенки северной природы с благородством и припудренностью (комплимент колористам, которые это подчеркивали). Реквизит из трёх тысяч голов оленей рисует границы реальностей какими-то своими геометриями. Из-за операторской работы фильм мог бы стать медитативным и поэтичным, но нас шустро возвращают на землю диалоги (коих немного: минимум диалогов), даже нашлось местечко юмору. Незнакомый широкому зрителю язык ненцев создатели оставили без титров: язык поэтому больше похож на звуки пронизывающего ветра и колокольчик на ветру. Тесное соседство с пространством и природой, вернее, небольшим её кусочком, но богатым на события. Реклама фильму — нужна, но это та нелепая сторона кинобизнеса, когда мусолить такое кино — только портить. Поэтому остается лить воду. В «Цинге» два слоя реальности — а, может быть, вы насчитаете десять… Даже у радио, которое крутит один из героев (героев, кстати, тоже немного), есть своя драматургия и акты… и реальности. Главный герой — Фёдор — со слов актера Никиты Ефремова, коего я дословно не процитирую — боится идти в глубину, но в прямом и переносном смысле прыгает в неё. Талант Ефремова, если слишком не тыкать по фильмографии, раскрывается таким хитрым образом, что со сменой ролей и картин мы видим «рост» (укрупнение) артиста; без виниров и перекачанных ляшек он уже вырос из некоторых ролей, которые ему падают. (Кто со мной согласится — давайте скрестим пальцы и плюнем три раза… в лицо тому, кто не согласен.) В каких-то ролях он сам над собой или, честнее сказать, над нами, ставит эксперимент, но очень естественный и честный для артиста. Наверное, удачная роль — это когда артист её уже пусть хотя бы чуть-чуть, но сам перерос, в своих полях, там, за гримерками. Но и путь не закончен, подводить итоги рано. У Никиты Михайловича на зрелые годы могут отрасти очень крепкие клещи педагога или режиссера, если помирит тень шута и свет мудреца, впрочем, не его реинкарнации вопрос, если рекламные контракты выглядят солиднее, а профессию актера до кучи замылило блогерство. Отголоски старых школ… так интересно наблюдать, когда художественное воспитание артиста совпадает с материалом. По «Цинге» вроде бы всё просто: герой с амбициями причаливает, чтобы получить некий статус, побыстрее и без лишней возни. Но он приходит со своим «багажом»-сознанием — из другой реальности, и миссия его никак не мэтчится с реальностью, в которую он попал. В картине не нужно искать попытки походить на гармоничный «Остров» с Мамоновым (где для повторного просмотра по теме как будто бы уже нужно понимать, на что идешь). Здесь про чуть иное. Требований к повторному просмотру этого фильма, кажется, нет — но тут есть уловка. После просмотра могут остаться вопросы, но не потому, что ответы не разжевали. Герой Ефремова хочет понять нечто про жизнь, погрызя сухарики, держась стороной «стада»; будто он выше «стада». Эдакая нарциссическая нотка: пока я зритель и по ту сторону экрана, я бы… снял лучше… сыграл лучше… и никогда бы в подобный переплет не попал. (Бонусом мы видим в документальном кадре главного героя формальный чужой мир; жанры и киноязыки передразнивают друг друга, давая нам выбрать предпочтительный… В кадре у героя, кстати, выставлены любопытные даты съемки.) В «Цинге» можно поискать и аналогии пацанского цитатника — легенда-мем, какого волка кормить — и что человек в себе человек взращивает. Куда направляется вдруг его внимание, на что направлен его объектив… Неожиданный ракурс на архетип и соблазнения Лилит — которая как тень приходит не потому, что таков её функционал, а, скорее, приходит к тому, кто сам готов быть соблазненным; но этот соблазн не про темную сторону женского рода и нравы северян, а про танцы со смертью и испытания. За которыми может нарисоваться ответ, зачем ты на самом деле здесь. Мы не знаем, что и как будет дальше. Олени в движении. Но самые важные вещи, как и всегда, происходят сейчас внутри, а не снаружи.
TT
Кинокритик
Позитивный отзыв
Боишься? Поэтому ты так часто своему богу молишься?
Картина рассказывает о попытке обратить оленеводов в христианство: молодой послушник Фёдор в исполнении Никиты Ефремова вместе с отцом Петром, которого играет Дмитрий Поднозов, отправляется на крайний север в место, что местные в фильме называют «краем земли». По сюжету их задача убедить ненецких оленеводов принять крещение, но довольно быстро становится понятно, что местные не особенно рады чужой вере. Когда я только прочитал описание, у меня сразу возникли ассоциации с «Молчанием» Мартина Скорсезе. Там тоже история о христианских миссионерах, прибывающих в чужую культурную и религиозную среду, где их вера перестаёт быть чем-то незыблемым и начинает проходить через серьёзное внутреннее испытание. В «Молчании» два иезуита приезжают в Японию, где христианство запрещено, и постепенно фильм превращается не просто в рассказ о миссии, а в тяжёлое размышление о вере, гордыне, мученичестве, отступничестве и о том, что вообще значит оставаться верующим, когда Бог молчит. В «Цинге» масштаб, конечно, другой, но содержание чем-то похож. Здесь тоже в центре не столько “обращение язычников”, сколько испытание самого миссионера. Послушник Фёдор поначалу кажется человеком довольно горделивым: он смотрит на местных сверху вниз, считает их “другими”, чуть ли не дикарями, и искренне уверен, что несёт им истину. Это особенно хорошо считывается в диалогах, где он открыто показывает своё высокомерие. Но отец Пётр как будто намеренно оставляет его один на один не только с оленеводами, но и с его собственными слабостями. И испытание здесь уже не в том, чтобы просто уговорить кого-то креститься, а в том, сохранит ли он сам свою опору, не поддастся ли страху, блуду, внутреннему разложению и сомнениям. Если в «Молчании» Скорсезе мучает героя вопросом: можно ли предать внешне, но сохранить веру внутри, то «Цинга» скорее бьёт по теме гордыни и по столкновению чужой религии с чужим миром, который не собирается под неё прогибаться. Вообще фильм неплохо балансирует между религиозной темой и фольклором северного народа. И это, пожалуй, одна из его самых сильных сторон. Здесь христианство сталкивается с уже существующим миром верований, страхов, мифов и обрядов. Из-за этого картина воспринимается более тревожно и местами даже мистически. Отдельно хочется похвалить визуальную часть. Крайний Север показан очень красиво. В кадре есть и суровость, и холод, и тишина. Мне также показался удачным ход со съёмкой через камеру самого послушника. Этот приём добавляет фильму ощущение присутствия и чуть сильнее затягивает внутрь происходящего. И, конечно, Никита Ефремов. Мне кажется, это действительно одна из лучших его ролей за последнее время. Он очень хорошо передаёт напряжение, страх и внутреннее раздражение своего героя: как Фёдор боится людей, среди которых его оставили, как не понимает их, как в то же время презирает их и считает себя выше. И всё это Ефремов играет очень точно. Отдельно хочется сказать про рекламу фильма. Я постоянно задаюсь вопросом, почему многие наши действительно интересные картины получают настолько слабое продвижение и в итоге просто теряются на фоне куда более посредственных релизов. И, кажется, «Цинга» как раз из таких случаев. Фильм явно сделан с любовью, с вниманием к материалу, с попыткой сказать что-то своё. Очень хотелось бы, чтобы подобные проекты получали больше внимания и находили своего зрителя. Но это уже проблема индустрии, а не самого фильма. При этом у картины есть и слабые стороны. Здесь нет каких-то неожиданных сюжетных поворотов многие вещи считываются заранее, и фильм в этом плане довольно прямолинеен. Но, честно говоря, для меня это не стало большой проблемой. «Цинга» работает через внутреннее состояние героя и само столкновение двух миров. Плюс, в отличие от «Молчания», фильм куда более дружелюбен к зрителю по хронометражу. Он не пытается задавить тяжестью на три часа и при этом всё равно успевает проговорить основные темы. В итоге получилось крепкое, атмосферное и местами действительно тревожное кино о вере, гордыне и столкновении культур. Да, фильм не удивляет сюжетно и далеко не во всём дотягивает до той глубины, с которой Скорсезе в своё время копал похожую тему в «Молчании». Но у «Цинги» есть своё лицо: северный фольклор, суровая природа, удачная мистическая интонация и очень хорошая работа Никиты Ефремова.
CC
Кинокритик
Позитивный отзыв
вопросы веры
Простоватая по форме тео-философская притча с не совсем ясным для меня посылом и, возможно, глубокими смыслами. Если упростить, то всё замечательно: человек шёл к своей цели и пришёл, пути Господни неисповедимы, а главный герой — молодец. Но если копнуть глубже, то возникают вопросики. И касаемо помыслов, и касаемо достижения цели через такие помыслы. Конечно, в фильме есть осторожные разграничения, и условно через них при желании можно всё оправдать. Но если представить, что какие-то фантазии всё же стали бы реальностью, то как тогда смотрелся бы итог? Ведь главный герой до последнего момента осознавал, что случилось. Сложно рассуждать, чтобы не спойлерить, но сами посмотрите и решите. И, кстати, тема сисек раскрыта. Сюжет. Начало 90-х. Православные священник и послушник Фёдор миссионерствуют на Полярном Урале и снимают об этом документалку. Разминувшись с монахом, во время встречи с одной семьёй оленеводов-язычников, которых не удалось крестить, Фёдор на какое-то время остаётся с этой семьёй с заданием попытаться обратить их в православие. Суровый быт, жестокая природа и внезапные соблазны наваливаются на оторопевшего Фёдора. И теперь вопрос уже не в том, сумеет ли он исполнить миссию, а в том, не потеряет ли свою веру, а возможно, и жизнь. Фильм скучноватый, но если есть желание покопаться в философских вопросах веры и религии, то можно попробовать.
DD
Кинокритик
Нейтральный отзыв
'Цинга' - постколониальная притча о крещении семьи ненцев, где воедино переплелись судьба страны и тишина ее медвежьих углов
В режиссерской манере Владимира Головнева всё выдает документалиста. 'Цинга' легко сойдет за невыдуманную историю, где мастеровитый этнолог хитроумно расставил нужные камеры. В этом натурализме, как всегда это бывает, есть доля маниакальной искусственности. Но в то же время такого кино на российском пейзаже снимают мало. Полярный август, ненцы-оленеводы, занятые своим привычном бытом, чужеземцы-инопланетяне, приехавшие учить новому укладу и новым Богам. Верификации мало и тут. Ненцев играют калмыки и якуты, а понаехавшие - жители той же страны, что и оленеводы. Да и август не факт, что август Отец Пётр и его послушник Фёдор на руинах разваливающейся после Перестройки страны делают свое дело - крестят малые народы РСФСР. Они забираются всё дальше и дальше вглубь Северного Урала, где на каждом шагу их предупреждают - места там дальше мутные, мрачные, страшные. Но отец Пётр и Фёдор плывут и плывут, натыкаясь на новые объекты миссионерской деятельностью. На дворе август 1991-го. По едва пиликающей радиосвязи долетают отрывки фраз. ГКЧП, что-то там про баррикады, какие-то путчисты, Лебединое озеро. Страны, в которой они живут, скоро не станет Головнев замешивает в полотно фильма три слоя. Первый - религия. Отец Пётр и тем более Фёдор, мечтающий о рясе, выслуживающийся и верящий, что можно построить град Божий посреди мглы, мыслят канонами православия. Обрывки стереотипных епитимий против суеверий, табу и дозволенности, кресты и Библия - мир приносимый. И не суть, что любое миссионерство - проверка на веру, прежде всего, себя. Для героев это мерило не только мирского общежития, но выбранного пути. Лоно для греха ровно настолько же, насколько и тест на святость Второй - мир иррациональный и мистический. Шаман, который не может умереть, потому что некому передать дар. Похотливая жена главы семьи, то ли склоняющая во блуд, то ли метафора настигнувшей болезни. Этот мир магии, в которую верят. Это пространство общественного договора до того времени, когда люди освоили письменность. И пришлым предстоит адаптация, чтобы проникнуть в души, которые они хотя спасти Наконец, третий - мир реальный за пределами веры. В нём есть государственные границы и суровый климат, волки-охотники и олени-добыча. Это выживание посреди талого льда на территории, не пригодной ни для жизни, ни для смерти. В нём существуют все персонажи 'Цинги', независимо от того, что они думают о Великом посте или духах-амулетах. Это мир соединения, единственный, который определяет объективную реальность Все три мира сходятся в причудливом узоре взаимодействий. Задумка Головнева работает ровно до момента, когда его камеры пассивны. Когда сценарий течет, а не набирает темп. Проверка на веру медитативно перерастает в искушения и грех. Языческий мир распадается перед чудом и магией ручной камеры, притащенной в чум понаехавшими. Успех христианства в чудесах, которые оно несло. А кто сказал, что присвоенные теряют силу? А кто сказал, что главное чудо после самой жизни не способность запечатлеть ее на пленку? При этом у этого кино есть очевидная проблема новичка. Оно хочет сказать всё, сотворить из микропазлов космос. Нарисовать картину мира не за семь дней, а всего полтора часа времени. 'Цинга' зачем-то много говорит о времени, лезет в пространство политических пертурбаций, сводит клином в клин веру и безверие. Она от чего-то претендует на вторую Голгофу, хотя именно здесь образный пересказ не стоит и копейки от дословного псалма Тут Ефремов зверя и беса играет чаще, чем человека. Рай - это скучно, ведь мы не можем даже сказать, где заканчивается Промысел и начинается человек. Сколько заповедей нам простят? Нам гипнотически демонстрируют анатомию греха, его генезис, а значит и человека. И если край земли - это край Царства Божьего, то ответственен ли он за свинцовое, выжигающее всё живое небо? Во всей этой конструкции почти нет месту национальным элементам, хотя казалось бы. Но они тут сугубо как атрибут экзотики, особых неуниверсальных смыслов в них режиссер едва ли видит Как итог, 'Цинга' - фильм, за течением которого можно уловить биение жизни. Но каждая аритмия - это не выход, а заход на новый круг. Христиане знают, что феномен веры никогда не объяснить разумом. Его можно наделить притчевостью и насытить метафорами. Вылечиться от цинги, как и от другой хвори, это не поможет, а вот скрасить больничные будни - весьма
АКТЁРЫ И СЪЁМОЧНАЯ ГРУППА
Никита Ефремов
Евгения Манджиева
Дмитрий Поднозов
Тамара Куйбина
Герасим Васильев
Георгий Бессонов
Тимур Романов
Режиссёр
Владимир Головнев
Продюсеры
Евгений Григорьев, Виктор Шадрин, Артем Подкорытов, Мария Андриянова
Страна
Россия
КОММЕНТАРИИ