Рука, качающая колыбель

«Рука, качающая колыбель, - это рука, которая правит миром» Уильям Росс Уоллес «Рука, качающая колыбель» (1992) Кертиса Хэнсона относится к той редкой категории фильмов, которые имеют куда более высокий зрительский рейтинг именно в нашей стране, в отличие от скромного на западе. Для меня, как очевидца доинтернетовской эпохи, самым наглядным оправданием этого явления будет факт, что этот фильм частенько попадал в телевизионную сетку вещания и лично мне сложно было не зацепиться за такое поэтичное название, да еще и с жанровым определением как триллер. Помню, как меня зачаровало название этого фильма и как я была разочарована увиденным. В мои условные 13 лет мне хотелось агатакристиевской загадки, в то время как фильм от меня ничего не скрывал, мотивы героини Ребекки Де Морнэй были ясны с самого начала. Видимо, тогда я была еще очень несмышленой, чтобы оценить мастерство режиссера Кертиса Хэнсона по части выстраивания саспенса в духе Хичкока и мастерства актрисы Ребекки Де Морнэй, сумевшей создать образ одной из самых запоминающихся психопаток из 90-х. Потому что все это я сумела оценить лишь в 2025 году, когда решила пересмотреть фильм Хэнсона перед выходом его ремейка на платформе Hulu с Майкой Монро в главной роли. Перед просмотром версии от Мишель Гарса Сервера я задавала себе вопрос – что нового сможет она привнести в такой неоднозначный сюжет? (В фильме 1992 года одним из двигателей сюжета была тонкая грань между ложным обвинением и реальным насилием). Неужели режиссер пойдет самой кратчайшей из современных дорог и будет верна повесточному курсу? А сможет ли Майка Монро наконец-то меня удивить и выйти из амплуа наркотической «девушки в тумане» с одним и тем же выражением лица, чтобы показать мастер-класс драматического перевоплощения? К сожалению, версия 2025 года не привнесла ни в сюжет, ни в игру актеров ничего изобретательного и увлекательного. Это маловыразительное теле-мыло, снятое в тошнотворно-мутных тонах коричневого цвета, воспоминания о котором хочется поскорее смыть. Хотя после просмотра воспоминаний остается крайне мало, настолько режиссер Сервера не заинтересована в создании художественного произведения с его законами повествования и приятными нарушениями этих законов, а использует кино как площадку для социальной рекламы того, как нужно воспитывать детей. Когда десятилетний ребенок говорит о выборе сексуального партнера, и родители воспринимают эту ахинею как проблему мирового масштаба, плюс конфликт «Руки, качающей колыбель» 2025 года и строится вокруг сексуальной зашоренности двух героинь, а не на изучении темных сторон материнства, как это было в оригинале, Сервера скатывается в дешевое поддакивание либеральным тенденциям вместо того, чтобы снять добротное жанровое кино. В фильме 2025 года невыразительно все. Сам конфликт, наступление которого оттягивают до самого финала и в отличие от оригинала, в котором зрителю все мотивы Ребекки Де Морнэй были известны заранее, даже эта загадка – что же так роднит героинь Майки Монро и Мэри Элизабет Уинстэд, не делает процесс просмотра более интригующим. Потому что за время, пока Сервера доберется до разжевывания конфликта – эти две тетки успеют надоесть и к финалу уже глубоко пофиг кто и с кем что сделал. Уинстэд не к лицу мелирование. Это ее старит. Ей не к лицу муж Рауль Кастильо. Здесь самое место, чтобы обвинить меня в расизме, но он не из тех мужчин, глядя на которого скажешь: «Я хочу у тебя его забрать!» Кажется, его использовали лишь для того, чтобы позабавиться в моменте, когда он представляет Майку Монро своим родителям – американская мечта любого мексиканца – это белая няня. До родов героиню Уинстэд представляют как довольно успешную женщину – она юрист, да еще и с семьей, но после рождения ребенка она теряет все свои аналитические навыки и единственное, что ее беспокоит – это установка знака «СТОП» на проезжей части и именно для осуществления этой цели ей и нужна няня в лице Майки Монро, потому что ни на что другое она свое время не тратит. Хотя нет, тратит. На бесячие разговоры о вреде сахара, но я так и не поняла в чем смысл этой темы, кроме того, чтобы уличить Уинстэд в лицемерии. Какой Монро от этого интерес? Если героиня Де Морнэй кормила грудью чужого ребенка – это выглядело как убедительная метафора захвата власти. К сожалению, режиссер Сервера с метафорами не в ладах. Майку Монро сильно ругать не хочется. Потому что сложно переиграть гениальное перевоплощение Де Морнэй – ее оттенки дружественного участия, плавно переходящие в патологическую одержимость. Плюс игре Ребекки поспособствовала грамотная режиссура Хэнсона, отточившего мастерство на фильмах-нуар (сцена с поеданием яблока в то время, как в теплице увядает Джулианна Мур, внесена в каталог культовых). Но с наркотическим настроением в игре Майке нужно завязывать. Ничего кроме жалости этот ограниченный диапазон актерства не способен вызвать. И раз речь зашла о жалости, то в новой версии «Руки, качающей колыбель» этой жалости отвесили сверх меры. И наличие этой жалости в версии 2025 года, когда в оригинале 1992 года ее не было вовсе, и является тем самым раздражающим фактором как данного фильма, так и всего современного кинематографа, когда стало нормой, что злодей – это не злодей, а тот, кого нужно пожалеть. И это уже настолько предсказуемо и пошло, что даже не смешно. Пожалуйста, перестаньте снимать такое безвкусное кино! А если невмоготу, то не насилуйте прошлое.

Увидеть на малом экране чувственное противостояние Майки Монро и Мэри Элизабет Уинстэд показалось нам затеей привлекательной и достойной. Только представьте это крепкое напряжение между двумя красотками, когда то холод, то жара. Два привлекательных характера, но со своими тёмными секретами. Как каждая из них добьётся своей цели? Когда случится тот самый резкий поворот? Какие ходы они сделают в воображаемой шахматной партии? Когда под боком есть роскошный дом, любящий и богатый муж, двое сладких детей, о чём ещё можно мечтать? Правильно, как бы на время избавиться от орущих спиногрызов и спокойно сходить на рынок за продуктами для избранных или протолкнуть в муниципалитет идею об установлении знака «стоп». И чтобы были свободны руки, требуется няня. У богачей свои причуды. Да вот только няня попалась странноватая. Вроде улыбается, а на лице печаль. Может чужому мужу показать свою грудную пазуху, но продолжать соблазнять не станет. Совершает разные пакости, чтобы потом создавать вид, что или забыла, или ничего не видела, не слышала. Зрителя не одурачить, сразу поймет ведь, что между женщиной тридцати лет и женщиной под сорок есть или было что-то в прошлом. Если надеетесь, что режиссёр виртуозно расставит акценты из не менее крутого сценария, то... не надейтесь. Когда секрет раскрылся... Шокирующего эффекта не было. Мы сами фильм 1992 года не смотрели ведь, так что не знали заранее, чего ожидать в конце. Понятно, что снимали для стриминга Hulu, это ж не значит теперь халтурить так, что будто почти никто не увидит. Да, современная жизнь другая, нежели в начале 90-х, но у вас там интрига есть, отнеситесь к ней серьёзно, создайте атмосферу, накалите страсти, взбудоражьте внимание! Зачем пускать всё на самотёк, ведь яркого опыта нет. Жизнь, она ведь не бывает исключительно белой или чёрной. Она состоит из разных оттенков, когда в одно время может случиться взрыв из двух кардинально разных эмоций. Так почему-то в этом фильме сделали так, что женщины без оттенков. Становится обидно, что с такими актрисами не смогли выдать на-гора сочащуюся нервозность и очаровывающую опасность в новинке для стриминга. Остаётся посмотреть то старенькое кино и насладиться Ребеккой.