Антивирус

Возведение личности идолопоклонников в абсурд, обнажение граней сумасшествия в погоне за звёздами и ужас от ожога для тех, кто этих звёзд коснулся. Автор резко и безоговорочно не принимает созданный им мир, высмеивает и раскрывает все особо грязные, потаённые места. Чёрная сатира на наше общество, показанная как «будущее». Антивирус – это не картина на один раз. И это не кино, которое смотришь в большой компании чтобы разгрузиться. Тут как раз всё наоборот. Антивирус – чтобы загрузиться. Не «посмотреть», а «увидеть». Понять, осмыслить что именно хотел донести автор, увидеть мир его глазами, а, быть может, даже язвительно хмыкнуть глядя на ослеплённых звёздным сиянием, безвольных, трепещущих перед картинкой людей. Здесь термин «звёздная болезнь» видоизменяется и направляется на самих фанатов, которые искренне больны. Больны своим нездоровым влечением, желанием иметь связь через поражённую вирусом кожу, через желудок, «обладать» своим кумиром. На этом и наживаются компании – верх айсберга. Тут и начинается вся история. С простых работников, которые относятся к своим клиентам как к умалишённым фанатикам, а к селебрити просто как к продукту. Знаменитости уже не рассматриваются как личности, ведь они – дорогой товар, за который можно получить премию, сладость от которой непременно можно откусить лакомый кусочек. Люди перестали быть людьми. Вот что показывает автор и говорит с экрана: «Вы больны, откройте глаза! Вот вам антивирус!» Локации прекрасны. То, как показаны цвета, как меняется повествование от места к месту, как приглушён или бьёт в глаза свет – прекрасно. Эстетика больного мира завораживает. Много белого и чёрного, но когда в этот омут монохромных вод запускают каплю крови – картина играет невероятными красками. К слову о ярких красках. Моя любимая в этом произведении – рыжая. Калеб Лэндри Джонс не просто справился с ролью. Он сделал так, что представить кого-то иного на его месте невозможно. Это не просто игра, а целая жизнь! Настолько сильно прочувствовать, показать, рассказать – талант. Других слов у меня нет. Искренне советую смотреть фильм в оригинальной озвучке. Русская хороша, конечно, но Калеб теряется напрочь. Его голос, завораживающий шёпот в совокупности с пронзительным, выразительным взглядом – это то, что служит катализатором для успешности картины. Актёр выразителен и от него не хочется отвлекаться. Всё внимание он приковывает к себе, но не мешает повествованию, а усиливает во сто крат. Его болезненная бледность, из под фарфора которой проглядывают синие, такие же болезненные, вздутые вены, россыпь ярких веснушек, которые идеально ложатся в кадр, яркие синяки под глазами, мимика и движения – вот, что способствует не только повествованию, но и донесению смысла картины. Выбор актёра на главную роль безумно удачный. Возможно, после просмотра картины на вопрос «образ идеального мужчины для вас» я бы отвечала его именем, но… Не сотвори себе кумира.

Тему фанатизма нельзя назвать актуальной, она скорее близка определённой группе людей и возрастной категории. В нашем нынешнем обществе не принято признаваться в своих пристрастиях к знаменитостям. Подобное, как минимум, попахивает инфантилизмом, но Кроненберг младший искусно препарировал эту проблему, создав на экране целый болезненный мир, который не стоит понимать буквально. Главный герой картины - работник корпорации, которая оказывает услуги по заражению 'звёздными' вирусами. Болей, как твой кумир, прикоснись к страданиям, которые он испытал, почувствуй максимальное воссоединение. Это куда интимнее, чем кожей к коже, подобное сближает изнутри. Согласитесь, не каждому по вкусу такой 'кайф', но в фильме Кроненберга получить герпес от знаменитости приравнивается к божественному ритуалу. Пусть стерильному и через укол. Как и в любом обществе, в мире главного героя (Сида), процветает коррупция и контрабанда. Сид не святоша, работая в ведущей клиники, он не гнушается и подворовывает вирусы, сбывая их на чёрном рынке. Мазохизм ли (ведь вирусы приходиться проносить в буквальном смысле через себя, переболев каждым) или амбиции, но, когда его в очередной раз облапошивают конкуренты, продав болячку быстрее, Сид решается на безрассудный шаг. Не зная этимологию вируса знаменитой и всеми любимой Ханны, он вкалывает его в себя, не подозревая, что теперь дни сочтены. Организм беспощадно пожирает недуг, но куда опаснее становятся для Сида те, кто гоняется за вирусом, чьим единственным носителем он стал. Хотелось бы обратить отдельное внимание на актёра, который сыграл главную роль. Калеб Лэндри Джонс - уроженец солнечного Техаса, ярко-рыжий, конопатый юноша анрогинной внешности. На стерильном белом фоне всего фильма он - как ядовитое пятно, от которого невозможно отвести взгляда. Одновременно красивый и отталкивающий персонаж. Калеб совершенно нетипичный, больше похожий на экзотическую топ-модель, но после нескольких эпизодов понимаешь, что на экране именно актёр, прекрасно вживающийся в роль. Кстати, видно с каким обожанием его снимает камера, вернее, оператор по ту сторону. Карим Хуссэйн демонстрирует нам крупным планом как и жуткие кадры с героями, так и эстетически прекрасные, отчего хочется постоянно жать на клавишу 'PrintScreen'. Баланс выдержан во всём: фильм не статичен, но и не экшен, откровенная мерзотность перетекает в изысканность. Даже кровь, болезнь, остриё игл преподнесены тут искусно красиво и возбуждающе. Медитативный глянцевый артхаус, который не оставит равнодушным, в первую очередь, ни одного визуала, а затем и тех, кто хотел бы не просто взять автограф у любимой знаменитости, а именно стать ей, поглотить и тело и кровь. P.S. если есть возможность, то удовольствие от просмотра можно удвоить, посмотрев его на языке оригинала или же с субтитрами.

Начнем с теории: Поклонник/фанат - это человек, который с энтузиазмом предан кому-либо или чему-либо, например, медийному деятелю, спортивному деятелю или певцу. Слово «фан» происходит от латинского слова «фанатикус», что означает «безумно, но богодухновенно». Результаты исследований показывают, что люди с высокими баллами по шкале фанатизма к знаменитостям, как правило, демонстрируют ряд психоэмоциональных характеристик. Например, эти люди могут питать опасения по поводу образа тела (особенно подростки), быть более склонными к косметической хирургии и иметь стиль личности, характеризующийся стремлением к ощущениям, когнитивной ригидностью, диффузией идентичности и плохими межличностными границами. Точно так же поклонники знаменитостей могут демонстрировать нарциссические черты, диссоциацивные расстройства личности, склонность к привыканию, паранойю и компульсивные покупки. Исследования также показывают, что люди с чрезмерным фанатизмом в большей вероятности будут иметь проблемы с психическим здоровьем, а также клинические симптомы депрессии, тревоги и социальной дисфункции. Данный фильм описывает этот феномен в обществе, утрируя, конечно, где люди покупают инфекционные заболевания как у звезд, чтобы «позаимствовать» их страдания и прочувствовать на своей шкуре. Это похоже на одержимость, которая может завести человека настолько далеко, что после пресечения границы между реальностью и безумием стираются, а дальше остается только неутолимый голод процесса слияния с объектом обожания в прямом смысле слова. Главный герой по имени Сид неплохо втисался в искушенный мир, ведь он, работая в основной корпорации услуг представления «экземпляров», зарабатывает на черном рынке, опережая конкурентов и доставляя «товар» в собственной кровяной системе. Положение героя было более чем выгодным и всегда в плюсе до момента встречи со знаменитостью Ханной с неизлечимым и смертельным вирусным заболеванием. А дальше будут происходить визуально оргазмические и артхаусные перформансы от талантливого Лэндри Джонса. Считаю, что фильм прекрасно показал будущее общество со всеми его порочными тонами с таким фантазийным гротеском, что зрителю явно становится не по себе, потому что это пугает, но это не чужеродное, а свое созданное желание. Отдельно подметить хочу отличную цветокоррекцию в кинокартине: я прямо ощутила эти переходы от страстного красного до черной безжизненной реки. 10 из 10

Говорят, что на детях великих природа некоторым образом отдыхает, и, увидя в описании фильма фамилию Кроненберг, любители арт-хауса, кино-маньяки захотят занести в свою копилку очередную фестивальную картину. Только вот потом замечаешь одну деталь – Кроненберг то Брендон, а вовсе не Дэвид. Сын уникального в своей манере режиссера заранее ступает на путь сравнения, когда представляет свое видение и чутье на такого рода жанр. И, пожалуй, складывается такое ощущение, что «Кроненберговский ген», перешедший от отца к сыну, мутировал в еще более совершенную форму. Маниакальная увлеченность знаменитостями в реалиях картины пошла дальше копирования внешности, посещения тех же мест, что и любимые певцы, актеры, спортсмены. Теперь возможно обладать той же болезнью, что и обожаемый кумир, тем самым почувствовать себя настолько близко к нему, порой даже оказаться в его шкуре. Молодой сотрудник клиники по предоставлению такого рода услуг Сид Марч не только является передатчиком, но и по своей воле носителем и переносчиком «звездных проказ». Что это? Способ дополнительного заработка, а может осознание собственной пользы или удовлетворение от ношения вируса доводят Сида до людей, которые проявляют значительный интерес, отличный от его собственного, бизнес-акул. Их не коробит не только работа с вирусным материалом, но и выращивание и размножение клеток живых и мертвых знаменитостей ради наживы. Кино получилось настолько красиво-отвратительным, что невозможно оторваться от экрана, причем так, что невольно приходится заставлять самого себя до боли в мышцах и скулах даже не моргать. Цвет, стиль, музыка – пазл на все миллион деталей складывается до безобразия идеально. Кроненберг-младший обладает по-хорошему изощренным умом и воображением, взглядом под неким, известным только ему одному углом, при этом отточенным до совершенства. Обделить вниманием Калеба Лэндри Джонса просто невозможно. Этот парень просто сводит с ума, влюбляет с первого взгляда, вздоха, слова. Долго пыталась вспомнить без ущерба для восприятия фильма, где я уже видела это лицо, но не такое, совершенно полярное по эмоции. ( как оказалось это было в «Билбордах»). И, браво таким молодым артистам, кто не идет по пути однотипных образов, одинаковых работ. Сид в его исполнении завораживает не только своей уникальной внешностью ( первые несколько минут его лицо, руки отзывались в моем сознании исключительно – haute couture), но и животной, манящей мимикой. Вот зрителю его жаль, в другую секунду мы его ненавидим, терпим и осуждаем, не понимаем и в конце фильма приходим в томный испуг от его жадного наслаждения. Абсолютное попадание в точку, тот случай, когда представление другого актера становиться преступлением. Обязательно к просмотру людям с нетривиальным мышлением и готовностью хорошенько поразмыслить несколько часов, а то и дней, приходя в себя после увиденного. 10 из 10

Первый полнометражный фильм Брэндона Кроненберга. В главной роли Калеб Лэндри Джонсон, который идеально подходит для арт-хорроров со своей неординарной внешностью. Брэндон по стопам бати делает что-то, так или иначе боди, причём в этом фильме как бы и изнутри. Сюжет. Некое будущее. Фанатизм по поп-звёздам достиг нового уровня. Специально для фанатов выращивают плоть из клеток звёзд, а для самых ценителей клонируют вирусы, которыми заражены популярные личности. Главный герой - менеджер в одной из контор, которая такие вирусы делает и продаёт. Сам он подворовывает эти вирусы, заражая себя и клонируя их на краденной установке. В итоге он заражается очень ядрёным вирусом и начинает умирать. Попутно выясняет, что с вирусом что-то явно не то и умирающая от него же супер-звезда заразилась не случайно. Получается такой детектив в психопатической вселенной Кроненберга. Смотрится всё тягуче и естественно странно. Не вдавался сильно в логику, но к техническим деталям особо не придраться. Советую любителям кроненберговщины.

Скоро нас всех расфасуют по пакетам. Эпоху нулевых продадут по одной цене, десятые по другой. Нулевые, и их образцы будут стоить в три раза дороже чем двадцатые. Двадцатые станут основой для учебника по генетическому помешательству. Аналогия выстроилась после вкуса культурного, кислого мяса, под слоем глубоких идей, и метафор. Брэндон, ты молодец, серьезно, культурный пласт подражания любимому кумиру через холод корпоративной этики. Где Бох-Маммон, это деньги, и промышленный шпионаж. Масштабы плотского удовлетворения потребностей, вместе, с вполне осознанными играми генома. Ешьте, ибо это плоть моя, но, если будущее сулит уравнивание совершенно дешёвой поп-культуры, приравнивание статуса звёзд медиа к оккультному поклонению фанатиков. Через новую, уникальную услугу на рынке. Кукольный Лэндри Джонс, с его пластичной, усыпанной веснушками кожей, и ликом ангела под транквилизаторами, концептуально вписывается в аллюзии на дивный мир нового мейнстрима. Правда. Его болезненное, едва способное улыбаться лицо, словно вышло из сна, где мечется в похмельном крике рассудок Брэндона Кроненберга. Отец может гордиться, через свежий геном, лик творца говорит через Кроненберга младшего. И даже, не глядя, на режиссерскую незрелость, в плане реализации визуального толка, фильм пробирает. Все эти телесные моменты, оголённые потоки вен, с инъекционным вмешательством, слюна и плоть в крови. Где в повседневности проходит мимо, там камера детально фокусируется на хирургии процесса. Метафора на приверженцев новых богов гармонично вытекает в циничный шпионаж и прочую гангстерскую алчность, но уже нового рынка сбыта. Маленькими шагами, по стопам нетленной классики отца своего, Брэндон конструирует свой уголок генетического пиршества. Только на этот раз со своим авторским почерком, где позитивное будущее отдает холодом пластика, и бездушными пространствами для обитания. Словом, его режиссерское видение, это холодный мир. Пластмассовый, генетически приемлемый, и выброшенный, который победил. Сколько бы прогрессивное человечество не стремилось к богам, взращивая на полях новые технологии, в корне всего сущего всегда будет фанатизм и технократия. А первичным желанием, скрытым где-то в подкорке мозга, будет жрать плоть своего кумира, называя идолопоклонничество новым видом эстетики. Но, грязь и безумие всегда были и будут тем, чем они и являются- помешательством.

Дебютный фильм сына знаменитого независимого канадского режиссера Дэвида Кроненберга станет приятным эстетическим откровением для всех свидетелей артхауса. На протяжении 100 минут белый дом с искусствами откроет для вас свои усыпанные мертвыми цветами двери. Это зародившееся в 1920-х годах направление в искусстве исконно означало отступление от традиционной 'потоковой' культуры, и в разные десятилетия параллельно эволюционировало вместе с движением 'широкой волны', отражая её примитивные недостатки. Но в отличие от отца, чьи фильмы являются классическими примерами 'фильмов-ночных кошмаров', что ведут традицию прямо от манифеста жанра 'Голова-ластик' (1977) Дэвида Линча, новый Кроненберг пренебрегает манипуляцией зрителем в угоду визуальному совершенству. В 'Антивирусе' нет омерзительных фантастических существ, под толщей бинтов здесь не окажется зловещая пустота. Но совершенно идеальная картинка, чёрно-белые контрасты с расплесканной красной краской, стерильно чистая выверенность композиции и замечательная симметричность кадра не больше, чем реквием по центральной теме фильма - излюбленному преклонению человека перед красотой и желанию к ней прикоснуться. В весьма искажённой, но не столь далёкой реальности смертельно бледный сотрудник огромной корпорации помогает безумным поклонникам знаменитостей стать на шаг ближе к кумирам - заполучить ту же болезнь, что живёт в их теле. От лёгкой простуды до серьезных недугов, содержат колбочки с патогенами, что лежат в черном непроницаемом чемоданчике каждого из десятков работников компании. Опьяняющая слава актрисы делает из ее красивого лица культ миллионов обожающих глаз. А на подпольном рынке, скрытом в омерзительных подворотнях, работает лаборатория по производству не менее омерзительного мяса, выращенного из стволовых клеток все тех же знаменитостей. Серые неаппетитные шматы станут замечательным блюдом для всех ценителей 'прекрасного' до тех пор, пока будут существовать разлагающиеся мясные фермы. Несмотря на весь футуризм корпорации (ослепительно белые интерьеры больничных палат, высокие технологии распознавания вирусов, о которых необходимо будет сказать позже, и бесчисленные картотеки патогенов) жизнь андерграунда, промышляющего удовлетворением всех этих странных потребностей жителей, скорее похожа на атмосферу слегка выхолощенной трилогии 'Пушер' (1996; 2004; 2005) датского режиссера Николаса Виндинга Рефна, столь популярную в узких синефильских кругах. Закоулки, погасшие фонари и разбитые окна домов, где на грязных улицах происходят странные вещи. Главный герой Сид Марч, в исполнении замечательно рыжего Калеба Лэндри Джонса ('Три билборда на границе Эббинга, Миссури') не меньше, чем обычный торговец смертью - заражая себя самыми опасными вирусами, он торгует 'новинками' корпорации на черном рынке. Его преимущество заключается в домашней незаконной установке по идентификации патогенов, с помощью которой ему всегда удается излечиваться. Устройство установки само по себе заслуживает особого внимания. Ни одной цифры, символа, кода - в процессе обработки вируса используется самый совершенный носитель информации в мире. Каждый раз присоединяя колбочку с кровью зараженного к аппарату, оператор видит на экране в разной степени искаженное человеческое лицо. Бесчисленные возможности изменения лица позволяют различать тысячи патогенов, но однажды вместо привычной смазанной ухмылки на экране незаконной установки Сида Марча появилась ужасная гримаса неизлечимого вируса. Заразившись болезнью умирающей актрисы, сотрудник корпорации начинает терять человеческий облик, приобретая зловещую походку больного и превращая свою пустую выбеленную квартирку в лихорадочную круговерть. Противоречащие друг другу картинки мельтешат перед глазами - от полупустых комнат сотрудников корпорации до скоплений преданных фанатов в сосудах улиц; от зловещих подворотен, бархатных закулис и сверкающих ассоциаций с 'Неоновым демоном' Рефна (2016) до потоков хлыщущей крови 'Сияния' Кубрика (1980); от 'Норы' Кафки до 'Искусственного рая' Бодлера и 'Завтрака для чемпионов' Воннегута. 9 из 10