Возвращённые

Со времени Джорджа Ромеро, в век 21, режиссеры снимающие фильмы в жанре зомби-муви, как то забыли что первооснова фильма об оживших мертвецах, было как раз не магия вуду, и не хоррор, и не царствующий экшн, и т.д. а вдумчивое, социальное кино о судьбе человечества в целом и судьбе отдельно взятого индивидуума в частности. Та социальная драма, которая рассказывается через инструментарий - зомби, есть, по сути, рассказ об эпидемии, равносильной эпидемии свирепствующей во времена средневековья чумы или холеры, о том состоянии напряжении ума человека, когда надо всеми силами выжить и не заразиться и сохранить при этом что-то человеческое в себе. Это время когда не понятно, что страшнее - уже умершие и вновь ожившие существа или люди всё еще остающиеся людьми, но внутри себя уже утратившие все человеческое. Именно об этом, о социально значимых моментах, которые должны волновать умы человечества снимали свои фильмы и Дж. Ромеро, и Денни Бойл, и Хуан Карлос Фреснадильо, и Элиас Матар, и Хорхе Ольгин, и Керри Энн Муллани, и братья Форд, и даже скандальный Брюс ла Брюс Режиссер Мануэль Карбальо и сценарист Хатем Храиче пошли дальше, они развили идею, о том, а что же будетпосле, или возможно будет дальше, и сняли по сути свою «Филадельфию» Джонатана Демме в зомби-ключе. Прошло 20 лет после начала эпидемии, люди, казалось, победили болезнь, они научились жить по новому, и многим из них был дан второй шанс вернуться в жизнь, но … Фильм интригует, он буквально захватывает, и каждый раз преподносит что-то новое. Такого мы еще не видели и такое кино стоит смотреть! Браво сценаристу, браво режиссеру. Настоящая драма, захватывающая сердца. 10 из 10

Случайно наткнувшись на зомби-хоррор испанского происхождения Возврат, изначально не хотел задерживаться ни секунды, но решил-таки прочитать описание, показавшееся весьма необычным для жанра, стиснутого узкими рамками. Действительно, перед нами скорее драма, нежели хоррор в привычном понимании. Первая вспышка эпидемии была уже довольно давно. За это время мир успел отойти от потрясения, медицинское сообщество всеми силами старалось разработать сыворотку, полностью излечивающую от страшного недуга. Лекарство было найдено, но оно не в состоянии окончательно уничтожить зловредный вирус - только помогает защитным силам организма подавлять его распространение, таким образом 'вернувшиеся' - люди, побывавшие в опасной близости от превращения в ходячего, - вынуждены принимать препарат каждый день. Но не всё так просто. Общество раскололось на два лагеря: на тех, кто хочет оказать помощь больным, и на тех, кто не хочет. К последним в свою очередь примыкают радикально настроенные группировки, не считающие вернувшихся за людей - монстры и никак иначе. Масла в огонь подливает правительство, выделяющее на разработку заветного антидота крайне скудные суммы: то ли проект не в приоритете, то ли верхушка попросту пришла к выводу, что концлагеря - не такая уж и плохая идея. Возврат - кино не о голливудском варианте зомби, возможно, чуть ближе будет термин 'философского зомби', введённого современным философом Дэвидом Чалмерсом. Ну, а может и нет. В любом случае, не ждите типичного представителя зомби-трэша, перед нами социальная драма, причём весьма хорошего качества. 8 из 10

Это был очередной зомби-апокалипсис. Очередной смертоносный и безжалостный вирус, с большим успехом, подобно бубонной чуме, истребивший пол-мира, превратив практически все вокруг в могильник, и превративший людей, которым не посчастливилось просто умереть в муках, в кровожадных живых мертвецов, ходячих и ползающих. Это была очередная сегрегация и расслоение и, хоть и был изобретен исцеляющий препарат для возвращения с того света, для восстановления собственной плоти и избавления от невыносимого смертельного голода, спасения удалось получить не всем. Фильм-участник престижного международного кинофестиваля ужасов в испанском Ситгесе, третья по счету полнометражная режиссерская работа испанца Мануэля Карбальо, неплохо заявившего о себе в жанре хоррором 2010 года 'Одержимость Эммы Эванс', фильм 'Возврат' 2013 года лишь на первый взгляд представляет собой типичный образчик апокалиптического зомби-кошмара в лучших традициях Джорджа Ромеро или Лючио Фульчи, но оттого становится удивительным окончательный эффект и катарсис при ближайшем ознакомлении с этой картиной Мануэля Карбальо. Фильм 'Возврат' едва ли можно отнести к 'одному из' огромного списка дешевых и не очень фильмов ужасов, посвященных чрезвычайно популярным темам различных эпидемий и плотоядных человеколюбцев несвежей наружности, и в отношении фильма Мануэля Карбальо вполне применим такой термин, как авторское кино. 'Возврат' и в самом деле гораздо ближе не к развлекательной мясной массакре, приправленной для вящей убедительности экшеном, линейным нарративом и односложной характеризацией главных героев, а к категории арт-хорроров, в которых моменты истинного ужаса и саспенса выглядят не более чем данью уважения жанру как таковому, ибо режиссера интересует нечто иное, чем просто кровь, кишки и вытекшие мозги. Используя элементы классического зомби-хоррора в начале фильма, Мануэль Карбальо предпочел искусно препарировать сей довольно таки легкий и кровавый жанр, сделав 'Возврат' сильнейшей психологической и физиологической драмой, посвятив большую часть сюжетного фундамента не битвам за выживание в мире, охваченном зомби-садистикумом, а философствованиям о жиэни и смерти глазами главных героев, семейной пары Кейт и Джейсона, который вернулся с той стороны мрака, но не исцелился полностью. Перед зрителем в 'Возврате' будет разворачиваться насыщенная по драматургии история о человеке, волей судьбы превратившегося в изгоя, ставшего зомби в качестве некоего божественного испытания, чтобы постичь в финале всю сущность своего бренного бытия. Мануэль Карбальо рядовой случай отдельного человека расширяет до границ всеобщей универсальности, творя в своей картине социально-политическую притчу без всяких примесей претенциозности или усложненности, намного превосходя по степени неординарности воплощения художественного замысла о 'зомби разумном' как натуралистично-депрессивные образцы некрореализма, так и розовопупсовые мелодрамы в духе 'Тепла наших тел'. Жуткая напряженная атмосфера царствует в картине от начала и до конца, притчевость киноязыка доминирует и превалирует, но не подавляет, а сам фильм выглядит очень сдержанно, сбалансированно, почти без всплесков жесткого, а в данном случае и выглядящего бы просто бессмысленно, насилия. Повествование цельно, а сюжет лишен ординарных поворотов. Фильм не стремится перейти грани разумного или шокировать детальными подробностями бытия живого мертвеца, в котором еще теплится нечто человеческое. Несмотря на определенные личные интонации, в 'Возврате' нет и вовсе следов ходульной мелодраматичности, манипулятивной сентиментальности. Социально значимый и жесткий реализм с мастерски завуалированными политическими экивоками в сторону современного европейского политикума умело обволакивает ленту, и зомби как таковые становятся вторичными, всего лишь символом человеческой отчужденности, пройдя которую полностью, можно достигнуть точки невозврата. 8 из 10

Это был очередной зомби-апокалипсис. Очередной смертоносный и безжалостный вирус, с большим успехом, подобно бубонной чуме, истребивший пол-мира, превратив практически все вокруг в могильник, и превративший людей, которым не посчастливилось просто умереть в муках, в кровожадных живых мертвецов, ходячих и ползающих. Это была очередная сегрегация и расслоение и, хоть и был изобретен исцеляющий препарат для возвращения с того света, для восстановления собственной плоти и избавления от невыносимого смертельного голода, спасения удалось получить не всем. Фильм-участник престижного международного кинофестиваля ужасов в испанском Ситгесе, третья по счету полнометражная режиссерская работа испанца Мануэля Карбальо, неплохо заявившего о себе в жанре хоррором 2010 года «Одержимость Эммы Эванс», фильм «Возврат» 2013 года лишь на первый взгляд представляет собой типичный образчик апокалиптического зомби-кошмара в лучших традициях Джорджа Ромеро или Лючио Фульчи, но оттого становится удивительным окончательный эффект и последующий катарсис при ближайшем ознакомлении с этой картиной Мануэля Карбальо. Фильм «Возврат» едва ли можно отнести к «одному из» огромного списка дешевых и не очень фильмов ужасов, посвященных чрезвычайно популярным темам различных эпидемий и плотоядных человеколюбцев несвежей наружности, и в отношении фильма Мануэля Карбальо вполне применим такой термин, как авторское кино. «Возврат» и в самом деле гораздо ближе не к развлекательной мясной массакре, приправленной для вящей убедительности экшеном, линейным нарративом и односложной характеризацией главных героев, а к категории арт-хорроров, в которых моменты истинного ужаса и саспенса выглядят не более чем данью уважения жанру как таковому, ибо режиссера интересует нечто иное, чем просто кровь, кишки и вытекшие мозги. Используя элементы классического зомби-хоррора в начале фильма, Мануэль Карбальо предпочел искусно препарировать сей довольно таки легкий и кровавый жанр, сделав «Возврат» сильнейшей психологической и физиологической драмой, посвятив большую часть сюжетного фундамента не битвам за выживание в мире, охваченном зомби-садистикумом, а философствованиям о жиэни и смерти глазами главных героев, семейной пары Кейт и Джейсона, который вернулся с той стороны мрака, но не исцелился полностью. Перед зрителем в «Возврате» будет разворачиваться насыщенная по драматургии история о человеке, волей судьбы превратившегося в изгоя, ставшего зомби в качестве некоего божественного испытания, чтобы постичь в финале всю сущность своего бренного бытия. Мануэль Карбальо рядовой случай отдельного человека расширяет до границ всеобщей универсальности, творя в своей картине социально-политическую притчу без всяких примесей претенциозности или усложненности, намного превосходя по степени неординарности воплощения художественного замысла о «зомби разумном» как натуралистично-депрессивные образцы некрореализма, так и розовопупсовые мелодрамы в духе «Тепла наших тел». Жуткая напряженная атмосфера царствует в картине от начала и до конца, притчевость киноязыка доминирует и превалирует, но не подавляет, а сам фильм выглядит очень сдержанно, сбалансированно, почти без всплесков жесткого, а в данном случае и выглядящего бы просто бессмысленно, насилия. Повествование цельно, а сюжет лишен ординарных поворотов. Фильм не стремится перейти грани разумного или шокировать детальными подробностями бытия живого мертвеца, в котором еще теплится нечто человеческое. Несмотря на определенные личные интонации, в «Возврате» нет и вовсе следов ходульной мелодраматичности, манипулятивной сентиментальности. Социально значимый и жесткий реализм с мастерски завуалированными политическими экивоками в сторону современного европейского политикума умело обволакивает ленту, и зомби как таковые становятся вторичными, всего лишь символом человеческой отчужденности, пройдя которую полностью, можно достигнуть точки невозврата.