Лиза-лиса

Мелькнул хвост лисий. Нет теперь мне покоя – Жду каждый вечер. Тамба Сюраюки Лиза, женщина с юной душой, вот уже двенадцать лет как ухаживает за парализованной да ещё и страдающей астмой Мартой, женой умершего японского посла. Марта научила Лизу японскому языку. А вместе с ним в её жизнь вошёл и зачитанный до дыр дешёвый японский любовный роман, наполнивший скупое на события существование грёзами о светлой настоящей любви. С первого взгляда и навсегда. И совершенно естественно, что за образом неприметной мышки с двумя белокурыми косичками, таится настоящее сокровище. Но его надо суметь распознать. А пока… выполняя рутинную ежедневную работу, Лиза разговаривает, поёт и очаровательно танцует с воображемым другом – Томи Тани, японской звездой рок-н-ролла, умершим несколько лет назад. Он не только скрашивает одинокие дни, но и, как окажется, сыграет в судьбе скромной медсестры роковую роль. Это случилось в Венгрии, совсем давно. В тридцатый день рождения Лизы. Тогда в страну только-только начали проникать модные женские журналы, а банальный Мекк-бургер казался пределом гастрономических мечтаний. Но фильм совсем не об этом. Он о том, как во все времена непросто рассмотреть волшебство любви и поверить в него, настоящее и оттого вдвойне прекрасное. В каждом новом знакомом Лиза пытается угадать того самого, чтобы тут же «потерять себя в его глазах». С каждым новым мужчиной надежда и радость сменяются то печалью, то недоумением, а главное, где-то внутри, глубоко, есть ощущение, что это не Он. А может тот, кто нужен, это красавец Хенрик, племянник тётушки Марты, называющий её Худышкой? Кавалеры трагически гибнут один за другим, оставляя в память о себе лишь силуэты на полу, а девушку сковывает страх – она проклята, она стала кицунэ – оборотнем-лисой. И озорной лисий хвостик действительно мелькнёт на экране однажды. Но самое удивительное, что незримо он присутствует везде. То появляется тенью лисьей мордочки, забавно щёлкнувшей челюстью на выцветшей от давности стене, то расплывчатым контуром пушистой головы с острым носиком в разводах на потолке. Он угадывается в робкой мягкой пластике Лизы, ощутившей свою притягательность. В повороте её головы, внезапном стремлении скрыть глаза, да и всю себя, от собеседника. Этот огненный хвостик зметен в тонком переплетении японской мифологии и мироощущения с западной культурой, в смешении жанров – музыкальных и кинематографических. Словно у режиссёра Кароя Уй Месароша, у самого проявились черты кицунэ и он решил попроказничать и добавить в романтические приключения разной степени серьезности и просто шутки по отношению к человеческим существам немного перца и обманчивого вампиризма. В этой особенной для европейской картины теме Месарош раздвигает пространство и время и, не используя ни одной джазовой мелодии, свингует так, что захватывает дух. А ведь известно, что «все, что не имеет свинга – не имеет смысла». Режиссёр повсюду расставил подсказки-ключи, ненавязчиво воссоздающие атмосферу проникновения японской культуры в ритм европейской жизни. Некоторые аллюзии имеют едва уловимую связь с традициями и нравами, выполнены легко и изящно, как само собой разумеющее. Другие – более явные, но, как правило, на контрасте или в гротескной форме. В задорном эстрадном певце Томи несложно угадать синигами – бога смерти. Как и в «Тёмном дворецком», он собирает души умерших, но здесь он влюблён и оттого может быть то весёлым и забавным, то очень хитрым и таинственно злым, переменчивым как кицунэ. А злоключения сержанта Зольтана, пристально расследующего цепочку смертей и следящего за Лизой, заставляют вспомнить сюжет фильма Франсиса Вебера «Невезучие», но с налётом причудливости Жёне и немного чёрным юмором. По-эстетски, прямо в духе Кобаяси, брызнет кровь во время трахеотомии при попытке спасти одного из незадачливых ухажёров, а в другом эпизоде она упадёт романтичной капелькой на щёку. Проявится алым пятном на белой марлевой повязке на голове невезучего Зольтана, как будто предсказывая, что вся его оставшаяся жизнь накрепко связана со страной Восходящего Солнца и он обречён вечно ходить в воротнике Шанца. Фильм балансирует между явью и сном, прозой и лирическими грёзами. И на этой зыбкой грани, когда в вишнёвом саду вместе с лепестками рассыпаются в прах иллюзии, а с ними медленно и небольно начинает уходить жизнь, только настоящий герой сможет под ритмы финского «Замороженного дождя» прорваться через режиссёрское слоу-мо со многими преградами ради той, кому внезапно негромко скажет: «Охайо:гозаимас», – такое нежное и интимное, что заменяет любое признание в любви. А из цветника на балконе теперь уже два червячка-многоножки попытаются проникнуть в человеческий мир и, невидимая вездесущая лисичка спрячет свой хвостик, но… он появится снова – потому что кицунэ не могут не озорничать и для любимого могут даже спеть финскую полечку… Такая вот история. Ну, а если все это – неправда, зачем тогда снятся сны?!

Молодой режиссёр представил проект “Лизы-лисы” ещё в ходе каннской программы Cinefondation Atelier – 2010, но реализовать его получилось только через четыре года хождения по мукам. Этот длительный процесс, несмотря на полученные в итоге солидные дивиденды в виде победы на Fantasporto – 2015, Мадриде и Сиэтле, на самом деле сыграл не лучшую роль для целостности структуры картины. Изначальная игривая комедия разрослась до фантастического водевиля с элементами бурлескного детектива, японского мюзикла, черного юмора и буквально десяти секунд неслабого хоррора. Видимо, за четыре года производства у Мешароса было огромное количество больших идей и много мелких озарений, которые он все постарался вместить в девяностоминутный хронометраж, так что в итоге прямая фабула оригинальной театральной пьесы про загадочные смерти, сопровождающие обычную неприметную девушку, обросла столькими внешними слоями, что трудно отыскать основную мысль. Свой опыт работы режиссёром рекламных роликов в Японии, Кароль использовал для обрамления фильма в традиционные для этой страны цвета, костюмы и мифы. Оттуда же пришла поп-музыка шестидесятых, большим поклонником которой является автор фильма. Примерами для подражания из мира кино были картины Бунюэля и особенно Жана-Пьера Жене, персонажи которого волшебным образом заговорили на венгерском языке, но остались такими же “не от мира сего” гражданами своей собственной чудаковатой вселенной. Параллели с фильмом “Амели” и “Деликатесы” прослеживаются очень чётко и далеко не в пользу картины Мешароса. Стоит упомянуть также два главных места действия картины – многоквартирный дом с высокими “сталинскими” потолками, где происходят все убийства, и бургер-кафе неподалёку, где эти убийства зарождаются. События “Лизы-лисы” разворачиваются в 70-е годы прошлого столетия, на лицо экономический и политический застой, но с запада уже пробиваются первые ростки капитализма в виде буржуазных журналов и первых заведений фастфуда. Если перефразировать известную поговорку в духе данной картины, то получится приблизительно следующее: что толстому американцу хорошо, то венгру смерть. Напоследок о главной драгоценности фильма: Моника Бальшаи. Венгерская актриса, известная ранее исключительно у себя на родине, замечательно вписалась в эклектичную структуру фильма, что также было отмечено призом лучшей актрисе Fantasporto. Мешарос признавался позднее, что многие эпизоды “Лизы-лисы” родились уже на съёмочной площадке в ходе репетиций с артисткой, которая практически в одиночку вытягивала этот фильм, примеряя на себя образы робкой провинциальной девственницы, загадочной японской колдуньи, главной подозреваемой в серии жестоких убийств и возлюбленной Ангела смерти.

Романтическая музыкальная комедия с элементами абсурда и черного юмора... Главная героиня - Лиза, милая и мечтательная девушка, любительница японских романов и грезящая о любви, чьим единственным другом является призрак японской поп-звезды Томми Тани, который ревнует ее ко всем ухажерам. Перед нами дебютный полнометражный фильм венгерского режиссера Карой Уй Месароша, снятый с огромной фантазией, который получился ярким и красочным, сказочным и стильным, атмосферным и очень музыкальным, с интересным и оригинальным сюжетом, колоритными и запоминающимися персонажами напоминающий одновременно 'Амели' и 'Деликатесы', бессмертные творения Жене и Каро. Фильм сочетает в себе множество разных жанров: романтическая комедия с элементами мюзикла, детектив, а скорее пародия на него с элементами абсурда и черного юмора, плюс ретро стилизация под 50-60 года, с восточным колоритом и фольклором, вот такой получился коктейль, который нужно принимать осторожно и только истинным кино-гурманам, мешать но не взбалтывать... Также стоит отметить милую и очаровательную актрису, сыгравшую главную роль - Моника Бальшаи и ее киношное перевоплощение на экране, которая за фильм примеряет на себя несколько совершенно разных образов и наблюдать за этим было одно удовольствие и еще запоминающееся яркое музыкальное сопровождение, влияющее на настроение и атмосферу фильма. Рекомендую к просмотру.

Венгры сняли фильм в стиле «Амели наоборот». Хороша девушка Лиза в честь своего 30-летия решает встретить судьбу с открытыми объятьями. На ее свет тут же начинают лететь мотыльками мужчины. И погибают один за другим. Если бы Лиза читала европейские книжки, она бы узнала в себе черты Трикстера. Но девушка, в силу обстоятельств, увлекалась японскими сказками, а потому рассмотрела в себе черты Кицунэ – лисы-оборотня. Теперь, кто влюбится в нее – обречен! Японцы верят, что Кицунэ – прекрасные обманщицы, которые своими чарами отправляют мужчин на тот свет. В группе риска - чрезмерно гордых самураи, жадные торговцы и даже простые хвастуны. Все эти персонажи появятся на пути Лизы с избытком. И даже сам Ангел Смерти, или кто-то на него подобный, очаруется венгерской Кицунэ. Одним словом, - интрига! История, наполненная черным юмором, тонкой иронией и высокой романтикой могла бы стать национальным шедевром. Вроде, в ней всё на своих местах: главная героиня из народа, забавные и колоритные второстепенные персонажи, отважный рыцарь (правда, без коня) и даже суровый налет мистики. Но нет между отдельными фрагментами того секретного сплава, который переводит забавное кино в культовый разряд. Жан-Пьер Жене секретную формулу знает. Карой Уй Месарош – нет. Кстати, есть два главных типа Кицунэ: Мойобу - считается доброжелательным духом, Ногицунэ - злонамеренным существом. Но чтобы Лизе разобраться в тонкостях, ей понадобился бы мастер Йода. 7 из 10

Про нераскупоренность любви писал ещё Саша Чёрный в повести «Первое знакомство». Вот так: «Сентиментальность? Скорее, я думаю, любовь; большие её запасы остаются в городе нераскупоренными, а тут за день столько простого и ясного увидишь, - того, к чему все пути уже закрыты, - что невольно раскупориваешься и выходишь из берегов». Когда любовь не находит выхода, когда она замкнута в четырёх стенах и глупых романах, она превращается в сентиментальный призрак смерти. В Томми Тани, японского поп-певца, который давно уже умер. Если ты ищешь любовь в его песнях, в поваренных книгах для извращенцев и обжор, в модных журналах и телерекламе, то окажешься в лапах древнего глупого проклятия, которое неизвестно даже, существует ли. Когда не замечаешь беззаветно влюблённую в тебя родственную душу, а крутишь хвостом в поисках каких-то приключений и знакомств, то становишься лёгкой добычей смерти, и вокруг всё превращается в руины, и сакура превращается в пепел. Любовь – страшная сила, она может убивать, если с ней неверно и неосторожно обращаться. То же самое, если ты ищешь от женщины только лёгкого развлечения или вкусной еды, тебя сдует с крыши призрак Томми Тано. Победить смерть можно только искренним и глубоким чувством, обоюдным. Проклятие можно снять, если в лису влюбится отважный человек и если она ответит ему взаимностью. И тогда станет свет и путешествие в Японию. Совершенно потрясающее кино, волшебный саундтрек и очаровательная Моника Бальшаи.