Орудия

В последние годы всё чаще говорят о том, что жанр хоррора снова возвращается на территорию серьёзного кино. Когда-то он превратился в жанр дешёвых эффектов и простых попыток напугать зрителя. Но сегодня благодаря новым авторам хоррор снова стал пространством для экспериментов. Один из таких режиссёров — Зак Креггер. Его предыдущий фильм «Варвар» запомнился неожиданными поворотами, а новая работа — «Орудия» — выглядит ещё более сложной и амбициозной. Начало фильма очень простое, но эта простота сразу приобретает тревожный оттенок. В небольшом городке Мейброк в Пенсильвании однажды ночью, ровно в 2:17, семнадцать учеников третьего класса просыпаются, выходят из своих домов и исчезают в темноте. Самое странное — все они учатся в одном классе. Только один мальчик, Алекс, на следующий день приходит в школу. Остальные же исчезают бесследно. Фильм постепенно разворачивается вокруг этой тайны. Город охватывает паника, родители приходят в ярость, и появляется необходимость найти виновного. Самой удобной мишенью становится учительница Джастин. Джулия Гарнер играет эту роль очень убедительно: её героиня одновременно и человек, переживающий трагедию, и тот, на кого обрушивается давление общества. Разгневанного отца играет Джош Бролин, полицейского — Олден Эренрайк, а директора школы — Бенедикт Вонг. Каждый из них раскрывает свою сторону этой истории. Особенно мне понравилось, как построено повествование. Режиссёр не рассказывает историю линейно — он постоянно переключается между точками зрения разных персонажей. Иногда одна и та же сцена показывается снова, но уже под другим углом. В итоге фильм напоминает пазл, который постепенно складывается. Зритель вынужден сам соединять его части. Атмосфера тоже сделана очень удачно. Особенно тревожно выглядит сцена, где дети бегут по тёмным улицам с раскинутыми руками. Это не обычный jump-scare, а образ, который надолго остаётся в памяти. На протяжении всего фильма страх рождается не столько из громких эффектов, сколько из странного, тревожного настроения. Интересно и то, что сам Зак Креггер не хочет давать фильму однозначную интерпретацию. В одном из интервью он сказал: если режиссёру приходится объяснять зрителям, что означает его фильм, значит он не до конца справился со своей задачей. По мнению Креггера, фильм должен говорить сам за себя, а каждый зритель может найти в нём собственный смысл. В этом смысле «Орудия» — не просто мистический хоррор, но и фильм о обществе. После исчезновения детей в городке сразу начинается поиск виновного. Паника, конспирологические теории и коллективный гнев быстро настраивают людей друг против друга. Фильм очень точно показывает менталитет «охоты на ведьм» в современном обществе — привычку обвинять кого-то вместо того, чтобы попытаться понять проблему. При этом фильм не относится к себе чрезмерно серьёзно. В некоторых сценах появляется чёрный юмор, и этот контраст делает картину ещё интереснее. Особенно финал балансирует между хоррором и абсурдом, создавая странное, но запоминающееся настроение. На мой взгляд, главная сила «Орудия» — в его открытости для интерпретаций. Фильм не даёт чётких ответов на все вопросы. Это может раздражать некоторых зрителей, но лично для меня именно это делает его увлекательным. Даже после титров вы продолжаете размышлять о том, что только что увидели. В итоге «Орудия» — это не просто страшный фильм. Это странный и любопытный эксперимент, в котором смешиваются тайна, социальная аллегория и чёрный юмор. На мой взгляд, это один из самых интересных хорроров последних лет. 7 из 10

В этот раз у Зака Креггера получилось. Его прошлый фильм Варвар был убогой претенциозной недокомедией-недохоррором с дешевым социальным подтекстом про уязвимость женщин там, первое десятое... И тут спустя 3 года Креггер снимает Орудия. О нем я узнал в одном из телеграм-каналов, где вовсю орали про 'шедевр года', 'хоррор века' и т.д. На тот момент я не знал, что Орудия снял именно он. Сам фильм я отложил, поскольку знаю цену этим вашим 'хоррорам и прорывам десятилетия'. Наконец дошли руки до Орудий и да, должен признать, фильм потрясающий, но есть одна проблема - фильм становится потрясающим в последние 30 минут. У Орудий есть три фундаментальные проблемы, которые не дали ему стать действительно шедевром. Первая проблема - фильм повествуется от лиц целых шести (!) персонажей, трое из которых - просто адовые филлеры. Большая часть хронометража потрачена на кучу болтологии, копания в личной жизни героев, которая вообще не нужна, а также тупой пустой беготни. И даже здесь Креггер не удержался всунуть элементы тупой комедийщины, особенно в сегменте с торчком. Но самое главное - из-за этого фильм сильно проседает в динамике. Вместо нормального подхода - рассказать историю от лица одного, край - двух персонажей - автор зачем-то засовывает в далеко не самую изобретательную и далеко не самую сложную историю 6 героев, от лица каждого из которых мы по сути смотрим на одни и те же события, просто с разных ракурсов. Да, можно было бы сказать, что это делает историю объемной и позволяет закрыть все возможные сюжетные дыры, но повторюсь, история сама по себе очень простая и не нуждается в таком повествовании, а что до сюжетных дыр... ох, вы даже себе не представляете, какая здесь беда с этими дырами. Вторая проблема - у фильма очень много непростительных сюжетных дыр. Еще раз - их прям очень много. Причем это не просто жанровые условности или мелкие косяки, на которые можно было бы закрыть глаза, а прям жесткие косяки. Рассказывать о них я не буду, потому что тогда получатся спойлеры, но обозначу лишь то, что ни в одном фильме в истории человечества американских полицейских не показывали как самых бесполезных и безмозглых существ так, как в Орудиях. Суть фильма в чем: в каком-то американском городке ночью из домов в одно время выбегают 17 детей и уходят в неизвестном направлении. И тут хоть стой, хоть падай. Насколько же ничтожно полиция провела расследование, особенно с учетом того, что весь город буквально напичкан камерами наблюдения, с которых видно, как дети убегают. Найти закономерности, вычислить и построить маршруты? Не, не слышали. Да, в одном из диалогов между персонажами Креггер прям отмечает момент про бесполезности полиции, и если это такая сатира или критика чего-то, то дааа, очень глубоко и злободневно, у меня прям IQ сейчас, пока я эти строки пишу, увеличивается на порядки. Третья проблема - большая часть фильма бесполезна. Об этом уже я писал выше, но еще раз обозначу, что почти весь фильм по сути пустой. Иногда я себя спрашивал: 'А я точно Орудия смотрю, а не экранизацию Клуба романтики'? Почти час фильм потрачен впустую, где-то прям видно, что авторы намеренно растягивают хронометраж, хотя можно было за полтора часа уложиться. Причем кроме дешевой третьесортной комедии Креггер еще кучу какого-то претенциозного мусора понасовывал и дешевой второсортной социальщины. Ну бог с ним, жить можно. Я почитал на форумах и всяких ресурсах анализ сюжета, как обычно, ничего интересного, очередное переливание из пустого в порожнее из разряда 'мы живем в обществе'. Прикиньте, ребята, оказывается, люди не супергерои, у них есть свои слабости и пороки. Ну кто бы мог подумать? То, что эти самые слабости и делают нас людьми, Креггеру как-то в голову не приходит, поэтому делать такие посылы - проявление какого-то прям адового высокомерия. Видимо, здесь автор чисто свои уже личные проблемы пытается замазать, о чем сам Креггер в интервью прямо говорил. И ладно бы автор действительно поднял серьезные системные проблемы, существующие в Америке, но Креггер уже второй раз подряд демонстрирует дискурс на уровне пабликов по типу 'Мысли Джокера' или что-то в таком роде. Смешно, но в перезапуске 'Техасской резни бензопилой' авторы лучше отработали социалку, чем это делает Креггер. По-настоящему фильм раскручивается на второй половине, а его самая лучшая часть начинается вообще за полчаса до конца фильма. Именно в этих полчасах есть экшн, саспенс и откровенная жесть, а тебе как зрителю становится некомфортно и даже страшно. Ну видно же, что Креггер талантище и может делать круто. Но почему же он сам своими руками портит свои творения? Иронично, что в Варваре было все диаметрально наоборот: первые полчаса были лучшими, а дальше пошел арт-хаусный шлак. Интересно, автор это намеренно делает? Может, это постирония какая-то? Видимо, во время съемок Орудий Креггеру прям ну сильно чесалось колупать, колупать и колупать пороки общества, а потом Креггер такой 'А, да, у нас же еще сюжет есть!', а потом спустя время 'Ой, мы же хоррор снимаем!' Финальный сегмент фильма вытягивает на себе все серьезные проблемы, которых полным полно в Орудиях, и поэтому от меня фильм получает зеленую рецензию. Стоит ли смотреть этот фильм? Да, я рекомендую его к просмотру. Тот редчайший случай, когда ради финала можно выдержать кучу филлерных унылых сегментов, дешевой социальщины про плохое общество и второсортной арт-хаусной шелухи.

«Орудия» — редкий хоррор, к которому сложно придраться с точки зрения логики. Я обычно довольно внимательно смотрю ужастики именно в этом плане, и здесь почти всё выстроено очень разумно. Повествование последовательное, реакции персонажей выглядят правдоподобно, и в целом легко поверить, что в подобной ситуации люди вели бы себя именно так. Особенно хорошо работает линия с подозрениями. Взрослый персонаж сразу оказывается под ударом, тогда как ребёнок фактически выпадает из зоны внимания — просто потому, что к детям по умолчанию относятся как к невиновным. Этот момент выглядит жизненно и очень точно подмечен. Вопросы остаются разве что к мотивации главного злодея. В целом несложно догадаться, зачем ему всё это нужно и за счёт чего он существует, но напрямую фильм это не проговаривает. Возможно, это сделано специально, чтобы оставить часть загадки зрителю, хотя один дополнительный штрих здесь бы не помешал. Есть и привычный для жанра момент, когда персонажам явно не хватает нормального разговора друг с другом. Некоторые события могли бы пойти иначе, если бы герои чаще делились информацией, но это скорее жанровая условность, чем реальный минус. В остальном фильм работает очень уверенно. Сюжет оригинальный, такого сетапа раньше не припоминается, антагонист выглядит действительно стрёмно, уровень жестокости выдержан, а актёрский состав подобран удачно — знакомые лица здесь скорее помогают, чем отвлекают. В итоге «Орудия» оставляют цельное и сильное впечатление. Это хоррор, который не разваливается ни по логике, ни по структуре, и при этом удерживает внимание до самого финала. Фильм смело можно оценивать высоко — он явно выделяется на фоне большинства жанровых новинок.

Закадровый шёпот неизвестной девочки говорит: «Это была реальная история…» Обычно именно так начинаются пересказы леденящих душу ужастиков у костра в детском лагере. И это идеальное начало для «Орудий». Потому что перед нами кино, которое формально укладывается в жанр хоррора, но на деле живёт по законам сказки. Странной, неровной, местами пугающей, а местами почти смешной. Именно такой должна быть хорошая страшилка, рассказанная не для логики, а для эффекта. По законам жанра, в одном городе бесследно пропадают дети. Так в городе появляется зло. И вот есть ведьма, есть колдовство и есть взрослые, которые пытаются найти детей. Правда, по-настоящему адекватных взрослых всего двое, остальной мир ведёт себя так, будто ничего необычного не происходит. В общем, сказка. Если пытаться воспринимать сюжет буквально, карточный домик разваливается за секунды. Почему 'ведьма' не может просто избавиться от героев? Почему заколдованные дети опаснее взрослых? Почему большинство персонажей словно выключены из происходящего? Ответ один — потому что это сказка. Не логическая конструкция, а архетипический пересказ. Правила здесь подчиняются не здравому смыслу, а внутреннему ощущению угрозы и справедливости. «Орудия» — мрачный, но удивительно не страшный фильм. По крайней мере, в привычном хоррор-смысле. Да, здесь есть сцены с расчленёнкой, но сами моменты, когда зло пытается навредить хорошим людям, чаще выглядят неловко, чем жутко. Местные «зомби» не особенно сообразительные, не кусаются и не хватаются за ножи. Они скорее напоминают плохо придуманный детский кошмар, чем реальную угрозу. В фильме вообще хватает почти откровенно смешных эпизодов: мультяшный саундтрек, придурковатый наркоман, нелепые погони, в которых зло косплеит Наруто. Всё это будто напоминает, что перед нами не «реальная история» (ага), а пересказ ребёнка, который старается напугать сверстников, не слишком заботясь о правдоподобии. Визуально «Орудия» выглядят приятно, но без претензии на изыск. Сочная картинка, аккуратная работа со светом, ползучая камера, которая иногда резко меняет планы, и бегущая камера в экшн-сценах. Ничего лишнего и ничего показного — форма здесь не кричит, но и не расползается. Ещё до просмотра я знал, что фильм наделал шума, в том числе из-за вопроса: «Что это вообще было?» Уже после я наткнулся на тексты, где каждую деталь старательно объясняют через травмы режиссёра и культурный код. И здесь хочется притормозить. Для меня это тот редкий случай, когда постмодернистский анализ делает кино сухим. В «Орудиях» стрёмный колокольчик должен оставаться просто стрёмным колокольчиком. Не потому, что в нём нет смысла, а потому что иногда важнее чувствовать, чем расшифровывать. Этот фильм работает на уровне интонации, а не схемы. А по-другому он банально не работает, потому что не выдерживает анализа (слишком много странного). Он просит ему довериться. Именно поэтому для меня ключ к фильму — закадровый голос девочки. Он соединяет нелогичность, комизм и жестокость в единое целое. С этим голосом история перестаёт быть странным хоррором и превращается в назидательную сказку — такую, какие дети рассказывают друг другу, путая детали, преувеличивая угрозу и оставляя взрослых на периферии кадра. В этой рамке всё встаёт на свои места. И нелепость. И условность. И даже странная мягкость зла. В итоге «Орудия» — это очень нелогичный ужастик, но вполне логичная сказка. С самым простым и самым важным посылом: взрослые должны быть внимательнее к детям. Не героичнее и не смелее. Просто внимательнее. Ведь этот фильм оставляет после себя не страх, а тревожное послевкусие. Не от монстров и ведьм, а от мысли, как легко дети остаются наедине со злом, пока взрослые заняты чем-то другим. И, пожалуй, именно это делает фильм по-настоящему неприятным. В хорошем смысле. 7,5 из 10

Фильм рассказывает историю неожиданного исчезновения 17 из 18 детей, все из одного класса средней школы. Дети одновременно встали из своих кроватей ровно в 2:17 и выбежали из дома, таинственно исчезнув в ночи. В маленьком городке, событие вызвало переполох, но поиски ничего не дали и скорбящие родители, пройдя стадию отрицания и гнева, подходят к стадии депрессии и принятия. Картина разделена на несколько глав, в каждой из которых, история фокусируется на одном из героев, связанных с основной историей: школьная учительница, у которой пропал класс; скорбящий отец; полицейский; бездомный наркоман; директор школы и наконец, единственный мальчик, который не исчез. Каждая из этих глав что-то добавит к истории, приблизив понимание того, что произошло с детьми. Фильм использует модный в этом году прием повторяющийся временной петли ('Дом из динамита', 'Уничтожь их'), когда один и тот же период времени прокручивается от лица разных людей. С каждым новым витком, мы возвращаемся в начальную точку времени, но при этом узнаем немного больше про уже известные события, и это двигает сюжет линейно. Кажущиеся разрозненными события прошлого таким образом сплетаются в настоящем, чтобы сложить паззл и обнажить нерв этой мистической истории. Хотя в картине поднимается сразу несколько тем, интересных для анализа, они, кажется, намеренно размыты, чтобы оставить зрителю пространство для интерпретаций. Мистическую основу истории режиссер аккуратно вписывает в современные болевые точки общества. Например, читается отсылка к школьным шутинтам: не случайно в одном из снов появляется огромная автоматическая винтовка, плывущая, как дирижабль над домом, а сцена школьного мемориала с цветами и фотографиями пропавших детей выглядит пугающе узнаваемо для современных США, где подобные трагедии, увы, происходят регулярно. Есть также отсылка к темам зависимости. Часто возникающий на экране символ треугольника с вписанной фигурой напоминает эмблему общества анонимных алкоголиков, да и полицейский в фильме имеет историю борьбы с этой зависимостью и отчаянно пытается не сорваться в алкоштопор. Одна из глав фильма посвящена молодому парню - бездомному наркоману. Мы видим неглупого парня, чья зависимость диктует его поведение, но которая еще не разрушила его личность. В этом чувствуется гуманистический взгляд режиссёра: зависимость показана не как 'порок', а как ловушка. В целом мотив зависимости можно прочитать и шире - как метафору состояния некоторых персонажей, которые впадают в оцепенение как будто зависимость лишила их рассудка. Стоит также отметить отличный темп фильма, поддержанный уверенной режиссурой и операторской работой. Чередуя крупные планы с неожиданными ракурсами, фильм создает пространство для любопытства, затем тревожного ожидания и в итоге глубоко затягивает зрителя в свою историю. Актеры тоже на высоте. Джулия Гарнер отлично сыграла неуверенную в себе учительницу, к которой внезапно оказывается приковано внимание всего маленького городка. Из-за отсутствия хоть какого-то понимания, что случилось с детьми, на неё обрушивается гнев родителей: они уверены, что она что-то знает, а она тщетно пытается выдержать это давление. В этом образе хорошо раскрывается тема поиска виноватого в момент, когда люди растеряны и не знают причин происходящих трагических событий. Джош Бролин запомнился ролью отца, за мнимой брутальностью которого скрывается ранимый родитель. А самый яркий образ достался тётушке Глэдис (Эми Мэдиган), которая вначале появляется как смешной и забавный клоун, а к концу становится пугающе невозмутимой. Такая смена масок впечатывается в память: нечто похожее работало и с Хитом Леджером в роли Джокера. Отмечая яркий образ, созданный актрисой, её номинировали на Оскар за эту роль. Во втором своём фильме Заку Креггеру удалось закрепить успех дебютной картины ('Варвар'). Кажется становится понятней каким режиссером он хочет себя видеть. Креггер не предлагает зрителю комфортную для просмотра историю. Напротив, он исследует сознательные и бессознательные тревоги общества, не боясь выходить за рамки социальных табу и заходить на территории за пределами привычной социальной реальности. Тем самым он напоминает, насколько хрупким может оказаться кажущееся устойчивым мироустройство повседневной жизни человека. 7+ из 10 PS Поза, в которой дети бегут в момент перед их исчезновением (с руками, вытянутыми в стороны), родилась из образа пожалуй самой известной фотографии войны во Вьетнаме «Napalm Girl».

Приятно жуткий и интересный хоррор представил нам начинающий актёр Зак Креггер на поприще постановщика. Жутко представленная история завораживает своей тайной и погружает нас в маленький городок Мэйбрук, где однажды ночью пропали школьники. Просто среди ночи дети ушли. Впечатляет, что события зритель видит через разные истории главных героев. Это построение повествования позволяет постепенно разгадывать страшную трагедию по нарастающей система триллера. Очень умелый ход, который выделяет данный фильм в своём жанре. Тарантиновский стиль Зак Креггер умело использует для глубины персонажей, разделяя картину на главы. Первая история от имени учительницы Джастин, которая первой обнаружила пропажу детей, придя утром на урок. Нас погружают в шок и подозрения. Режиссёр буквально помещает зрителя в страхи Джастин, чтобы оценить масштаб надвигающейся угрозы. Сама учительница особой симпатии не вызывает, но её поступки обусловлены травлей и недоверием. Какого родителям, чьи дети пропали, а последний свидетель – школьная учительница? Мы проходим этот путь от травли до слежки и подозрений, чтобы проследить за единственной зацепкой этой странной истории, которая приводит к неожиданности. Вторая история следует от лица одного из родителей. Арчер – отец, убитый горем. Режиссёр снова разбирает ту роковую ночь и последствия, только мы уже следим за всем глазами Арчера. Удивительно сюжет подмечает те детали, на которые сразу не обращаешь внимания. Трагедия со стороны жертвы носит собирательный образ всех родителей, показывая, что странное происшествие не может быть спонтанным. Здесь есть какая-то тайна, какая-то закономерность. События объединяет персонажей, чтобы показать страшный и опасный субъект. Вот, где триллер пересекается с ужасами. Причём, Зак Креггер не злоупотребляет эффектом трэша, мало-мальски подкидывает динамики, постепенно распутывая этот клубок тайны. Третья история следует от лица полицейского Пола, с которым мы уже знакомы. Тут и эффект встречи с Джастин, и последствия страшной ночи. Выжимают из персонажа все пороки, слабости. Перед нами не «белый рыцарь», готовый прийти на помощь, а всего лишь человек, который нарушает этические нормы, прикрываясь жетоном полицейского. Но его путь больше раскрывает для нас странностей этого места, снова приводя к определённому зданию. Тут режиссёр уже больше раскрывает общего секрета, приписывая сюжетные линии к одному большому информационному полю. Как нити паутины сходятся в гнезде членистоногого, так и истории персонажей сводятся к странному, жуткому объекту. Четвёртая история следует от лица маргинала Джеймса. Персонаж прекрасно соответствует своему образу, показывая недоверие со стороны окружающих, со стороны зрителя, чтобы именно с его помощью «зайти за запретную линию» тайны. Умелый ход с точки зрения ответов на главный вопрос. Где же дети? Именно через линию наркомана Джеймса зритель узнаёт больше, чем от стараний отца Арчера. Режиссёр показывает, что даже самые страшные тайны могут быть упущены зависимыми лицами, которых беспокоит только собственное удовлетворение. Это великолепный приём режиссёра – дать зрителю наконец-таки немного разгадки и ответ на вопрос: «где?», но поместить всё в сюжет весьма опасного парня. Пятая история школьного директора, который ответственен перед родителями, перед учителем. Директор Маркус уже появлялся ранее, причём он уже дал нам почву для размышления, а зритель, зная развязку, впитывает его приключения. Повествование добавляет дополнительный элемент, подводя нас к ответу на второй вопрос: «как?». Режиссёр вводит новое лицо (ужасающий кадр разлетелся по интернету ещё во время премьеры фильма), чтобы заинтриговать странностью и подвести зрителя к разгадке. Это было блестяще, причём сюжет подходит к классической истории антагониста плавно, параллельно. Зритель уже собирает весь паззл. Но ответы на главные вопросы рождают новые: «для чего?». Как никто не заметил? Очевидные вещи слежения играют роль типичного американского, довольно богатого общества. Именно наличие частных домов разрушает мистику для отечественных зрителей. Если бы хотя бы некоторые герои жили в «хрущёвках», то трагедию кто-либо из соседей заметил. Большой квартал, окна домов которых выходят на главную улицу. Хоть вечером, хоть ночью, хоть днём – странное поведение бы было заметно. Но это предрассудки, ведь у Зака Креггера вышел отличный саспенс. Шестая история – кульминация. Мы рассматривает происшествие с единственным персонажем, который обо всём знал, который был соучастником. Режиссёр показал его запуганным, марионеткой в руках зла. Здесь большую роль играет любовь к семье, к жертвенности. Поэтому и манипуляция выглядит очевидной. Ты понимаешь его, не смотря на страх и ужас. Великолепно сочетаются в итоге все главы истории, раскрывая жуткое, местами комичное, завершение. Но к антагонисту имеется ряд вопросов, так как экспозиции не было. Поэтому Зак Креггер планирует снять приквел «Глэдис», чтобы дать зрителям некоторые ответы. Разумеется, это будет только после того, как постановщик выпустит перезапуск «Обители зла».

Наш 2025 год фильмов ужасов, боди-хорроров и хоррор-триллеров подходит к концу, но по итогам Кинопоиска видим, что Креггер собрал неплохие рейтинги. Но почему же? Жанр претерпевает огромное количество изменений, которые наглядно показывают – что ужас, это не только пугающая картинка и зловещий звук, а сюрреализм, который создает внутри каждого зрителя состояние беспокойства и страха. Эта тенденция отчетливо прослеживается в фильмах Ари Астера – “Солнцестояние” (2019 г. в.); “Реинкарнация” (2018 г. в.) и др. В отличии от Астера, Креггер решил дать зрителю раскрытие многочисленных проблем, и именно этим взял и привлек внимание зрителя. Он не пошел по пути, где зрителя заставляют ждать страха и адреналина, он выбрал путь – где зритель сам пытается решить страшную загадку. Большая часть современных зрителей не привыкли линейно смотреть на одну ситуацию (в нашем случае – пропажа детей) более часа, а Креггер заставил их пересмотреть эту ситуацию с трех, а то и более сторон. Замечательный инструмент современного поколения режиссеров хорроров. Каждый человек по мере развития интеллекта и сознания сталкивается с бесчисленным количеством различных ужасов в своей жизни, но Креггер – не взял классикой, Креггер – взял современной жизнью и опытом, чтобы достучаться до зрителя. А что самое важное – смог уместить все в ленту двух часов. В его работе четко отслеживается раскрытие проблем во взаимоотношениях: ученик – учитель, подчиненный – начальник, коп – преступник, любовник – любовница, сын – родитель, публика – выступающий, виновник – жертва. Внутри каждой связки существует определенное метафорическое “орудие”, которым Креггер пытается объяснить внутреннее самочувствие каждого из героев в невероятно тонкой последовательности и диктовке. Чем-то хорошо и структурно напоминает фильм Грега Маркса “11:14”, где неизвестное раскрывается в нелинейном повествовании. Так и в фильме “Орудия” – нелинейность повествования порождает в зрителе неосознанный страх неизвестного, усиливающийся символизмом, элементами боди-хоррора и другими ярко-выраженными социальными проблемами. Резюмируя, формула успеха состоит из многослойности, интеллектуальной нагрузки, крипоты, отсылкам к предшественникам, долгосрочного интереса. Это все обеспечивает этому фильму неплохие оценки. И мою оценку в том числе. 9 из 10

Перед нами эффектный пазл, который собирают семь персонажей – семь участников зловещих событий, произошедших в то теплое лето в маленьком американском городке (а где же еще?): девчонка-рассказчица, затравленная училка, бешеный папаша, коп-неудачник, нарик в поисках дозы, директор школы и уцелевший мальчик. Каждый держит в руках кусочек головоломки. Фильм раскладывает историю на главы, меняя фокус с одного на другого, то отматывая назад, то прокручивая время вперед, чтобы показать одни и те же события под новым углом. Общая картина складывается, только когда каждый выложит свои детали на стол. Картина развлекательная, при этом имеет интенцию серьезного социального высказывания, предлагая закадрово (посредством интервью режиссера) или символически (всяческие висящие ружья) зрителю ворох тем для размышления и рефлексии. Чего тут только нет: и вечный ужас перед зловещими клоунами и еще более зловещей старостью; рассказ о старости, заедающей молодость, и вынужденном взрослении, когда ребенок из-за немощи родителей меняется с ними ролями; и размышление о том, как подчиняющая мозг субстанция – алкоголь ли, наркотики или колдовство – способна превратить человека в зомби, в жалкое подобие себя былого, способного на любое зло. Также поднимаются темы школьных трагедий, травли, проблемы отцов и детей, канселлинга – охоты на ведьм XXI века. Картина балансирует на стыке жанров: черная комедия, детектив с нотками мистики, хоррор в духе «Пункта назначения» – та же атмосфера неотвратимости и при этом нелепости, комичности ужасного, смерти, когда за героем охотится не маньяк с топором, а древняя иррациональная сила. Есть что-то общее и с сериалом «Фарго» с его юмором, эффектом комичности, порождаемым нелепостью всего: персонажей, сюжета, убийств, убийц, диалогов, характеров. Также на ум приходят «Очень странные дела», развернутое сравнение с которыми невозможно без спойлеров. Нельзя не отметить также сходство с легендой о Крысолове. Креггер берет известную сюжетную рамку и наполняет ее другим содержанием, смещая акценты под жанровые ожидания. Он превращает сказку в полифоничный, иногда пугающий ребус, где легенда о гаммельнском дудочнике лишь один из слоев. Мультижанровость, структура, саундтрек – вот главные достоинства картины. Преподносимые зрителю глубинные смыслы, символизм чего только не, начиная от упомянутого уже ружья, заканчивая сочетанием цифр и геометрических фигур (древними символами, приобретшими уже в силу культурного опыта человечества весьма обширные смыслы), не превращают, на мой взгляд, этот развлекательный фильм в постмодернистское высказывание, оставляя его, несмотря на все старания режиссера, хорошо сделанным аттракционом. И это тоже неплохо – ведь иногда же нужно развлекаться.