Энтропия

Начну с того, что я обожаю смотреть безбюджетные любительские поделки от никому не известных авторов. Пожалуй главная ошибка большинства таких творцов, то, что, начитавшись книжек, стырив цитаты отовсюду, сформулировав теории, они на деле показывают страшное желание загрузить зрителя так называемой необычайной «гениальностью и неповторимостью» своего произведения. А фильм Энтропия в свою очередь старательно высмеивает такого рода 'шедевры'. Даже название говорящее, ведь в теории художественного творчества термин «энтропия» иногда используют в качестве синонима изначальной творческой энергии, воплощающейся в произведениях искусства, иначе — неизменное, абсолютное начало творчества. Вот и киноэнтропия выполнена в сугубо любительском стиле - при том, что в создании участвовали не самые последние люди от искусства. Честное слово - если бы в кадре засветился бы какой-нибудь Бондарчук, валяющийся пьяный в стельку под забором - фильм стал бы только забавнее. А на деле, кино оказалось на редкость бестолковое. И это - даже плюс. Все, кто пытались думать во время фильма получили по заслугам - фильм не для пытающихся найти логику и красоту в этом мире. И не для эстетствующих интеллигентов - говорят герои в фильме также, как, судя по всему, говорят в жизни. Не особо люблю Собчак, но здесь всё в ней нормально, иронично и в тему. Было приятно увидеть Гай Германику. Евгения Цыганова мало и везде он отлично играет. Камера трясется, смонтировано из рук вон коряво, с кучей никуда не вписывающихся кадров. Те, кто когда-нибудь хотели снять фильм и даже пытались это сделать будут смеяться навзрыд. Печалит только, что под конец фильм пытается показать какую-никакую идею и даже притвориться драмой. А самая кульминационная сцена вызывает скорее чувство дежа вю, неопределенность и в итоге - отторжение. А так - получился бы отличный весёлый треш. Жаль только, что наш кинематограф и так не часто балует качественными работами, а предлагает это. Но за самоиронию спасибо. Всем Зелёного Слоника!

Эта трагикомедия рассказывает о том, как молодой режиссер, представитель так называемого арт-хаусного кино Илья и три актрисы- Гера, Паша и Мария едут на уже заранее выбранную натуру снимать кино про конец света. На первый взгляд они никогда туда не доедут и повествование будет строится по классическим законам роуд-муви. Однако по мере развития сюжета наши клише и стереотипы, вскормленные эстетикой классического кинематографа ломаются в пух и прах. Главные герои все-таки доезжают до места назначения и начинается сладкая для режиссера авторского кино и мучительная для актрис съемочный процесс... На первый взгляд это вполне документальный фильм, документация физической реальности. Мне лично он напомнил и итальянский неореализм, и вечно молодую французскую новую волну, ну и разумеется опыты Ларса фон Триера и Томаса Винтерберга, фильмы “Идиоты” и “Торжество” и их знаменитый манифест “Догма-95”, их эксперименты в области реализма в кино и достоверности преподнесения реальности на экране. Однако по мере нарастания фильм начинал уходить в какую-то запредельную плоскость. Все, что некогда казалось конкретным, обрастало мифичностью, архитепичностью. Ситуации, в которых оказывались герои, становились очень условными, доведенными до обобщения, в чем-то даже абстрагированными. Что ни кадр, то символ, аллюзия, наподобие мифологем и того вечного, что на протяжении веков приключается и все время повторяется с человечеством. Возникают смелые ассоциации и с библейскими притчами тоже. Саакян поместила своих героев в пограничную ситуацию. Дом, где они вели съемки- это и конкретный, и абстрактный символический образ. Они снимают кое-какие сцены, спорят по творческим вопросам, выключают камеру и...начинают каждый сам по себе или все вместе бродить по пустынной округе, где на первый взгляд ни слова, ни души. Обычные житейские разговоры сменяет обычная для бытия русского человека ругань, а сквозь эту словесную грязь проступает что-то совсем иное и все это переходит в другое качество- в глубокие философские размышления о смысле бытия. Но кто ищет, тот всегда найдет. В итоге этих мучительных и обременяющих странствий они, можно так сказать, натыкаются на простого русского парня Овоща, что называется из глубинки, из народа. Оказывается, он давний поклонник одной из актрис, Марии... Герои Саакян- это скучающая элита, метафора уставшего человеческого общества. Они потеряли духовные ориентиры, потеряли себя в бешеном круговороте и суете мегаполиса и теперь бредут по пустырям. Саакян очень точно вырисовывает нам образ нашего общества- общества потребления, где больше нет необходимости созидать. Все на готове, на блюдечке с голубой каемочкой, а только потреблять. И даже попытка того самого сакрального акта созидания- съемки фильма, никуда не приводят. Илья не способен создать что-либо стояще, потому что оборвалась та пуповина, которая некогда связывала кино, шире искусство, с жизнью и оно больше адекватно не реагирует на реалии жизни, а в итоге получается выкидыш то ли кино, то ли жизни, то ли человечества, как у одной из главной героинь фильма- Геры. Диагноз один: творческое бесплодие. Как любит повторять Питер Гринуей, “Кино умерло, да здравствует кино!..” Пока герои бесконечно ходили по пустырям, на ум пришли знаменитые фильмы сюрреалиста Луиса Бунюэля- “Ангел-истребитель”, “Скромное обаяние буржуазии”. Невозможно стереть из памяти гениальный финал этой картины, когда уставшие буржуа, которым так и не удалось пообедать, бредут по дороге в неизвестном направлении. А в самой “Энтропии” есть открытая цитата из другого фильма Бунюэля “Призрак свободы”- когда три актрисы за столом сидят на унитазах, как и в “Призраке” вещи поменяли свое предназначение- стулья заменили унитазы и наоборот. Вот вам и метафора уже сегодня разлагающегося общества потребления. Не зря я вспомнила Гринуэя. Ведь все эти вопросы на протяжении последних 50-и лет поднимали именно они- колоссы мирового кинематографа. Вспомним хотя бы фильмы “Повар, вор, его жена и ее любовник”, а также гениальную “Большую жратву” Марко Феррери. Однако к этому ракурсу, к этой плоскости прибавился еще один слой- это русский шоу-бизнес, гламур, тусовки, вся эта псевдо-богема...и вся это пустота, мучительное томление, взаимная скука, обременительные фальшивые искусственные взаимотношения, а в итоге- потребление “продукта” творчества этих звезд, как простого рыночного товара. Из искусства давно уже изгнали искусство... Да, “Энтропия”- это кино авангардное, как принято у нас, новаторское, экспериментальное. Как во времена дадаистов, во многом любопытное зрелище, своеобразный перформанс, где из честных попыток устроить провокацию, похулиганить и пошокировать в хорошем смысле слова вышел совсем другой смысл, другой посыл. Люблю, когда авангард становится классикой, и пренебрежительно отношусь к псевдо-классике, играющей в прогрессивный авангард. Что мне нравится в режиссере Саакян, так это то, что после авторского поэтического исповедального кинематографа она поделилась с нами этим своим оригинальным опусом, своеобразной шуткой. Это самоирония автора, смелый взгляд на саму себя со стороны и на свое место в культурной жизни общества. Ведь образ режиссера в фильме- это альтер эго самой Саакян, размышления на тему положения художника в современном мире. А также его гражданской позиции. Мария построила фильм, как единое цельное музыкальное произведение. К его концу понимаешь, как мастерски выстроена его архитектоника. Части органично взаимодействуют и гармонируют с целым и получается единое звучание. Мария смело экспериментирует с киноязыком. Поражает гармония формы и содержания. Смелый и оправданный поиск новаторской киновыразительности. Он наиболее полно намечает основные тенденции современного кино, совсем неоднозначного, довольно спорного. Фильм этот- один из лучших образцов постмодернизма в кино, особенно за счет умело использованных цитат. В фильме много от Пазолини. Начиная с эпизода, когда Илья хочет, чтобы его распяли на кресте. Это напоминает сцену из короткометражки “Овечий сыр”, кстати снятой режиссером именно на тему конца света в киноальманахе “РоГоПаГ”. Дальше идет “Теорема”, где повествуется о разлагающемся буржуазном обществе и молодом человеке, который служит катализатором к ускорению этого процесса, и в итоге герои либо сошли с ума, либо по уши погрязли в грехе, либо ушли в пустыню...Символ апокалипсиса. Ну и конечно же “Свинарник” (имеется ввиду скотоложство), “Сало или 120 дней Содома”...Эсхатологические притчи на тему уж очень модного сегодня конца света. В финале “Энтропии” все умирают, и только Овощ на руках уносит Марию далеко-далеко. Он, Мария и неродившийся ребенок Геры сидят на пустыре и купаются в лучах солнца. Метафизика или общество пережив апокалипсис все-таки встряхнулось, одумалось и возродилось?! Вот тут и перекличка с Пазолини. В финале “Теоремы” он показывет разложение, апокалипсис верхушки общества, которому он сопоставляет простого деревенского паренька, можно так выразиться, дурачка. Но именно он несет в себе то здоровое животворяющее начало, которое необходимо для возрождения человечества- струю свежей крови. Именно такой выход видит и Саакян. Она нашла эту концепцию по наитию, по интуиции. 10 из 10

Кто-то смотрит в лужу и видит грязь, а кто-то проплывающие в небе облака. Так и в этом киноэксперементе - любитель фильмов по тв скажет, что это стыд и срам, и таким только подтереться и выкинуть, но человек с более широкими взглядами в кино и глубиной разума больше зубочистки - увидит здесь вполне концептуальную и достаточно точную версию нашего российского общества в период распада. Чтобы раскрыть свою версию просмотра этой летописи, хочу вспомнить великого и ужасного Ларса Фон Триера и его столь же ужасающую работу 'Меланхолия'. Думаю вы помните чувство с которым выключали этот фильм - ощущение безысходности, отвращение перед неизбежным, чувство томления и страха к неизъяснимым фибрам из великого космоса. Так вот любой фильм строится именно на атмосфере, возможно это вообще самое главное, не столь важны 'дикаприо-гинзбург' и точенные речи с цитатами Достоевского, как важен шлейф или можно назвать это послевкусие. В Энтропии все это чувствуется с самого начала - мы видим героев, якобы не реальных в нашем мире, но проходит пара минут и утрированные образы навеивают ужас и отвращение потому что мы узнаем их, потому что они создают грязную и вроде бы нелепую историю, они играют в небылицу с глупыми речами и раздражают своей развязностью. Но давайте вспомним что мы видим по телевидению? В соц сетях? На обложках журналов? В сюжете сериала на первом? Не те же самые глупые лозунги или пошлые лица? По-моему, Саакян еще и не дожала до реализма! В мире творится не меньший абсурд чем истории наших героев, а главное мы играем в этот бред намного усерднее чем эти персонажи. И как раз то что вас смущает в этом фильме и есть то что откликается в ваших сердцах, ведь послевкусие останется и никуда не уйдет, лицо Геры и её собачки вполне себе реальны, эти импровизированные диалоги встретятся и на ваших тусовках, а нелепость с которой все заканчивается становиться вполне себе нормальной, если в нашем мире естественно детям покупать игрушку автомат. Фон Триер создавая догму 95 и не подозревал конечно что это может вылиться в такое, да еще и в России, но в этом и есть синхронизация искусства, эти необъятные границы мира кино, где правят гении чествующие правду через абсурд. Кто-то, конечно, увидит в этом фильме игры скучающей элиты, кто-то посмеется над пьяной Собчак, а кто-то даже сможет провести параллель к Пазолини, но я почувствовала глубокую печаль и стыд, за то что причастна ко всему грязному и больному в этом огромном мире. Остается лишь горько смеяться над новаторским зрелищем Саакян и честно принять что Коппола был прав -'Апокалипсис сегодня!'