Чайная церемония

Далекой и загадочной Окинаве, где до сих пор сильны древнеяпонские традиции, на протяжении нескольких веков довелось пройти нелегкий путь в истории: сначала был захват китайскими пиратами, потом пришли английские миссионеры, затем череда японских войн, далее последовала американская оккупация. В те послевоенные годы окинавцы утратили право распоряжаться своими земельными наделами, принудительно изъятыми под военные базы США. Именно об этом периоде повествует фильм Дэниэла Манна «Чайный домик августовской луны». Но речь в нем идет не о культурном влиянии американцев на местное население, а скорее, наоборот, о том, как стремление построить демократию американского образца в местной деревушке постепенно приводит капитана Фисби к глубокому и мудрому проникновению в японскую культуру и обычаи. Мир синто дружелюбно раскрывает свои объятия тем, кто готов его принять таким, каков он есть. Ведь ломать старое не значит строить новое. Эту истину капитан Фисби постигает интуитивно. Он словно ребенок готов идти на поводу у своих новых подчиненных, не нарушая их внутреннего мира. И его переводчик проныра Сакини успешно этим пользуется. Сакини напоминает персонажа итальянской комедии Карло Гольдони Труффальдино, только на японский лад. Приподнятые вразлет брови, узковатые глаза, сутуловатая спина и полусогнутые ноги. В этом, на первый взгляд, полудурковатом слегка суетливом человеке трудно распознать известного американского красавца Марлона Брандо. Перевоплощение удалось настолько, что даже речь его интонационно стала похожа на окинавскую. Говорят, что после премьеры «Чайной церемонии» зрители жаловались, что они шли на Брандо, но не увидели его на экранах. Тем временем, следуя интересам своего господина, Сакини не забывает и о родной деревне, разъясняя Фисби традиции и правила поведения. И бедный капитан американской армии не успевает оглянуться, как вместо военной формы начинает носить халат, похожий на кимоно, и под влиянием гейши с поэтичным именем Бутон Лотоса ходить в гета вместо ботинок. Игривую красавицу исполнила любимица японских режиссеров Матико Кё. Эта роль раскрыла новую грань ее таланта, воплотив в себе утонченность и изящество Востока. С ее появлением в деревню проникает женская красота и очарование, вызывающие восхищение мужчин и зависть со стороны слабого пола. Однако даже такой момент находит необычное решение в этой комедийной ленте. И вот так незаметно вместо школы в форме пентагона начинается строительство традиционного чайного домика, чтобы в деревне появилось место, где можно было бы проводить вечера, а Бутон Лотоса имела возможность обучать женщин искусству представительниц «мира ивы и цветов». Стремление режиссера показать возможность приобщения к искусству гейко простых деревенских женщин, конечно же, утопия на самом деле. Потому что овладеть такой уникальной профессией было нелегко. Кроме того, это обучение, не допускающее поблажек и граничащее порой с жестокостью. В реальной жизни майко одним из способов обучения на сямисэнэ являлся «урок на холоде»: девочек заставляли играть в морозные дни под открытым небом до тех пор, пока пальцы не начинали кровоточить. А за каждую ноту, сыгранную не в такт, били по рукам и голове. Аналогичным образом проводились и уроки танцев. Американский же взгляд на это сложное искусство смотрится радужной сказкой: достаточно закупить помаду и тальк, неловкими пассами повторить в воздухе тонкие движения виртуозных рук Бутона – и женщины обучены искусству танца и даже готовы показывать целое представление. Несомненным остается одно – Бутон Лотоса это символ возрождающихся традиций. То, к чему подсознательно тянутся даже иностранцы, стремящиеся постичь эту уникальную культуру. А именно те из них, что способны устоять и не оступиться на зыбком мосту между двумя мирами, когда окружающее пространство наполнено совершенными звуками японской цитры – кото, когда внезапно в танце раскрываются веера и взмывают в воздух один за другим и кимоно меняет цвет с лилового на оранжевый, а с оранжевого на голубой. После такого действительно начинаешь понимать, что жизнь дана человеку не зря, а печали уносятся куда-то вдаль. И хочется медленно ступать по тропе из «летящих камней» вдоль ручья, зная, что на закате за бамбуковой стеной тебя уже ждет чаша, заполненная августовской луной.

Этими словами открывает и закрывает кинокартину Марлон Брандо в образе рассказчика истории о том, как американские военные пытались обучить демократии жителей японской деревни. Переводчик Сакини предпочитает прикидываться дурачком, чтобы спокойно производить не только языковые манипуляции, но и общественные, а также духовные. Гленн Форд играет капитана Фисби, потерпевшего крах на всех прежних местах работы и пришедший к своему последнему шансу снискать успех - с чего и начинается завязка фильма. Удивительное воплощение искреннего и потерянного человека, изо всех сил пытающегося угодить всем людям. Фисби полон сочувствия, которым хитрые жители деревни пользуются. Но чем это сочувствие обернется для капитана в итоге? Смех смехом, а это отнюдь не веселая комедия. Да, смеяться в этом фильме можно каждую минуту, в некоторых сценах до слез. Но неспроста в прологе и эпилоге Марлон Брандо говорит о боли. У каждого в этом фильме есть своя боль. И что самое интересное - по существу эта боль одна на всех. И именно она является тем ключиком, который открывает сердца зрителей. Пожалуй, единственным исключением из правила общей боли является образ Брандо - он находится вне анализа, здесь начинается миф. По сути это первый фильм, где в явной форме проявилась данная особенность и исключительность кинокарьеры Брандо - его возвышение над историей, над другими персонажами, которая достигла своей кульминации в 'Крестном отце'. В 'Чайной церемонии' внутренний мир Сакини остается для нас загадкой даже после надписи The End. Живописная и игривая картина разворачивается перед нами на протяжении всего просмотра. Это не только пейзажи, но и самые разные характеры. Хотя никто из героев не рассыпается в рассказах об истории своей жизни, но о судьбе каждого из них зрителю нетрудно догадаться - как художественно и красочно они раскрываются в своих поступках, жестах и, что немаловажно, в мотивации. Замечательным приемом является функция Сакини: это внутри истории он переводит с японского на английский, а для нас он служит переводчиком причин каждого персонажа поступать тем или иным образом. И для того ему не требуется много слов - за что огромная благодарность сценаристам и актерам. Искрометная Матико Кё создала противоречивый для кино образ гейши. Она оправдывает данной ей имя Бутон лотоса - раскрывается постепенно. Причем, в согласии с символизмом буддизма: лотос рождается в мутной болотной воде, но остается незапятнанным и чистым. В заключении хочется сказать, что описывать какие-либо сцены из фильма бесполезно - их все необходимо видеть собственными глазами. Марлон Брандо, хоть и является связующей нитью в фильме, работает очень профессионально - не перетягивает на себя внимание в сценах, где должен быть второстепенным героем. Казалось бы, при такой харизме и величии это невероятно трудная задача, но и с ней Брандо справился, чем заслужил еще большее уважение. А уж про то, что никто не узнал бы Марлона в этом фильме, не будь он указан в титрах, говорить излишне. Браво всем, кто работал над этим фильмом. 10 из 10

Доброжелательная авантюрная комедия с очень интересным подтекстом. Завязка проста: в окинавскую деревню, которая окупирована американскими войсками, должна придти демократия. Поступает установка демократизировать институты управления вместе с местным населением. Проблемы, связанные с процессом 'демократии', и составляют интригу фильма. При этом, авторы ушли от глубокомысленного пафоса 'Сайонары', а создали искрометную комедию. Поклонников Марлона Брандо ожидает сюрприз. В этом фильме мы увидим его в очень необычной роли. Могу лишь заинтриговать: это не будет роль американского военного. Этот очень веселый фильм относится к категории лент, актуальность и юмор которых не стареют. 9 из 10

Оккупационную администрацию на Окинаве (Япония) после окончания второй мировой войны возглавляет педантичный и тираничный полковник США Пурди (Пол Форд), которого вечно обводит вокруг пальца хитрый переводчик Сакини (Марлон Брандо). Дабы избавиться от него, Пурди посылает Сакини в его родную деревню Тобики, куда назначен комендантом капитан-неудачник Фисби (Гленн Форд). Полковник дает приказ Фисби основать в деревне Лигу содействия демократии среди женщин, построить школу в форме Пентагона и наладить экономическое благосостояние среди жителей. Однако хитрый Сакини с помощью гейши Бутон Лотоса (Матико Кё) использует Фисби в целях жителей деревни, которые хотят построить у себя чайный домик. Фисби вскоре перейдет на сторону поселенцев и вместе с военным психиатром МакЛэйном (Эдди Альберт), призванным полковником Пурди 'вылечить' обезумевшего капитана, начнёт производство местного алкоголя и займётся развитием сельского хозяйства. Данная картина располагает россыпью прекрасных актерских работ. Однако отметить стоит именно Марлона Брандо. Его перевоплощение в японца просто бесподобно, а расскрывшийся в этой ленте комедийный талант Марлона доказывает его гениальность и безграничность. Создатели фильма 'Чайная церемония' без купюр глумятся над американской эгоцентричностью, заставляющую верить их в собственную исключительность. Глупость, наивность и надменность со стороны американских военных и хитрость, упрямость и простота с японской стороны показывают, кто здесь истинный оккупант, закованный в цепи невежества и скудоумия. 'Мы почитаем всех нулями, А единицами - себя.' © Александр С. Пушкин