Герцог Бургундии

В творчестве британца Питера Стриклэнда, снявшего 'Герцога Бургундии', прослеживаются все составляющие авторского кино - особый взгляд, особая режуссура и собственный оригинальный сценарий. Имея в активе не так много работ, Стриклэнд может гордиться тем, что его 'Каталин Варга' стала одним из открытий Берлинского кинфестиваля несколько лет назад. 'Герцог Бургундии' представляет нам взгляд режиссера на мир без мужчин, живущий, тем не менее, по мужским законам. Герметичность и плавная механистичность ленты завораживают как красивый калейдоскоп с магическими образами. 'Герцог Бургундии' снят как психологическая драма о любви двух женщин, пытающихся положить свою любовь на ложе садо-мазохистких практик. Утопия экранного мира 'Герцога Бургундии' - это утопия утонченности отношений. В роли Синтии, госпожи в экранных отношениях, доминатрикс, Стриклэнд снял востребованную Сидсе Бабетт Кнудсен, которая знакома нам по недавней 'Голограмме для короля' Тыквера. Синтия изучает бабочек определенного вида - 'Герцог Бургундии' - и занята высоконаучной деятельностью. Кьяру Д’Анну, сыгравшей Эвелин, сабмиссив Синтии, Стриклэнд снимает уже второй раз и не безуспешно. Эвелин - ассистирует Синтии в изучении бабочек и креативно направляет их отношения в русло просвещенного садо-мазо. Очевиден твист в отношениях Эвелин и Синтии, проясняющий очевидное: в отношениях не всегда главный тот, кто кажется таким при постороннем взгляде. Надо отдать должное Стриклэнду, 'Герцог Бургундии' далек от банального фильма, показывающего лесбийскую любовь. Механика повседневности топчет любовную страсть и сублимирует ее в ритуалы ежедневных опозданий, чистки обуви, стирки трусиков. Вопросы преобладания и подчинения, поданные в феминистическом аспекте, показывают всю условность ролей в отношениях. Даже заигравшись, всегда можно остановиться и сказать пароль, останавливающий игру. Бражник - страдания закончены. И вернуться в реальный мир, где почему-то считается ненормальным говорить открыто о своей любви. 'Герцог Бургундии' утопает в искренности, которая разливается неторопливо в каждом кадре. Эта неспешность сродни ласковому убийце. Полуразмытости, многослойности кадров, точность изложения сюжета и завораживающая цикличность. Стриклэнду удается насытить поэтикой историю, показать как когда-то привлекательная Синтия постоянно разговаривает без слов с беспощадным зеркалом. Слезы доминатрикс Синтии - это странная метаморфоза гуманизма, показывающая гендерную условность мира 'Герцога Бургундии'. Лента изобилует саркастично-комедийными элементами будь то несколько женских манекенов на ученом докладе женщин, кого же еще, страстных исследовательниц особенностей жизни бабочек, милый храп Синтии после любовных утех, нестандартное решение подарка сабмиссив Эвелин. Можно упрекнуть, Стриклэнда в том, что его женский мир вполне успешно функционирует по мужским лекалам, копируя все клише и стереотипы. Это проблема самой идеи фильма, который вместо мощного гимна феминизму, превращается в относительно банальную мелодраму о том как сексуальные ритуалы вытестняют естественные желания. В итоге картина начинает сползать в прекрасно срежиссированный и визуально манящий китч о двух не очень молодых любовницах. За всеми красивостями Стриклэнду не совсем убедительно, но удается показать, что игра для настоящей любви - один из способов ее сохранения. 7 из 10

Бабочки – особенные существа. Души уродливых гусениц, эти хрупкие красавицы недолго живут и восхищают сердца поэтических натур невообразимыми окрасками, трепетом. Кинематографисты редко обращаются к бабочкам, а те, кто использует этих насекомых для оттенков сюжета, видят в них чудовищ. Изысканных, прелестных, но монстров. Куколки «Мертвой головы», что вкладывал в горла своих жертв Буффало Билл из «Молчания ягнят». Бабочки, облепившие Раста Кола в «Настоящем детективе». Их трепетная аура используется не для обрамления антуража, это - жестокие метафоры, психопомпы. Питер Стриклэнд использует бабочек в своем кино, чтобы через узоры, потусторонние звуки и красоту показать многогранную натуру женщин, что играют в порочные игры. В последние годы было снято немало картин, в которых сладость порока прикрывает смыслы. «Незнакомец у озера» иному зрителю может нанести психологическую травму своей откровенностью. Жизнелюбие героини «Жизнь Адель» переливается через экран в пространство смотрящего. «Порочные игры» (Stoker) с Миа Васиковска в главной роли сочатся звоном безумия в висках. Вот и «Герцог Бургундии», надушенный сверх меры пыльцой и ароматом страсти, похожий на десерт из помады и бабочек, соблазнительный и возбуждающий, таящий в сердцевине яд. Несмотря на то, что упомянутые выше картины стоят в одной линейке с «Герцогом Бургундии», истоки свои картина берет в глубине классических картин, где порок замешан на соках отчаяния: «Мадемуазель» Тони Ричардсона, «Тайная церемония» Джозефа Лоузи и «Голод» Тони Скотта. Двое из авторов – англичане, как и Стриклэнд. Британские режиссеры всегда отличались смелостью в экспериментах с целлулоидными мирами: возможно, их природная сдержанность замешивает внутри страсть, которая взрывается на экране. Но лишь для тех, кто умеет видеть. История в данном случае – тонкая линия, роли играют аксессуары, нанизанные на рассказ. Эта картина – обман внутри обмана, детали призваны отвлечь, как шелест крыльев бабочки в темноте. А ты тем временем шагаешь в пропасть. Я не просто так упомянул слово «порок». Это не относится к геям или лесбиянкам. Секс - таинство двоих, неважно какого они пола. Но в случае двух женщин или мужчин - таинство тщательно скрываемое; секрет, который возбуждает ничуть не меньше самой близости. Порочность картины в том, что зритель подсматривает. И, попадая в ловушку, сотканную из мыльной пены, чулок, париков, испарины, шепота и игр в подчинение, упускает важное. Здесь хочу вернуться к первому списку, в котором фигурируют современные ленты. Шокируя, соблазняя, флиртуя со зрителем, эти фильмы зашифровывают свое содержимое, петляя и путая, скрывая истину. Они рассказывают не о сексе, не о страсти, не о ласках и эротике. Они о боли, одиночестве, страхах, сомнениях. Они о тех вещах, которые мы, живя в полу-виртуальном мире, прячем в темные чуланы, чтобы никогда не доставать и не думать об этом. Но, как бабочки в темноте, эти эмоции живут, двигаются, мутируют, растут и разрушают нас. Под лакированной поверхностью о сексуальной жизни двух женщин, как в черном ящике, украшенном затейливой резьбой, лежит окровавленное сердце, преисполненное ужаса от того, что его бросили. 9 из 10

Сдержанный, но в то же время очень чувственный фильм о БДСМ. Монотонность повторяющихся сцен поначалу удивляет, но за ними скрыто развитие. И одни и те же разыгранные роли в начале фильма и в конце воспринимаются по-разному. Отличная игра актрис, учитывая статичность фильма. Более зрелая Синтия предстает перед зрителем в роли доминанта в женской паре. Молодая Эвелин - в роли сабмиссива. Но так ли это в реальном мире чувств? Специально для зрителя приоткрывается дверь гримерной и можно подсмотреть, увидеть, как не просто дается Синтии ее роль. Она по-настоящему любит свою партнершу по сексуальным играм, нежно, болезненно, устало. Ее преследует страх потерять более молодую, здоровую, чувственную и фантазийную Эвелин. К завершению фильма понимаешь, что именно Синтия является заложником отношений, именно она не жаждет и не придумывает, а подчиняется правилам игры БДСМ, чтобы удержать свою любовь рядом. И кто же тогда доминант, а кто сабмиссив?

«Герцог Бургундии» - британо-венгерское кино, снятое широко известным в узких кругах режиссёром, завсегдатаем европейских кинофестивалей Питером Стриклэндом. Это – не исторический фильм о французских аристократах. Это – магическое и сюрреалистическое действо о лесбиянках и БДСМ. Вы не знаете, что такое БДСМ? В этом фильме вам доходчиво и очень красочно всё продемонстрируют. Но не волнуйтесь – никаких заоблачных извращений, а тем более клишированной садомазо-порнухи здесь нет. Просто в некой иллюзорной «стране женщин» две учёные дамы изображают горничную и госпожу. Немного наигранных унижений, немного бутафорской флагелляции, немного щадящего бондажа, немного лёгкого фут-фетишизма, немного гипотетического золотого дождя - леди просто занимаются ролевыми играми. Ведь - что наша жизнь? Игра! Но не всё так просто. После просмотра фильма остаются вопросы, вопросы, вопросы… Что такое предательство и что такое ревность? Где границы любви и где границы дозволенного?. Когда заканчивается фантазия и когда начинается реальность? Как вырваться из порочного круга и как снова попасть в этот круг?. Кто, в конце концов, хозяйка и кто жертва? «Герцог Бургундии» - фильм, похожий на сказку: бабочки, призраки, мыльные пузыри. «Герцог Бургундии» - фильм, похожий на быль: больная спина, грязное бельё, банальные измены. Что победит – романтическая идиллия или ревматический быт? Зритель этого никогда не узнает. «Герцог Бургундии» - очень красивое и очень качественное кинопроизведение. Не обращайте внимания на эротические декорации, смотрите и получайте эстетическое удовольствие. 9 из 10

Фильмы, подобные наркотикам, лично мною всегда были любимы, и уж точно не за свой сценарий, или, грамотный сюжет. Да и вообще кинематограф я в последнюю очередь ценю за качество исполнения, мною он ценим за своё колдовство, способность дать тебе успокоение, или очищение от увиденного на экране. Трактовать их смысл можно по-разному, но здесь совершенно другое! Если посудить, более разумно вынести из такого рода наркотиков что-то полезное для себя, разумеется, можно, только в случае с «Герцогом Бургундии» это не так уж и обязательно, как и не обязательно устраивать дискуссии о его значении для всего человечества. Для подобного «Герцог Бургундии» слишком мелковат, если посудить крайне цинично, — простая мелодрама, только более изобретательна, более изощрённая, и очень привлекательная, как нижнее белье главных героинь. По моему скромному мнению, его ценность заключается именно в красоте исполнения, мелодичности, в самом содержании, стилистике, магии. То есть что характерно, для каждого зрителя, в нём найдётся всего понемногу, для тех, кто любит сложное авторское кино — есть тема любовных отношений, поданная в оригинальном ключе, для тех, кто любит красоту, — виды интерьеров, приятный дизайн, чёткая операторская работа. По своей красоте это кино, уж точно не уступает, а в некоторых аспектах даже выглядит лучше, остальных фильмов о лесбийской теме. Вот если серьёзно она в некотором, плане даже выглядит сильнее «Кэрол» Тодда Хейнса, — эмоций лично у меня вызывает куда больше и выглядит менее фальшиво, в каком-то плане даже более свежее, а за эту свежесть я ценю кино куда больше. Само собой, разумеется, это вкусовщина, и для тех, кто любит погорячее им придётся по вкусу «Жизнь Адель», для тех, кто приверженец классического взгляда, — «Кэрол». А для тех, кто предпочтёт смесь того и другого, «Герцог Бургундии» станет смесью того и другого, выдержанной на балансе, неглупой, и как ни странно куда более натуральной. Принимая в счёт небольшую монотонность, некое томное настроение фильма, не буду лукавить это кино для полуночников и меланхоликов, и вряд ли сойдёт для весёлого просмотра, да и внезапно на него не стоит набрасываться. Однако могу с уверенностью заявить, что фильм сможет подарить наслаждение, некое ощущение соблазна, да чёрт при его просмотре он словно сам с тобой флиртует, общается. Если сравнивать с «Жизнью Адель» здесь не так много эмоций, тут больше ощутимо лёгкое опьянение. Здесь куда более уместнее сравнение с культовым «С широко закрытыми глазами», с «Любовным настроением», то есть акцент здесь строго настрого поставлен на проблеме отношений партнёров и неком мистическом элементе. Неприкрытый символизм, являются основой всей концепции фильма, дополняя всё остальное, не только радует глаз, но и разум. И к финалу ты как ошарашенный, вроде бы и, не ожидая увидеть от мелодрамы нечто высокое, приобретаешь нечто удивительное и аппетитное. Режиссер Питер Стриклэнд, подобно самим мастерам сюрреализма (Линч, Бунюэль) смешивает воедино в своём сосуде различные стили, а ещё тут немного чувствуется Бертоллучи (эротика, как-никак), настолько всё красиво, что от него испытываешь удовлетворение. Фильмом наслаждаешься как вином элитной марки, и как бы это, высокопарно не звучало бы, его душа ощущается с каждой минутой просмотра, и, по моему мнению, этого вполне достаточно, что бы назвать его, по моему скромному мнению, настоящим искусством!

Очень мелодичный и даже притягательный фильм. Прекрасные пейзажы. Энтомология. Отсутствие мужчин и автомобилей. И эти двое... Их отношения в современном обществе вряд ли кого шокируют, как и те практики к которым они прибегают во время интима. Главное другое: за внешней завесой лесби-секса и БДСМ видится не то, что вырисовывается в начале фильма: строгая госпожа в возрасте и несчастная нижняя, которая как бы не прислуживала, всегда получает наказание. Чем дальше идёт повествование и чем дальше развиваются отношения героинь, тем становится виднее что нижняя как раз счастлива. Она получает всё, что хочет и воплощает в жизнь свои фантазии, добиваясь своего при помощи обид и капризов. Здесь нет 'бунта нижней' из-за несправедливости а есть 'бунт верхней', который заканчивается в итоге слезами и извинениями. Верхняя в возрасте, и понимает это, поэтому держится за свою молодую любовь идя у неё на поводу. Нижняя же эгоистична и не хочет 'страдать' не по своему сценарию, даже если эти 'страдания' обыкновенная забота о человеке, который её любит. Такие отношения можно перевести на многие неравные пары. где один любит а другой позволяет себя любить на своих условиях.

Невероятно изящный фильм снял молодой британский режиссер Питер Стриклэнд. Конечно, в первую очередь, зритель получит большое эстетическое наслаждение от съемок природы: с первых кадров фильм окутывает осенним очарованием красок, и на этом фоне будут неторопливо развиваться странные отношения двух женщин. Собственно, по сути это пьеса с двумя героинями: остальных персонажей немного и появляются они очень ненадолго, либо вообще служат лишь декорацией. Поэтому только к середине фильма понимаешь, что странный мир Стриклэнда населен исключительно женщинами, и это понимание как будто придает новый толчок истории любовниц: и так хрупкая грань между сном и явью, играми и фантазиями окончательно растворяется, предоставляя зрителю самому определиться с реальностью происходящего. Место и время действия тоже очень условны: быть может, это как раз Бургундия, вынесенная в название фильма? Не современный регион во Франции, нет, а другая, настоящая, которая перестала существовать в конце XV века? Ведь согласитесь, что от фильма веет чем-то средневековым: эти мощеные улочки, дома, некоторая мебель, одежда - все это создает неуловимую атмосферу осени Средневековья, уж не знаю, насколько сознательно режиссер наметил эти параллели с Хейзингой. Все это в итоге делает фильм герметичным, некоей «вещью в себе», родственным энтомологической коллекции или закупоренной бутылке вина, и его как раз надо смаковать и рассматривать сквозь лупу, наслаждаясь мельчайшими штришками и оттенками, и это прекрасно. 8 из 10

Решила послушаться рекомендаций и изучить топ «самых неуютных романтических фильмов». Десятым в списке и первым по порядку чтения стоял «Герцог Бургундии» Питера Стриклэнда. Я впервые встретила имя этого режиссёра и ничего не ждала от его работы, поэтому, сохранила свежесть восприятия и получила немало удовольствия. В моём воображении название фильма намекало на тайны французских замков и обещало сюжет вроде того, что был в «Клубе Дюма». Очень хорошо, что я ошиблась. Я вообще считаю, что название – одна из удавшихся уловок режиссёра. Потому что несоответствие его и происходящего на экране сразу активирует зрительский интерес и держит в напряжении. Правда, даже посмотрев все до конца, я не расколола этот орешек (но где-то же должна была быть зацепка!). Да, в фильме есть рамы с сотнями пронзенных бабочек (и Герцог Бургундии может быть среди них), да, от всего и всех веет аристократической утонченностью… а может и действие разворачивается в Бургундии (там, где она когда-то располагалась)… Но, про тех же медведок сказано гораздо больше. Т.е. почему именно «Герцог Бурундии», а не любая другая букашка – я не поняла. С другой стороны, без энтомологического бэкграунда лента потеряла бы в привлекательности… Я считываю отсылки к «Коллекционеру», к «Молчанию ягнят», к бреду душевнобольных, у которых насекомые – это галлюцинаторные воплощения психозов. Психо… Психея… Душа… Тоже нередко изображается лёгкой бабочкой. Возможно, дело в том, что всё «на поверхности», и насекомые здесь действительно символизируют души людей. Их так много, они кажутся похожими, но присмотревшись ближе, видишь отличия в оттенках, в узоре и форме крыльев. Некоторые из экземпляров носились вдоль дорог и собирали нектар в пыли, но некоторые – это редкие барочные уникумы из таинственных непролазных чащ)). Наши фантазии тоже – бабочки, которых мы хотим поймать, убить и иголочкой приколоть к пробковой доске. Такие хрупкие и беззащитные перед реальностью. Каждая новая игра наших героинь – такая же бабочка, красивая, но обреченная. Синтия острее ощущает этот надлом, в то время как страстная Эвелин упивается своими грёзами. У женщин примерно один возраст, но если Синтия – это уравновешенная и зрелая личность (по крайней мере до того, как её довели до нервного срыва), то ее подруга – большой ребёнок, который с трудом сдерживает свои порывы и деспотично командует «взрослыми» вокруг. И эта драма столкновения сказки с реальностью разворачивается прямо перед нашими глазами в изумительных, «живых», декорациях старинного особняка. Отдельное спасибо за работу звукорежиссёра и оператора. Музыка в фильме приятная, обволакивающая, звуки – любые – тоже подаются как музыка. Мне нравится, что нет шероховатостей и резких переходов, что ненавязчивый вокал легко прерывается сочной, шуршащей и стучащей каблуками тишиной. Мне нравится визуальный ряд, внимание к деталям, особенно к фактуре тканей и одежды. И то, как в сцене с массажем ног, получилось передать звук прикосновения пальцев к капрону… И то, как шелестит и щебечет сад за стенами особняка. И то, как скрипят двери, как шуршат юбки… Умеренный фетишизм – удачное дополнение к любому фильму. Я всегда радуюсь, когда художник создает иллюзию, что мир, им созданный, ещё более материален, чем мой… Любителям гиперреальных экшенов лента скорее всего покажется затянутой и бессюжетной. У героев нет никакой внешней мотивации. Никто не нападает, никого не надо спасать, нет сокровища или монстров, нет убийства, нет расследования. Вернее, всё есть – но происходит в головах и сердцах героинь. Одно из отличий так называемого «артхаусного» кино от коммерческого – это отказ от лежащих на поверхности сюжетных ходов. Нам мало что говорят напрямую, но тем больше мы можем прочитать «между строк». Игра Сидсе Бабетт Кнудсен и Кьяры Д’Анны идеально ложится в эту концепцию: тонкая, глубокая, психологичная. Еще хотелось бы отметить эпизод, в котором прекрасная замерщица (Фатма Мохамад) очаровывает Эвелин – это настоящий танец бабочек. Руки крылья у одной, и глаза – у другой. Концовка фильма оставляет открытым вопрос: смогут ли примириться явь и фантазия и кто кого подчинит (или любовь все смягчит и уравновесит?). Увы, в жизни, строя отношения, мы часто так и не находим ответа на этот вопрос…

После двух других заметных работа Питера Стриклэнда даже и на знали, чего ожидать от 'Герцог Бургундии', в котором, как оказалось, совершенно нет не то что мужчин, но и вообще мужских персонажей, а ещё двум пылким героиням никто не мешал заниматься особенными любовными утехами. Кого-то сие может даже удивить: как, две сексные женщины под одной крышей делают, что хотят, и никто им ничего не шикнет? Выходит, что так. Серьёзно, зачем показывать очередную тяжелую драму о том, как в пуританском обществе тяжело живется однополой паре, когда можно приготовить чудное варево для эстетов? С этим не поспоришь, кино действительно получилось чувственным, манящим, поэтическим, красивым, сочным, будоражащим. Мило лишён неуместной пошлости и чересчур вычурного шика. Фильм-открытка, будто сошедший с шатких фотографий, запечатлевших очарование интерьеров европейских домов. Казалось бы, зачем такое внушительное жилище для двух раскрепощенных особ, а это как раз даёт необходимое пространство для ловкого создания незабываемой атмосферы путём чёткой расстановки предметов на фоне главных-то актрис. Мозаика складывается, кубик собирается. В это творение нужно вглядеться. А также вслушаться. Бабочки не то, чем кажутся. В запертом сундуке не почувствуешь себя Гарри Гудини. Сексуальные игры не всегда будут вызывать томное желание. Кто-то обязательно начнёт ревновать. Вспыхнувшая любовь доведёт до слёз, тогда как до счастья будет, когда доминатрикс обнаружит свои нежные трусики непостиранными. В начале всего безумия всегда прекрасно, эйфория так и зашкаливает, хочется ещё и ещё да только одну её. Но в один момент вдруг одежда слишком стала простой, нечего сказать для сильного возбуждения партнёрши... Получать райское наслаждение от секса, конечно, дико приятно. Такой сладкий наркотик, что оторваться сложно. Но легко ли деть куда-нибудь чувства, чтобы вдруг не показать слабину. Датчанка Сидсе Бабетт Кнудсен и, скорее всего, итальянка Кьяра Д'Анна безупречно показали полный набор из страсти, влечения, удовольствия и обладания. 45-летняя на тот момент фрау Кнудсен в нижнем белье не просто воплощение буйных подростковых фантазий, в том числе это ожившее произведение искусства, покуда утонченная и безмятежная сеньора Д'Анна магнитом тянет из-за глаз и покорности. И снился мне сон. И во сне летали бабочки. Много бабочек. Несли они меня к ней. В объятия любимой, той самой единственной...