Голем, как он пришел в мир

После успеха своей первой картины «Пражский студент», Пол Вегенер решил дальше отталкивается от своих фантастических новоявленных видений, и напрямую, заимствуя сюжет из еврейской мифологии, он на пять лет «превратился» в глиняного человека. Первую картину о странном чудовище Големе, Вегенер снял уже в 1915 году, и после, дважды возвращался к этой легенде. «Голем: как он пришёл в мир» - совместная работа Карла Боэса и Пола Вегенера, является завершающей историей о созданном чёрной магией глиняном великане. Картина вышла в свет в 1920 году, и с мифологической подпоркой являла собой трансформированную историю всё того же ирреального чудовища, только уже с другим сюжетом. Наверное, немецкому первооткрывателю фантастичности в кинематографе было недостаточно его первых двух картин о Големе, раз он в течение такого короткого срока решил снова прикинуться спасителем еврейской общины в образе грозного чудовища. Эта история из мифологии в дальнейшем не раз претерпевала экранизаций и других режиссёров, но именно третья картина Вегенера считается наиболее удачной. Могучее телосложение Пола Вегенера идеально подходило под образ мифического персонажа, и с помощью удачного монтажа, он, заменив неподвижную куклу, вмиг обратился в ожившего глиняного человека. Но Голем только внешним видом напоминает человека; внутри него кроются необузданные мысли, и от его извращённой психологии, полученной неестественным происхождением, можно ожидать чего угодно. Скованные движения и замедленная походка сразу выделяют его среди человеческой общины. Марионетка в руках создателя может принести большую пользу, но не стоит забывать, что вмешательства чёрной магии чреваты последствиями. И возможно, идея спасения еврейской общины от гнёта Императора с помощью одушевления глиняной статуи, выглядит убедительной, но наложение чёрной магии на реальные события являются криком отчаяния, и последним способом спасти как свою шкуру, так и шкуру всего своего народа. Ради себя и сохранения целостности еврейской общины, раввин Лёв готов пойти на любые поступки. И Голем, не отвечая за свои действия, хитростью старого раввина, спасает еврейский народ от гнёта. Но так до конца и не ясно, что творилось в голове созданного чудовища. Анализируя его действия, трудно определённо сказать, что им повелевало, ведь вряд ли он так чётко догадывался о низменности своего происхождения и места в окружающей среде. Но зарождающаяся обида перетекла в злобу, и могучая сила, будто скованная в этом чудовище, вырывается на свободу. Тем самым, Вегенер искусно скрывает в Големе каждого жителя Германии из мелкой буржуазии в те тяжёлые годы, но не в виде спасителя, а в образе никчёмного и недовольного своим положением самого обычного рабочего из низших классов. Но если режиссёр к третьей своей картине о глиняном человеке так и не решился кардинально трансформировать ключевого персонажа, и явить его уже в 1920 году как почти самостоятельную личность, ущемлённую своим происхождением, то в этом он допустил проглядываемую ошибку. Если первая картина о Големе являлась новаторским взглядом фантасмагории, то та же идея без выразительных взглядов к третьей картине исчерпала себя. Ведь Отто Рипперт уже в 1916 году снял свою серию фильмов о подобном, но наиболее выразительным Гомункулусе, и Голлем, как искусственно созданное чудовище, своим сознанием и мышлением сильно проигрывает ему. Гомункулус в картинах Рипперта почти неотличим от человека, и Голлем на фоне его кажется жалким уродцем. Сам режиссёр своей серией о глиняном человеке, к счастью, делал упор не только на самого персонажа, но и совершил второй шаг к формированию экспрессионизма в немецком кино. Его «Голлем», запертый в узких стенах дворцах и подземельях под затемнённые помещения и обволакиваемый дым, уже чётко говорит об этом течении в кинематографе. Нет уже отдельных набросок, и пугающая атмосфера фильма рисует воображаемую картину той далёкой действительности. Разрабатывая идею потусторонней силы, Вегенер после «Пражского студента» сделал её ключевой для трёх картин о мифическом персонаже, тем самым, снова обратился к фантастическим пугающим образам. Но удивительно то, что Вегенер не ставит окончательную точку в «Голем: как он пришёл в мир» на самом персонаже. Приукрасив свой фильм двоякой концовкой, он не уничтожил своего персонажа, будто задумывал в последствии вернуться к нему. Но продолжать историю прародителя Франкенштейна и всех искусственно оживлённых чудовищ, как в кино, так и в литературе, пожалуй, не стоило бы, ведь созданный образ Голема накрепко зацепился в истории кино, и является трафаретом для создания новых зловещих чудовищ, которым, есть кого ещё напугать и ввести в лёгкое оцепенение.

Пауль Вегенер, по сути, переснял свой же фильм 1915 года. Причем многие кадры получились очень похожи - едва ли не 'один в один'. Очень не удивлюсь, если для съемок этого Голема были использованы черновые киноматериалы фильма 1915 года. Другое дело, что в отличие от своего предшественника фильма получился более обстоятельным и гармоничным. Картина избавилась от излишней суетливости, присущей первому фильму и получила более современный облик. Я думаю, что у этой картины получилось три равнозначных полюс притяжения зрительского внимания. Прежде всего, перед нами показан вполне миролюбивый и спокойный народ, который должен подвергнуться гонениям. Показан и их мифический защитник. Я уже писал, что то как Брегенер разработал образ 'Голема' послужило предтечей всех последующих Франкенштейнов, Терминаторов и мумий. Голем в этом фильме представлен весьма положительно - трогательный персонаж, осознающий свое краткое появление в этом мире очень глубоко. Фактически получается, что третьим полюсом притяжения выступили те самые мудрецы, оживившие Голема. Несмотря на то, что создатели ленты прямо никого не судят, но именно эти мудрецы показаны более чем двусмысленно... Впрочем, до Второй мировой войны и геноцида оставалось еще совсем немного лет. И тут совсем уже не важно, кто финансировал эту легенду о Големе (причем вышло ведь три фильма). Важно что этот древний хоррор оказался одним из наиболее точных кинематографических предзнаменований очень и очень плохих событий. Ну а что касается самого фильма... Это соцветие отдельных ярких сцен, так и не сформировавшееся в целостное единое созвездие. Голем и маленькая девочка - Голем и молот - Голем и Мириам - Мудрецы, оживляющие Голема - Секретный указ - Голем, сносящий городские ворота... 6 из 10