Приветствия

Для многих киноманов, известных с творчеством Брайана де Пальмы по его самым известным фильмам («Лицо со шрамом», «Неприкасаемые», «Путь Карлито», «Кэрри», «Прокол», «Миссия невыполнима», «Военные потери»), может показаться, что он из той категории режиссеров, которые всегда снимают с серьезным тоном, имеют очерченный круг любимых тем и не позволяют себе легковесности. Однако, изучив раннюю фильмографию знаменитого италоамериканца, можно обнаружить, что мистеру де Пальме в начале профессиональной карьеры не была чужда ироничная стилистика, смелый юмор и любопытные эксперименты. Самой успешной из того периода у режиссера считается картина «Приветствия», где режиссер с саркастической ухмылкой и легкой камерой переосмыслял ключевые для США события 1960-ых. Пол, Джон и Ллойд – тройка нью-йоркских оболтусов призывного возраста, которые большинство своего времени слоняются по городу в тщетных попытках отыскать себе занятие или смысл жизни. Они пребывают в постоянном движении, которое, впрочем, больше напоминает броуновское, а режим их бытия определяют внешние события – война во Вьетнаме, призыв в армию, регулярные ура-патриотические выступления президента Джонсона, отголоски убийства Кеннеди и передовые достижения служб знакомств. Де Пальма в 1969 году снял один из первых и самых смелых фильмов на тему войны во Вьетнаме и потерянного поколения американцев, у которых уже умерли прежние ценности, а новые еще не успели сформироваться. Миром начинают править свободная любовь и сексуальные девиации, а такие категории, как патриотизм и гражданский долг, превращаются в пустой звук, поэтому свой вклад в будущее родины надо сделать, откосив от армейской службы любым способом. Время действия фильма приходится на самые критичные для армии времена, когда призыв был существенно увеличен, а народ в ответ массово увиливал от воинских повинностей под различными предлогами (примерно половине это удавалось). Герой Пола в этом плане очень изобретателен. Ради отсрочки и последующих свиданий со странными девицами он готов быть одновременно гомофобом и гомосексуалом, пацифистом и милитаристом, левым и правым. Существенное место в картине занимает тема убийства президента Кеннеди, расследованием которого занят Ллойд. Действуя по методу «Фотоувеличения» Антониони он пытается сделать то, что не удалось спецслужбам и полиции. Бесконечно увеличивая кадры и негативы, зафиксировавшие убийство в Далласе, и проводя полуэротические следственные эксперименты, он выкрывает продажных чиновников и политиков, приобретая попутно манию преследования, странных союзников и, кажется, окончательно теряет связь с реальностью. Убийство Кеннеди, бывшего моральным авторитетом для многих молодых американцев, стало огромным стрессом для страны, в которой после случившегося стало еще сложнее во что-то верить. Если часть с убийством Кеннеди видится как оммаж шедевру Антониони, то заключительная часть фильма, посвященная вуайеристу в исполнении Роберта де Ниро (именно де Пальма открыл этого актера миру), смотрится как посвящение «Подглядывающему» Майкла Пауэлла. Джон очень любит следить за людьми, фиксируя «потаенный момент», именно так он называет то, что человек способен делать только в одиночестве. Поэтому парень фиксируется на красивых девушках, пытаясь заснять на пленку их в самые сокровенные моменты, например, при раздевании перед сном. Начинающий режиссер Джон не гнушается откровенно постановочных кадров, повторных дублей и дешевого трепа по поводу искусства, а де Пальма в это время иронизирует над поп-артом и наперед высмеивает модную нынче стилистику мокьюментари, в которой, вымышленное тщательно маскируется под реальное. На протяжении всего фильма де Пальма откровенно экспериментирует с быстрым монтажом, затяжными кадрами обнаженной натуры, в неожиданном контексте цитирует Шекспира и Хичкока, заставляет актеров произносить реплики прямо в камеру и даже вскидывать руку в нацистском приветствии у входа в военкомат. Все это до определенного момента смотрится только любопытной игрой в форму, но где-то под завершение, происходящее в условных вьетнамских джунглях под прицелом фронтового видеорепортера, вырисовывается главная идея снятого под явным влиянием французской новой волны фильма. Поколение, изображенное молодым автором, потихоньку теряет тонкую грань между реальностью и виртуальностью, пытаясь отыскать истину в знакомствах посредством компьютера, пятилетней давности негативах или фрагментах подсмотренной сквозь замочную скважину чужой жизни, которая безвозвратно и неумолимо проходит.

Брайан Де Пальма в своем дебютном фильме весьма специфически отобразил дух того времени, в котором ему довелось жить и работать. «Приветствия» весьма своеобразно передают атмосферу 60-ых годов, когда Америка уже вовсю воевала во Вьетнаме, что непосредственно повлияло на всю мировую общественность тех лет. С первых кадров мы понимаем, что перед нами изменчивая суть эпохи, где с экранов телевизоров президенты вещают о величии народа, а люди в ту же секунду не желают попасть под каток мобилизации. Чужеродная война накладывает отпечаток на образ мышления молодых парней, нежелающих угодить в удушливые джунгли и воевать там ради очередных амбиций политиканов, которые всеми силами пытаются заманить побольше людей в эту затянувшуюся мясорубку. Лекало истории таково, что до сих пор ничего не изменилось, но тем-то и интересны «Приветствия», ведь в них имеется дух протеста, который на момент съемок лишь набирал волну бунтарства и пацифизма. Герои Де Пальмы подспудно чувствуют ветер перемен, но не могут ухватиться за него. Перед нами три обычных паренька, этаких развеселых балбеса, слоняющихся по улицам без дела и разыгрывающих целые стратегии по поводу того, как обмануть призывную комиссию. В ход идут все приемы; будь то вычурный гомосексуализм, карикатурная придурковатость или показной, а оттого нелепый милитаризм, когда призывник отчаянно желает отстреливать врагов пачками. Это кино играет полутонами, будто желая показать зрителям то, что творилось в текущие дни, где жизнь неслась сквозь календари безудержным локомотивом. «Приветствия» полны отсылками, метафорами и сравнениями, что придает ей ироническую палитру чувств и эмоций. Де Пальма строит дебют таким образом, чтобы мы сами догадались о том, что он хочет всем показать. Конечно, данное кино неидеальное, снятое, скорее всего, на голом энтузиазме, но при этом оно живое, искреннее и отвечает запросам своего поколения. Агитация идет полным ходом, до сих пор не утихают разговоры об убийстве Кеннеди, мимоходом ведется тонкая игра на грани вуайеризма, порнографии и легкой эротики. Обнаженные тела мелькают в кадре, переплетаясь с горьким сарказмом и невысказанной правдой, погребенной под ложью официального нарратива и политических инсинуаций. «Приветствия» будто поднимают на смех окружающую их обстановку, всех этих людей, здания, воззрения или слухи, коими полнится земля. Знакомство по сети, только получившее распространение, полная фарса и глумления над теорией заговоров сцена в книжном магазине, а также сильное влечение героя Де Ниро по поводу подглядывания, едко нареченное замочной скважиной. Просто пацанам не повезло повзрослеть в эпоху перемен, когда свободная любовь, хиппи, рок-н-ролл и наркотики сплелись воедино с вьетнамской войной. Поколение 60-ых годов, таких бурных, опасных и рискованных, швыряло из крайности в крайность как утлую лодчонку посреди шторма. Что делать? Как дальше жить? Государство хочет, чтобы ты отстаивал свободу в стране, названия которого ты и не знал раньше. А нужна ли она, такая свобода, если ты можешь быть там убит? В этом заключается основной парадокс, основанный на проблеме неопределенности. «Приветствия» - это слепок прошедших событий, что для нас вполне очевидно, но в те года такое шаткое положение никого не щадило и не оправдывало. Кого в князья, кого об самое дно. Брайан Де Пальма повествует всего о трех ребятах, но снимает кино о тысячах похожих на них парней. Им бы жить, работать и строить семьи, а они вынуждены скрываться, косить под дурачка и играть в нацистов перед дверьми военкомата. Ничего не скажешь, сильная страна, если парни от службы в армии в ней бегут как от огня. Разрушены основы, пройдены года, дни пролетели как ежесекундны мгновения, а проблемы у нас все те же. Жить бы осознанно, основательно, но нет…все не слава богу. «Приветствия» звучат очень грустно, порой даже мучительно больно от понимания того, что подобные эпизоды сменяют друг друга из века в век. Де Пальма ерничает, иронизирует, корчит гримасы и ведет себя как паяц, но в глубине его фильма скрывает неприкрытая боль и полная неизвестность будущего. Не оттого ли так неприятен его финал, где один из героев не изменяет своим привычкам даже под пулями? Что было в мирной жизни глупой насмешкой, например, когда можно было заманить девчонку в койку под каким-то надуманным предлогом, на войне уже не работает, а если и пытается сыграть соло, то получается это фальшиво, пресно и режет ухо. Не просто так Де Пальма вставляет диктора в кадре, стремящего дать репортаж из зарослей тростника, где несчастная девушка вынуждена раздеваться перед камерой под страхом смерти. Вауеризм приобретает дикую, варварскую деталь, подавая сокровенное, личное и интимное на обозрение телезрителям. Замочная скважина, это точно. То, от чего ты бежал еще вчера, уже сегодня стало реальностью, а для кого-то дома ты превратился в персонаж из книжки, комикса или новостного сюжета. Война стирает рамки мироздания, подменяет понятия и переворачивает догмы морали. Все дозволено, что там, что здесь. Жизнь летит как поезд, так что к черту правила. Стоп-кран давно сорван! Жги на полную, кадри девчонок, ведись на всякую ересь в то время, пока где-то под градом пуль гибнут твои сверстники, сгорающие от боли, одиночества и запаха напалма по утрам… Де Пальме это кино принесло награду, путь в будущее и открыло миру Роберта Де Ниро. Пусть оно нескладное, кое-где зияет прорехами и смотрится причудливо, но в целом «Приветствия» дают пищу для ума, нажимая на потаенные связки души, где турбулентность истории бешенным смерчем проносится сквозь ряды молодых, веселых и хохочущих. Невинность отдается за рубли, а оскал смерти стирает с лица усмешку максимализма и нигилизма. Странное кино, но посмотреть его можно хотя бы разок, чтобы увидеть самому портрет неоперившегося поколения, чьи крылья были опалены бессмысленной войной. 6 из 10

Не стоит слишком многого ждать от второй полнометражной картины Де Пальмы: то же дуракаваляние, что и в «Свадебной вечеринке» заполняет собой все полтора часа, что идут «Приветствия», лоскутная, мозаичная композиция, состоящая из шуток, анекдотов и гэгов, то же, что и в первой ленте, смешение стилевых приемов «новой волны» и немого кино. Главным в «Приветствиях» остается контекст, а это ни много ни мало 1968 год, когда лента снималась фактически на улицах и в реальных интерьерах (никаких павильонных съемок – принцип «новой волны»). Три приятеля, готовящиеся «откосить» от армии и не попасть во вьетнамскую мясорубку, весело дурачатся, рассказывают смешные истории и хорошо проводят время. Советские кинокритики, обратившие внимание на эту картину, все же преувеличили ее антивоенный посыл, хотя трудно не признать, что, как и «Беспечный ездок», «Приветствия» Де Пальмы (по сути дела первая его самостоятельная режиссерская работа) сняты о наболевшем. Здесь и конспирологические теории, спонтанно возникающие вокруг обстоятельств убийства Кеннеди, и размышления о вуайеристской сути кинематографа (впервые возникающая у Де Пальмы тема агрессивного мужского взгляда, за которую его так впоследствии возненавидели феминистки), тут и веселые любовные похождения одного из трех героев, приобретающие черты абсурда в эру «сексуальной революции», и фрагменты телепередач, транслирующие самый откровенный и неприкрытый в своей гнусности милитаризм. Все это не единожды заставляет вспомнить киноэссе Годара конца 1960-х, однако, если у французского мастера все на полном серьезе, то у Де Пальмы царствует самый откровенный стеб и насмешка. Как и «Свадебная вечеринка», «Приветствия» напоминают веселый и разудалый актерский капустник, в котором ироническому обстрелу подвергаются, в том числе и деятели контркультуры (чего стоит только одна сцена знакомства героя с разносчиком радикальной газеты). Трудно назвать «Приветствия» полностью удавшимся фильмом. Да, он хорошо погружает в контекст эпохи, пестрый и синкретичный, но никакой собственно критики в адрес власти и откровенного антивоенного послания в нем нет. Герои «Приветствий» молоды и предоставлены сами себе, они не хотят жить по правилам отцов, это лоботрясы и бездельники (тут даже не важно, работают они или нет, потому что работа для них – тоже не труд, а развлечение). Остается лишь гадать, почему не получила отражение в ленте жизнь леворадикального студенчества, главного героя эпохи. Быть может, как раз потому, что Де Пальма не ставил себе целью ничего и никого критиковать, ведь даже музыка малоизвестной группы «Дети рая», откровенно имитирующая и подражающая «Битлз», написавшая саундтрек к «Приветствиям», поет совсем безобидные песни. Сейчас можно сказать с уверенностью, что второй фильм Де Пальмы, с течением времени потерял актуальность, став реликтом прошлого, забавным артефактом, рассказывающем о раскованной атмосфере конца 1960-х, когда было весело жить и начинать свой творческий путь в кинематографе. Ведь будем справедливы, первые ленты Копполы («Ты теперь большой мальчик»), Скорсезе («Кто стучится в мою дверь?») и Де Пальмы очень похожи между собой именно своей комедийной безалаберностью, желанием просто запечатлеть веселье эпохи. У кого-то это получилось лучше, в кого-то хуже, но к 1972 году все три эти режиссера окончательно определяются со своим стилем: Коппола и Скорсезе уходят с головой в гангстерскую тему (снимая «Крестного отца» и «Злые улицы» примерно в одно и то же время), а Де Пальма в «Сестрах» по сути дела изобретает жанр постмодернистского триллера, в котором огромное значение приобретают аллюзии на классику коммерческого кино (прежде всего, конечно, Хичкока). Ну а пока, впереди у постановщика «Приветствий» еще одна комедия ни о чем, так же безошибочно погружающая в контекст рубежа 1960-1970-х, рассказывающая анекдоты и наполненная гэгами, ничего не критикующая, а просто превращающая съемку и просмотр зрителями в нескончаемый праздник. Эту ленту «Привет, мамаша», под неожиданным, вуайеристским углом раскрывающую суть кинематографа (что было начато, как мы видели, уже в «Приветствиях») мы и рассмотрим далее.