Последнее слово

Неслыханное дело! Уважаемую женщину преклонных лет, изнасиловали, задушили, хоть по кругу и не пустили, но поглумились вдоволь над задыхающейся плотью престарелой монахини. Она, видать, было возможно и рада, напоследок своих пуританских дней отхватить такой лакомый кусок в виде насильника который пришел сам да еще все дело провернул. Но у сурового штата Техас, на этот счет были свои мысли, а закон, он, увы, один на всех. Где ловить, из чего следовать? Ах вот же, вот он подросток под воздействием лсд- идеальная кандидатура. Еще и умственно отсталый? Прекрасно, так преступим же мы к правосудию! И пусть смертные содрогаются от справедливости пособников Бога, ведь их любовь есть копье приговора. На скорую руку созванный совет присяжный, состоящий целиком из набожных, богобоязненных жителей, той самой еще не ступившей на порог 90-хх Америки. А надо сказать в те годы, когда судили нашего парня Джонни, всякого рода около-религиотизмы густо распространялись именно по окрестностям Техаса, и близлежащих угодий. Библия в руках тогда была своего рода естественным щитом правды, такое само собой проявлялось только в очень небольших городках средней популяции. Джонни Гаррет как раз из такого городка, не повезло парню. Одурманенные навязанным само испугом горожане вершат суд над невинной жертвой. Показушная пуританская опаска, на деле есть страх противоестественного течения городских дел, нарушение сонного покоя лживых христианских свиней. Если рай на земле построен на прикрываемой лжи? Невиновный обретает плоть проклятого, а Бог отвернется от учинивших, ибо он слеп. Суд, самый честный и гуманный отправляет Джонни в тюрьму, где последующие десять лет он терпит издевательства и все не причитающееся ему. Отчего в мозгу невиновного рождается план отмщения, в четырех стенах, вы тесной камере, Джонни вкрапливает боль в пожелтевшие листки бумаги, они есть наследие его и последняя воля. Обвиняемый становится палачом, его зло пропитает лживых, буквально потечет их венами, выйдя наружу и обличив лжецов, обрушит кару на всех неугодных. Ибо воля, уже вершится не условным господом, а вполне реальной карой. В настоящее, перед носом веришь посильнее, чем в затертый онанизмом молитв библейский томик. Мщение, помноженное на энергию, вылетевшую из тела, вслед за введенной инъекцией, такой расклад может обрадовать отморозка, но не невинного. Джонни пример человека которого юридическая система пропустила через свои гнилые поршни и прожевала совсем вытекающими духами того времени. Единственный сторонник открыто критикующий суд- становится обузой народа. В обществе религиозных нравов покой нередко стоит превыше правды, которую практически всегда замалчивают. В случае Гаррета виден вопиющий прокол со всех сторон, но, увы, увы, чем больше лжи, и чем страшнее она, тем больше народа согласится в нее верить. Как и в одного бомжа с окраин Иерусалима. Месть есть следствие лжи, вытекающее в проклятие. Уж совсем по библейски, в духе как раз тех кто приложил руку к казни главного героя, с чем боролись в виде того и напросились. Трансформация из осудивших, в бегущих, словно крысы в пучину водную с тонущего корабля. Не судите да не судимы будут, мертвецы умеют судить почище всех судей продажного штата. А еще они умеют забирать близких, и им не страшна мораль, ведь Гаррет умер за иллюзорный страх не разобравшихся в ситуации людей. А значит нужно быть отмщенным и сократить поголовья через годы и десятилетия. Один защитник в поле не воин, и даже он понесет наказание. Боль Джонни Гаррета воет, через года, оглушая, и наказывая. Нас ждет путешествие в месть господа, скрупулёзно детализированная постановка истории одной ошибки, которая повлекла череду событий. Отмщение вальсирует с моралью. Одинокий герой разбавляет все нотой детектива, на пути к правде все дальше скатывающегося в психодэлию и праздник телесного повреждения. Принцип домино от жаждущего мести мертвеца.