Средство от депрессии
Помните такую песню: «Когда на сердце тяжесть и холодно в груди к ступеням Эрмитажа ты в сумерках приди. Там без питья и хлеба, забытые в веках атланты держат небо на каменных руках»? Песня красноречиво намекает на то, что как бы тяжело, больно и плохо тебе ни было бы, на Свете Белом найдутся те, кому гораздо хуже. Она побуждала не отчаиваться и с чувством должного принимать все невзгоды нынешнего дня, с оптимизмом смотря в будущее. Своеобразное средство от депрессии и ростков греха Уныния в душе. Но я выбрал другой предмет искусства для борьбы с душевной фрустрацией – фильм Франко Дзеффирелли « Гамлет». Собственно, первоисточник от Вильяма-нашего-Шекспира я читал раз 20 точно, но экранизации его смотрел чаще, а ту, о которой эта статья без счёту. Поводов посмотреть её, как антидепрессант в наш век предостаточно, что я, в общем, и делаю раз в полгода. На фоне горестей бедного принца мои собственные проблемы становятся такими надуманными и смешными, что душе становится неуютно в теле. Я стыжу себя в расхлябанности и легко нахожу силы для жизни, какой бы она ни представлялась. Что ж, давайте я объясню, почему именно эта экранизация «Гамлета» удостоилась «чести» быть просмотренной мною не менее полусотни раз. Великая пьеса, по мнению критиков и различных литературоведов-философов, рассказывает о неуверенности человека, о поиске себя, о смысле существования, о переменах Эпохи Возрождения, сменяющих «ночь Средневековья» и прочая, и прочая… Вам это интересно? Мне интересно, но не каждый день. Что мне гораздо ближе, это обычные человеческие переживания и чувства, тревоги и страхи без примеси метафизики. Я хочу видеть на экране ЛЮДЕЙ, а не ОБРАЗЫ, в которые напихано Вселенского разума и разумения. И постановка Дзеффриллли удовлетворяет моё желание. Я не побоюсь заявить, что львиная доля происходящего на экране посвящена тому, чтобы передать людскую трагедию: убийство, предательство, непонимание, месть, страх, - и блестяще с этим справляется. Подходу концентрации на «земных делах» способствует насыщенность фильма «действием». Многие фразы сопутствуются оным, а некоторые прямо заменены на него. Это придаёт не дюжую динамику и страсть развитию событий. Актёры не просто стоят в бравурных позах или прохаживаются петухами вокруг друг друга, что мы можем наблюдать в постановке Лоуренца Оливье или Григория Козинцева, что выдаёт некоторый «театральный» атавизм камерности в постановке. У Дзеффирелли во время реплик едят-пьют, танцуют, дерутся, бегут, - вообще не застывают в пространстве. То есть отсутствует искусственная ограниченность сцены. Зрителю легко влиться в такую среду и не чувствовать себя посторонним. Люди вокруг него живут естественной жизнью, а не напоминают нарезку диафильма. На то, что философские изыски оригинала задвинуты режиссером на задний план, косвенно указывают монологи принца. Они произносятся вслух, что делает их едиными с персонажем, а не чем-то живущим отдельной жизнью, вроде голоса за кадром. Изобразить процесс мышления, знаете ли, почти не возможно, и наблюдать потуги актёров в этом направлении больно, а порой противно. Вот актёр делает печальное каменное лицо и замирает – он думает? Или он пытается сыграть, что он думает? Нам, зрителям, это неведомо. Когда же актер размышляет вслух, его мимика, движение губ и челюсти многогранно подчёркивают передаваемые им эмоции, и последние становятся осязаемыми! Наблюдать такую игру приятно и по причине спада градуса пафосности. Когда актер, молча, таращится в пустоту, а закадровый голос декларирует его мысли, что может быть торжественнее и смешнее. А здесь показана обычная человеческая черта – разговор с самим собой, – каждый этим грешен, не стесняйтесь признаться. Без сомнения, жемчужина фильма - Мэл Гибсон. Вспоминаю слова одного критика об игре Мэла в «Гамлете»: «…у него глаза напуганного, обманутого ребёнка». Обвинения Гибсона в переигрыванье и (совсем неуместные) в мэйнстримовости странно слышать. Гамлет становится свидетелем человеческой подлости в самом омерзительном её проявлении. С каким видом он должен это воспринимать? При всей прагматичности принца и его желании всё «проверить» и «взвесить», скрывшись под маской безумца, случившееся в его семье само по себе сводит его с ума. Принц не играет буйно-помешенного, он пытается унять своё безумие! В нём кипит гнев и яростная жажда мести, отчаянье и ненависть, а он вынужден сдерживать себя, ради того, чтобы не навредить людям, которые не заслужили кары: мать, Офелия, его страна и подданные, в конце концов. Но рушащуюся платину пальцем не заткнуть. И Гибсон показывает именно это: рыдания, яростный ор, припадочный смех и рык. На фоне парализованной амёбы, которую сыграл Смоктуновский, Гамлету Гибсона веришь, что у него «отец убит и мать осквернена», а до кучи любимая отвергла, предали друзья, и отчим готов всадить нож в спину. В довершении великолепно сыгранного характера, колоритно подан сам образ принца: засаленная неряшливая одежда, мешки под глазами, резкие морщины, неухоженная борода, - всё указывает на то, что ему нет дела до своего обличия, его обуревают тяжёлые размышления и скорбь, полностью поглощая внимание. И, видя Смоктуновского или Оливье с гладко выбритым подбородком и в аккуратной блузе с накрахмаленным воротничком, невольно смеёшься над фразой: «…нет, печаль моя не кажется, а есть». Несмотря на эту печаль, полчаса на привидения себя в порядок нашлось? Остальные актёры не отстают от Гибсона в изображении живых человеческих страстей. Особенно выигрышно смотрится Полоний в исполнении Йена Хольна – вот уж точно «не в меру суетлив»! Отличительная черта постановок Дзеффирелли - временная аутентичность. В фильме действие происходит в 13-14 веках, что, несомненно, гораздо ближе ко времени описанному в пьесе, хоть Шекспир и не уточняет его. Так же за плюс отмечу концовку. В оригинале Фортенбрасс подводит итог сюжету. Дзеффирелли отказался от этого персонажа, из-за чего появилась какая-то тревожная недосказанность, побуждающая задуматься, а что будет дальше? Поверят рассказу Горацио? Что станет со страной? Как отнесутся к памяти о Гамлете? У Шекспира его хоронят с почестями, в фильме он остаётся лежать на полу… Вот такой вот фильм о Гамлете принце Датском. Фильм о человеке, а не об олицетворении страстей человека. Приятного просмотра!
Не все спокойно в Датском королевстве...
На просмотр сего фильма меня сподвигло несколько причин: это экранизация одного из самых любимых моих литературных произведений, Франко Дзифирелли известен как хороший постановщик экранизаций Шекспира, в фильме снимаются такие замечательные актрисы как Гленн Клоуз и Хелена Бонем Картер. Если быть честной, то я не рассчитывала увидеть шедевра, ибо один только факт, что роль Принца Датского исполняет Мэл Гибсон, уже навел меня на некоторые подозрения, тем не менее, я хотела увидеть просто качественную костюмную драму на основе всем известной, пожалуй, трагедии. Увы... Мои столь скромные запросы не смогли быть удовлетворены, а главной причиной этого стал, как я и опасалась, господин Гибсон, но и все остальной в данной экранизации оставляло желать лучшего. Мэл Гибсон в роли Гамлета произвел на меня крайне неприятное впечатление: я изначально сомневалась в том, что он справится с этой весьма непростой ролью, но зная, что актер он, как минимум, неплохой, никак не могла ожидать от него подобной игры: я не поверила ни единому его взгляду, ни единому жесту, не единому слову. Я не могу понять, зачем он произносил строки Шекспира с таким рычанием и с таким дешевым ломанием, свойственным только актерам провинциального театра? Как можно было, играя столь трагического и неоднозначного персонажа, проявить такие чудеса примитивизма и однообразия: он то хмурил брови, то выкатывал глаза из орбит, то поднимал брови, то размахивал рапирой, то скалился, то комбинировал эти движения... Но подобная активность вовсе не сделала его жесты уместными и выразительными, а, напротив, погубила эту роль. Конечно, можно сказать, что у Гибсона была 'своя трактовка образа Гамлета', но я не могу взять в толк, как, будучи опытным актером, можно заниматься исключительно ломанием без подлинного переживания... Я надеялась, что мне придется по душе исполнение Офелии Хеленой Бонэм Картер, которой, как известно, идут роли в исторических драмах, но, как бы это ни было грустно, ее игра произвела на меня тягостное впечатление. Персонаж получился совершенно невыразительным и не вызывающим сопереживания, хотя здесь, возможно, вина режиссера и сценаристов. Но Хелене не хватило тонкости в сцене безумия: выкатывание глаз а-ля Беллатриса Лейстрендж кажется здесь ни чем иным как неуместным ломанием, пусть и менее грубым, чем у Гибсона. Пожалуй, больше всех остальных я рассчитывала на Гленн Клоуз, учитывая, как я была восхищена ее игрой в 'Опасных связях', но, к сожалению, не могу сказать, что осталась полностью довольна ее игрой в этом фильме. По прихоти режиссера, Гертруда сделалась не по годам и не по статусу экзальтированной и суетливой, а Гленн не очень хорошо смотрелась в роли этой 'наивной девочки средних лет', но, в отличие от партнеров по картине, фальши в ее игре не было, и для меня она остается главным достоинством сего фильма. К тому же, она сыграла вполне неплохо, но по контрасту с великолепной тончайшей игрой, которую она показала в роли маркизы де Мертей, ее Гертруда смотрится не слишком хорошо. Йен Холм, исполнивший роль Полония, вне всяких сомнений, актер хороший, но персонаж у него вышел до неестественности суетливым, причем в такой форме, которая никак не соответствует его статусу: представьте себе Полония перемещающегося по Эльсинору не иначе как бегом и постоянно что-то с жаром декламирующего тоном, более всего подходящим для скороговорки. Режиссура также бездарна, что явилось для меня настоящим удивлением, ведь я надеялась, что хотя бы в этом плане фильм не будет провальным. Почему-то на протяжении всего фильма складывается такое ощущение, что все актеры, дико спешат, будто режиссер стоит рядом и непрестанно шепчет: 'Быстрей-быстрей! А то в хронометраж не уложимся!', в результате чего некоторые персонажи, особенно Гертруда и Полоний, перемещаются практически бегом. Меня неприятно поразила сцена объяснения Гамлета с матерью, в процессе которой он повалил ее на кровать, налег на нее и начал с рычанием восклицать, какая же она неверная жена! Это выглядело, мягко говоря, странно. Кстати, на фоне глупого и неадекватного, по фильму, Гамлета Клавдий и Гертруда показались мне не такими уж и неприятными персонажами... Вот что значит смещение акцентов... Причем явно непреднамеренное... В принципе, в 'Гамлете' неплохая музыка и декорации, но не могу сказать, что они особенно запоминаются. В результате, после просмотра вспоминается разве что потрясающе убогая игра Гибсона и просыпается искреннее сочувствие к Шекспиру, смешанное с некоей радостью, что он не дожил до того времени, когда из его произведения сотворили такую пустую и вульгарную безделушку.
АП
Александр Попов
Кинокритик
Нейтральный отзыв
Гамлет Гибсона
«Гамлет» в интерпретации Ф. Дзефферелли несет в себе ощутимое оперное начало, что связано с особенностями карьеры самого режиссера, много работавшего для музыкального театра. Преобладание крупных планов, усиливающих выразительность актерской игры, вкупе с использованием динамичного монтажа, позволяет придать фильму некоторую остросюжетность, делая психологические метания персонажей по-настоящему увлекательными. Дзефферелли за счет небольших сокращений текста удается освободить достаточно высокопарный и образный слог Шекспира от присущей ему литературности, сделать его более естественным в устах актеров, чья игра ближе к поведению обычных людей, чем в лентах Оливье и Козинцева. Однако, текст теряет свой объем и трагическую глубину из-за излишне аффектированного, мимически перегруженного исполнения М. Гибсона, который делает Гамлета эмоционально неуравновешенным психопатом, не содержащего даже намека на интеллигентность и хрупкость, присущую Смоктуновскому, или величественный аристократизм Оливье. К достоинствам картины можно отнести мастерское использование декораций замка и внутреннего убранства его интерьеров, удачно передающих атмосферу шекспировской пьесы. Удачным стал выбор на роль Клавдия П. Скофилда, уверено выстраивающего образ чванливого, самолюбивого короля, который, впрочем, не вызывает отвращения и не лишен человечности. Напротив, Г. Клоуз делает Гертруду несколько одномерной, чрезмерно мимически и пластически подчеркивая ее сластолюбие. В сцене в спальне Клоуз и Гибсон настолько неряшливы в своей грубой, отрицающей всякую меру эмоциональности, что вспоминается фраза из «Отелло» о том, как «вращают в бешенстве глазами». Режиссерская уверенность в выстраивании драматической структуры, композиции кадра, распределении драматического напряжения в течение ленты не может компенсировать вопиющих просчетов в актерской игре. Музыка Морриконе и операторская работа выступают в качестве фона, ненавязчиво сопровождающего действие, несущее на себе недостатки среднестатистического европейского кино, канон которого сформировал в том числе и сам Дзефферелли: сухой академизм в постановке классических сюжетов, торжество традиционной морали, неотъемлемая доля патетики и дидактики, склонность к сентиментализму. При экранизации трагедии Шекспира режиссер ввиду стилистических особенностей текста не мог соблюсти все признаки такого типа кино, но приложил усилия, чтобы хоть частично ему соответствовать. В результате мы имеем работу, поднимающуюся над средним уровнем адаптаций Шекспира для экрана, в меру иллюстративную, в меру изощренную стилистически, но в целом, не предлагающую ничего решительно нового в обращении с драматическим материалом.
Некоторым актерам лучше и не стоит играть великие роли.
Фильм безусловно милый и гармоничный. Дзеффирелли-очень талантливый режиссер, еще раз доказавший это. Известные, но неприевшиеся актеры на нужных местах, излишне долгие монологи урезаны, декорации выглядят достоверными и градус сочувствия героям на должной высоте. Все по-голливудски красиво и аккуратно. Вот только я не увидела в фильме ни намека на великую и бессмертную трагедию. Хотелось после просмотра спросить, а что это было? Особенно меня неприятно поразила игра Гибсона. Казалось, что он не играет, а издевается. Его Гамлет-это какая-то истеричка, размахивающая мечом. Смешно, правда? Вот и мне было смешно. Эта бесконечная противоречивость и сложность характера, которую не опишишь просто в двух словах, полностью отсутствовала в этом фильме. Самый известный драматический персонаж, когда-либо созданный за все существование человечества, в исполнени Гибсона превратился в нечто обычное и посредственное. В общем, Мелу 2 из 10. Затем остальные герои. Особой тонкости не хватило и Хелене. Сцена безумства Офелии не была исполнена с должным драматизмом и талантом. Ничего особого завораживающего и трагичного. Паркер также не дотянул. Боли за отца и сестру в его Лаэрте абсолютно не чувствовалась, а ведь она должна была быть, еще какая. В начале трагедии нам ясно дано понять, как сильно он любил Офелию. Порадовала Гленн, ее Гертруда, пожалуй, одно из главных достоинств фильма. В заключении могу сказать, что стоит посмотреть этот фильм хотя бы просто из любопытства, ведь у каждого режиссера получается свой 'Гамлет'. Хотя, разумеется, версия Лоуренса Оливье и Брана выглялят еще лучше на фоне этой печальной голливудской истории. 6 из 10
Верю!
Что, как и зачем хотел сказать режиссёр? Сначала факты. Из текста отсутствует приличный объём, но это, к сожалению, неизбежно. В итоге кое о чём приходится догадываться, а кое-что упрощено - но эти потери незначительны и пониманию не мешают. Некоторые сцены поменяны местами. Я пока не могу сообразить, с какой целью это сделано и насколько это оправдано. Например, монолог 'быть или не быть' Гамлет произносит не до, а после встречи с Офелией. В принципе не суть это и важно, а может, даже и логичнее. Но Вильям-то наш Шекспир решил иначе! А если посмотреть шире - ощущение создаётся, что читать Гамлета ему было скучно - и он решил добавить туда.. не экшна даже. А просто.. эмоций? Красок, я бы сказала. Но при всём при этом это осталась 'трагедией мысли', не став банальной историей про месть. Актёры и их роли. Мел Гибсон оставил меня в немом восхищении. Конечно, я понимаю, что его Гамлет создан не им *ну, скажем осторожнее - не им одним*. Он такой, каким я вижу Гамлета. Он и меланхолик - такой, что хочется с ним плакать - и безумец - такой, что поневоле улыбаешься - и отчаявшийся убитый горем сын - такой, что мурашки по коже. Он играет глазами! Я никогда бы не поверила, что он может быть драматическим актёром. Была неправа, и рада этому. Гертруда для меня всегда была загадкой. Я не понимаю этого персонажа. Гленн Клоуз показала мне одну многочисленных предлагаемых версий. В этой интерпретации она этакая эмоциональная проститутка. Она искренне убивается над гробом мужа, спустя N дней так же искренне целует нового мужа, она искренне радуется и боится за сына, искренне плачет об Офелии, искренне слушается короля, искренне стучит королю на сына, искренне считает, что делает всё правильно. И за этой искренностью.. Ничего. Гертруда здесь - просто дура. Что ж, это было интересно увидеть. В противоположность ей с Клавдием всегда всё понятно. Он хитёр, расчётлив и жесток. Ни разу ещё ничего нового я в нём не увидела. А вот от Офелии я в нокауте. Это вообще что было? То ли Дзефирелли её просто не любит, то ли Хелене Бонем Картер не хватило опыта для драматической роли, то ли.. не знаю. А скорее всего, всё вместе. Офелия, которая закатывает глаза - это в принципе нонсенс. И вообще - она ДУМАЕТ. В её глазах мысль. А её быть не должно. Как и своего мнения. То есть чисто внешне, по тексту всё соблюдено, но по сути у неё получился какой-то совершенно другой персонаж - скорее из шекспировской комедии, чем из трагедии. Сцена безумия сама по себе хороша *как же иначе.)*, но вырвана из контекста. У её Офелии не было никакой причины сходить с ума. Она совершенно запросто могла вправить мозги Гамлету, подговорить брата убить Клавдия и успешно заправлять всей Данией. В общем, тема Офелии не раскрыта. Как и Розенкранца с Гильденстерном. Но в общем они тут и не главное. И даже фразы той самой не было. Общая картина. В общем, пока это лучший Гамлет из тех, кто я видела. Он сделан аккуратно, добросовестно, с уважением к первоисточнику. Этот фильм я советовать - буду. 8 из 10
Гамлета делает свита
Вынужденная весенняя изоляция пандемичного 2020 года натолкнула на мысль замахнуться на самое незамахиваемое – на Вильямова, понимаете, нашего с вами принца Датского: сделать подробнейший разбор самых значимых его кинопостановок. Задача, прямо скажем, по сложности сродни самому произведению. Поэтому, отметя до поры общий сравнительный анализ, решил пока пройтись по отдельным образцам. Франко Дзеффирелли – человек с большим именем и опытом масштабных кинополотен по мировой литературной и оперной классике. Его постановки Травиаты, Ромео и Джульетты, а также авторское прочтение главного христианского сюжета давно стали классикой не только кинематографа, но всей мировой культуры ХХ века. Режиссер неоднократно возвращался к произведениям Шекспира (в их числе также Укрощение строптивой и Отелло). Понятно, что этот ряд не мог не закончиться главным шекспировским произведением – «Гамлетом». На сей раз с Мэлом Гибсоном в главной роли. Вот уже 30 лет критики спорят об оправданности выбора режиссёра, взявшего на одну из самых сложных ролей в истории красавчика Гибсона, за которым к тому моменту прочно закрепилось клише плейбоя и сорвиголовы. Насколько справился со сверхзадачей Гибсон, вопрос спорный. Но то, что он со своим Гамлетом смог вылезти из коротких штанишек «Безумного Макса» – несомненно. Да, Гибсон слишком смазлив и голубоглаз для шекспировской трагедии, слишком ироничен, слишком современен, даже попсов, на грани кича со своей нарочитой мелированной стрижкой и модной щетиной, с головой выдающих в нём человека 90-х годов ХХ века. Того и гляди, сейчас затянет вторым голосом за Джорджем Майклом: «Ласт кристмас, ай гейв ю май хат...» Особенно этот странноватый временной контраст чувствуется из нашего чумного, виртуально-загадженного времени, времени тиктокеров и ютьюб-блогеров, коубов и деливериклабов: когда в одном кадре сочетаются кровавая история из раннего Средневековья, рассказанная драматургом Елизаветинской эпохи и, собственно, рассказанная для своих современников и про них. Но, при этом, сыгранная поп-идолом от кинематографа в конце ХХ века. При всём этом сказать, что актёр не осилил или, того хлеще, провалил роль, рука не поднимется. Да, Гамлет у Гибсона вышел не такой умудрённый, как у Козинцева и Смоктуновского, не такой эпичный и пафосный, как у Брана, и слишком клипово-эмтивишный и эмоциональный на фоне отстранённого Лоуренса Оливье. Но и у Гибсона тоже вышел Гамлет. Свой Гамлет. Гамлет образца 1990 года. Пусть и не без вопросов. Зато все прочие персонажи второго эшелона у Дзеффирелли выше всяких похвал. Можно сказать, что здесь Гамлета сделала свита. Особенно выделяется на фоне остальных Гленн Клоуз в роли Гертруды, которой режиссер выделил значительно больше места в кадре в сравнении с прочими ролями и сценами, при этом, ужав само произведение практически вдвое. К примеру, в постановке 90-го года полностью опущен политический подтекст в пьесе и связанную с ним линию принца Фортинбраса. Гертруда же у Клоуз вышла, пожалуй, самой личной, глубоко психологичной и наиболее раскрытой из всех виденных постановок. Жаль, что и тут не обошлось без проклятия Лоуренса Оливье, навязавшего всем последующим постановкам шлейф Эдипова комплекса, который принял на этот раз, и вовсе, явственное физиологическое проявление. И Лаэрт, и Гораций, и прочие персонажи второй и третьей линии от фрейлин до стражи точно локализовали пространство пьесы, не перетягивая одеяло, но создавая прекрасный фон разворачивающейся драмы. И король-братоубийца под стать: точен без переигрывания и фиглярства. Клавдий тут, отнюдь, не номинальный костюмный персонаж, как это было всё у того же Оливье. Да и характерный актёр Иэн Холм в роли Полония, несмотря на заданные самим Шекспиром рамки старого «вертлявого хлопотуна», не доводит до фарса отведённую ему сатирическую роль, выводя образ вельможи в услужении поистине трагический: его Полоний вынужден быть шутом в предложенных декорациях, где братоубийство, предательство и прелюбодеяние соседствуют с фальшью велеречивых слов, а нарочито притворное сумасшествие – с сумасшествием неизбежным и страшным, настоящим сумасшествием. Но больше всех поразила совсем ещё юная Хелена Бонэм Картер. Несмотря на практически ужатую до эпизода роль, это лучшая из сыгранных в кинематографе Офелий! Её скромность, чистота и безумие не притворны. Её Офелия заставляет содрогнуться и сглотнуть комок в горле. Одна из самых сильных ролей актрисы. Как жаль, что дальнейшая её карьера пошла по пути буффонады, декораций и тонн грима. Где она давно спорит с погрязшим в подобном крикливом киче Джонни Деппом. Дзеффирелли, и в этом он мастер, выстроил полноценную, насыщенную, объёмную картинку, вышедшую далеко за рамки бутафорских театральных подмостков и нафталиновых костюмов уездного драмтеатра. Созданные им декорации с настоящим средневековым шотландским замком и соответствующими эпохе костюмами (за что фильм получил два Оскара) – самые атмосферные, реалистичные и грандиозные, ближе прочих погружающие в реальность происходящего, создающие осязаемую атмосферу мрачного Средневековья. При этом, режиссёр не сваливается в дорогостоящий костюмированный пеплум, но также дарит радость крупных планов. В фильме много крупных планов, которые призваны передать эмоциональный фон даже у второстепенных персонажей. Едва уловимые движения глаз, мимика и жесты передают самые тончайшие эмоции, заставляя верить, верить и верить в происходящее. Шекспировский маньеризм и театральность у Дзеффирелли уступили место правдивости образов и человечности характеров. Где театр наконец стал самой жизнью. И уже только поэтому это одна из лучших гамлетовских постановок: где декорации, размах, тонкий баланс между буквальным прочтением, драматургией и психологической подоплёкой живых людей находятся в неразрывной связи и устойчивом равновесии. Если бы ещё не постоянное ожидание сладкоголосого «ласт кристмас»… Ведь, при прочих равных, и несомненно хорошей своей игре, Гибсон оказался самым противоречивым и слабым звеном. А свита на этот раз переиграла своего принца. Baddy Riggo, 10-11.01.2021
TF
Terrence Ferest
Кинокритик
Позитивный отзыв
Больше чем экранизация
У Дзеффирелли шекспировский сюжет стал - живым. Никаких 'вычурных поз и сломанных роз', люди в неуютных реалиях средневековья живут как могут, спасаются чем могут, а ещё звереют, ревнуют и мстят. И кушать хочется всегда, и в радости и в горе, с чего бы это, а? Какого актёра ни возьми - идеальный каст. Вот Офелия Хелены Бонем-Картер. Обычная (для нас) 'умненькая девочка' (старостой и заучкой была бы в школе), запертая в среде полного запрета на проявление воли, уходящая если не в астрал воображения (жестокие средневековые сказки к этому не располагали), то как минимум в 'астрал своего личного мнения'. Не то чтобы ей так уж сильно нравился Гамлет - просто все остальные женихи ещё хуже. И да, безумие остаётся единственным местом, куда психика может сбежать, чтоб хотя бы частично спасти себя - 'на эту территорию другим хода нет и запреты на ней не действуют'. Гамлет Гибсона тоже впечатлил. Сам по себе персонаж инфантилен - 'Я тут страдаю! и тихо злюсь на тех, кто не страдает тоже' (за напоминание, что все теряют своих отцов и никто такую воду не разводит, готов прибить), но ведь ребёнок не только навязывает всем свои эмоции, а и сам не знает, как бы их прекратить: на ком бы он ни срывался, облегчения это не приносит. И когда такого ребёнка начинают играть взрослые дяди, результат обычно прискорбен (самое близкое к водовороту эмоций, имхо, передал Камбербэтч - невроз пополам с истерией - и критики тут же разразились воплями, что это мол не по шекспировски, мало 'благородной позы'). Средневековый Гамлет лишён современной поблажки впадать в истерику, тем не менее Гибсон передаёт всю бурю эмоций (от зверя затравленного до зверя яростного), так туго загнанную под кожу, что крышу рвёт. Этот Гамлет не особо притворяется, играя безумца, ему, как и Офелии, нужно спустить пар (а некуда - в Виттенберг-то не отпустили!) И ему веришь - целиком и полностью. А вот кого особенно жаль - так это Лаэрта. Никаких изначальных причин для вражды с Гамлетом у него нет. Удивительно солнечный юноша, приятно глянуть. Возвращается в отчий дом - а там такое... Есть от чего озвереть. Потерял сестру, потерял отца... Старик Полоний, мир его праху, всё отпущенное ему время из подштанников лезет, чтоб любыми методами упрочить положение и обезопасить семью. Его суетливости тоже веришь - попробуй хоть кому не угоди! Когда короли в досаде, у слуг летят головы. Принцу хаханьки, дочь глазами хлопает, а от опалы, если что, пострадает вся семья: Клавдий-то милосердием не отличается, даже королева это понимает. Гертруда же целует Клавдия с такой страстью, что напрашивается 'раз всё равно уж насилуют - расслабься и получи удовольствие'. А что ей остаётся? Любимый муж мёртв, сын отдалился, а с новым муженьком не поспоришь (попробуй такому сослаться на головную боль, он тебе её и устроит). И тут ещё сыночек жару поддаёт - уважение ему подавай как взрослому, а на чувства матери плюёт как ребёнок: такая-сякая ты мол посмела. Будто у неё был выбор! (ну да, был - или к Клавдию в постель, или пожалуйте в монастырь) И режиссёр, и актёры - все выложились до последнего. Картонные герои стали людьми. Фильм очень искренний. Замок, от которого даже с экрана тянет промозглой сыростью, женщины, которым больше некого любить, и недоверие в глазах Гамлета - втянутого по самые уши в скандальную бытовуху великой Дании.
О женщины, вам имя - вероломство! (с)
«На удочку насаживайте ложь и подцепляйте правду на приманку». (с) Долго выбирала, какого же Гамлета смотреть после прочтения книги, в итоге, начитавшись к каждому самых разных отзывов, решила, что на вкус и цвет фломастеры разные и выбрала наименее длинный. Уж не знаю, ошиблась или нет, так до конца и не поняла. Может быть, если бы сама книга вызвала бы исключительно восторг, то к фильму и подавно было б претензий больше, но поскольку у меня претензии и к самому Шекспиру, то в принципе, не так и фильм ругать придётся. Начну с того, что хоть в общем и целом, конечно, книга хороша, гармонично поэзия сочетается с прозой, но не дожал Шекспир финал, ох не дожал. Такое ощущение сложилось, что нужно было срочно всех убить, поэтому давайте все забудем, что я обещал вам месть Гамлета за смерть отца, а просто устроим нелепое состязание, и пусть все отравятся. И пофиг, что хоть кого-нибудь можно заколоть для приличия рапирой, нет! 'Я хочу всех отравить, так что пусть будет посему', – говорит Шекспир и все падают, сраженные ядом, перед этим, как обычно, кто-нибудь раскается в содеянном, но не главный негодяй, нет, он не пробиваем. И поделом, пускай гиена его поджарит с огоньком. Но, несмотря на это, в пьесе много того, что мы называем прописными истинами, но вот были бы они такими, если бы о них не рассказал великий мастер – вот в чём вопрос: «Рядись, во что позволит кошелек, Но не франти – богато, но без вычур. По платью познаётся человек». Что же касается фильма, то я вся в сомненьях. Я уважаю Мела Гибсона, хотя в этой роли за ним наблюдать было как минимум непривычно. Я не скажу, что он плохо сыграл. Нет, я уверена, что поставленную перед ним режиссером задачу он выполнил, внеся в образ принца датского и кое-что своё. Но весь фильм меня не покидало ощущение, что он местами проникается произносимыми словами великого Шекспира, а местами просто будто издевается над воплощённым образом безумного принца. Хотя знаменитый монолог «Быть или не быть» он исполнил достойно. Лично по моим ощущениям, Гамлет не настолько сошёл с ума, чтобы бегать, прыгать, смеяться невпопад и ни с того ни с сего целовать Офелию. Да, можно говорить о безумстве на фоне всего происходящего в правящей семье, но ведь его безумство, как сказал Полоний, было очень даже последовательно. Ведь нельзя же его сравнить с безумством Офелии, которая действительно безумна и это сразу видно. Безумство Гамлета же передаётся периодическими всплесками ярости, хотя в самой пьесе Шекспиру хватило всего лишь хитроумно выстроенных фраз, чтобы читатель понял, что Гамлет-то темнит... Здесь же его абсурдность речи решили усилить ещё и безумным взглядом и поведением, граничащим с идиотским, хотя дураком и сволочью он не был. Это второй мой фильм с Хеленой Бонем-Картер по пьесе Шекспира, и я снова разочарована, увы. Мало того, что в начале фильма Офелия ходит какая-то забитая, лохматая и вся сама в каких-то неприметных платьях, о её принадлежности к дворянству с трудом верится, и то лишь при наличии достопочтенного отца в одном с ней кадре. Но если после смерти Полония сие ещё можно объяснить безумством, то вот вначале как мог в неё влюбиться датский принц – вопрос. Я не увидела в ней и ничего ангельского. Вообще, как по мне, так ей ну уж очень удачно даются роли всяких ненормальных, типа Беллатрисы Лестрейндж, где будто образ был создан специально для неё, или же мамаши Тенардье, где от канона Гюго осталось немного, но сам персонаж получился более ярким и запоминающимся, чем книжный оригинал. Но это она уже взрослая состоявшаяся актриса. Здесь же ещё она юна и, как принято считать, красива и чиста, хотя я этого в ней не увидала, как ни старалась. Вот что странно, сыгранное её безумство, хоть в фильме и слегка опошлили, в отличие от книги, всё же хорошо. Ей веришь безусловно. Тут, скорее, больший вопрос к самому Шекспиру: много ли вы видели дочерей, которые из-за смерти отца сходят так с ума? Но если предположить, что она нежная и тонкая натура, то с этим фактом можно и смириться, ведь отца убил возлюбленный. Отец убит, любимый изгнан, брат в отъезде – как тут не сойти с ума? Гертруда в исполнении Глен Клоуз в начале фильма раздражала своими скаканиями аля молодая лань. Действительно, не по её годам так бегать, прыгать, веселиться, ведь в самой книге об этом ни слова не было. Зачем же здесь из неё сделали влюблённую дурочку, а ближе к концу, видать, из-за обвинений сына и разлуки с ним, она хоть вспомнила, что дама-то уже в летах: «Ни слова про любовь. В лета, как ваши, живут не бурями, а головой». Ещё некоторые опущения диалогов и объяснений удивили. Например, совершенно не ясно, каким образом Розенкранц и Гильденстерн оказались в Англии без принца. Он что, по воде пешком или на лодке от них сбежал? В книге хоть поясняется, что на корабль напали пираты, хотя Шекспир тоже не удосуживается объяснить, каким образом Гамлет сам от пиратов сбежал, но это ладно. Здесь же он был на корабле по пути в Англию и подменяющий письма, а вот уже с Горацио скачет по кладбищу. Не иначе, как крылья отрастил. Сцена объяснения с матерью отвратительна. Какая-то пошлая и чересчур наигранная. К чему были все эти поцелуи и намёки на инцест – вовсе непонятно. Шекспир не так всё задумывал, уж это точно! Полоний в исполнении Йена Холма мил, суетлив, но чересчур уж прыток. Хотя он мне понравился больше всех, но я бы немного угомонила его, а то он постоянно бегал туда-сюда. Алан Бейтс в роли короля неплох, правда, как по мне, так и образ не особо сложный. Милый Горацио прелестен. Лаэрт получился каким-то слишком жалким, а ведь в книге он там чуть ли не восстание поднял! Университетские друзья Гамлета запомнились тем, что принц постоянно их оскорблял и даже бил, а они смотрели на него растерянными взглядами. Понравились декорации, ландшафты и костюмы. Атмосферненько получилось, со вкусом (кроме платья Офелии). Правда, ощущение, что в замок может попасть любой встречный-поперечный, но это уже придирки. В общем, читайте книгу, восхищайтесь Шекспиром, лично я ещё получила удовольствие от перевода Пастернака, но в фильме перевод другой. Книге 8 из 10 Фильму 6 из 10
Быть!
На момент просмотра этой картины, я была ознакомлена с сюжетом. Более того, я могу сказать, великий драматург один из моих любимых писателей. Больше всего меня удивил в этой экранизации актёрский состав. Узнав Мэла Гибсона я была в шоке, а тут и Хелена Бонэм Картер и Глен Клоуз... Ладно остальные, а вот Гибсон в этой роли, которую желают сыграть все актёры... Хотя мне всё же понравилось. Он играл глазами, а это я ценю в актёрах больше всего. Именно глаза заставляют нас поверить в истинность происходящего. Взгляд актёра меня поразил. Изображая безумца, он сам будто сходил с ума. Весь фильм пропитан трагедией, грустью именно главного героя. Думаю, делать анализ произведения будет излишним. И уж тем более, наверно, рассказывать весть сюжет. Это всё таки классика и хотя бы основные моменты, думаю, известны большинству. Так вот, Гибсон, мне кажется, смог показать нам внутренний мир своего персонажа, который, все мы знаем, сложен и редко кому удаётся. Остальные образы тоже показаны хорошо. Офелия Хелены Бонэм Картер юна и наивна. Это светлый образ, бедная девушка оказалась перед сложным выбором. Королева Гертруда также сыграна на хорошем уровне, эта женщина тоже, по моему, оказалась обманутой, а может кто-то обвинит её в предательстве, всё же актриса дала нам своё видение и видение режиссёра. Король, Полоний и все остальные тоже хорошие, все понравились. Мне также показалась великолепно точной обстановка того времени, которую великолепно смогли воссоздать на экране, всегда интересно посмотреть такие фильмы, ведь мы можем окунуться в историю. Эта картина, отобразила представления режиссёра, его видение этой трагедии великого драматурга. И она имеет место быть.
Первый герой боевика
«- Быть или не быть - вот в чём вопрос…» (с) Пьесы британского драматурга и барда Уильяма Шекспира – не просто классика, а неотъемлемая часть мировой культуры. Поэтому нет нечего удивительного в том, что ставились на сцене и переносились на экран они бессчётное количество раз. Иногда постановки были экспериментальными – действие пьес переносилось из времён автора в наши дни. Тем самым режиссёры хотели показать универсальность некогда придуманных сюжетов. Но в основном классика ставилась в традиционном, «костюмированном» ключе, ибо это было привычнее для зрителя и уважительней по отношению к литературному наследию писателя. Несмотря на обилие идентичных экранизаций, всё же визуально они были различны. Художники по костюмам, декораторы и оформители сцены всякий раз видели мир шекспировских героев по своему. Но в основном, как правило различались эти постановки исполнением главных ролей, а иногда и творческой концепцией ставивших их режиссёров. Многие старались при постановки классики дать в ней отражение современных проблем. Или же рассматривали избитые сюжеты под другим углом, находя их новое прочтение. Тот же «Гамлет» был перенесён на плёнку великое множество раз, но в историю кино вошли лишь единицы из этих экранизаций. В частности рассматриваемый в данной рецензии фильм признанного «шекспировского» экранизатора, итальянского режиссёра Франко Дзеффирелли, до того успешно ставившего в кино «Ромео и Джульетту», «Укрощение Строптивой» и «Отелло». Вероятно долгое время «Гамлет» оставался для постановщика заветной мечтой, так как приступил к его экранизации он уже будучи в преклонном возрасте. Не лишним будет заметить, что для западного зрителя эта версия вероятнее всего противопоставляется классической, чёрно – белой постановке Лоуренса Оливье, в своё время признанной лучшей экранизацией шекспировского произведения, благосклонно принятой во всём мире критиками и отмеченной несколькими премиями Оскар ( в том числе самому Лоуренсу Оливье – за лучшее исполнение мужской роли ). Справедливости ради, этот старый фильм заметно выигрывает если смотреть его в оригинале – звучание английской речи в несколько устаревшей манере производит незабываемое впечатление на почитателя классики. Но в целом – это крайне театрализованная, несколько напыщенная постановка, более похожая на запись спектакля, нежели на подлинный кинофильм. Видимо поэтому Дзеффирелли старался максимально, насколько это возможно избежать в своём фильме театральности. Он даже кое где своевольничал, позволив себе ввести несколько сцен, которых не было у Шекспира, а так же сократил некоторые слишком затянутые монологи датского принца. Это пошло картине на пользу, сюжет стал более динамичным, а благодаря реалистичной актёрской игре – фильм больше походил на какую то историческую драму, чем на постановку по пьесе Шекспира. При этом обвинять режиссёра в отступлении от текста нельзя – в предваряющих фильм титрах честно признаётся тот факт, что это не прямая экранизация – а фильм по мотивам трагедии Уильяма Шекспира. Замечательный подбор исполнителей, которые сложились в единый актёрский ансамбль, прекрасная игра Мэла Гибсона занятого в главной роли, великолепная операторская работа Дэвида Уоткина, классный саундтрек написанный легендарным Эннио Морриконе и первоклассная адаптация классического материала осуществлённая сценаристом Кристофером Де Вором – всё вместе делает этот фильм незабываемым зрелищем! Стоит отметить актёров, которые разыгрывают знакомый всем со школьной скамьи сюжет. Роль королевы Гертруды блистательно воплотила как всегда драматически бесподобная Гленн Клоуз, Алан Бейтс сыграл царственного кровосмесителя Клавдия ( за что был даже номинирован на премию BAFTA ), Иэн Холм сыграл трагического царедворца Полония, молодая Хелена Бонем - Картер исполнила роль несчастной возлюбленной принца Офелии, Натаниэль Паркер сыграл утратившего дорогих ему людей Лаэрта. Запоминаются так же Пол Скофилд в роли Тени Отца Гамлета, и Стивен Диллэйн в роли преданного друга принца – Горацио. Под чуткой режиссурой итальянского маэстро все они воплощают на экране классический шекспировский сюжет в предельно ( насколько это возможно ) реалистической манере. Подобный взгляд на классическую пьесу, превосходная игра занятых исполнителей ( в особенности эксцентричного как некогда Гибсона ), потрясающая работа художников по костюмам и прочие аспекты картины ( музыкальное сопровождение, операторская работа и величественные декорации ) – способствовали успеху картины, сумев впечатлить как журналистов так и кинокритиков. В итоге фильм был удостоен престижной награды «Давид Ди Донателло» за лучший фильм на иностранном языке, а так же двух номинаций на премию Оскар ( в категориях «художник-постановщик» и «художник по костюмам»). Правда награды американской Киноакадемии лента так и не получила. Но в прокате «Гамлет» Дзеффирелли прошёл неплохо – только в Штатах картине удалось собрать более 20 миллионов $! Для экранизации избитой классики это был солидный результат. Даже если учесть то, что вероятней всего большинство зрителей шли не на шекспировскую интерпретацию Франко Дзеффирелли, а на Мэла Гибсона. Более того, именно поэтому итальянский классик мирового кино и взял на главную роль популярную звезду экшен жанра. Это делалось дабы привлечь внимание к классике подростков, которые предпочитают прогуливать уроки литературы, а чёрно – белый фильм Лоуренса Оливье воспринимают устаревшим анахронизмом. Поскольку не имеет смысла расписывать здесь построение всем известного сюжета, я ограничусь лишь ролью исполненной Мэлом Гибсоном. В его трактовке принц датский предстаёт человеком решительным, но в тоже время откладывающим намеченное в виду сложившихся обстоятельств. Имеет место быть и предательство матери, вышедшей за убийцу отца, и трагическая смерть сошедшей с ума Офелии, которую он не мог спасти. Центральное место занимает его противостояние благородному Лаэрту, которого подлец – король использует орудием возмездия в своих корыстных целях. Гибель окружающих, иногда от руки принца, или с его молчаливого невмешательства ( как в случае со школьными друзьями Гильденстерном и Розенкранцем ) – делает его замкнутым и отстранённым к происходящему. Всё его существо посвящено отныне плану отмщения, иное значенье не имеет. И Мэл Гибсон здорово смог это показать играя заветную для многих артистов роль классического, трагедийного героя. Возможно найдутся те, кто предпочтёт реалистичность игры Гибсона театральной манерности Оливье, но лично я за первого. Фильм 1990-ого – эталонная, до сих пор популярная экранизация шекспировской трагедии, в отличии от прекрасного, но нерентабельного в связи с «возрастом» кино – варианта Лоуренса Оливье. Пускай это и не лучшая роль голливудского красавчика Мэла Гибсона, но однозначно иметь в своём актёрском резюме участие в картине самого Франко Дзеффирелли – заметное достижение для любого артиста. В заключении замечу, что в одном любимом с детства фильме была шутка, в которой Арнольд Шварценеггер в воображении мальчишки - любителя боевиков, представал в роли Гамлета - брутально и безжалостно расправляясь со своими врагами. Данный фильм даёт возможность в самом деле увидеть в классическом образе датского принца другого популярного героя боевиков. Одно это, само по себе это дорогого стоит!
КОММЕНТАРИИ