Грейстоук: Легенда о Тарзане, повелителе обезьян

Серия фильмов о Тарзане имеет почти вековую давность. Каждый новый фильм, снятый о приключениях благородного дикаря, уже находится вне времени и принадлежит истории. «Грейсток: Легенда о Тарзане, повелителе обезьян» тому пример. Соглашаясь на роль Джона Клейтона, молодой французский актер Кристоф Ламбер очень рисковал. Если вернуться к фильмографии картин о Тарзане, главную роль обычно исполняли физически подготовленные молодые люди, спортсмены, особо не блещущие актерским талантом, и никто от них этого не требовал. Поэтому, режиссер фильма Хью Хадсон, обратившись к первой книге Эдгара Райса Берроуза о приключениях Тарзана, в худшем случае мог получить негативные оценки критиков, а в лучшем — награды и зрительскую симпатию. Исполнитель же главной роли, после зрительского успеха, мог навсегда остаться Тарзаном и не более того. Хорошо, что этого не произошло. Сам фильм существенно отличается от предыдущих экранизаций. Первая половина фильма, снятая в диком западном Камеруне с учетом соответствующего озвучивания, бесспорно, делает эту экранизацию лучшим фильмом из всех ранее предложенных. Сочетание пышной природы, красочных съемок великого в то время оператора Джона Олкотта и убедительно исполненные роли обезьян, с настоящими детенышами шимпанзе на руках, заставляют зрителя поверить, что он на самом деле оказался в джунглях. Но это только первая половина фильма. А для второй половины фильма задачей режиссера было показать Тарзана не только как перекачанного спортсмена, каких было немало. Перво-наперво — это должен быть повелитель обезьян, превышающий их общественный интеллект, так ни один атлет не превзойдет по природной силе самую захудалую из обезьян шимпанзе. По заверениям старого графа Грейстока, что он сможет сердцем узнать своего внука, на роль Джона нужен был герой, который покинув джунгли, сможет примерить на себя костюм наследника Грейстока. И поэтому сцена встречи в родовом имении, когда старый граф в нетерпении просит: 'Джон, это ты, мой мальчик, покажись' и из кареты выходит достойный титула графа Грейсток молодой человек, выглядит бесподобно. Сцену встречи старого и молодого Клейтонов можно смотреть бесконечное количество раз, настолько она хорошо сыграна Ральфом Ричардсоном и не сказавшим ни слова Кристофом Ламбером. В целом, роль Джона Клейтона достаточно сложная, ведь это не супермен - победитель, а уязвимый человек, с рождения не знающий понятий лжи и лицемерия. Ему сложнее, чем в джунглях прижиться в диком обществе людей, где его ожидают только страдания. И вполне естественным его выбором является возвращение домой, в джунгли вместе с молодой женой и верным другом, Филиппом д'Арно. Данный фильм был дебютной работой Энди МакДауэлл, и девятой работой, уже имеющего опыт актера, Кристофа Ламбера, которой предшествовали запоминающиеся роли молодых преступников во французских фильмах 'Бар с телефоном' и 'Необходимая самооборона'. Любимый актер режиссера Хью Хадсона Иен Холм в роли Филиппа д'Арно, друга и наставника Джона Клейтона, выглядит тоже очень убедительно. 9 из 10

Предложенная экранизация романа о Тарзане интересна прежде всего тем, что придерживается настойчивого жизнеподобия — как в визионерских решениях, так и по существу. Это же обстоятельство, при множестве ярких сходств, прокладывает пропасть между фильмом 1984-го и книгой Эдгара Берроуза, которая при внешней реалистичности являлась фантастикой до мозга костей. Дело состоит в том, что Тарзан, каким он показан в первоисточнике, это истинный сверхчеловек, неподражаемый в своих талантах и умениях. Книжный Тарзан, не обученный человеческой речи, самостоятельно учится читать и писать, используя для этого лишь вещи, найденные в затерянной лачуге, — фильм же напрочь избегает такого эпизода и ограничивается тем, что дикарь из джунглей, после многомесячного общения со спасённым им исследователем, осваивает лишь базовые основы устной речи. Строго говоря, и это выглядит невероятным, и найденные в действительности воспитанники лесов не достигают даже такого уровня интеграции в общество, а о сравнении с книжным героем речи не идёт вовсе. Это же касается характера и воспитания героя, его мышления и поведения. И здесь особенно показательно такое свойство художественной литературы как субъективизм рассказчика и избирательность повествования. Берроуз практически не описывает, как ведёт себя воспитанный обезьянами Тарзан, перенятые им манеры и повадки — эти качества не отрицаются, но аккуратно игнорируются писателем, чтобы не подрывать образ гордого короля джунглей, — или, в обратном случае, не вредить балансу мирского и фантастического начал этой истории. Кино же как искусству визуальному утаивать фактуру и самовыражение героев через действие совсем не подобает. Потому поведение Тарзана в кадре носит определяющее значение для сути его персонажа. И в картине 1984-го Тарзан это подлинный дикарь, сложивший свою личность по лекалам обезьяньей натуры, во всём подражающий тем, кто его усыновил и выходил. К середине ленты герой канонично возвращается в человеческое общество, но оказывается неспособен влиться в него. Цивилизация и её носители чужды выходцу из джунглей — в особенности принятая за норму жестокость, как то физические наказания для слуг или потрошение животных, и последующее размещение их мёртвых тел на всеобщее обозрение под эгидой научного знания. Тарзан в фильме не является человеком в полной мере — он лишь притворяется таковым покуда способен, тая внутри дикую бесхитростную душу, необременённую лукавством, попустительством, сделками с совестью. Экзистенциальная драма приходит к закономерной развязке и герой отрекается от двуличия мира людей, чтобы вернуться обратно под кроны тропических деревьев — общество диких зверей оказалось ему понятнее и ближе, чем собратьев по крови. Тарзану из романа такая амбивалентность, конечно же, неведома — он прекрасно чувствует себя и в Англии, и на западном берегу Африки, и феноменальные способности свои направляет на преодоление иного рода конфликтов и препятствий. Потому 'Грейстоук: Легенда о Тарзане, повелителе обезьян' кажется мне таким любопытным экземпляром — кино, можно сказать, развенчивает эпический образ героя, возвращает его из пространства яркого вымысла в объятия мира реального, неприветливого, отчуждённого и буднично жестокого. При этом фильм сохраняет очень многие характеризующие атрибуты Тарзана, не теряя связи с первоисточником и предлагая лицезреть того самого персонажа, но в иной системе координат. Фильм, к тому же, недурно снят, особенно что касается эпизодов в джунглях — это, пожалуй, лучшие практические эффекты по воплощению диких зверей на экране, и распознать людей в костюмах удаётся отнюдь не сразу. Актёры на главных действующих ролях тоже отыгрывают весьма аутентично. Есть общие проблемы с содержательностью некоторых сцен и переходов между ними — не зная оригинала, можно не понять первые пол часа картины, а именно бытность молодого героя в джунглях, присущую ему в те времена рефлексию. В остальном это вполне приличная лента и удачный пример существенного переосмысления оригинального произведения.