Лошадьми по людям
Исландия – страна, где саги слагали веками и люди не уставали пересказывать их друг другу долгими холодными вечерами, даже когда устные истории начали записывать, они не исчезли из обихода в традиционном формате. Именно к литературным источникам своей страны обращается режиссер названием, оставив знаковое притчевое «о», намекая - зрителю предстоит увидеть нечто поучительное из жизни местных семей, проникнутое национальным духом. Однако непосредственно слово «сага» он предпочел убрать, ибо кроме традиционной для островитян гипертрофированной гордости за свою страну (это не преувеличение, тут даже лошади форсят, освоив уникальный пятый аллюр - тельт: передние ноги совершают шаговые движения, а задние продвигаются далеко вперед, что уж о людях говорить, которые рассуждая о своем народе, запросто найдут десять выдающихся отличий от остального мира) он периодически, судя по всему, испытывал неудержимое желание смеяться над некоторыми нюансами знакомого с детства быта. Глядя на экран иногда сложно различить моменты перехода драмы в анекдот и обратно, они спаяны так тесно, что при просмотре одновременно хочется хохотать и плакать. Исландия – малонаселенная страна, произошло ли это из-за географического положения или жесткой миграционной политики дело десятое, более любопытно следствие ситуации – соседи частенько живут друг от друга на таком расстоянии, что невооруженным глазом не могут увидеть обитателей ближайшего дома из окон собственного, а встречаются они разве что на похоронах да во время купли-продажи скакунов. Вот режиссер и вооружил каждого… биноклем, дабы они могли реализовать перманентно существующую общечеловеческую потребность – знать обо всем, что делается у живущих рядом, а мы - оценить абсурдность происходящего. Люди есть люди, любопытство ни с годами не исчезает, ни с дистанциями. Здешние без оптического прибора шагу в сторону не сделают, ведь любоваться изумрудными равнинами да седыми вершинами изо дня в день надоедает, а с ним точно не пропустишь ничего стоящего в округе. Так и получается, что удаленные один от одного на километры сельчане оказываются в курсе всех интимных подробностей жизни друг друга, не укроется от зорких глаз даже спаривание как лошадей, так и людей. Глядя на самца, сметающего все преграды, стоящие между ним и вожделенной самкой, а потом на мужчину и женщину, занимающихся стремительным сексом в долине, едва приспустив двое или трое штанов, защищающих от переохлаждения в дороге, понимаешь, что общего между ними больше, чем можно вообразить. Исландия – страна льда и пламени; уникальные природные условия не позволяют знать наверняка, откуда ждать опасности: то ли от дрейфующих льдов, то ли от способных очнуться ото сна в любой момент вулканов с непроизносимыми названиями, да и без экстремальных происшествий погода в краю суровая, способная ухудшится быстрее, чем иностранец успеет произнести слова «ватнайёкюдль» и «эйяфьядлайёкюдль», приучившая жителей быть готовыми ко всему. Они привычно настороже, а вот туристу, смотрящему на величественную красоту вокруг широко закрытыми глазами, затерявшемуся в паре со старой клячей в лютующем буране и заблудившемуся, впору сойти с ума от ужаса и холода, если только не решиться на крайние меры. Глядя на латиноса, нашедшего такой жестокий джеклондоновский выход из ситуации, а потом на реакцию тех, кто отыскал бедолагу спустя много часов после происшествия, видя, как смерть одного существа неожиданно оборачивается вторым рождением другого, понимаешь, что действия, вызванные борьбой за выживание, невозможно оценивать однозначно в разрезе дихотомии добра и зла. Исландия – страна очень дорогих спиртных напитков и прижимистых граждан, быть может, это оборотная сторона того, что 97% населения относит себя к разной степени среднему классу. Тяжко приходится тем, кто выпить хочет, да трат не любит. На какие только ухищрения жаждущим не приходится идти. Судя по увиденному, на абсолютно любые. Режиссер выбирает для своего героя абсурдную в своей невероятности линию поведения, намеренно громоздя невозможное на невозможном, чтобы подчеркнуть то, что одержимого идеей фикс человека ничто не остановит. Глядя на плывущего в ледяной океанической воде мужчину верхом на лошади за вожделенной дешевой бутылью алкоголя, понимаешь, что фатализм заложен уже в самой ситуации, но то, какую форму принял исход, заставляет признать, что большего врага, чем тот, которым человек может стать для себя сам, он найти не в состоянии; в способности совершать противоречащие здравому смыслу поступки нам нет равных, ни одна лошадь не способна наделать столько глупостей за всю свою жизнь, сколько человек за несколько часов. Исландия – страна с очень низким уровнем преступности. Несмотря на то, что оружие находится в свободном обращении, им никто не пользуется в злонамеренных целях, даже полиция по официальным данным единственный раз за последние двести с небольшим лет убила вооруженного преступника при задержании. Ничего удивительного в том, что мелкие пакости вроде перекусывания пассатижами проволочных ограждений территории односельчанина по ходу движения, для того чтобы сократить путь к своему участку, доводит пострадавшего, не привычного к каким-либо нарушениям личных прав и собственности, до бешенства и неконтролируемого желания наказать обидчика. Глядя на обернувшееся трагедией неумение двух стариков общаться между собой в противовес тому, с какой легкостью они находят контакт с лошадьми, подумываешь, что современным людям просто необходимы животные в качестве посредников-громоотводов, способные гасить негатив, порождаемый социальной средой; кажется, островитяне додумались до этого первыми, неспроста же у каждого в съемочной группе есть собственная лошадь. Исландия – страна, где лишь десять процентов населения, и те потомки иностранцев, имеют фамилии, оставшиеся девяносто обходятся неким подобием нашего отчества. Для чего им, ведь лучшее, что дети могут сделать за свою жизнь – прославить имя отца. Вот Бенедикту, сыну Эрлинга, это уже удалось, его полнометражный режиссерский дебют «О лошадях и людях» облетел экраны нескольких десятков стран, прихватив немало фестивальных наград, поставив своего создателя в ряд с тремя знаменитыми согражданами: сыновьями Рунара и Гудмунда и, видимо, не чистокровным исландцем Кормакуром. Пять одновременно простых и непредсказуемых рассказов с наскока завоевывают сердце зрителя естественностью, способностью взбудоражить и насмешить в самый неожиданный и неподходящий момент. Выбранная режиссером и сценаристом форма наилучшим образом раскрывает содержание. Начинаясь отражением происходящего в большом бездонном глазу лошади, каждая история заканчивается взглядом людским на случившееся, побуждая поискать в человеке лошадиное, а в лошади человеческое. Глядя на то, как на протяжении всего повествования мужчины и женщины абсолютно серьезно оспаривают перед жеребцами и кобылами свое главенство, причем получается это у них через раз, а еще мстят им, или наоборот разговаривают по душам, осознаешь, что мы давно признали в красивом и умном непарнокопытном равного себе, а лошадь признания не ждет, она с присущей чуткостью и так понимает, как обстоят дела на самом деле.
КОММЕНТАРИИ