Миниатюрный остров

Детектив, выполненный в мрачной и монохромной манере, с неторопливым действием, это если и не самостоятельный жанр, то как минимум уже выработанная современным кино эстетика. Таких фильмов много, и они неизменно привлекают зрителей. В 2014 году триумфатором испанской «Гойи» стала картина «Миниатюрный остров» Альберто Родригеса – этакий «Настоящий детектив» по-пиренейски. Сегодня подобного рода истории – это не только распутывание криминальной интриги, но и борьба характеров, а порой и очень меткие наблюдения за повседневностью – своего рода киноантропология современности. Все эти признаки свойственны и «Миниатюрному острову»: расследование серии убийств молодых девушек проходит здесь на фоне напряженных отношений следователей-напарников, и кроме того скупыми, но и точными мазками рисуется картина жизни в испанской глубинке в 1980 году. На последнем факторе стоит остановиться подробнее. Действие разворачивается в 1980 году, то есть через пять лет после смерти генерала Франко и конца режима, названного его именем. Период с середины 1970-х до начала 1980-х стал для Испании сложным временем перестройки общества и переосмысления событий последних 30 лет – с начала Гражданской войны в 1936 году. Важно обратить внимание на исторический контекст потому, что в фильме Альберто Родригеса, наряду с напряжением сюжетным, ощущается и напряжение иного рода – это столкновение строго и нового, непримиримость обеих сторон и общий фон социальной тревожности. Протест против франкистской диктатуры и сопутствовавшей ей ханженской церковной морали зачастую принимал формы сексуальной раскрепощенности. Намек на это есть в одном из первых диалогов «Миниатюрного острова». К слову, именно этот период стал главной точкой отсчета в творчестве главного испанского режиссера современности Педро Альмадовара. Частично на этом противостоянии старого и нового основан и конфликт двух главных героев – детективов Хуана и Педро, присланных в захолустье из Мадрида. Для зрителя история их неприязни остается за кадром, но эмоционально мы его проживаем на высоком уровне, поскольку Хавьером Гутьерресом и Раулем Аревало оно сыграно так, что и здесь, по эту сторону экрана охватывает чувство отчуждения, которое постепенно сменяется осознанием необходимости если не в дружбе, то хотя бы в сотрудничестве. А проделанная совместно работа и пережитые при этом события и эмоции перерастают в доверие вопреки многим фактам и доводам. Актерский состав в фильме вообще настолько хорош, что в какой-то момент забываешь о том, что смотришь кино и думаешь, что смотришь жизнь – настолько разные и харизматичные подобраны типажи, настолько непринужденно, словно бы безыскусно играют артисты. Видимо, в том числе и за счет последнего фактора создается ощущение некоей документальности в фильме. Такое кино вообще склонно к погружению в пучину жизни, оно как бы не рисует ее, а лишь воспроизводит. Разницу между современным детективом и другими жанрами можно сравнить с разницей между живописью и фотографией. Это погружение в повседневность, наверное, не только требование сюжета, но и вообще особенность жанра – у романтического или исторического кино нет такого временного пространства и прагматических задач показывать общую картину жизни, а современные детективы (в особенности, сериалы) делают это тщательно и убедительно. Несмотря на то, что в «Миниатюрном острове» есть какие-то сценарные недоработки и сюжетные пробелы, в фотографическом воспроизведении жизни, демонстрации испанской природы по течению реки Гвадалквивир, в сгущении красок и подчеркнутой неживописности визуального ряда, картина Родригеса не уступает таким законодателям жанра как уже названный американский «Настоящий детектив» или скандинавского «Убийства». Особое наслаждение, идущее бонусом к остальным достоинствам фильма, это оформление начальных и финальных титров, в которых использованы воздушные снимки андалузских болот Гектора Гарридо. И отдельным мотивом фильма становится музыка Хулио де ла Роса – типичная испанская гитара, но настолько ненавязчивая и тонкая, что хочется пересмотреть фильм, чтобы сфокусировать внимание только на ней и следить за рассказанной ею историей.