Охота жить

Сергей Никоненко снимался у самого Шукшина. Он экранизировал его произведения сам еще в далеком 88-м. Делал он экранизацию и в 2000-х. Очевидно, что был в этом определенный творческий интерес. Ну а лента 'Охота жить' стала разумным продолжением линии избранной Никоненко к творчеству Шукшина. Были приглашены ведущие актеры оживившие три весьма значимых рассказа. Никоненко не стал делать альманах, а свел истории в единое целое. Так мы получили значимую вариацию на тему творчества Василия Макаровича Шукшина. 'Здорово, Николай-угодничек' - закручивает Валерий Баринов, оживляя рассказ 'Билетик на второй сеанс'. Эта история слишком хороша и ее попросту нельзя рассказать плохо. Здесь его герой нагрубит своей уже немолодой любовнице (Нина Усатова), а получив отпор и напившись примет нелюбимого тестя (Станислав Любшин) за Николая угодника. Баринов был слишком резок, Усатова экспансивна, а Любшин, что неожиданно, статичен. — Не надо… зубы кривые. — А ведь когда-то не замечал… — Замечал, почему не замечал, только… Эхма! Что ведь и обидно-то, дорогуша моя: кому дак все в жизни — и образование, и оклад дармовой, и сударка пригожая, с сахарными зубами. А Тимохе, ему с кривинкой сойдет, с гнильцой… Стремительно пронесется рассказ 'Осенью'. Тут все будет посвящено воспоминаниям о прожитой жизни. Уничтожительное слово 'побирушка' станет выразительнее всех событий, которые произойдут на экране. Ну а центральное место будет уделено новелле 'Охота жить'. Это столкновение характеров уголовный уклад против ветерана войны, очумелая молодость против мудрой старости, Добро против Зла. Убеленного сединами старца тут сыграет Никоненко. Это изначально его роль, его типаж. А вместе с тем, ведь в том и трудность. Казалось бы тут нужно просто быть собой, а между тем ведь нужно учитывать и глубину шукшинского персонажа. Недостаточно просто слова произнести, надо еще и особые акценты задать - быть тем самым одиноким лесником. Потому все вроде технически безусловно, а острота происходящего напрочь отсутствует. Ведь 'Билетик на второй сеанс' экранизировали в далеких семидесятых в альманахе 'Завьяловские чудики'. А в 1991 экранизировали 'Охоту жить' с Юрием Назаровым в главной роли. И обе прежние ленты вышли куда ярче по накалу, внутреннему напряжению. В сравнении с ними лента Никоненко сильна лишь куда более безупречной картинкой. Но вот вопрос - а нужно ли было задавать безупречность? Быть может во Вселенной Шукшина как раз и допускались неровность и отсутствие изящности в изображении села? Так что, восторгаться тут особо нечему, да и пожурить особо не выходит. 5 из 10