Белая горячка

Порою весьма интересно впервые знакомиться или заново пересматривать давние фильмы, которые прочно вошли в кинематографическое сознание последующих эпох, даже если они не представляют собой подлинные шедевры, однако всё равно являются классикой жанра. Ленту 'До белого каления' (пожалуй, распространённый вариант перевода 'Белая горячка' смещает акценты в нежелательную сторону) причисляют то к нуарам, то к гангстерским картинам, хотя в ней можно обнаружить смешение нескольких сюжетных мотивов, включая наличие в повествовании элементов тюремной драмы, полицейских историй о внедрении в уголовный мир и работе под прикрытием, наконец, фильмов о психопатах. Поэтому прямые и косвенные заимствования из данного произведения Рауля Уолша составят довольно длинный список - не только в американском, но и во французском кинематографе: от лент 'Не тронь добычу' и 'Дыра' Жака Беккера до 'Сицилийского клана' Анри Вернёя и 'Красного круга' Жан-Пьера Мельвиля. Кстати, в этой ленте 'старого голливудского профессионала', который ещё в 30-е годы прославился эпической гангстерской картиной 'Ревущие двадцатые' (в нашем прокате - 'Судьба солдата в Америке'), тоже с участием Джеймса Кэгни, любопытно проследить влияние новых веяний послевоенных времён. Помимо интереса к скрытой, тёмной, подсознательной стороне личности героя, который к тому же неуравновешен по психическому поведению и иногда впадает в пограничные состояния на грани с потерей рассудка, подспудно даёт о себе знать некая экзистенциальная составляющая рассказываемой истории. Артур 'Коди' Джэррот - не просто грабитель, совершающий дерзкие налёты на почтовые поезда или кассу крупного химзавода, а маниакально одержимый тип, который хочет властвовать чуть ли не надо всем, оказавшись однажды на 'вершине мира'. И трагическая ирония финала заключается именно в том, что этот человек вроде как добивается желанного, смотря с недостижимой высоты на преследующих полицейских, но вместо личного возвышения и превосходства над людьми его неизбежно ждёт Ад, словно реализованная на экране 'геенна огненная'. Тот, кто довёл себя до белого каления, исступлённо прожигая собственную жизнь в поисках богатства и власти, должен сгореть в огромном пламени.

Один из эталонов гангстерского фильма с Джеймсом Кэгни в главной роли. Очень интересная идея с работой полицейского под прикрытием. И главное здесь даже не роль хитреца-копа в исполнении О Брайена, а образ Кодди Джаррета - такого циничного, но вместе с тем и такого доверчивого гангстера. Его чувства к матери тоже можно отнести к положительным чертам Джаррета. Пусть иногда они выражаются в не совсем обычной форме. Очень динамично и смотрибельно!

48 лет и достигнутый Оскар - как раз тот бэкграунд, чтобы вернуться к истокам, задуматься о том, что понятно и приемлемо. Применительно к творчеству Джеймса Кэгни выражением подобной рефлексии стало возвращение к жанру гангстерского кино. Но, возвращение стильное и продуманное - не просто повторение 'Врага общества', а осовремененная модернизированная версия. Стилистически 'Белая горячка' была 'прошита' элементами нуара. Ну а сюжетно фильм не просто возвращал нас в основные гангстерские клише - он высмеивал их. Ну вот, к примеру, если трогательная любовь к матери главного героя 'Врага общества' выглядит органично и естественно, то привязанный к маме громила из 'Белой горячки' уже вызывает совсем иные чувства. Это ерническое и хулиганское осмысление прошлого. Да и вообще, персонаж созданный Кэгни вышел настолько сумасшедшим, настолько же и смешным. Любовью к мамочке тут не обойдется. Помните финальную перестрелку - как много стоит перекошенная от ярости, но улыбающаяся физиономия Кэгни. Это было нечто фантастическое - актер попросту высмеивал все им же сформулированные клише. Вся его работа в фильме тождественна танцу aka 'коты-аристократы' Джона Траволты в 'Криминальном чтиве'. Кэгни, сделавший ура-патриотический и профессиональный во всех отношениях 'Янки Дудл Денди' теперь мог позволить себе все. 'Белая горячка' возможно в последний раз позволила этомк актеру выпустить весь заряд своей неисчерпаемой брутальности. Дальше были уже совсем другие роли и много лет разлуки с большим экраном. В заключение хотелось бы еще раз подчеркнуть - перед нами вовсе не нуар, а модернизированный гангстерский фильм. Это бенефис Кэгни, хотя Вирджиния Майо и Эдмонд О’Брайен прекрасно дополнили своим участием действо. Никакого морализаторства и совсем пропаганды - это такая же планета насилия, какая была в миллеровском 'Городе грехов'. Этот пунш предвосхитил 'Бешеных псов' и 'Таксист'. Лента, которая опередила годы 9 из 10

Данный фильм является одной из главных точек развития жанров гангстерского кино и неонуара в американском кинопроизводстве времен заката золотой эпохи Голливуда. К началу пятидесятых данные направления начали заметно буксовать, повторяя заезженные темы и эксплуатируя уже сильно потрепанные образы. Однако еще до того, как Джон Хьюстон создал свои «Асфальтовые джунгли» - эталонный образец смеси нуара и абсолютно нового жанра robbery-movie, многоопытный Рауль Уолш уже придумал оригинальную, даже по сегодняшним меркам, компиляцию «черного фильма» и чисто гангстерского кино под сочным названием «Белая горячка». Чем же данная картина отличается от остальных и почему она должна быть удостоена особого внимания? Начать нужно с того, что сам по себе фильм ладно скроен буквально по всем параметрам. По сути, это результат творческой деятельности голливудской машинерии студийного производства (WB) в том виде, как оно должна работать. Сценарий представляет собой сложную, разнообразную и многоходовую психологическую игру со зрителем. Никакая сцена не является лишней и четко интегрируется в гармонично сложенную ритмическую структуру ленты. Динамичные вставки идеально гармонируют с размеренными драматическими эпизодами, основанными на погружении во внутренний мир героев. Сюжетный каркас выполнен в чисто классическом стиле и не несет в себе ничего лишнего, наподобие ложных философских откровений, однако в то же время он лишен банальностей и «вымученных» дискурсов, характерных для огромного большинства фильмов конвеерного производства той поры. Сценаристы Айвен Гофф и Бен Робертс взяли за основу проверенную историю о судьбе крутого гангстера в стиле «Маленького Цезаря» или «Лица со шрамом», но обогатили полюбившуюся публике мелодию «плохого парня» неизвестными для той поры обертонами. В центре повествования находится фигура колосса криминального мира – гения и психопата Коди Джаретта. На этом абсолютно самодовлеющем и великом образе Рауль Уолш и строит все действие. Коди является прямым родственником знаменитого «Джокера», ибо оба персонажа воплощают собой некую первозданную волю, беспринципную, аморальную и, что немаловажно, шутовскую архаичную силу. С психоаналитической (и уже поднадоевшей всем) точки зрения, они суть персонификации скрытых под спудом разумного существования деструктивных тенденции нашего бессознательного. С мифологической же стороны, это наместники Бога Гераклита – всемогущего ребенка, радикально жестокого в своей невинности, который способен, смеясь, легко и непринужденно, как ломать человеческие судьбы, так и создавать нечто величайшее наподобие универсума. Но если с разрушением все понятно, то вот созидательная функция может вызвать у многих вопросы. Что же такого, в конце концов может сотворить, Коди или Джокер вся деятельность которых на первый взгляд направлена исключительно на уничтожение? Тут мы подходим к теории, отвергаемой моралистами всех мастей, но, возможно, содержащей в себе зерно истины – они творят «событие». Ведь преступление, в данном случае, само по себе является актом творчества, требующим глубокой интеллектуальной проработки, волевых усилий и абсолютно «сумасшедшего» артистизма. Всеми этими «талантами» с лихвой наделен главный герой картины, жажду жизни которого не могут сдержать ни тюремные стены, ни смертельные пулевые ранения. Казалось бы, такие персонажи встречались в кинематографе и раньше, однако бесспорное новаторство подхода Уолша заключается в том, что он решается показать саму экзистенциальную сущность анти(?)героя, причем явить ее в чистом виде, предварительно очистив от каких бы то ни было моралистских оттенков. Для этого он дотошно анализирует его отношения с матерью, супругой и, что самое важное, с самим собой. В итоге, перед зрителем предстает абсолютно самопротиворечивая фигура, не вписывающаяся ни в какие рамки. Сила фильма в том, что при всей своей чудовищности и жестокости, Коди Джарретт вызывает к себе живой интерес и странное расположение. Психоаналитическими тропами Эдипова комплекса Уолш подводит публику к той узкой грани между экзистенцией героя и ее внешней, обманчивой репрезентацией. Впоследствии эта тема расширилась до гигантских размеров, однако, надо понимать, что именно Уолш, в пику пресловутому «Кодексу Хейса» впервые применил ее для гангстерского кино и вывел на сцену, по выражению критиков, «первого великого психопата в Голливудском кино». Стоит заметить, что справиться с данной ролью мог только один актер того времени – Джеймс Кэгни. Именно этот ментальный гигант с фактическим ростом всего 1м69см задавал тон персонажам гангстерских лент еще в эпоху их зарождения. Кэгни разнообразит образ своего героя благодаря множеству находок, вошедших в фильм – так именно с его подачи была усилена жестокость Джаррета и в то же время особо подчеркнута сентиментальность и наивность его натуры (сцены где Коди ложится на колени матери или выбивает стул из-под своей супруги были придуманы именно Кэгни). Актер улавливает в своем персонаже даже те еле слышимые нотки героя древнегреческой трагедии, которые были не без опаски внесены в сценарий Гоффом и Робертсом. В конце концов, Джаррет предстает неким борцом с судьбой, которую он носит в самом себе, а финал картины, в полном соответствии с греческой традицией, показывает, что судьба всегда побеждает. В общем и целом, не остается никаких сомнений, что именно Джэимс Кэгни сделал из просто отличного фильма «Белая горячка» хрестоматийный шедевр для жанра гангстерского кинематографа. В чисто техническом плане, благодаря профессионализму Уолша, фильм устарел куда меньше, чем многие его современники. Единственный аспект, который сегодня может вызвать недоумение – колоссальный упор на демонстрацию возможностей всемогущей техники ФБР. Однако, несмотря на тот факт, что телефоны размером с кирпич и странного вида локаторы, то и дело акцентируемые Уолшем, сегодня выглядят несуразно, тем не менее, и они вписываются в общий концепт фильма и символизируют собой столкновение техногенной общественной системы и неудержимой архаичной воли индивидуума, персонифицированной в образе Коди Джаррета. Во всем остальном «Белое каление» является образцовым приключенческим фильмом старого Голливуда в своем лучшем проявлении. Мизансцены проработаны восхитительно, перестрелки сняты с сухим и жестким документализмом, стремительный монтаж и грамотная смена планов без труда удерживают внимание зрителя и заставляют напрочь забыть о том, что фильм вообще-то снят почти семьдесят лет назад за смехотворные деньги. Особый интерес заключается в том, что Уолш зачастую раздвигает границы жанра, переступая установленную на тот момент черту жестокости, потрясающе играя в саспенс по Хичкоку или доводя характеры персонажей до грани нигилизма, либо самопожертвования. Все эти вещи сильно осовременивают ленту, делая ее достойной просмотра. В итоге, следует констатировать, что «Белое каление» из того самого разряда знаковых для истории кинематографа, но забытых фильмов. Кто-то скажет, что несмотря ни на что фильм все-таки подустарел и будет отчасти прав. Однако, что не устарело, так это сами вышеописанные концепты. Долгие годы они служили причиной для вдохновения и подражания многим кинематографистам. Да и сегодня фильмы строятся все по тем же самым принципам. Жаль только, что получается не так хорошо, как у Уолша.

Большинство из нас знает понятие 'гангстерский фильм' по зрелым, но всё-таки сравнительно молодым картинам: 'Лицу со шрамом' Брайана Де Пальмы да 'Крестному отцу'. Но, что парадоксально, конкретно эти работы чисто визуально не дотягивают до контраста тех самых первоисточников времён Великой депрессии на заре Голливуда. И доказательства легко узреть: в Де Пальмовском боевике, скорее, криминальный эскапизм с изысканно-изощрённым порой стилем и кокаином, склоняемая к ёмкой поговорке 'Что посеешь, то пожнёшь', а у Копполы - экранизация книги, которая получилась больше с уклоном в сценарий, дабы не повредить структуру романа Марио Пьюзо, где откровенно мало действия, что на 3 часа переносится с терпением для неподготовленного зрителя. Никаких тебе ограблений, азарта, эксцентричных маньяков-гангстеров с Томми-ганами в стиле Аля Капоне. Но в годы зарождения такой жанр был направлен именно больше в сторону действия. Конкретно для фильма 'Белое каление', порой по ошибке переводчиков называемого 'Белой горячкой', реализация экшна, боевика получилась более чем успешной. Одним нуаром сыт не будешь, а оного в те годы было процентов на 80. Так что задачей режиссёра Рауля Уолша являлось поставить своего рода эпопею бандитизма, не испортив впечатлений от всего остального. И эпопея получилась, да как! Уолш превзошёл черты обычного боевика, добавив в 'Белое каление' и очень приличный сюжет, и очень приличных актёров, и потратил на всё немного-немало миллион (по другим данным, 1,3 миллиона) долларов. Сюжет хорош тем, что являет собой помесь гангстерского кино с детективом. Показ действия ведётся от обеих сторон противостояния. Нам ясны и цели, и мотивации каждого участника событий, и это продолжается вплоть до 80-й минуты фильма, где главный герой исполняет назревшее и вынужденное желание отомстить. В дальнейшем же глубина сценария немного 'плывет', потому что Коди Джаретт (главный герой) идёт по старой дороге вместо гораздо более логичного 'ухода на дно' с жёнушкой по маршруту Калифорния-Париж и тем самым склоняет повествование к противостоянию добра и зла. К слову, главного героя играет легенда экрана Джеймс Кэгни, который к 1949 году поседел и набрал в весе. Но данные актёра даже поспособствовали продвижению его персонажа к величию и канонизации образа. Игра Кэгни спасает фильм ближе к предсказуемому концу, при этом с самого начала заставляя влюбиться в этого матёрого уголовника, которому уже место в Сан-Квентине заготовлено. То есть он - человек, наживший смертный приговор, но почему-то он всё равно привлекает и заставляет за себя переживать. Всё потому, что по сравнению с теми же манекенами из полицейского департамента, мы его видим настоящим: человеком со своими ценностями, который грабит ради любимой мамы и пускается на самотёк в середине из-за неё же. Он умён, расчётлив, но тоже человек и имеет чувства. Он бесится, может включить ребёнка, не поддаваться контролю, а может слепо не видеть окружающего его обмана, 'благодаря' чему попадает в передряги, связанные с хитрой супругой да копом Фаллоном/Пардо. И то, что излишний сюжетный пафос, которым накручен последний персонаж, у которого был один шанс из тысячи на такое развитие жизни, в конце концов до ума всё-таки доведётся. Но это не оправдывает привычную склонность к шаблонам, их итак хватало, что не сильно бросается в глаза при калейдоскопе действительно новых вещей, самое банальное - сцен. Возможно, именно эта картина стала проводником для инноваций в мире гангстерского кино, ведь она не только потакала старым особенностям, так ещё и рождала свои, видимые и в грабителях, и в местах их обитания - от тюрьмы до мест преступлений. Немного отягчает обстановку почти-что безынициативное и обыденное поведение полицейских (в плане актёрства), а на них к выходу фильма все насмотрелись со времён восхода Хамфри Богарта в 1941 году. И данная роль действительно возвеличила Кэгни ещё сильнее, хоть и наград он от неё не получал. Вплоть до кончины актёра в 1986 году он ничего подобного не играл, хотя грохот гангстерства уже раздался над Америкой, и культовые роли могли бы ещё пополнить копилку мэтра, но подвело здоровье и ещё наверняка какие-то личные мотивы, из-за чего Джеймс сыграл меньше десятка ролей. У остальных исполнителей тоже было мало выделяющихся ролей, так что, в какой-то степени, 'Белое каление' стало для них последним пиком. Сам фильм действительно впечатляет весьма нетипичным подходом к съёмкам и смотрится ярко даже спустя почти 70 лет с момента выхода в прокат. Видимо, с годами выдержка только крепнет. 8,5 из 10

Классический нуар, один из эталонных нуаров, один из нуаров, подчёркнуто с самого начала сигнализирующих, каким будет финал. В общем данный фильм сходен с другим знаменитым нуаром «Асфальтовые джунгли». Все стандартные приёмы сочленены и применены здесь необыкновенно удачно: вооружённое ограбление с трупами, смерть и одного из членов банды, к чему его сообщники относятся крайне цинично. Подставы как со стороны близких людей, так и подельников, тюрьма, следователи, идущие по пятам и дышащие в затылок. Полицейский — подсадная утка в тюряге... Ещё, конечно же, эдипов комплекс во все края. Не хватает разве что вездесущей амнезии, которой в нуарах обычно заболевают столь же легко, как простудой. Криминальные авторитеты, понятное дело, часто исхитряются сесть в тюрьму на срок покороче, чем если бы были доказаны каждые их деяния. К тому же, и находясь в заключении они не прекращают интриговать, затевают новые ограбления, стремятся держать под присмотром остающихся на свободе подельников. Диалоги здесь исполнены превосходно, особенно то, как за решёткой заключённые язвительно иронизируют, изо всех сил камуфлируя тоску по тому, что оставили на воле. - Это самая обаятельная брюнетка, что я только видел. Правда, до моего ухода она была блондинкой... - Наверное, от тоски почернела. Упоминается даже легенда про завоевание Трои (наверняка и преступникам хочется выставить себя схожими с героями древних мифов, хотя бы показать, что о таком тоже наслышаны). Характеры харизматичны, особенно же удалась мать главного героя, которая, пока он в тюрьме, педантично старается прижать пособников своего сына, за что тоже расплатится. В общем, накалено всё уже до предела!

Белая горячка - 7 Считающийся классикой гангстерского кино фильм 1949 года с Кэгни в главной роли. Психованный убийца Коди Джаретт устраивает ограбление поезда, хладнокровно завалив несколько человек. А чтобы не сесть на электростул, берет на себя какое-то левое ограбление в другом штате и летит в Сент-Квентин на несчастных два года. Но копы ему не верят и подсаживают к нему своего агента под видом зэка. А тем временем неверная женушка с бывшим подельником решают отделаться от Коди, а бабки прибрать себе. Их планы решает сорвать железная матушка Коди, но предатели ее устраняют. И Коди срывается в побег, чтобы отомстить. Агент бежит с ним. Сюжет закручен до нельзя, но есть в нем серьезный косяк. Дело в том, что создатели фильма напихали в него слишком много. Их буйной фантазии хватило бы штук на 5 полноценных фильмов, а они решили все свои фантазии обработать одним чохом. И это крепко помешало стать фильму отличным, а не просто хорошим. Именно в 30-50-е, в Золотой век Голливуда рождались самые архетипичные истории, которые последователи потом тиражировали, развивали, копировали, переосмысляли долгие годы и продолжают это делать. А тут у нас и классическое ограбление поезда, будто из вестерна, и психованный параноик убийца, гений криминала. И история с предательством любимой женщины и друга. И история с подсадным агентом, ставшим практически другом злодея и тоже в итоге предавшим его (привет, Бешеные псы). И нежная собачья любовь бандюгана к мамочке, которая тоже за сына готова лить реки крови. И классический тюремный сурвайвинг. И история хитроумного побега. И все это в 110 минутах. Да сейчас из этого многосезонные сериалы бы наснимали! В итоге мы видим щедрое разбазаривание потенциала, на котором потом нажились десятки киноделов. И ни одна линия не смогла стрельнуть в полную силу, банально потому, что им было слишком тесно. И еще одна проблема - с главным героем. Симпатизировать Коди невозможно, ведь он хладнокровный убийца без единого положительного качества. Даже беззаветная любовь к матери у него на уровне болезненного животного чувства. И даже драма обреченного на предательство не вытянута по вышеозначенной причине. Гораздо интереснее в этом плане агент Пардо, свой среди чужих. Но он герой откровенно второго плана и на первый план его не поставишь. Есть в этом серьезный просчет. И все же, это действительно классика, давшая начало несметному количеству фильмов с разной долей талантливости разработавших делянку, так щедро засеянную авторами «Белой горячки».

Перевод названия «Белая горячка» не корректен для этого фильма, ведь «До белого каления» ему подходит куда больше. Главный герой Коди Джаррет, великолепно исполненный Джеймсом Кэгни, не зря считается одним из лучших кинозлодеев Голливуда. Шикарный псих полный противоречий: он гений преступного мира, хитрец и махинатор, но при этом часто наивен как ребёнок, зависим от матери, и не способен порой совладать со своей женщиной, роковой красоткой; он жесток, как зверь и беспощаден, однако нередко придаётся сентиментальным чувствам и переживаниям. И всё-таки у этого «красавца» не замечено особого пристрастия к спиртному, никакой белой горячки или абстинентного синдрома. У него не очень хорошая наследственность и он страдает жуткими приступами головной боли, которые он разыгрывал ещё в детстве для привлечения внимания матери, однако впоследствии это стало для него реальной проблемой, серьёзным недугом, от которого он не может избавиться. На этом сценаристы играют здесь больше всего, проблема Эдипова комплекса становится основным мотивом Коди Джаррета. Но именно эта часть выходит в фильме слабо, до «Психо» Хичкока даже не дотянуться. И дело не в герое, просто слишком уж перемешаны здесь жанровые элементы гангстерского кино, нуара, тюремной драмы, психологического триллера и детектива. Кино новаторски использует множество трюков и ходов, замечательно работают детали, и все герои по-своему хороши, даже женские персонажи (упомянутые мать и жена нашего злодея) просто великолепны. И всё же, уместить всё это в картине не удаётся, иногда кажется, что на монтаже были вырезаны ещё 30-40% ленты, в которой могли сыграть остальные детали, остальные сюжетные линии… и это при хронометраже в 114 минут? А ведь можно же было не заигрываться с дешёвым, искусственным саспенсом - это единственный провальный момент - долгие и нудные поездки, слежки и вычисления по радиопередатчику. Они здесь не работают! Фильм обязательно рекомендуется к просмотру. Здесь множество оригинальных идей и элементов, которые по отдельности устанешь нахваливать, но, увы, вместе они не так блистательны, как хотелось бы. 7 из 10

Собственно, главный вопрос этой рецензии вы видите в заголовке. Ну о чем же может быть фильм конца 40-х годов в жанре нуар? Конечно же о трагедии - о преступлении, и о наказании. Да, это произведение полностью соответствует канонам, однако, несмотря на свою 'каноничность', все это действо отходит на второй план, ибо ключевой конфликт этого фильма происходит между Артуром 'Коди' Джарретом - бандитом, который хочет 'подняться на вершину мира'; и между теми, кто в этом ему мешает. От чего вырисовывается такая картина? А все очень просто: Коди - единственный живой персонаж в этом фильме. Нет, конечно, другие люди - и в стане его противников, и в стае его подельников - являются вполне эффективными персонажами, что делают свое дело с полной отдачей, не жалея пота и крови. Однако, Коди обладает нечто большим - он обладает бэкграундом. Он является бандитом и ублюдком, но в отличии от других своих 'побратимов', ему есть в чем сопереживать - у него есть своя высшая цель, и у него есть своя история, которая эту высшую цель диктует. Не буду вдаваться в сюжетные перипетии этой ленты, ибо если вы хотите, то сами сможете их увидеть. Но точно скажу, что выверенный темп повествования не даст вам заскучать: к финалу этого фильма вас доставят точно в срок, и вы сможете пронаблюдать за тем, как 'Коди' Артур все-таки достигнет своей мечты - мечты, о которой и повествует сюжет 'Белой горячки'. P.S. - если все же хотите посмотреть фильм, а описание под его шапкой вам посчастливилось пропустить, то сейчас же закрывайте вкладку в браузере, ибо какой-то злодей написал там *спойлеры*! 8 из 10

В отсутствие не то что бы хороших, а даже хоть сколько-то смотрибельных фильмов, вынужденно обратился к старине. Лично мой любимый период в мировом кинематографе - это семидесятые. Тогда были на подъеме: советское, американское, японское, итальянское, немецкое, французское и прочее национальное кино. Деградировали абсолютно все, а поднялось с тех пор только гонконгское (которое тоже сдохло в нулевых) и южнокорейское. Но это лирическое отступление. Периодически смотрю культовую классику из криминального нуара, ибо смотреть больше ни х... кхм, нечего. Проблема старого кинематографа (имхо) в том, что ты не можешь смотреть его постоянно, лично меня максимум на 3 фильма хватает. Все же техническая часть не та, а сценарий, пусть хоть он написан самым лучшим драматургом в истории, имеющим при этом диплом доктора философских наук, благодаря специфическим ограничениям тогдашних технологий, реализован архаично и примитивно. Даже черно-белое изображение отпугнет многих, хотя лично я нахожу в нем невероятную атмосферу и очарование. В связи с этим фактом, я не так уж часто смотрю классические произведения кинематографа, до сих пор не видел ни одного фильма Хичкока и один -Фрица Ланга. Но криминальные нуары периодически зырю. Вот Белая Горячка -пока что лучшее что я видел в этом своеобразном направлении. Забавно как наши культурные деятели порой ноют о цензуре в проклятом совке, а люди вот че-то советские фильмы смотрят в сотый раз с удовольствием. Примерно то же можно сказать и о периоде 'кодекса Хейса', где цензура в благословенной и свободной омереге была раз эдак в сто пиццот триллионов раз круче советской, а киноделы выдавали шедевры. Например данный экземпляр. К примеру: нельзя чтоб ЗЛО выглядело симпатичным, чтоб подростки, не дай боженька, не вздумали подражать бандюганам. Ну и вот, в 'Белой Горячке' главный герой (он же главный антагонист) Коди Джарретт - это... харизматичный, сильный, смелый, упорный, умный бандит. Плюс любит маму. С отличным чувством юмора. Плюс его все кидают неоднократно, а он своим верен. Также он страдает наследственным психическим заболеванием и мучается страшными припадками. Как вам?) В фильме семидесятых - это был бы тот герой, за которого болеешь в любом случае, а тут - вот не совсем. То есть Коди - бандит и убийца, с психопатическими чертами характера и чуть не эдиповым комплексом. Ты подспудно понимаешь, что место таким как он -на электрическом стуле. Для чего в фильм и введен положительный герой-полицейский. Существует мнение что многие штампы в кино про копа под прикрытием произошли именно от этого фильма. Но штампами они стали уже позже, а тогда это было новое слово в жанре. И даже если ты что-то похожее узнаешь - ВСЕ РАВНО ёкает сердце когда полиционер видит свидетеля, который его раскрыть может, так что ты сидишь на измене и сгрызаешь ногти на руках (а может и ногах) до мяса, переживая - как он выкрутится. Это, дорогие мои, и есть саспенс. И таких ситуаций в фильме тьма, что создает интересный контраст. Вроде и за Коди переживалка работает (который, повторюсь, полный упырь, но с нюансами), но душа требует чтоб такие как он закончили свой жизненный путь с передозировкой свинца или электрического тока. Очень хвалили Джеймса Кэгни как актера. Если брать 30е и 40е - наверное он номер 2 после Хамфри Богарта. И я даже не понимал сначала чем восхищаться - чувак, ростом метр с кепкой, лицо а-ля старуха Шапокляк под амфетамином, но глянув с ним несколько фильмов осознал силу личной харизмы и актерского таланта. Настоящий орел, хоть в положительных, хоть в отрицательных ролях -со стальным стержнем и мощным, чем-то таким, очень мужским обаянием. В целом, фильм рекомендуется всем без исключения, особенно уставшим от современных помоев.