Без ума от оружия

Это кино прошло в 1950 году сравнительно незаметно. Картина не сделала больших сборов, не участвовала в крупных фестивалях, не привлекла внимание критики. Обычный малобюджетный криминальный фильм, созданный в стилистике нуара. Казалось бы, стоит ли его вспоминать. Между тем, я считаю, что для истории киноискусства эта лента очень важна. Ибо она в сущности предвосхитила 'Бонни и Клайд', 'Пустоши', 'Прирожденных убийц' и все последующие вариации темы 'двое преступников против всего мира'. Динамично и легко, элегантно преодолевая все преграды в лице кодекса Хейса, режиссер ленты Джозеф Льюис справился с постановкой. Даже в наши дни картину смотреть интересно. Нужно понимать, что в те годы сама идея романтической истории в которой акцентировалась бы любовь между двумя преступниками выглядела весьма сомнительно. Именно поэтому оба героя картины влюблены прежде всего в оружие. Именно поэтому герой ленты долго раздумывает и переживает, прежде чем просто выстрелить в сторону полицейской машины (тем более, что стрелял он в колесо). Именно поэтому в фильме будет не так уж и много романтических сцен о любви двух героев - это же вам не 'Бонни и Клайд'. Но при этом, белокурая Пегги Каммингс в одной из ключевых сцен будет в берете (в похожем берете 17 лет спустя будет щеголять Фей Дануэй, исполняя роль Бонни Паркер и поднимая моду на женские береты). Так что, если Вам интересна история киноискусства, то этот скромный фильм я бы рекомендовал не пропускать. Тем более, что картина снята на очень приличном уровне. Все динамично и зрелищно, а жизнерадостная и простоватая улыбка Джона Долла запоминается надолго. И еще... Знаете в чем отличие этой ленты от 'Бонни и Клайда'? Это нуар. А в традициях жанра двое плохих это слишком много. Достаточно ограничиться одной женщиной, которая и будет толкать героя на все преступления. 7 из 10

Что остается делать хорошей девочке под конец года? Разгребать и избавляться от накопившегося за год кино-мусора и вдруг в этом мусоре отыскать сокровище. Сокровище в себе. Сокровище никому ненужное. Без наследников. Такое кино снимается для себя. А для себя всегда оставляешь самое лучшее. От операторской работы до сих пор слепит глаза и щемит в сердце. Лица этих героев стоят перед глазами. Они не ищут оправдания своим действиям. Они борются с собой, хотят быть лучше, но не для себя. Все для тебя, родной. Теперь ты понимаешь. Я несколько раз натыкалась на этот фильм и мне всегда казалось, точнее складывалось впечатление, что и в этом нуаре алчная самка одерживает верх над жалким, влюбленным, слабохарактерным мужчиной. Но как все это не подходит «Без ума от оружия». Почему женщина – убийца? Только так она будет равна мужчине. Барт и Лори равны. Абсолютное равенство. Он мужчина с чувством вины, она женщина с защитным механизмом в руке. Они дополняют друг друга. Такой мужчина никогда не поднимет руку на свою женщину, будет смотреть на нее с восхищением и уважением, сделает все, чтобы она была счастлива, а она будет верна ему всегда и во всем. Кажется, что этих двоих связывает только нажива, но как умело Льюис развенчивает и этот миф в сцене, когда Барт и Лори договорившись разъехаться на несколько месяцев, пока шумиха вокруг них не уляжется, не в силах справиться с собой, остаются вместе – еще одна гениальная сцена с разворотом автомобилей, и вот Барт запрыгивает в машину – объятия любимой, ооо, столько теплого сладкого секса в этой сцене, что просто сидишь и млеешь с улыбкой на лице. Раз я заикнулась о гениальных сценах, то продолжу – «Без ума от оружия» наполнен ими по самое горло. Начиная камерной сценой воровства малолетним Бартом ружья и заканчивая космической, мурнаувской развязкой – смертью в туманных камышах. Этими кадрами хочется дышать, умываться, задержать в себе, сродниться. А лучше попросить у Деда Мороза под Новый год подарить мне побольше таких лент в следующем году. Просто потому, что живешь так, работаешь много, от безнадеги переключаешься на сериалы и совсем забываешь почему любишь кино. Вот такое кино. Кино-одиночка. К которому не подберешь, вот оно похоже на «Бонни и Клайд», «Пустоши». Да потому что не похоже. Потому что в этом кино есть любовь. Сыгранная актерами любовь друг к другу. И такая бесшабашная, чуждая канонам классики, любовь к кино, с собственным неподдельным лицом, с такими выведенными черным карандашом стрелками над белесыми бровями. Боже, это так по-детски, что просто незабываемо. 9 из 10

Легенда о Бонни и Клайде зародилась благодаря неоднозначным, шутливым фото милой, миниатюрной девушки Бонни Паркер у автомобиля с сигарой в зубах и револьвером в руке. Вульгарная стойка я яростный взор, в котором явно прослеживается несерьезность, были 'вынесены' прессой на первые полосы во времена, когда данная парочка влюбленных производила свои злодеяния. Именно благодаря данному растиражированному образу, за ними закрепился шлейф из славы, сообщающей, что данные люди - жестокие бандиты и убийцы. И коль Клайд Бэрроу еще мог соответствовать, и в принципе соответствовал, образу, навьюченному на него, то по рассказам очевидцев так и вовсе становится понятно, что однозначного подтверждения о том, что Бонни Паркер когда-либо вообще в кого-то стреляла - нет. Но к чему это я? А к тому, что в данном кинофильме 1949-го года, сценарист с мировым именем, буквально легенда своего времени, Далтон Трамбо, - в те годы преследуемый законом ввиду политических взглядов и вынужденный потому прятаться под псевдонимом никому не известного Милларда Кауфмана, - полностью переделал рассказ МакКинлея Кантора в историю роковой любви, явно вдохновляясь образами пресловутых Бонни и Клайда. И притом вдохновение данное явственно было получено от бульварных газет и слухов, ибо в данной криминальной драме особенный упор сделан именно на женского персонажа Пегги Камминс (Энни), которая предстает пред зрителем, как таковая роковая красотка - классическое действующее лицо ленты жанра нуар. Но вот что интересно: обозначить сие кино как однозначный нуар нельзя. Язык образов, присущий стилю, тут не работает. Характерные компоненты, вроде некоторых планов, изобилия влаги и тумана, присутствуют, но подаются они сегментально и размеренно. Притом не столько размеренно в рамках жанра 'черного фильма', а размеренно в рамках обыкновенной картины: не ощущается должная атмосфера пессимизма и всепоглощающей депрессии, на которую работает в кино ранее упомянутой стилистики и окружение. Это странно наблюдать, особенно коль вспомнить, насколько образцово-показательным вышел последний фильм подобного рода от режиссера Джозефа Х. Льюиса - 'Большой ансамбль'. Видимо, здесь он только набивал, так сказать, руку, создавая просто крепкую, запоминающуюся драму, повествующую о небольшом отрезки из жизни героя Джона Долла (Бартона). Зрителю повествуется о паре влюбленных, которые, руководствуясь вожделениями одного из них, начинают свой путь по скользкой тропке нарушения закона. Чем все кончится, можно догадаться с самого начала, но фильм имеет такую структуру, что в самом финале предсказуемого окончания уже и не желаешь. Наоборот - оно противно тебе: к героям проникаешься, их философия, что зиждется или лишь на податливости, или на нескромных требованиях, 'обрастает мясом', показывая зрителю свою сущность в декорациях той жизни, о которой грезит каждый. Главный герой, - Барт, - и вовсе не отпускает симпатию зрителя с самого начала и до самого конца, исполняя последнее действие таким образом, что все равно пусть и получает в свой адрес злорадную усмешку судьбы, остается любим и уважаем. Энни же, вновь срывая покров, возвращается в те минуты неоднозначного к ней отношения, когда чаша весов перевешивает ее коварство и способность к манипулированию. Такой контраст образов, от одного к другому, а после от другого к третьему, который, по сути, является 'номером один' - запоминается. Это выполнено органично и буквально на последних секундах умудряется произвести ровно такое впечатление, чтобы фильм не казался оборванным, не целостным: все становится на круги своя, все происходит так, как должно. И не желание зрителя лицезреть посредственную концовку претерпевает перерождение: от фильма получаешь искреннее удовольствие. Удовольствие от интересной истории. От неоднозначных персонажей, которые способны чувствовать, меняться, самостоятельно мыслить в рамках логики или поддаваться порывам чувств. От некоторых интересных операторских решений и даже революционных приемов рассказа кинематографической истории: съемки одним дублем, съемки сцен с полной импровизацией актеров, интересные ракурсы и световое оформление, взаправду граничащее со стилистикой нуара, однозначного и бесспорного, вроде того же “Большого ансамблю” или “Двойной страховки”. Это - некоторый 'полунуар', по сути представляющий из себя трогательный, интересный фильм, за действиями в котором интересно следить, а за героев которого переживаешь. Любителям криминальных фильмов-погонь, фильмов, где главный мотив - преследование, фильмов о судьбе занимательных людей, фильмов о роковой любви не только к человеку, но и к чему-то неживому, в чем находишь свое одухотворение и уверенность, - таким людям данное кино Джозефа Х. Льюиса придется по нраву. P.S. Спасибо за внимание.