После полуночи

«…фильмы заканчиваются, а кинематограф не закончится никогда». «После полуночи» принадлежит к категории тех редких фильмов, посредством которых все люди, делающие это кино, но, прежде всего, сценарист и режиссер, признаются в любви к «Великой Иллюзии». Именно это признание получилось невероятно трогательным, легким и нежным… приятно-странным и необычным, немножко детским. «Пятница, суббота и все остальные дни. Всегда одно и то же: автобус, светофор, «Дабл-фрей спешл»… Аманда опасается, что всё так и останется вечно. Она забывает, что персонажи – не есть авторы своих историй». Кино про кино всегда дает возможность подумать о том, что все мы, по сути, не авторы своих историй. Может, и правда, мы – люди, живем на «пленке» какого-то невидимого режиссера, давно определившего судьбы своих героев?.. Мартино – ночной сторож в Туринском Музее кино. Сторожить столь необычное место заставляет мальчишку не корысть, но веление сердца. По ночам, помимо весьма непыльного «надзирания», Мартино смотрит душевные старые киноленты, только их считая истинным искусством от кинематографа. «Фильмы Бастера Китона Мартино нравятся с практической точки зрения. В них он встречает идеи о том, как улучшить повседневную жизнь, что, впрочем, можно встретить в любом хорошем фильме». Кроме прочего, рядом с Музеем, в соседнем «Фаст-фуде» работает Аманда – мечта и грёза нашего героя. Красавица, с усовершенствованным лицом Азии Ардженто, и ухажером в виде местного угонщика дорогих авто – Ангела. В один, на сколько прекрасный для Мартино, ровно на столько же ужасный для Аманды, вечер «великий сценарист» сталкивает героев нос к носу. И тут начинается нетривиальная любовная история. « - Значит, ты приходил в «Фаст-фуд» не за «Дабл-фрей спешл»? - Я ненавижу «Дабл-фрей спешл». Я яблоки люблю.» С момента образования любовного треугольника, «После полуночи» превращается из ностальгически-трогательного «кино о кино» в некую романтическую историю, которую ни комедией, ни драмой не назовешь… «Разве можно совершать обдуманные поступки в любви? Аманда знает: что бы она не решила, о своем решении ей придется пожалеть». В этой итальянской ленте я увидела самое трогательное, нежное и изысканное признание в любви, адресованное девушке киноманом. Романтично и красив до слез. « - Чтобы кто-то один был счастлив, кто-то другой должен плакать. - Где ты это прочла? В журнале? - Нет. Клиентка сказала, когда я делала ей химию перед разводом». «После полуночи» изобилует всем, чем угодно, кроме стандартных киношных штампов и клише. Здесь и великолепная картинка: любопытная и нестандартная, построенная то на контрастных цветах, то полностью синяя, то стилизованная под старую черно-белую пленку. Повествовательную канву жизни персонажей пунктиром прерывают кадры фильмов братьев Люмьер, Бастера Китона… Для расстановки акцентов и придания действительности в ленте магического и чуть-мистического оттенка, авторы используют забавные и, порой, сюрреалистичные акценты. Здесь герои постоянно вспоминают о числах Фибоначчи и иногда смешно шутят. « - Слушай, я должна тебе кое-что сказать… Я переспала с [твоим парнем] Ангелом. - Я тоже должна тебе кое-что сказать: весь твой макияж – это полный абстракционизм». Музыка в «После полуночи» прекрасна и почти незаметна, настолько великолепно подходит к повествованию. Молодые актеры играют ярко и точно. А «голос автора», который сопровождает главных героев по жизни, делает итальянскую картину очень похожей на незабвенную «Амели». В общем, мне показалось, что это кино необычное и почти безупречное. Не говоря уж о том, что главному герою остается только всерьез позавидовать: я бы добровольно продалась в рабство, если б мне разрешили обитать в таком месте. Да еще по ночам, когда там никого нет. Царство кинематографа! «Наверное «конец» не совсем подходящее слово, потому как фильмы заканчиваются, а кинематограф не закончится никогда». 10 из 10

Ночь. Время любви и кино. Время открытого неба – зрачка с миллионами подмигивающих искр. Страшное время суток. Манящее сонным царством и цветными мечтами. Вы можете скрыться в ночи. Но от нее вам не спрятаться. Она видит вас. Ваши страхи, грусть, надежды. Люблю ночь. За то, что вокруг меня становится тихо. По странному тихо. Мои чувства обостряются. И подобные реакции можно окрестить чуть ли не вдохновением, но сегодня для меня это слишком громкое слово. Главное, перебороть сон. И лень... Ну что, начнем... «После полуночи» - это признание в любви. Отдельно взятого режиссера Давиде Феррарио – всему кинематографу. Так начинает он: «Кино-публику нынче заботят только персонажи, а ведь в старых сеансах волшебного фонаря не было персонажей. Там были лишь сцены... Быть может, сцена – это лучший способ рассказать историю...» И продолжает: и отдельно взятого персонажа, уж никак не творящего свою историю, все потому, что «соткан из тени и электричества» - одной единственной девушке. Представьте, вы – Мартино. Да-да, именно вы. Ведь я пишу для вас. Представить легко. Ведь вы не персонаж, а автор своей истории. Итак, вы сторож в Музее Кино в Турине. Вы молчун с «говорящими» глазами. Каждый вечер вас ждет Анита Экберг, раскинувшая объятия из темного шелка для встреч с призраками прошлого, светящимися жизнью. Но чего-то не хватает... Конечно. Девушки. Кино – живее всех искусств. Когда вы смотрите старое кино, не возникает ли у вас странного чувства... как бы это объяснить... будто застряли между реальностью и вымыслом, жизнью и смертью? Это не книга, читая которую вы сами рисуете образы. Это не картина, которую вы также мысленно оживляете и приводите в движение... Это не театр, который существует только здесь и сейчас... Это даже не музыка, моя любимая музыка... Кино выхватывает часть, кусочек, отрезок чужой жизни, и делает ее бессмертной. Но жизнь – не кино. В ней нужно принимать решения – самим, а не ждать, когда же автор удосужится выпустить пулю... А может, во всем виноват Фибоначчи – и в мелочах есть смысл? В любом случае, конец один: «Лететь сломя голову, а в финале держаться за руки».