2026-04-09 00:00:00

«Но, видно, всегда так бывает: смерть одного человека — это смерть, а смерть двух миллионов — только статистика». (из «Чёрного обелиска» Эриха Ремарка) Молодые парни служат на границе. Они – солдаты. У них вместо имён порядковые номера. Их долг – с Божьей помощью служить королю и отечеству. 9 апреля 1940 года границу их датского отечества перешла самая сильная на тот момент армия. Из Германии. Парни выполняют свой долг и вступают в бой. Силы неравны. Парни отступают. Один из них остался на поле боя. Навсегда. Он погиб у них на глазах. «Смерть одного человека – это смерть». Даже если он солдат. Вот так война, настоящая, забирающая жизни и сеющая смерть, становится их реальностью. Что можно противопоставить слепой и беспощадной природе войны? Им остаётся только одно – уповать на Бога и быть верным присяге, выполняя приказы младшего лейтенанта. Когда младший лейтенант осознал, что сопротивление бесполезно, он отдал приказ о сдаче оружия. Чтобы сохранить жизнь 'братьям по оружию'. Тем парням, что честно выполняли свой долг перед Богом, королём и отечеством. Датские кинематографисты посвятили эту грустную балладу о солдате человеку. Человеку, который смертен. Человеку, который ценит жизнь. «Там наверху сказали: «Это было не зря». Но какая цена! Цена была слишком высокой для некоторых». Оценка – хорошо 7 из 10

Бой остатков датской армии с многократно превосходящими силами фашистских захватчиков - пожалуй, в самом деле событие плохо осмысленное. Да, датчане проиграли. Это - не спойлер, это - исторический факт. Да, сдались очень быстро. У них не было большой армии, похожей на французскую, советскую или китайскую, не было особенно опытных кадров, могущих организовать новичков и нанести оккупантам более существенные потери. Но они не сдались. Не дрогнули. Сразились. И - по-своему - победили. Гитлер и его клика, радуясь лёгкости побед в Европе, не поняли очевидного: они дрались против стран, только что отошедших от Первой Мировой, с сильным классовым расслоением, с консерватизмом головного мозга у высших эшелонов власти и генеральных штабов (особенно, во Франции), как следствие, отсутствием адекватной связи между апатичным центром и куда более серьёзно настроенной периферией. Когда же нацисты вторглись в СССР, где одно только партизанское движение спонсировалось мощной организацией - НКВД - и координировалось тёртыми фронтовиками, вроде Ворошилова, не говоря уже о просто примерах стойкости и самоотверженности красных бойцов и ополченцев (на это Гитлер и его сообщники насмотрелись в отдельных боях на европейской территории в исполнении тех из местных, что пытались сопротивляться), нацистам больно аукнулось их высокомерие, но было уже поздно. Этот фильм был посвящён, как раз, одному такому случаю, который мог бы послужить пророчеством оккупантам, будь бы их черепные коробки заряжены мозгом, а не пулемётной лентой калибра 7,92... Этот фильм повествует, с одной стороны, о том, как бы в реальной жизни закончилось бы противостояние инициативных, но зелёных бойцов, тёртым опытным воякам, имеющим, к тому же, убийственное (в прямом и переносном смысле) численное превосходство; с другой, о том, как война проверяет на прочность, сгибает, ломает, перемалывает казарменные уставные формуляры и выводит на белый свет человеческое. Так, командир и солдаты в решающий момент прекращают называть друг друга по строевым номерам, вспоминают о том, что у них есть имена, что они люди, и что, как люди с отточенными до автоматизма боевыми навыками, они способны на куда большее, нежели просто боевые автоматы. Не говоря уже о том, что за всю вторую половину фильма великолепно удалось отразить апокалиптический шок от той лёгкости, с которой нацисты умудрились оккупировать Данию. Если посмотреть на выражения лиц датских солдат в момент осознания этого факта, можно подумать, что для них не то, что родина - весь мир сгинул под гитлеровским сапогом. Вдумайтесь в это. Отдельно хочется пройтись по критикам фильма с нашей ура-патриотической стороны. Мол, и броневики с пулемёта не могут подбиваться, и солдаты выглядят 'деревянно', и самое ужасное: датчане, оказывается, могут воевать, а, раз они могут воевать, значит, они пытаются утверждать, что они вообще войну выиграли (sic!). Так вот, по порядку: 1) не только броневики, но и танки останавливались достаточно продолжительным пулемётным огнём, особенно, когда к игре подключались их крупнокалиберные разновидности. Начало ВМВ - это время легкобронированных танков, годных, в основном, против слабо защищённой пехоты, до монструозных 'Тигров', как минимум, было ещё далеко. Танки вроде Т-34 и КВ неспроста были кошмаром для фашистских машин, не говоря уже о пехтуре; 2) если кому-то кажется, что актёры играют 'деревянно', просто пересмотрите сцены в казарме и всё, что происходило вокруг избушки в лесу с проживающей там сердобольной, но нейтральной пожилой дамой, а если и это не проймёт - 'Nicht schissen! Wir kapitulieren!' вам - в помощь; 3) непризнание героизма союзной страны - это не меньшее преступление против человечности, нежели оправдание нацизма. Очернять, перевирать, а то и вовсе забывать о стойкости солдат стран, проигравших в силу своей малости и факторов, указанных выше, - неверно, некорректно, неблагодарно. Ещё более подлым и лицемерным я вижу аргумент за эту мерзость вроде 'американские учебники истории забывают про вклад СССР в победу над Третьим Райхом, а потому все - датчане, норвежцы, французы, поляки, бельгийцы и многие-многие-многие другие - по определению трусы, капитулянты и пособники'. Во-первых, американцы не только не забывали никогда о вкладе советских солдат в Победу, но и регулярно напоминают миру об этом в ущерб раскрытию других тем, например, отчаянному сопротивлению французских солдат фашистской оккупации (кстати, тоже результат англо-американской пропаганды в некотором роде), во-вторых, даже если бы тезис о пренебрежении американцев к победе советского оружия был правдой, не является ли столь же подлым отрицание союзного вклада в Победу и завершение одной из кровопролитнейших войн в истории человечества? Фильм - блестящ. В нём - не так много батальных сцен, ужас фашизма и войны вообще - не отображён вообще либо не отображён полностью, но зритель, уже знающий об этом, получает вторую дозу ощущений, ощущений того, как быстро и в какой глубокой беде оказалась бедная маленькая Дания, на два дня распростёршаяся на весь земной шар в головах кучки молодых солдат, дравшихся с гитлеровцами до последнего патрона. Дольше всей оставшейся армии. Дольше всех оставшихся датчан. Дольше всей Дании. 10 из 10