Лавинг

Спустя почти десять лет кирпичик за кирпичиком, но уже в стену своего дома — красивый финал душераздирающей истории людей, прошедших ад: угрозы коллег, страх за детей, аресты за попытки увидеть родных — только чтобы получить право на спокойное тихое счастье. Вот только фильму не хватает акцентов на том, что заставило бы зрителя переживать за героев, ощутить важность их победы, как личной, так и общечеловеческой. Ричард пошел на смелый для своего времени шаг, не слушая ничьих доводов против. Под давлением обстоятельств, он мог бы развестись, отказаться от любви и семьи, и всякое давление на их маленький мир тут же прекратилось бы, но не сделал этого. Вместо этого он каждый раз выбирал идти дальше. Милдред, самая уязвимая во всей этой истории, не побоялась гонений, арестов, вступила в борьбу с системой и готова была отказаться от нее, если бы Ричард отказался тоже. Адвокат Бернард Коэн, не имея достаточной практики, до последнего сопровождал дело и выиграл в борьбе союза гражданских свобод и закона за право на межрасовые браки. Они прошли долгий путь, сопровождаемые страхами и сомнениями, чтобы перестать быть изгоями. Nothing much except outcast love. Вот только между героями Ричарда и Милдред, с говорящей фамилией Loving, нет химии. Нет ощущения всепоглощающей любви, которая сделала невозможное возможным. Осторожное дистанцирование между парой по-своему передало дух времени, показало зрелую любовь в паре без драмы между супругами и намекнуло, как страшно было этой паре демонстрировать на людях свою привязанность. Контрастно с этим взаимодействием выглядят кадры с прессой перед финалом, где в сердцах героев уже нет места страху. Но все время до этого, вместо подчеркнутой скромности до ужаса напуганных людей, получились сцены, где актеры будто забыли свой текст. И дело тут совсем не в игре талантливых актеров Рут Негга и Джоэла Эдгертона, а в том, как были поставлены эти сцены. Кроме того, мне не хватало в кадре тех бесед, где на каждое Его «нет», следовало бы Её «сделай это для нас». Почему-то создатели фильма сочли, что после «нет» из уст Ричарда уместно сразу показать, что сделали они с Милдред ровно наоборот. Такой монтажный прием мог бы быть красивым аккордом в динамике пары, но он не сыграл. Однако проблема не только в этом. Ричард и Милдред ни разу не участвовали в судебных слушаниях, но сколько труда вложили Коэн и Хиршкоп в ход дела нам не показали. Кроме того, между юристами происходит всего один диалог, далее мы все время наблюдаем за тяжелой жизнью героев, с редким появлением Коэна и Хиршкопа вместе. Если мы проживаем перипетии Лавингов, пока крутятся шестеренки системы, тогда в этом хотелось бы больше выразительности. Если нам рассказывают об истории вообще, тогда где та львиная доля работы, что проделали адвокаты. Бернард Коэн — новичок, которого бросили на сложное дело — по-своему тоже изгой. Субъективно, мне хотелось бы видеть, как он проходил этот путь и был вовлечен в историю Лавингов. Отмечу, что в редкие появления на экране актера Ника Кролла, мысли и эмоции его героя через мимику переданы были как раз очень хорошо. Однако, его улыбка при взгляде на Милдред, вместо понимания, что именно она движущая энергия этой пары, выглядят как-то заигрывающе, а потому неуместно. А единственный разговор по душам с Ричардом акцентирует внимание словно бы на личных амбициях адвоката, — что имело бы место быть, если бы нам больше рассказали о характере персонажа, — но не на человеческом сочувствии, которое как раз читалось в изломе бровей и участливом взгляде в разговоре на террасе. Расхождение фраз и эмоций оставляли ощущение двойного дна в каждом диалоге. В итоге, картина о «здоровой» любви без надрыва, прошедшая через огонь, воду и медные трубы, картина о преодолении трудностей, выглядит мало-характерной. И дело не в отсутствии динамики, а в том, что в драме не хватает драматизма, а в мелодраме — чувств. За актеров и в целом аккуратно снятую картину с вниманием к деталям: 6 из 10