Синистер. Первое проклятие

Помните, была такая средневековая немецкая легенда о загадочном музыканте, что пообещал избавить горожан от крысиного нашествия, и своё обещание выполнил – вывел околдованных своей флейтой животных прочь из города и утопил всех в реке Везер. Впрочем, жители Гамельна оказались жадными обманщиками. Не получив платы за избавление города от крыс, с помощью всё той же волшебной дудочки Крысолов решил отомстить... Народная легенда (есть версия, что случай вполне реален c точностью называется даже дата события — 26 июня 1284 года) послужила источником для вдохновения многих писателей, обыгрывает её и современный кинематограф. Только у Уилла Кэнона она принимает совершенно неожиданный, шокирующий оборот. Как раз в духе современных фильмов ужаса. Кажется, с первых кадров создатели стремились овладеть вниманием зрителя, подкидывая ему один за другим таинственные события и загадки. Вот пастор Артур Райли кончает с собой, оставляя загадочную аудиозапись своей дочери и потомкам. Вот его дочь Наоми видит призрак погибшего мужа, а её сын Дилан чувствует себя в новом месте явно некомфортно, постоянно ощущает загадочный белый шум и присутствие по ночам странных призраков. Вдобавок домашний козёл, возбудившись необъяснимым образом, кусает мальчика. Добавьте сюда ещё множество странностей: вроде поиска некоего тела, «злого дома», таинственных событий девятилетней давности, столь же загадочного поведения Дилана, местных жителей тихого городка, где обычно ничего не происходит… И это лишь начало киноленты. Только напряжения на весь фильм явно не хватает. Местами сюжет начинает провисать в пустых диалогах, пафосных клишированных фразах, вроде «всё будет хорошо». Загадках, что сыплются одна за другой, но в своём разрешении никак не продвигаются. Так что зритель начинает чувствовать себя обманутым. Киноленту могла бы спасти неплохая игра актёров, которая, помимо редких случаев, здесь ничем особо примечательным не выделяется. Скотт Мехловиц в роли Грейсона, молчаливого слушателя, что всегда готов выслушать сетования старой подруги детства – скорее медитативный персонаж. Игра юного Захари Голингера цепляет разве что в моменты ступора его героя (да ещё вечно со спины) или же капризов-предостережений, что постоянно натыкаются на успокаивающие речи матери. А ведь у Голингера за короткие семь лет кинокарьеры уже немало опыта в подобных фильмах жанра – тот же «Зло», «Тихое место 2». На этом фоне заметны старания разве что самой Италии Риччи, чья Наоми – довольно интересный образ, живой, не статичный, постоянно действующий и сомневающийся. Вот за чьей игрой наблюдать – одно удовольствие. В этом плане актриса вытягивает весь фильм. Если не брать аналогии со всякими «Синистерами» (к слову, общеизвестно, что это всего лишь ловушка российских дистрибьютеров), классической легендой о Гамельнском крысолове (от которой трудно избавиться), а воспринимать творение Уилла Кэннона как абсолютно самостоятельное, это идёт картине только на пользу. Создатели попытались придать «Признанию» (собственно, оригинальное название фильма ужасов) соответствующую атмосферу. Здесь и странные элементы на заднем плане (вроде мерцающего света, внезапно выскакивающих крыс, бегущих теней за окном), резкие монтажные переходы, что меняют психологический подтекст, соответствующее музыкальное сопровождение, игра на контрасте фона, звука, поведения героев, ритма повествования. В общем – классические приёмы жанра, что прочно закрепились в нём ещё лет 40-50 назад. И всё же это продолжает действовать. Думаю, если вы фильм не посмотрите – ничего особого не потеряете. Но он и не настолько плох, как бывают порой другие представители жанра. Кинолента Уилла Кэнона – своеобразная смесь жанров, в которой ни один из них всё же не дотягивает до конца. Для классического фильма ужасов –скорее таинственный, нежели пугающий; детективная линия развита слабо; до триллера – недотягивает слабым ощущением тревожности и ожидания чего-то неминуемого – обо всём этом герои часто говорят, но вот «показывают» это слабо. Разве что ближе к концовке. 6 из 10